***

Туп. В затылке отдалось тяжестью, волна жара накрыла с головы до пят.

Пламя, вспыхнувшее внизу живота, в мгновение ока охватило все тело Дейзи, словно степной пожар.

— Хы-хх!..

Не в силах сдержаться, Дейзи вскрикнула, словно оказалась в языках пламени.

Максим, едва вогнав свой член до упора, обрушился на нее, сжав ее плечи и тяжело дыша.

Хаа, хаа...

В ушах лишь смутно слышались чьи-то прерывистые стоны и ее собственные всхлипы.

— Блядь.

Максим шумно выдохнул ругательство.

Он знал, что будет хорошо, но это выходило за пределы разумного. Так хорошо, что казалось, сведет затылок — он был готов сойти с ума.

Лишь сейчас, засадив в нее до конца, он наконец понял, почему Дейзи лепетала что-то о разрывающихся внутренностях.

Каждое движение грозило ей разрывом, так как все внутри сжималось до предела.

Горячо. Казалось, он растекается внутри нее, расплавляясь в самой глубине.

Они сошлись так плотно, что даже их пульс бился в унисон — глухо, тяжело, будто слившись в одно целое.

— Смотри. Как послушно все проглотила.

— Кхх, х-хы...

— Теперь... фух... мой член... полностью... твой, Изи.

Голос Максима дрожал от возбуждения. Вид Дейзи, зажатой под его тяжелым телом, как добыча в зубах хищника, лишь усиливал напряжение в его члене.

— Схожу с ума... Как мы могли... так долго... хаа...

— Ы-ык, мм...

— Даже умереть сейчас... было бы счастьем.

Обхватив ее плечи и талию так, словно хотел сломать, Максим зашептал ей в ухо, осыпая нежные мочки поцелуями.

— Хык... кхх... дышать...

— Тебе умирать... хаа... нельзя.

— Это из-за... кх... тебя... задыхаюсь... хык...

— Ни за что. Как я мог... хаа...

Дейзи захлебнулась в рыданиях, бормоча сквозь икоту. Максим чуть ослабил хватку.

— Черт, я переборщил.

Видимо, не заметил, что она совсем не могла дышать. Его голос звучал искренне раскаянно.

— Дай тебе глоток воздуха. Прости, а?

И, прежде чем она успела возмутиться, он принялся передавать ей воздух короткими, жадными поцелуями.

«Ха, какая мелочь». Каждый раз, когда его мягкие губы касались ее дрожащих губ, Дейзи вздрагивала. Максим усмехнулся.

Постепенно, с каждым легким прикосновением, икота начала стихать.

— Раз уж ты сверху... фух... можно двигаться?

— Т-ты уже... д-двигаешь... кхх...

— То есть... спрашиваю, можно ли уже по-настоящему.

Максим вдруг заговорил вежливо — будто не он только что втиснул в нее свое чудовище без предупреждения. Какой лицемер.

Вместо ответа Дейзи лишь подняла заплаканные глаза к нему.

Слезы капали одна за другой. Максим встревожился:

— Больно?

Она кивнула.

— Вытащить?

Тут же замотала головой. После того, чего он добился, мысль о повторении всего процесса была слишком пугающей.

— Вот дела... Что же делать с тобой, наша Изи? Говори.

Максим осыпал ее мокрое лицо нежными поцелуями, будто хотел успокоить. Хотя это он же и был виновником ее слез.

Нагло разыгрывая из себя спасителя, когда на деле больше напоминал волка в овечьей шкуре.

Но все же — этот самовлюбленный тиран спрашивал разрешения? Дело неслыханное.

«Все равно кончится тем, что он кончит в меня...»

Поскольку он уже внутри, а инициатива сейчас в ее руках — отказываться глупо. Дейзи глубоко вдохнула и выдохнула.

— Хык... м-медленно...

— Медленно двигаться?

— М-мм.

Ее ответ заставил Максима прыснуть.

Немного дерзко, конечно... но после всего, что он натворил, какая разница?

Все же она стала покладистее, чем в первый раз, когда он едва вошел — и она уже металась, умоляя вытащить.

Приподнявшись, Максим крепко обхватил ее бедра и начал двигаться — плавно, сначала глубоко назад, затем вперед.

Чвак, чвяк.

Головка члена скользила по чувствительным складкам, раздвигая их, с каждым движением раздавался грязный, мокрый звук.

Максим стиснул зубы, пытаясь сдержать нарастающую похоть.

Ощущая каждую мельчайшую складку внутри нее, он начал глубже входить, из-за чего по внутренней стороне бедер потекла струйка смазки.

— Мм, мм-хм...

Скрип дивана, хлюпающие звуки, прерывистое дыхание — все смешалось в единый развратный гул.

С каждым движением стенки влагалища разогревались, как густые сливки, а по телу разливалась алая краска возбуждения.

— Обними меня. Изи.

— Ы-хх... м...

— Ты хорошо слушаешься. Значит, заслужила объятия.

Повиновение нужно поощрять.

Даже если это своенравный пес, который втайне мечтает о ласке.

Надо учить ее всему шаг за шагом — ведь она наивна настолько, что даже не понимает, что держит в руках поводок.

— Обними за шею. Изи.

Не зная, куда деть руки, Дейзи судорожно сжимала кулачки, пока Максим не взял ее запястья и не обвил ими свою шею.

Похоже, ей отчаянно нужна была опора — теперь она повисла на нем, как утопающий за соломинку.

«Ох, черт...»

Одновременно ощущая, как она беззащитна под ним, но при этом вверяет ему свое маленькое тело, Максим был на грани помешательства.

Возбуждение нарастало, и его движения становились все резче.

Чвяк, чвяк, чвяк! Звук мокрой мошонки, шлепающейся о промежность, теперь слышался откровенно громко.

— А-ах, а, а-а!..

От частых толчков тело Дейзи съезжало назад. Максим подхватил ее под спину, усадив к себе на колени. Теперь она сидела прямо напротив него, словно верхом.

— А-ах!

Под ее весом член вошел еще глубже, почти пронзая живот. Дейзи вздрогнула и инстинктивно приподнялась на цыпочках, пытаясь ослабить давление.

Но ее непроизвольное движение лишь сильнее сжало головку, отчего глаза Максима потемнели.

— Ты что, пытаешься откусить?

Она резко замотала головой.

— Н-не кусай... хы... расслабься.

— М-мм.

Но слова говорили одно, а тело — другое. Встав на дрожащие носочки, она лишь сильнее сжала его внутри.

— Я же сказал... расслабься.

— Т-ты... слишком глубоко... кхх...

Несмотря на уговоры и похлопывания по бедрам, она не слушалась.

— Совсем от рук отбилась.

«Хотя сама согласилась подчиняться».

Но, похоже, забыла все, что обещала, и вновь выкручивалась, как хотела. Будто неудобная одежда, от которой норовят избавиться.

Подхватив ее под бедра, Максим поднялся с дивана.

— А-ах!

От неожиданности Дейзи вцепилась ему в шею, беспомощно заерзав на весу.

Но он лишь начал шагать вперед, не вынимая члена.

— Не ходи! С-страшно!..

Для Дейзи это было как шаг в пустоту.

Мурашки побежали по спине, от страха темнело в глазах.

— Стой, п-пожалуйста! А-а-ах!

**Бум!** Трах!

Ее спина ударилась о шкаф. В тот же миг с полки с грохотом свалилась ваза.

— Фух... Ты сама просила остановиться.

Встретившись с ней взглядом, Максим фон Вальдек лишь усмехнулся.

— Нет?

— М-м, хх...

Бессовестный. Разбил королевский фарфор — и ни капли раскаяния.

Дейзи окаменела.

— Я сделал, как ты сказала... Так почему злишься?

— Ты ёбаный псих—!

— Да. Психу можно немного пошалить?

— А-ах!

**Трах!** Бам-бам!

С каждым толчком ей казалось, будто череп сейчас треснет. Гулко, больно.

Все вокруг смешалось: стук тела о шкаф, хлюпающие звуки, слезы, застилавшие взгляд.

Когда горячий язык лизнул ее мокрую щеку, перед глазами проявилось лицо Максима — он ухмылялся, как сущий дьявол.

— Фух... Почему так туго? Наша Изи возбуждается от грубости?

— Хы-ах, х, а, нет... ах!

— Мне тоже нравится жестче. Так и знал — мы созданы друг для друга.

«Я не соглашалась!» Но Максим, словно пьяный, продолжал нести чушь.

— Давай поменяем позу... хх... а-ах... Максим.

— А мне и так хорошо.

— П-пожалуйста... хы... опусти меняаа!

— Меня заводит, когда ты умоляешь. Еще.

— Хы-ык, м, ну пожа-алуйста... а-ах!

— Или можешь поцеловать.