Случай Эмоциональной Болезни, №13-465.

Эмоциональная Болезнь, пришедшая из Врат Ада Паймон, преодолела Центральный регион и захлестнула Южный.

— Кх... Кх-а-а-а!

В огромном особняке, где остался лишь один хозяин, грузный мужчина лежал, уткнувшись в лестницу, и стонал. Кловис, один из богатейших людей королевства Кале. Он занимал второе место в финансовой иерархии королевства и входил в сотню богатейших людей всего Южного региона.

— За что... За что...

Кловис жалобно скулил, лицо его исказилось от страданий.

— Почему боль не уходит...

Сперва он убил горничную. Затем друга, потом 13 своих жен, и, наконец, 7 детей. Всё это произошло за один-единственный день, и буквально только что он вспорол живот своей любимой Кэти.

— Неужели она еще не умерла?

С трудом удерживая рассудок, парализованный невыносимой агонией, Кловис, прихрамывая, спустился по лестнице. Его жены и дети, распростертые на холодном полу, смотрели на него остекленевшими глазами.

— А-а-а-а! Больно... Как же больно.

Казалось, подобная мука лежит за гранью человеческого понимания.

— Кэти, ты всё еще жива?

Огромная собака, вывалив наружу внутренности, тяжело дышала, высунув длинный язык.

— Сдохни. Просто сдохни поскорее. Я больше не могу это терпеть.

Каждый удар мечом отзывался в его собственном теле такой болью, словно ему ломали кости.

— А-а-а! А-а-а-а-а-а!

Лишь когда на изуродованном теле собаки не осталось живого места, до Кловиса дошла суровая правда.

— Что же мне делать?! Я убил их всех! От чего еще я должен отказаться, чтобы боль ушла?!

Брошенный в отчаянии длинный меч отскочил от стены и ударил по полке, на которой стояла дорогая фарфоровая ваза.

— Ах!

Лицо Кловиса побелело как мел, а покачнувшаяся ваза с грохотом разлетелась на куски, упав на пол.

— Нет! Нет!

Бросившись к осколкам, он дрожащими руками поднял один из них.

— Проклятье! Знаешь ли ты, сколько она стоила?! Тупая псина!

И в этот самый миг Кловис осознал, что его болевые ощущения пришли в норму.

— Деньги...

Нащупав новый путь к спасению, первым делом он испуганно замотал головой.

— Нет... Только не это. Я же столько лет их копил.

Работая без единого выходного с 7 лет, он сколотил огромное состояние. Отказаться от него означало лишить себя всякого шанса на счастье.

— Ублюдки! Отбросы! Ничтожества! Да как вы смеете покушаться на мои деньги?! Кто еще в этом мире горбатился так, как я?!

Однако стоило ему пожалеть об одной-единственной разбитой вазе, как боль вспыхнула с новой силой.

— А-а-а, нет...

Охваченный леденящим ужасом, Кловис забился в конвульсиях.

— Прошу, остановите это... Я дам 100 миллионов... нет, миллиард золотых, только вылечите меня! Умоляю, умоляю... А-а-а-а-а!

Болевой порог понизился, и теперь его тело разрывала мука в 2 раза сильнее прежней.

— Помогите! П-помогите!

Спустя 16 часов.

Говорят, когда к особняку прибыли представители Всемирной организации здравоохранения, пылающее здание ярким факелом освещало предрассветное небо.

* * *

— Фу-у-ух.

Закрыв папку с делом №13-465, Сариэль перевела взгляд на лежащее на кушетке тело Кловиса. Оно почернело и затвердело, превратившись в кусок угля.

— Сразу в крематорий?

Когда она, подписав составленное магом разума заключение, поднялась со стула, патологоанатом накрыл труп простыней.

— Да. Мы пытались связаться с родственниками, но желающих взять на себя организацию похорон не нашлось. И это неудивительно.

Печальный конец.

— Понятно. Тогда так и поступим.

Сариэль покинула морг. Лицо ее оставалось бесстрастным до тех пор, пока она не вернулась в свою лабораторию. Здесь ее встретила суровая реальность в виде стен, сплошь оклеенных стикерами с заметками и огромными графиками, отображающими хронологию событий. Настоящее обрушилось на нее всей своей тяжестью.

— Ха-а.

Истории жизней жертв давно уже растворились в нескончаемом потоке отчетов, поступающих сотнями каждый день.

— Ха-а! Ха-а! Ха-а!

Почему же эту болезнь нельзя вылечить?

Чувство собственного бессилия захлестывало ее с головой, и, чтобы не дать ему сломить себя, Сариэль отчаянно цеплялась за гнев.

— А-а-а-а! Как же всё это бесит!

Она начала швырять всё, что попадалось под руку.

«Держись! Ты должна держаться!»

Она прекрасно понимала, что гневом проблему не решить, но тело отказывалось подчиняться разуму. В этот момент Широн с силой распахнул дверь лаборатории.

— Сариэль! Что случилось?

Очнувшись, она огляделась: комната была перевернута вверх дном, а по ребру ее ладони стекала струйка крови.

— Ты поранилась. Что на тебя нашло? Это на тебя совсем не похоже.

Широн шагнул к ней, чтобы осмотреть рану, но Сариэль, опустив руку, дрожащим голосом произнесла: — Ш-Широн...

Прочитав в ее глазах бездонное отчаяние, он понял, что дело вовсе не в ране.

— Сариэль, я понимаю, как тебе тяжело...

Сариэль уткнулась лицом в грудь Широна и, вцепившись в его воротник, разрыдалась.

— А-а... А-а-а-а...

Это был горький, полный безысходности плач.

— Всё хорошо.

Раз за разом повторяя эти единственные слова утешения, Широн нежно гладил ее по спине.

— Всё хорошо. Всё наладится.

Неизвестно, сколько прошло времени. Вдоволь наплакавшись, так что одежда Широна промокла насквозь, Сариэль начала постепенно успокаиваться, и ее дыхание выровнялось.

— ...Прости.

Не в силах поднять взгляд, она еще сильнее вцепилась в его воротник.

— За что ты извиняешься? Если тяжело — плачь сколько влезет. Никто и не думает сомневаться в том, что ты выкладываешься на полную.

По крайней мере, те, кто рядом.

Лишь тогда Сариэль робко подняла голову и, надув губы, пробурчала: — Только попробуй рассказать об этом Эми — убью. Держи рот на замке, пока я сама ей не скажу.

— Ха-ха! Хорошо. А теперь давай-ка посмотрим твою руку.

Хотя Сариэль специализировалась на магии исцеления, сейчас ей просто нужно было успокоиться. Порез оказался длинным, но, к счастью, неглубоким.

— И из-за чего ты так завелась?

Усевшись на стул и позволив Широну обработать рану, Сариэль закурила.

— Сама не знаю. В последнее время мне постоянно снятся кошмары. Видимо, придется сократить количество проверяемых дел.

Широн с грустью улыбнулся.

— Да, это тяжело.

— Эмоциональная Болезнь... Приходится погружаться в самые темные закоулки человеческой души. В здравом уме такое не вынести.

Сариэль отвернулась.

— Поражаюсь твоей выдержке. Как ты всё это терпишь? Будь я на твоем месте, давно бы уже свихнулась.

— Ты и сама отлично справляешься. Благодаря анализу сотен случаев мы смогли разработать методические указания. Просто помни: тех, кого мы спасли, гораздо больше, чем тех, кому помочь не удалось.

— Да...

Сариэль была ему искренне благодарна.

— Ах да, я позвала тебя, потому что у меня есть к тебе просьба. Сможешь отправиться в небольшую командировку?

— Командировку? А что случилось?

Потушив сигарету, Сариэль принялась рыться на столе.

— Куда же я его засунула?

Перебирая бумаги, она вдруг опустилась на пол и начала просматривать разбросанные документы один за другим.

— Ага, вот оно. Взгляни.

Широн подошел ближе и увидел карту, на которой были отмечены очаги заражения.

— Одна красная точка — это 100 человек. Если уменьшить масштаб, картина станет более детальной, но для понимания сути хватит и этого.

— Да, я вижу.

Распределение зараженных было явно неестественным.

— Эмоциональная Болезнь передается воздушно-капельным путем. Конечно, люди тоже являются переносчиками, но поскольку большинство государств ввели карантинные меры, скорость распространения таким путем невелика. Следовательно...

Широн подхватил ее мысль: — Логично предположить, что наибольшая концентрация случаев заражения должна приходиться на Центральный регион и постепенно снижаться по мере продвижения на юго-запад. Но на этой карте мы видим целые регионы, где инфекции словно и не было — будто там образовались безветренные зоны.

— Именно. Создается впечатление, будто в Южном регионе есть мертвые зоны. Сначала я подумала, что эти земли захвачены демонами, но когда я связалась со Святилищем, мне ответили, что армия Ада застряла на границах королевства Кале. Тогда я начала копать под эти регионы. Вдруг там расположены важные административные или военные объекты?

— Ну да, в таком случае огласка количества умерших могла бы ударить по репутации государства.

— В том-то и дело, что нет, — Сариэль ткнула пальцем в карту. — Я проверила всё от и до, но не нашла ни единой причины скрывать статистику. В основном это небольшие провинциальные владения, ничем не примечательные.

— Отправляла туда следователей?

— Я уже доложила обо всем начальству. Если мои доводы сочтут убедительными, туда направят экстренные группы, но... учитывая, что в первую очередь нужно разобраться с аристократами из разных стран, боюсь, это дело отложат в долгий ящик.

Вопрос конфискации имущества зараженных дворян стоял сейчас куда острее.

— Сидеть и ждать ответа сверху — это не по мне, так что я продолжила копать. И знаешь, к какому выводу я пришла? Что, если эти земли не скрывают данные, а там действительно научились противостоять болезни?

Повисла долгая пауза.

— Хм... Допустим, но чтобы такое происходило одновременно по всему Южному региону? Это уже слишком масштабно. К тому же речь идет не о крупных городах, а о небольших поселениях...

Широн замолчал и мысленно соединил пустые участки на карте линиями.

— Это какой-то маршрут.

— И я о том же. Я просидела над этим всю ночь. Изучила все местные товары, вплоть до материалов для сельскохозяйственных инструментов. Никаких совпадений. Я уже было зашла в тупик, как вдруг вчера вечером меня осенило: если какой-то товар распространяется по всему Южному региону, то наибольшую выгоду должен получать тот регион, где он производится.

— И всё это ты проверила?

Был лишь один способ вычислить место производства.

— Я достала все отчеты, начиная с первого, и стала по одному наносить точки на карту. Прошло часа два, и вдруг я поняла: в этом нет никакой необходимости. Я вспомнила место, которое ни разу не фигурировало в отчетах.

Широн ощутил мурашки по коже.

— Я отложила карту и стала перебирать документы, пока не наткнулась на это место. И знаешь, что? Ни одного. Найдется ли хоть одно королевство, где не зафиксировано ни единого случая заражения Эмоциональной Болезнью?

Сариэль провела линию на самом юге региона, прямо над границей королевства Айрон.

— Догадываешься, что это за место?

Когда Широн мысленно сопоставил координаты, по его спине пробежал холодок.

— Королевство Кесия.

Место, где находился Ферми.

— Наркотики...

— Верно. Это маршрут наркотрафика. Наркотики производятся в Кесии и расходятся по всему региону. И там, куда они попадают, не зафиксировано ни одного случая заражения.

— Но... разве такое возможно?

— В том-то и загвоздка. Мы перепробовали все виды морфина, успокоительных, седативных и даже экспериментальные препараты, но симптомы болезни не отступают. Что же это такое? Какой наркотик способен подавить Эмоциональную Болезнь?

Широн прикрыл рот рукой, глубоко задумавшись.

«Слишком подозрительно, чтобы быть простым совпадением. К тому же Ферми подался в наркобароны задолго до открытия Врат Ада. Откуда он мог знать, что всё так обернётся…»

С его губ невольно сорвался вздох.

— А-ах.

А может, и знал.

«Это же Ферми».

Широн покачал головой.

«Честно говоря, я ничего не понимаю. Но поверить в то, что ему просто повезло, еще сложнее. Если всё это было просчитано заранее…»

Что же именно предложил ему Ферми в тот день, стёртый из памяти?

«И почему... я согласился?»

— Отправляйся в Кесию.

Глядя на Широна, Сариэль пощелкала ручкой и произнесла: — Обычному следователю с этим не разобраться. Ферми уже подмял под себя всю Кесию, так что официальное расследование ни к чему не приведет. Я понимаю, что прошу о многом, но я хочу, чтобы ты лично во всем разобрался.

— Хорошо.

Найти способ сдерживания Эмоциональной Болезни было критически важно, но и встретиться с Ферми перед началом собрания Святилища — не менее необходимо.

— Выдвигаюсь немедленно.

Еще один Широн отправился в Кесию.