— Эй-эй, раз уж экзамены позади, давайте затусим все вместе!

— Я-то не против, но где и чем займёмся?

— Хм-м? Раз уж собираемся всей толпой, то лучше всего завалиться к Аманэ. Зима всё-таки, на улице дубак.

— Всей толпой... значит, и она придёт?

— А то! Неужели ты способен на такую подлость... и оставишь её за бортом?

— Н-нет, до такого я не опущусь, но... она вообще согласна?

— Сейчас спрошу.

— Разве не стоило ли сначала спросить, а уже потом планировать тусовку?

— Да ладно тебе! Раз мы собираемся у тебя, она прилагается по умолчанию. К тому же, ради тебя она точно согласится.

— Ну, она и правда частенько ко мне заглядывает.

— Я вообще-то о другом, ну да ладно... Короче, раз ты дал добро, решено! Завтра мы с Иккуном завалимся к тебе и притащим всякое-разное, идёт?

— Меня напрягает это «всякое-разное», но... ладно. Если она не против, приходите.

— Ура! Ловлю на слове!

— И что она задумала?..

Махиру узнала об этом разговоре и грядущей посиделке уже постфактум. Встречу наметили на первый же выходной после экзаменов. И вот, привычная четвёрка собралась дома у Аманэ.

Аманэ извинился перед ней за внезапность, но Махиру и так радовалась возможности провести с ним выходной. К тому же, поболтать с друзьями — Читосэ и Ицуки — вдали от чужих глаз и ушей было приятно. Она с удовольствием приняла приглашение.

— Итак, раз уж мы собрались, давайте играть в карты! — радостно воскликнула Читосэ. 

Она ворвалась в квартиру с тем же неукротимым напором, с каким Ицуки втащил за ней огромную и на удивление тяжёлую сумку.

Махиру понятия не имела, что внутри, но когда она вопросительно взглянула на Ицуки, тот лишь бросил: «Шиине-сан ничего не угрожает». Показалось ли ей, или это прозвучало так, будто угроза нависла над Аманэ?

— Как-то внезапно... И вообще, не столько мы собрались, сколько нас согнали.

— Да ладно тебе! Ты же сам дал добро, Аманэ.

— Дал-то дал, но... Ладно. Во что играем?

Аманэ покорно согласился. «Опять она за своё», — читалось на его лице. Он явно не подозревал Читосэ, специально притащившую колоду, ни в чём серьёзном. Махиру смутно догадывалась, что подруга замышляет пакость, но, не зная деталей, промолчала.

— Хм-м, в «Семёрки», покер или «Дурака»? Правила любые, но давайте добавим наказание, ради азарта.

— Покер — это ладно, но вот от игры с наказанием у меня дурное предчувствие... Что ты задумала?

— Как грубо! Ничего я не замышляла... скажи же?

— Ага.

— Максимально подозрительно.

Раз уж Махиру всё раскусила, то и Аманэ по поведению этой парочки наверняка понял: у них есть скрытый мотив.

— Н-ну, тише-тише... Читосэ-сан вечно выдумывает всякие странности...

— Порой ты бываешь жестока, Махирун. Н-ну, странно это или нет, решите, когда услышите условия.

— ...И что за наказание, к слову?

Аманэ всем видом показывал: если предложат дичь — он пас. Читосэ в ответ лишь уверенно ухмыльнулась, словно ждала этого вопроса.

— Как насчёт такого: сыграем несколько партий, и тот, кто наберёт больше всего очков, сможет попросить проигравшего выполнить одно желание?

— Мне кажется, или меня заставят делать что-то непотребное... Или только кажется?

— Кажется, только кажется.

Списать на «кажется» уже не получалось, и Аманэ явно почуял подвох. Но раз он не отказался наотрез, значит, всё-таки доверял этой парочке.

— Махирун ведь тоже в деле, да?

— А? Д-да...

— Махирун с нами. Аманэ, а ты? У тебя же появится шанс попросить о чём-нибудь Махирун, а?

— Скорее, мне стоит сыграть, чтобы вы не заставили Махиру делать глупости.

— Не слишком ли ты плохого о нас мнения?

— Вполне оправдано, учитывая ваши слова и повседневное поведение.

Махиру отлично знала любовь Читосэ к проказам, поэтому прекрасно понимала настороженность Аманэ.

«Мы ведь не такие, правда?» — Читосэ перевела взгляд на Махиру. Та в ответ лишь мило улыбнулась: понимайте, мол, как хотите.

— Му-у... Смейся, пока можешь! Ну что, все в сборе, начинаем?

— Я ни за что не проиграю.

Аманэ настроился решительно — кто знает, что ему прикажут в случае проигрыша. Половина души Махиру искренне желала ему победы.

А вторая половина хитро размышляла, какое бы желание загадать, если победит она. С этими мыслями Махиру кивнула, соглашаясь на игру.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

В итоге, несмотря на напряжённую борьбу, Аманэ потерпел сокрушительное поражение.

— Итак, Аманэ продул!

Они перебрали все популярные игры — покер, «Акулину», «Семёрки», «Дурака» и «Скорость», — начисляя очки за каждое место. Аманэ оказался в самом хвосте. Точнее, его технично туда загнали.

Игру «Парочки» благоразумно исключили: все знали, что у Махиру и Аманэ отличная память. Столь тщательный выбор игр выдавал их с головой: они во что бы то ни стало хотели завалить Аманэ.

Иными словами, приготовили для него ловушку.

— Чёрт... Вы же сговорились и специально меня валили, да?!

В процессе Аманэ обо всём догадался и не раз на протяжении игры возмущённо повышал голос.

— Без понятия, о чём ты, но фокус на одной цели — вполне законная стратегия, знаешь ли.

— Ах вы ж гады! Вы с самого начала хотели повесить на меня наказание!

— Понятия не имею, о чём ты~.

— Бросаться обвинениями нехорошо.

— Вот же...

У Аманэ дёрнулась щека, но по-настоящему злым он не выглядел.

— Н-ну же. Не думаю, что эти двое загадают что-то совсем уж ужасное...

— Это мы ещё посмотрим... Ну давайте, выкладывайте ваше наказание. Вы ведь этого и добивались, да? — буркнул насупившийся Аманэ.

Читосэ просияла, будто только этого и ждала.

— Му-фу-фу. Ну-у, тогда... прошу, взгляни-ка сюда.

Широко улыбаясь, Читосэ выудила что-то из принесённой сумки и протянула Аманэ.

— ...Что это?

— Парик. Длинные волосы.

— Я вижу. Что мне с ним делать?

Аманэ вручили парик с длинными чёрными волосами. Случайность это, или его подбирали специально, но выглядел он шикарно: гладкие, блестящие, естественно спадающие локоны. Хоть сейчас надевай и иди на улицу.

Аманэ подозрительно уставился на виновницу торжества. А вот Махиру уже всё поняла.

— Как что? Надеть!

— Зачем мне его надевать... Стоп, а что у тебя в сумке?

— А здесь у нас одежда и косметика!

Как и ожидалось, огромная сумка, абсолютно ненужная для простой карточной игры, таила в себе полный арсенал для трансформации Аманэ.

— ...Это ведь шутка, да?

— Будь это шуткой, я бы не стала так заморачиваться.

— Зачем ты вообще всё это притащила?!

Растерянность и возмущение Аманэ были вполне обоснованны. Но его участь была предрешена в тот самый миг, когда он впустил в дом Читосэ с её подозрительным баулом. Сам виноват — потерял бдительность.

«Хотя вина Читосэ-сан, конечно, неоспорима».

Даже для Махиру такой поворот стал сюрпризом.

— Ну, просто Чи вдруг выдала: «С макияжем Аманэ будет смотреться отпадно, ему пойдёт женская одежда... Решено, наряжаем!»

— О чём вы вообще думали?! Вы только ради этого и припёрлись?! Категорически отказываюсь!

Аманэ ожидаемо ушёл в глухую оборону, но Читосэ с бесстрашной ухмылкой помахала перед его носом листком со счётом.

— Думаешь, у тебя есть право вето?

Шах и мат. Он проиграл в тот момент, когда согласился на игру.

Махиру виновато посмотрела на Аманэ, искренне ему сочувствуя.

— Аманэ, просто смирись. Я тоже через это прошёл.

— Ицуки... ты...

— Ну Иккуну же шло!

Судя по невозмутимому тону Читосэ, Ицуки уже стал её жертвой. Махиру вспомнила, как подруга недавно увлеклась макияжем и всё причитала: «На ком бы поэкспериментировать... где бы найти холст?».

Махиру на роль подопытной не звали — видимо, макияж Читосэ совершенно не подходил к её лицу.

— Главное — вовремя сдаться.

Теперь Махиру понимала Ицуки. Вся его логика сводилась к одному: «Я страдал, и ты пострадаешь».

— Как тут сдаться?! И зачем вы притащили одежду?! И откуда мой размер?! Это же ненормально!

Аманэ был высоким, и подобрать на него женскую одежду — та ещё задачка. Но платье с элегантными рюшами и кружевами, которое выудила Читосэ, по длине и ширине пришлось бы ему в самый раз.

— Это осталось с тех пор, как мой старший брат переодевался в девчонку на школьном фестивале. Признаю, вкус у него что надо, я сама удивилась.

— И правда... Фасон скрадывает фигуру, но при этом такой милый. Рюши скроют угловатость, так что даже высокий Аманэ-кун будет смотреться органично.

— Эм, Махиру-сан? А ты чего так загорелась?

— Я-я вовсе не загорелась... П-просто... любопытно посмотреть на Аманэ-куна с макияжем...

Махиру ни в коем случае не хотела обидеть Аманэ. Если бы он всерьёз разозлился, она бы тут же всё остановила. Да и Читосэ с Ицуки наверняка отступили бы, встретив жёсткий отпор.

Но, с другой стороны, она давно подозревала, что макияж Аманэ пойдёт. За привычной небрежностью скрывались правильные, точёные черты лица — скорее андрогинные, чем сугубо мужественные. Женственным его не назовёшь, но умелый макияж легко превратил бы его в настоящую красавицу.

Откровенно говоря, ей до жути захотелось увидеть это своими глазами — если Аманэ позволит.

— У меня вообще нет союзников!

— Я, как первопроходец, на твоей стороне.

— Заткнись, подельник.

— Как грубо. Чи, давай, приступай.

— Агась! Всё будет хорошо, просто закрой глазки — чик, и всё закончится! Не бойся, не бойся.

«Отверженные»[1], — всплыло в голове Махиру японское название знаменитого романа. Она предпочла проигнорировать тянущиеся к жертве демонические руки Читосэ — и мысленно приготовилась к нагоняю за соучастие.

[1]: «Отверженные» — название знаменитого романа-эпопеи Виктора Гюго.

В следующее мгновение раздался отчаянный вопль Аманэ:

— Вы у меня ещё попляшете!

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

— Хм-м, а неплохо...

Втроём они кое-как скрутили отчаянно брыкающегося Аманэ и полностью его преобразили. Оценив результат, Ицуки восхищенно присвистнул.

Надутый Аманэ, сидящий сейчас на ковре, ни с одного ракурса не походил на парня-старшеклассника. Он преобразился настолько, что издалека любой стопроцентно принял бы его за девушку.

Выдавали бедолагу лишь осанка и совершенно не женственные повадки.

— Ага-ага. Сама себя не похвалишь — никто не похвалит. Я просто гений! Фигуру мы скрыли, так что всё абсолютно идеально. Скажи же, Махирун?

— Э-э, да, конечно, но... эм... Аманэ-кун так страшно смотрит...

— Вы у меня ещё попляшете.

Аманэ был мрачнее тучи. Он сузил подведённые глаза, которые теперь казались огромными, и свирепо зыркал на Читосэ и Ицуки. Махиру под этот испепеляющий взгляд не попала — даже в такой ситуации Аманэ оставался к ней снисходительным.

— Не хмурься так сильно, макияж потечёт! Ну-ка, улыбочку... Ух ты, шикарно. Аж мурашки по коже.

— И по чьей же вине, интересно...

Натянутая, полная угрозы улыбка смотрелась куда приветливее его обычной мины, но от неё почему-то бросало в дрожь.

— Офигеть. Внутри-то это Аманэ, но снаружи — вообще другой человек. У меня аж мозг коротит.

— Му-фу-фу, это всё мои отточенные навыки!

— Ты потратила их впустую, применив на мне!

— Да ладно тебе, остынь. Раз уж ты так шикарно выглядишь, ну-ка, выдай нам изящную улыбочку... Эй, хватит так пялиться. Говорю же, жутко. Аж давит.

— Если хочешь, могу надавить и физически. Кулаком.

— Я против насилия! Почему мне вечно достаётся больше всех?!

С парнем Аманэ не церемонился. К тому же, именно Ицуки сильнее всех держал его при переодевании, так что весь гнев логично обрушился на него. Впрочем, всерьёз Аманэ не злился — так, обычная дружеская перепалка. Но поскольку сейчас он выглядел как сногсшибательная красотка, Махиру ощущала от этой сцены совершенно иное, необъяснимое давление.

— Ты же парень крепкий... выдержишь?

— Шиина-сан, спасай! Меня сейчас убьют!

— Эй, не бросайся словами, которые можно неправильно понять.

— Н-насилие — это плохо...

Ицуки, конечно, держал дистанцию, но всё равно проворно юркнул Махиру за спину. Услышав её мягкий упрёк и запрет на рукоприкладство, Аманэ бессильно опустил брови.

— ...Махиру, и ты туда же?

Эти тихие, печальные слова и по-детски одинокий взгляд вмиг сделали его беззащитным.

Махиру и так считала его новый облик безумно милым, но когда на неё устремился этот обиженный, меланхоличный и бесконечно одинокий взгляд, её сердце болезненно сжалось от чувства вины.

Аманэ был слишком красив для сравнения с брошенным щенком, но ощущалось это именно так.

— Э-этот твой жалобный взгляд... так нечестно...

— Опа, критический урон по Шиине-сан!

— А он хорош~.

— Да что с вами двумя не так?!

В ответ на этот возмущённый, ошарашенный вопль Читосэ и Ицуки лишь рассмеялись. Пришлось потратить немало времени, чтобы Аманэ наконец остыл.

Когда Махиру кое-как его утихомирила, она снова посмотрела парню в лицо.

Она видела весь процесс от и до, но мастерство Читосэ поражало. Та умудрилась выжать максимум из природных данных Аманэ, направив их в совершенно иное русло. Махиру и сама умела краситься, но так виртуозно подчеркнуть чужие достоинства ей бы точно не удалось.

— ...И всё-таки, навыки Читосэ-сан просто поражают.

— Правда? Я-то думала, макияж в стиле «роковая красотка» — больше по твоей части, Махирун. У Аманэ исходник отличный, главное было смягчить его колючий взгляд.

— Это да... н-но Аманэ-кун ведь так сопротивлялся...

И правда, пока Махиру не вмешалась, Аманэ отбивался как мог. Он старался не порвать платье, поэтому не пускал в ход грубую силу, но даже когда Ицуки повис на нём всем весом, парень и не думал сдаваться.

Он утихомирился лишь тогда, когда Махиру взяла его за руки и мягко попросила: «Они же всё равно не отстанут. Давай просто поскорее с этим покончим». Не скажи она этого, трансформация Аманэ застряла бы на полпути.

— Зато когда Махирун взяла его за руки, он сразу стал таким паинькой~. Хоть на лбу у него и было написано «Спасите!».

— ...Я просто боялся случайно задеть Махиру.

— А когда я тебя держал, ты вырывался как дикий!

— Естественно... Чёрт. Ну что, теперь вы довольны?

С этими словами Аманэ прогнал с лица усталость и раздражение, нацепив привычную невозмутимую маску. И вот тут его красота раскрылась в полную силу. Да, во многом это была заслуга Читосэ, но благодаря его утончённым, мягким чертам лица, стоило ему лишь замолчать — и перед вами сидела настоящая девушка.

— Тебе очень идёт.

— Вообще не звучит как комплимент.

— Но ведь и правда идёт...

— Никакой радости от такой похвалы. Хочу поскорее умыться и переодеться.

— Эй, ты же в платье, не сиди по-турецки~.

Аманэ явно чувствовал себя неуютно под пристальным взглядом троицы. Стоило ему по привычке скрестить ноги, как Читосэ возмутилась.

— Да плевать.

— Нельзя-я~. Мне-то всё равно, а вот Махирун засмущается~.

— Э-это... ну...

Пусть платье и длинное, но в такой позе оно неизбежно задиралось, обнажая ноги. И хотя бельё под ним было самым обычным, мужским, Махиру так засмущалась от вида чужой кожи, что теперь не знала, куда деть глаза.

Девушка робко потупилась. Аманэ привычным жестом попытался зачесать волосы назад, но, вспомнив про укладку, неловко приложил руку ко лбу и тяжело вздохнул.

— ...Ладно, ладно, понял. Как только вы вдоволь насмотритесь, я переоденусь.

— ...Стоило упомянуть Махирун, как Аманэ мигом стал шёлковым, а?

— Ты что-то сказала?

— Да нет, ничего~. Слушай, раз уж ты теперь такая милашка, веди себя соответственно и разговаривай женственно!

— Обойдёшься.

Аманэ всё же сменил позу и теперь сидел на коленях, с прямой спиной, но идти на поводу у нелепых требований Читосэ явно не собирался.

— Э-э? А вот Иккун тогда быстро вошёл во вкус и заговорил как истинная леди~.

— Эй, это потому что Чи меня заставила... точнее, вынудила...

— Но в итоге-то тебе понравилось, признай?

— Думаю, это скорее называется безысходностью...

Взглянуть на Ицуки в женском платье, изображающего леди, тоже было бы любопытно, но сейчас всё внимание Махиру целиком поглотил Аманэ.

Разглядывая сидящего рядом парня, она думала о том, что он унаследовал от родителей на удивление правильные черты лица. И как ни странно, макияж в сочетании с платьем лишь сильнее подчёркивал скрытое под тканью крепкое мужское тело.

— ...Аманэ-кун, если присмотреться, ресницы у тебя длиннее, чем я думала.

— Не пялься так, я сейчас со стыда сгорю.

— И кожа такая гладкая... Ты стал намного красивее с нашей первой встречи.

— Ну, это потому что ты следишь за моим питанием, да и спортом я стал заниматься чаще... П-понял я, понял, не подходи так близко.

— Как же я завидую: никакого ухода, а кожа идеальная... Ты почему отодвигаешься?

— Потому что ты слишком близко?!

Стоило Махиру податься вперёд, чтобы получше его рассмотреть, как Аманэ тут же отстранялся. Она придвигалась — он отодвигался. Так они и ползали по ковру: она наступала, он ретировался.

— ...Аманэ и правда ничего не может поделать с Махирун, да?

— С ней он точно жестить не станет. Аж плакать хочется, когда вижу разницу в отношении ко мне и к Шиине-сан.

— Хватит там шептаться. Н-ну всё, поигрались и хватит, дайте переодеться.

Аманэ, тщетно пытаясь увернуться от наступающей Махиру, умоляюще посмотрел на зачинщиков. Читосэ лишь рассмеялась:

— Ну, ничего не поделаешь... Так и быть, на первый раз пощадим.

Но не успел Аманэ вздохнуть с облегчением, как раздался щелчок камеры.

Все разом обернулись: Читосэ с широкой ухмылкой держала смартфон.

— Эй, ты зачем фоткаешь?! А если кто-то увидит?!

— Расслабься, я кому попало такое не показываю~. ...Но слушай, ты так похож на девчонку, что на фотке вышло, будто Махирун клеится к красотке! Сама в шоке.

— Немедленно удали этот компромат. Я не хочу, чтобы это стало моим тёмным прошлым.

— Ладненько. Смотри.

Читосэ на удивление легко согласилась. Она потыкала в экран и сунула телефон Аманэ прямо под нос. На его глазах она безжалостно удалила свежую фотографию.

Она даже очистила корзину, чтобы исключить любое восстановление данных. Аманэ, хоть сам об этом и попросил, впал в ступор от такой покладистости.

— ...Что-то ты слишком быстро сдалась.

— Ну, у меня принцип: не делать того, от чего человеку правда неприятно. Так уж и быть, со своего телефона я всё стёрла.

Услышав слова «со своего», Аманэ обо всём догадался. Ранее старательно избегавший зрительного контакта, он резко повернулся к Махиру. Лицо его было абсолютно серьёзным.

— ...Махиру, дай-ка телефон. Буквально на секунду, только уведомления гляну.

— Не дам.

Махиру, чей смартфон в кармане как раз недавно завибрировал, крепко прижала к нему руку, отвернулась и тихо хмыкнула.

Она ещё не открывала сообщение, но если сделает это прямо сейчас, Аманэ наверняка выхватит телефон и всё удалит. Доставать его на виду у парня она точно не собиралась — лучше посмотрит дома, в спокойной обстановке.

— Ну пожалуйста! Я только проверю, не прислали ли тебе эту фотку!

— ...А если прислали, тебе это будет неприятно?..

— Э-эм... д-да, неприятно...

— Как она его дожимает.

— Он у неё как на ладони.

— ...Нельзя?

«Позволь мне хоть немного насладиться фотографией... ну или хотя бы полюбоваться тем, что есть сейчас», — мысленно взмолилась Махиру, преданно глядя на Аманэ.

Парень так плотно сжал губы, что едва не размазал помаду. Наконец, словно не в силах больше это выносить, он резко поднялся.

— Ч-чёрт... Да делайте что хотите! Пойду переоденусь.

Кажется, он всё-таки капитулировал и разрешил оставить фото.

— Сдался.

— Полный разгром.

— Да заткнитесь вы!

Аманэ рявкнул громче, чем за весь сегодняшний день, и скрылся в своей комнате. Провожая его взглядом, Махиру крепче прижала руку к карману со смартфоном.

«Аманэ-кун, прости», — мысленно извинилась она, всем сердцем благодаря его за снисходительность.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Минут через десять Аманэ вернулся — в своей одежде и тщательно умытый. Ни следа роковой красавицы; перед ними стоял прежний Аманэ, разве что его обычный колючий взгляд помрачнел ещё процентов на тридцать.

— Э-эх, а ведь тебе так шло~.

— Больше в жизни на такое не подпишусь.

— Какая жалость.

Вопреки своим словам, Читосэ ничуть не расстроилась. Ей с лихвой хватило и того, что она успела увидеть. К тому же подруга прекрасно понимала: стоит чуть перегнуть палку, и шутка обернётся настоящей ссорой. Она умела вовремя отступать.

Благодаря этому Аманэ сейчас лишь раздражённо ворчал, а не злился всерьёз. Потребуй Читосэ чего-то ещё — и обоих шутников немедленно выставили бы за дверь.

— ...Злишься?

До сих пор Махиру светилась от счастья, открыв для себя новую сторону Аманэ, но её забавы явно не стоили его испорченного настроения. Стоило признать — в этот раз они перегнули палку. Задавая вопрос, она мысленно приготовилась получить в наказание пару щелбанов. Но Аманэ лишь смягчил взгляд и медленно покачал головой.

— Не злюсь. Но я чуть со стыда не сгорел, так что больше на такое не пойду. ...И я рад, что тебе, Махиру, было весело.

— Ой... п-прости, я увлеклась...

Он слегка её подколол, но даже не подумал винить. Просто радовался, глядя на её улыбку. Аманэ и впрямь был невероятно добрым. Ицуки на заднем фоне тихо возмутился: «Кому-то всё, а кому-то ничего», но Аманэ его мастерски проигнорировал.

— ...В следующий раз, как захотите кого-то нарядить, беритесь за Махиру. Ну, или за Ицуки.

— Замётано~.

— Эй, меня напрягает, как легко ты соглашаешься!

Видимо, Аманэ оставил реплику друга без внимания, лишь чтобы подготовить почву для мести. И теперь Ицуки оказался на линии огня.

— Ты говорил, что Читосэ уже переодевала тебя в девчонку, но я-то этого не видел. Разве у меня нет права оценить твой вид?

— Вот так вот, Иккун.

Читосэ зловеще пошевелила пальцами, всем видом говоря: «Ну всё, готовься», а Ицуки жалобно пискнул: «Может, пощадите?». Махиру переглянулась с Аманэ, и оба не выдержали — рассмеялись в голос.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

— А-а, как же я вымотался... Твёрдо решено: больше никаких игр с наказанием.

Проводив друзей, Аманэ обессиленно рухнул на диван — наконец-то можно было выдохнуть. Махиру, чувствуя вину за своё соучастие, не рискнула ляпнуть лишнего и лишь неловко улыбнулась.

— А… а-ха-ха... Н-но ты и правда был милым.

— Ни разу не звучит как похвала.

— В-вовсе нет. По-моему, Аманэ-кун, ты просто совсем за собой не следишь. А ведь исходные данные у тебя отличные.

— Ну спасибо.

Аманэ катастрофически не хватало уверенности в себе. Да, он тренировал тело, но на лицо особого внимания не обращал. Точнее, даже не задумывался о своей внешности, а потому принял комплимент с явным недоверием.

Для Махиру же его природная привлекательность была неоспоримым фактом, и хвалила она от чистого сердца. Вот только Аманэ искренне полагал: когда такие слова звучат от признанной красавицы, это больше похоже на снисходительную лесть.

— Будь у меня лицо помягче, как у отца, смотрелось бы чуть органичнее. Но тогда вы бы точно начали меня тискать, так что обойдусь.

— Я б-бы не стала такого делать!

— Скажешь это, глядя мне в глаза?

— ...Н-не стала бы.

— Да ладно?

Аманэ буравил её подозрительным взглядом. Конечно, Махиру не хотела навязывать ему что-то и уж тем более не желала его злить. Принуждать она его ни к чему не собиралась... Разве что самую малость — когда-нибудь потом потаскать по магазинам одежды.

— Ладно. Я знаю, что ты остановишься, если я скажу «нет», так уж и быть, поверю.

— Меня смущает это «так уж и быть».

— Учитывая, как ты сегодня на меня смотрела...

— У-у... Если бы тебе было по-настоящему противно, Аманэ-кун, я бы их остановила.

Да, любопытство жгло её изнутри, ей до жути хотелось увидеть результат, но чувства Аманэ всё равно стояли на первом месте. Упрись он всерьёз — она бы немедленно одёрнула Читосэ с Ицуки. Выставила бы за дверь, в конце концов. Сегодня она молчала лишь потому, что все, включая «жертву», понимали правила игры и просто дурачились.

Махиру отлично чувствовала эту негласную границу дозволенного.

— Да знаю я. Понимал, что мы просто дурачимся, потому всерьёз и не злюсь. Но больше на такое не подпишусь.

— ...Вот как.

— Чего ты так расстроилась? Если уж хочешь кого-то наряжать — наряжай себя. Ты, Махиру, и без того милая, так что от этого будет куда больше толку, чем от моих переодеваний.

«Ты и без того милая», — эта похвала прозвучала с мягкой улыбкой, естественно и без капли наигранности. В этот момент Аманэ показался ей таким крутым и красивым, что ни один макияж или наряд не пошёл бы ни в какое сравнение. Махиру едва сдержала сдавленный вздох.

Он ляпнул это совершенно небрежно — просто озвучил свои мысли. На лице не было ни тени смущения, сплошная искренность.

Но Махиру не обладала железной выдержкой, чтобы хладнокровно выносить этот открытый, тёплый взгляд. Взгляд, который Аманэ дарил ей одной.

— ...То, как ты с таким спокойным лицом раздаёшь комплименты, никуда не годится.

— Это сейчас было оскорбление?

— Похвала. ...Аманэ-кун, ты правда считаешь меня милой?

— Я всегда так думаю. Вряд ли найдётся безумец, который скажет, что ты не милая. Вкусы, конечно, у всех разные, но если судить объективно — любой признает тебя красавицей.

— А вот прежний Аманэ-кун говорил, что во мне нет ни капли милоты.

— А... ну, я тогда имел в виду твою ледяную ауру...

— А сейчас?

Наверное, именно этого ей хотелось больше всего. Разумеется, случайные комплименты делали её невыносимо счастливой, но сейчас Махиру жаждала иного: чтобы он посмотрел ей прямо в глаза, осознал свои слова и высказал то, что чувствует на самом деле.

Махиру пристально посмотрела на него снизу вверх. Аманэ удивлённо распахнул глаза. Его невозмутимость дала трещину. Он смущённо отвёл взгляд, но не отвернулся и, едва справляясь с неловкостью, тихо произнёс:

— ...Милая.

Одного этого слова хватило, чтобы душа Махиру наполнилась теплом. Слова Аманэ били прямо в сердце. Одно лишь его искреннее «милая» заставляло её стараться ещё усерднее, рождало желание ловить его взгляд снова и снова. Возможно, она была слишком наивной. Но если верить Читосэ, все влюблённые девушки такие. Махиру хотелось верить, что она не одинока в своей слабости.

— ...Спасибо. Обещаю и дальше становиться милее — благодаря тебе, Аманэ-кун.

— Причём тут я? Что раньше, что сейчас — это всё исключительно твои заслуги.

— ...Это мои заслуги, но источник сил — Аманэ-кун.

Она работала над собой ради самой себя, это правда. И понимала это лучше кого бы то ни было. Но за этим стояло нечто большее: желание стать для него той самой, стать ещё красивее, заставить его смотреть на себя чаще. Пусть мотивы были эгоистичными, но именно Аманэ стал её главным двигателем.

Она не приносила себя в жертву ради парня. Но и не позволила бы никому оспаривать её желание стать такой, в какую Аманэ мог бы влюбиться.

— ...Вот как?

— Именно. ...Кстати, а Аманэ-кун теперь тоже будет стараться стать милее?

Услышав про «источник сил», Аманэ озадаченно склонил голову. А когда Махиру с озорной усмешкой выдала свой вопрос, он в панике замотал головой: «Нет уж, увольте!».

Махиру весело рассмеялась: «Какая жалость», — а сама всё прокручивала и прокручивала в голове одно-единственное слово: «Милая».

— Кстати, чисто из любопытства. Если бы право загадать желание досталось тебе... о чём бы ты попросил?

— ...Сделать на ужин порцию омлета? А, хотя в холодильнике яйца кончились, пришлось бы в магазин бежать.

— В этом весь ты...

— Это сейчас был упрёк?

---

Поддержать переводчика:

• Тинькофф https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d
• Бусти https://boosty.to/godnessteam

В ТГК вся информация и новости по тайтлу: https://t.me/AngelNextDoor_LN