Глава 1148: Бездна

Приятного Чтения /_·.·_/

— Ни в коем случае не ходите больше в особняк Роберта. Та картина полностью превратилась в ужасающее бедствие…

Тяжёлым голосом произнесла Анджелила:

— Мне нужно найти одного человека. Возможно, только он сможет решить эту проблему.

— Почему…

— Почему вы мне помогаете?

Хрипло спросил Ницше.

— Возможно…

— Потому что мы с тобой одного поля ягоды…

Горько усмехнулась Анджелила, обнажив метку на своей руке.

— Оба мы, жалкие создания, обречённые быть принесёнными в жертву злому божеству.

— Печать Греха? Она выглядит немного иначе!

Зрачки Ницше сузились, но он тут же поверил.

— Я пойду с вами!

— Хорошо. Здесь дело уже примут полиция и начальство из следственного управления…

— Идём за мной!

Анджелила взяла Ницше за руку, наняла экипаж, и они отправились в трущобы Гимберта.

Ницше и сам знал это место очень хорошо.

Дома здесь были низкими и тесными, они наступали на дорогу, из сточных канав несло зловонием. Живущие здесь горожане по большей части едва прикрывали наготу, были жёлты и худы, с безразличными, а порой и безумными глазами.

Это были самые большие трущобы Гимберта, куда не отваживались ступать местные элиты, мнящие себя высшим обществом, иначе наутро можно было запросто всплыть в зловонной канаве.

Но Анджелила, видимо, хорошо знала эти места. Она петляла по переулкам, пока не вышла к реке, к ряду маленьких убогих лачуг.

Здесь воняло ещё сильнее: выше по течению располагались текстильные и химические фабрики, река была совершенно чёрной, а по воде плавало множество дохлых тел.

Ницше невольно нахмурился:

— К кому мы идём?

— К одному Колдуну. Слышал ли ты когда-нибудь слово: Мандала?

Лицо Анджелилы стало крайне серьёзным.

— Знаю. Самая важная археологическая находка Винсента была связана с племенем Мандала, на Чёрном Континенте…

Ответил Ницше.

— Мандала, это очень древнее племя в тропических лесах. Говорят, у них до сих пор сохранился обычай людоедства, и именно там зародились Колдуны.

Спокойным голосом произнесла Анджелила:

— Тысячу лет назад у них была чрезвычайно блистательная цивилизация. Тамошние Колдуны даже могли общаться с Богами Сновидений и получать их покровительство! Что касается познаний в таинственных силах, Колдуны Мандалы, безусловно, лучшие из лучших.

Говоря это, она нырнула в чёрную палатку у реки.

Внутри палатки оказалось очень просторно, и, казалось, она соединялась с другими. У входа стояли двое чернокожих стражников с бесстрастными лицами и бугристыми мышцами.

Ницше показалось, что они сильнее, чем Живой Мертвец, которого недавно сделал Саймон.

— Это я. Хочу видеть Гаргамеля.

Анджелила явно была знакома с охранниками. После доклада, их обоих провели в самую большую палатку.

Свет был тусклым. Ницше инстинктивно отступил на несколько шагов и наткнулся на деревянную подставку.

Он машинально схватился за неё и обнаружил, что держит белый череп. Его пальцы провалились в глазницы. На черепе не было ни кусочка плоти, зато сохранилось множество волос, заплетённых в разные косички.

«Ааааа!»

Ницше поспешно зажал себе рот рукой, чтобы не закричать.

*Вжух!*

В этот момент, в жаровнях вокруг вспыхнуло зелёное пламя, осветив сидящего на коленях в центре человека.

Он был так стар, что напоминал скелет, обтянутый кожей. На лице не было ни усов, ни бороды, ни волос, а его глаза светились, как блуждающие огоньки.

— Гаргамель!

Анджелила дёрнула Ницше и тоже опустилась на колени, перед ним.

— Снова встретились…

— Дева, носящая клеймо!

Гаргамель повернул голову, раздался скрип, словно у несмазанного старого механизма.

— И ты, юноша, танцующий с Гулями! Похоже, у нас с тобой найдутся общие темы для разговора о кулинарии и ингредиентах…

— Кхе-кхе…

Гаргамель издал странный смешок.

— Ты…

— Ты всё знаешь?

Ницше побледнел, чувствуя, как к горлу снова подступает тошнота.

— Настоящие Гули, в обычной жизни, ничем не отличаются от нас. К тому же они обладают способностью к духовному заражению…

— Если долго находиться рядом с ними, ты перестаёшь замечать привычные вещи, например, сокращение числа соседей и коллег…

Гаргамель заскрипел смехом.

— Хватит, ему и так несладко пришлось. Гаргамель, сегодня я пришла к тебе по двум делам…

Анджелила глубоко вздохнула.

— Я заплачу цену.

— Хорошо, говори, какие у тебя трудности.

Гаргамель взял зелёную чашку, в которой была какая-то зелёная кашица, источавшая странный запах.

— Этот Гуль сбежал. Но когда мы обыскивали его жильё, я нашла упоминание о Пире Плоти. Что это означает?

*Хлоп!*

Рука Гаргамеля дрогнула, чашка упала на пол.

Он не обратил на это внимания, его голос стал низким:

— Это начало одного ритуала. Очень злого ритуала, связанного с древними легендами этой планеты, с Древними и с Внешними Богами.

— В древности этой планетой правили Древние, обладавшие необыкновенной силой, все они были отродьями Внешних Богов. Мы, Колдуны, научились силе именно у Древних. Те, кто склонялся к кровавому безумию, становились Чёрными Колдунами. Но даже среди Чёрных Колдунов, славящихся своим безумием, те, кто изучает Внешних Богов, считаются редчайшими сумасшедшими. По большей части они сами себя уничтожили…

Нараспев произнёс Гаргамель.

— Любая необыкновенная сила несёт в себе заражение, а Внешние Боги, источник всего! Они непостижимы, невероятно могущественны, даже простая встреча с их Истинным Телом приводит к ужасным изменениям…

— Всякий раз, упоминая их, мы должны использовать другие имена, потому что даже фрагмент их истинного имени несёт в себе злое заражение…

«Интересно…»

Нахмурился Ницше.

«Кажется, сам Гаргамель и есть тот самый сумасшедший Колдун, который изучал Внешних Богов…»

— Но какое отношение всё это имеет к Пиру Плоти?

Спросила Анджелила.

— Я уже говорил, это начало ритуала. Полное название, Дары Тёмным Богам. Он начинается с трёх видов жертвоприношений: Плоть, Кровь, Душа. Они приносятся в жертву одному из тёмных Внешних Богов, чтобы умолить его о силе. Согласно мифам и легендам, когда ритуал завершится, он, как минимум, пришлёт Тёмное Дитя, то есть Древнего, который некогда правил планетой.

Ответил Гаргамель.

— А Пир Плоти, это начало тёмного жертвоприношения. Оно обращено к Владыке Звёздной Дуги, Страннику Звёздных Пределов, Повелителю Звёздных Демонических Насекомых, Господину Безумного Хаоса.

С этими словами, Гаргамель как бы невзначай взглянул на Ницше:

— Метка на тебе, это жертвенное клеймо того самого Владыки.

— Так это он!

Ницше схватился за загривок, его колотило.

Тень, скрытая в его крови, наконец чуть приоткрыла завесу.

— Настоящее жертвоприношение: Пир Плоти, лишь начало. Далее последуют Кровь и Душа!

Голос Анджелилы стал хриплым.

— Если помешать этим двум ритуалам, можно ли сорвать всё действо?

— Силы, исходящие от тьмы, намного превосходят ваше воображение…

— Как только Тёмное Дитя снизойдёт, это будет катастрофа для всей планеты!

Глаза Гаргамеля вдруг стали совершенно белыми.

— Древние любят править с помощью тирании и жестоких наказаний. Их появление означает рабство и бедствие…

— Тёмные приспешники сделают всё, чтобы ритуал удался.

Ницше показалось, что он задыхается.

«Я же всего лишь внештатный сотрудник... Как это я вдруг оказался замешан в катастрофе, которая грозит уничтожением миру?»

— Неужели нет никакого выхода?

Ницше, успокоившись, всё же спросил сквозь зубы.

— Только сила Внешнего Бога может противостоять силе Внешнего Бога!

Голос Гаргамеля стал ещё более отстранённым.

— У Владыки Звёздной Дуги, есть заклятый враг, Звёздный Питон, гигантский змей с переливающейся семицветной чешуёй! Хозяин Богов Сновидений!

Сказав это, Гаргамель перевёл взгляд на Анджелилу:

— В тебе осталась сила Винсента. А Винсент, в своё время, встретился лицом к лицу со Звёздным Питоном и стал Бездонником.

— Бездонником?

— Тот, кто смотрит в бездну, называется Бездонником. Среди Колдунов это тоже чрезвычайно сильное существо! Тот, кто только начал постигать колдовство, считается просто Осквернённым, необычной силой. Затем, идёт Обладающий Контролем, тот, кто способен управлять своей необычной силой, но это лишь иллюзия. Когда он возвысится снова, то обнаружит, что мы всё это время смотрели в бездну, и бездна смотрела в нас…

— И второе дело: картина, оставшаяся от Винсента, полностью вышла из-под контроля…

Анджелила глубоко вздохнула.

— С осквернением Бездонника я бессилен…

Гаргамель махнул рукой, показывая, что разговор окончен, и добавил напоследок:

— Юноша, только что я получил откровение во сне: ты уже соприкоснулся со своей надеждой.

…

Только выйдя из трущоб, Ницше всё ещё был в прострации:

«Осквернённый, Обладающий Контролем, Бездонник? Это три уровня Необыкновенных? Ты уже соприкоснулся со своей надеждой... Что это значит?»

— Не ожидала, что за Пиром Плоти скрываются такие тайны…

Анджелила закусила губу.

— Давай расстанемся здесь. Мне нужно вернуться и хорошенько всё обдумать!

Она была всего лишь девушкой, которую давила ипотека, и уж никак не хотела иметь дело с мировым господством злых божеств.

— Хорошо, мисс Анджелила!

Расставшись, Ницше, сам не зная куда, бесцельно побрёл по улицам.

Когда он остановился, то обнаружил, что стоит перед улицей Платанов.

«Неужели это и есть откровение судьбы?»

Ницше горько усмехнулся и зашёл в лавку.

Тут же он увидел жулика-хозяина и его милую горничную.

— Ого, вот это встреча, давно не виделись, мой юный господин!

Фан Юань опустил газету и приподнял очки:

— Ты накопил денег?

— Денег? Каких денег?

Опешил Ницше.

— Конечно, на покупку картины Винсента! Позволь представить тебе…

— Только что поступившее сокровище в нашей лавке, поздний шедевр мастера Винсента, ‹Грёзы›!

Фан Юань указал на висящую на стене искажённую картину звёздного неба, а выражение лица Ницше стало таким, будто он увидел привидение.

Спасибо за прочтение! /_·.·_/