Во владениях Ламбертов уже знали, что армия Селтринов неудержимо движется на юг. В замке ждали нападения, а гарнизон был готов вступить в бой в любую минуту.

Поэтому одинокого всадника встретили как врага.

Это был Макс Селтрин.

— Стой! Назовись! — крикнул часовой.

Незнакомцам сейчас не доверяли, и причин для этого хватало.

— Спокойнее. Я прибыл не с дурными намерениями.

— Тогда кто ты такой?

— Посол.

— Посол?

— От дома Селтрин.

— Ч-что?!

Лязг! Лязг!

Лучники на стене наложили стрелы на тетивы. Солдаты у ворот сомкнули копья, преградив дорогу. Лица у всех были напряжёнными.

Они служили воинскому роду и умели сражаться, но никто из них не мечтал о новой бойне. Каждый надеялся, что Селтрины повернут назад. Появление посла означало одно: война подошла к самым воротам.

— Как ты смеешь являться сюда...

— Я приехал не с мелочью разговаривать! — Голос Макса прокатился над двором. — Доложите своему господину: прибыл посол дома Селтрин!

Вместе с криком на стражу обрушилась его аура. Люди пошатнулись, будто им в грудь ударили тараном. Ламбертские солдаты были лучшими из лучших, но обычной выучки не хватало против ауры человека, закалённого в десятках сражений.

— Вот же дерьмо...

Один человек заставил отступить несколько десятков бойцов, даже не обнажив оружия.

На шум прибежал рыцарь. Увидев, как посол подавил караул одним присутствием, он нахмурился. Защитники уже уступали ему в поединке воли, а до переговоров дело ещё не дошло.

— Довольно! Опустите оружие. Я сам провожу посла к графу.

Стража расступилась.

---

Граф Ламберт скорее напоминал учёного, чем главу прославленного воинского рода. Он не пренебрегал оружием, но рано понял, что большого таланта у него нет, и посвятил себя книгам.

В мирное время именно такой хозяин и был нужен дому. Поэтому граф получил власть не только по праву старшинства.

Но мир кончился.

Теперь на его лице всё чаще проступала усталость. От одного решения зависели род, земли и тысячи жизней. Он никогда не хотел такой ноши и не думал, что однажды она ляжет на его плечи.

— Армия Селтринов приближается, — тяжело произнёс он. — Что скажешь?

Рядом был человек, которому граф доверял безоговорочно: младший брат Лоуренс Ламберт, знаменитый Гигантский Лук и профессор Академии святой Леферии. Узнав о мятеже, он сразу вернулся домой.

Для графа это стало настоящим спасением. Лоуренс был лучшим стрелком рода, и вся империя знала его как великого воина. Пока брат командовал защитой, можно было хотя бы не бояться за крепость.

— Я знаю Макса Селтрина, — ответил Лоуренс. — Три года учил его в академии. Он не станет рисковать без причины.

Макс всегда просчитывал последствия. Штурмовать замок, который обороняют лучшие лучники империи, и терять людей ради сомнительной победы? Не в его духе.

— Раз ты так считаешь...

Граф немного расслабился.

Ненадолго.

— Срочное донесение!

— Что случилось?

— Прибыл посол дома Селтрин!

— Что?!

Тревога мгновенно вернулась на лицо графа.

---

Графа Ламберта я понимал хорошо. Он не был слабым правителем. Просто его способности лучше раскрывались в мирное время. В хаосе, где любое решение пахло кровью, он начинал сомневаться.

Сейчас давление должно было стать невыносимым.

Когда граф поддержал наследного принца, выбор казался разумным. Адольф контролировал имперскую столицу, располагал армией и выглядел будущим победителем. Но затем всё изменилось. Силы принца таяли, а влияние Оскар росло.

Граф наверняка спрашивал себя, не поставил ли на проигравшего. И боялся он не за собственную шкуру. Ошибка погубила бы весь дом и людей, доверившихся ему.

Вот его слабое место.

Лоуренса мне не переубедить. А граф был обычным человеком: порядочным, осторожным и до смерти привязанным к семье. Особенно к младшей сестре.

Перед глазами всплыл наш разговор с Марианной в Священном городе.

— Я ведь предупреждал вас, сестра.

— О гражданской войне?..

— Вы говорили, что получили откровение.

— Т-тогда моя семья...

— Она в опасности. Если ничего не изменить, дом Ламберт погибнет.

— Потому что победит принцесса?

— Да. Это тоже было Божье откровение.

— За что нам такое испытание?..

— Крепитесь. Час расплаты ещё не настал. Откровение нельзя отменить, зато человеческое решение можно изменить.

— Что вы хотите сказать?

— Надежда ещё есть.

— Прошу, скажите, что я должна сделать.

— Просто сделайте всё, как я скажу.

— Впустить посла! — раздался голос рыцаря.

Воспоминание оборвалось. Я улыбнулся и вошёл.

---

В зале меня ждал знакомый человек.

Профессор Лоуренс.

Встретить его среди врагов мне хотелось меньше всего. Судя по лицу, он тоже не ожидал увидеть бывшего ученика в роли посла.

— Макс Селтрин... Ты...

По залу прокатился шум.

— Сам Макс Селтрин?!

— Вражеский командующий явился один?

— Он совсем ебанулся?

Граф смотрел на меня с тем же недоверием.

— Вы действительно Макс Селтрин?

— Да, мой господин. Профессор может подтвердить мою личность.

Я спокойно поклонился и перевёл взгляд на Лоуренса.

Повисла странная тишина.

Первым заговорил старый рыцарь:

— Нужно взять его в заложники! Тогда Селтрины не посмеют напасть!

— Верно!

— Решайтесь, господин!

Несколько советников поддержали его. Посол считался неприкосновенным, но честь не спасла бы крепость и не вернула бы мёртвых. С их точки зрения, предложение было разумным.

Однако я знал графа. Некоторые люди не способны переступить через собственные правила, даже когда мир вокруг летит к чёрту. Он был именно таким.

— Молчать! — рявкнул граф. — Захватить посла — значит опозорить наш дом!

Спорщики сразу притихли. В его голосе не осталось сомнений.

Пока всё идёт как надо.

— Да, заложником его брать нельзя, — неожиданно согласился Лоуренс.

Я насторожился.

— Его нужно убить.

Свист!

Железная стрела сорвалась с тетивы раньше, чем он договорил.

Я ушёл в сторону благодаря одному лишь чутью. Если бы в его первых словах не прозвучало что-то неладное, стрела пробила бы мне грудь.

Хруст!

Наконечник полоснул плечо, вспоров одежду и кожу. По руке потекла кровь.

— Лоуренс! Какого чёрта ты творишь?! — взревел граф.

Его крик остановил второй выстрел. Советники застыли, не веря глазам. Лоуренс медленно опустил лук.

Понятно.

В академии я слишком часто показывал, на что способен. Для профессора я был одарённым учеником, а после моих побед в гражданской войне стал ещё и опасным полководцем. Пока мы находились по одну сторону, это радовало его. Теперь я превратился в угрозу, которую следовало убрать при первой возможности.

Наверняка он был готов сам понести наказание, лишь бы лишить Селтринов командующего.

Не вышло.

— Тёплый приём, — сказал я с улыбкой, будто плечо не горело огнём.

На самом деле выстрел сыграл мне на руку.

Лоуренс нарушил волю главы рода у всех на глазах. Как бы братья ни любили друг друга, на военном совете это было прямым вызовом власти графа. Ради моей смерти профессор пошёл на риск и промахнулся. Теперь в зале оставался униженный и разъярённый глава рода.

Даже лучше, чем я рассчитывал.

Граф доверял двум людям: брату Лоуренсу и сестре Марианне. Только что один из них перечеркнул его приказ.

Оставалась вторая.

— Успокойся, Лоуренс! Ты решил покрыть имя Ламбертов позором?

— Понял.

Профессор отступил. Шанс был упущен.

— Позовите лекаря, — распорядился граф.

— Не стоит. Царапина.

Я говорил с ним подчёркнуто уважительно. Глупо без нужды задевать человека, которого я собирался склонить на свою сторону.

— Вы уверены?

— Вполне.

Граф снова сел.

— Хорошо. Продолжим. Что привело вас сюда?

— Личная просьба.

— Личная?

Он прищурился. Лоуренс и советники тоже не понимали, к чему я веду.

Пора было достать главный козырь.

— Вот это.

Я поднял письмо. На печати были два скрещённых лука — герб Ламбертов.

Лицо профессора дрогнуло.

— Стой!

Поздно.

Граф уже понял, кто мог отправить послание.

— Немедленно принесите его мне!