He дожидaясь моего ответа, она медленно отоpвалась от моего твердого стержня и расположилась над моим членом, который уже прижимался к ее заднице. Я почувствовал, как головка коснулась ее маленькой дырочке.

Она улыбнулась мне, зная, что я боюсь причинить ей боль.

— Этот… будет круто, папочка… — проворковала она.

Не сводя с меня глаз, она крепко прижалась ко мне, и мой член с xлопком вошел в ее плотный анус.

Она задрожала и лукаво улыбалась, медленно опускаясь, шипя, когда она взяла меня глубоко в свою задницу. Она прижалась щеками к моим бедрам и замерла, приспосабливаясь к ощущениям. Она закрыла глаза и закусила губу.

Kогда ее глаза открылись, они сияли блаженством, и она прижалась ко мне, страстно меня целуя.

Чувствовать, как ее стенки задницы сжимаются вокруг моего члена, было просто невероятно.

Mои руки прижимали ее к себе, и мы целовались, пока она экспериментировала с моими объятиями. Eе пальцы сжали мои плечи.

— Позволь мне всё сделать самой…- прошептала она, начиная медленно двигать своей задницей вверх и вниз по моему члену, каждый раз на долю дюйма глубже.

Как сжимается её зад, вокруг моего члена, было просто нереальным ощущением, когда она продолжала трахать меня.

— Мне так хорошо…- тихо сказала она, целуя меня в ухо. — Папочка, я так рада, что ты в моей заднице…

Мы снова поцеловались, когда она установила ритм и темп, которым мы оба наслаждались. Она застонала мне в рот, ее ногти впились в мою спину.

Ощущение того, что её божественная задница прижимается к моим бедрам, было просто невероятно, это даже было почти больше, чем я мог выдержать.

— Я хочу тебя сзади, папа, — промурлыкала она, лукаво улыбаясь. — Я хочу, чтобы ты трахнул меня сзади.

Я с готовностью кивнул, и она медленно оторвалась от меня, вздрогнув, когда мой член выскользнул из неё.

Она положила руки на мои подушки и встала на четвереньки, готовая подставить свою задницу.

Я опустился на колени позади нее, проводя пульсирующей головкой, прежде чем осторожно вставить в неё член.

На этот раз анус поддался легче, и она вздохнула. Когда я сделал движение вперед, она отодвинулась, пока я снова не погрузился по основание в ее задницу.

Я обхватил ее бедра и начал медленно двигаться взад и вперед, наблюдая, как мой член скользит внутрь и наружу, весь блестя от соков.

Я загипнотизировано смотрел, как ее анус натягивает мой член, словно не желая отпускать его горячую, влажную хватку, прежде чем я снова войду.

Я услышал, как Алекса застонала, чувствуя, как ее тело дрожит, когда я трахал ее.

Я впился пальцами в ее ягодицы, и она задыхалась, жадно прижимаясь ко мне.

— Да! О! Да! — выкрикивала она. — Оттрахай меня, папа… можешь быть грубым, твоя маленькая девочка выдержать.

Я начал двигаться быстрее, двигая бедрами взад и вперед сильнее и быстрее, чем раньше.

B ответ Алекса застонала и прижалась ко мне задницей, глядя на меня сквозь тяжелые веки, остекленевшими от возбуждения глазами.

Я знал, что родители не проснутся, поэтому шлепнул ее по ягодице, и она снова ахнула, крепко сжимая мой член.

Я уперся бедрами в ее ягодицы, и она сжала мой член еще сильнее.

Желая узнать больше о том, что ей нравится, я схватил ее за волосы и потянул назад, вытягивая шею.

Она всхлипнула и крепко сжала подушки в руках.

Свободной рукой я грубо схватил ее за грудь, заставив ее вздрогнуть.

Она скользнула рукой вниз и начала играть со своей киской, дразня собственный клитор и трогая себя, пока я трахал ее в задницу.

— Папа, я скоро кончу, — сказала она тихим, но подрагивающим голосом.

— Но я хочу, чтобы ты сделала это еще раз, хорошо?

Я замедлился, и она на мгновение замерла, переводя дыхание.

Я медленно отодвинулся, она перевернулась и легла на мою кровать, глядя на меня снизу вверх. Она раздвинула ноги и руками раздвинула ягодицы, показывая мне цель.

Она подождала, пока я надавлю, а затем вздохнула, когда я снова скользнул в нее.

Когда я вошел, она поджала ноги, и мы оба застонали.

Срань господня, она стала такой тугой!

Tеперь мой член был словно ловушке внутри нее, и я лег на нее сверху, чтобы убедиться, что я не выскользну.

Она посмотрела на меня сияющими глазами, положила руки мне на спину и кивнула, тем самым подбадривая, чтобы я продолжал.

Мы начали медленно и размеренно двигаться, экспериментируя, насколько глубоко я могу сейчас двигаться внутри ее задницы.

Я больше не боялся глубоко двигаться в ней, как раньше, но невероятная теснота из-за того, что ее ноги были почти скрещены, заставляли испытывать просто невероятные ощущения.

Ее руки обхватили мой зад, в то время как я руками подхватывали ее под плечи. Мы молча смотрели друг другу в глаза, извиваясь и двигаясь в унисон.

Она прижалась губами к моим губам и крепко поцеловала. Наши языки переплелись, когда мы наслаждались друг другом.

Темп нашего траха несколько ускорился, но мы оба были разгоряченными, потными и дрожали, когда приближался кульминационный момент.

Она прервала поцелуй и прижалась ко мне, тяжело дыша, обхватив ногами мою талию.

— Папа, — всхлипнула она. — Я люблю тебя, папа!

От ее слов по моей спине пробежал восхитительный холодок, который, могу поклясться, она могла почувствовать, и я ответил в духе ролевой игры, даже если мои чувства были значительно более спутаны, чем можно было себе представить

— Я тоже люблю тебя, моя малышка. Сейчас ты ощутишь папину сперму в себе!

Она крепче прижалась ко мне, тяжело дыша и отчаянно старалась прижаться ко мне, чтобы я вошел, как можно глубже.

Я глубоко вошел в нее, напрягая бедра изо всех сил.

Я прижался губами к ее губам, когда мы оба громко вскрикнули, оргазм накрыл нас, как неумолимая приливная волна.

Я кончил сильнее, чем думал, мой член пульсировал, когда стенки её попки сжали с демонической яростью. Заливая ее сливками, я прижался к ней.

Я рухнул на нее, задыхаясь от усталости.

Она дрожала подо мной, наши тела все еще были соединены.

Я устало поцеловал ее в шею и щеку, наслаждаясь ее чудесным ароматом. Время от времени ее медленное дыхание становилось прерывистым, как я понимал, она пыталась отдышаться.

Я почувствовал что-то мокрое на щеке.

Я поднял голову и посмотрел в ее прекрасное глаза. Ее голубые глаза блестели от слез. Я боялся, что причинил ей боль.

— Нет, — сказала она, улыбаясь и качая головой, когда поняла, о чем сейчас я мог переживать. — Вовсе нет, Алекс. Это было так чудесно. Иногда бывают и слезы удовольствия. Я хочу, чтобы ты помнил это, пока мы любовники.

Я кивнул, стараясь не зацикливаться на ее словах, из-за которых наши нынешние отношения звучали именно так… мы любовники.

Мы снова поцеловались и прижались друг к другу, беззаботно шепча и лаская друг друга.

Мы оба были так измучены, что я задремал прямо на своей любимой тете, все еще погруженный очень глубоко внутрь нее.