---

— Что делает Инес?

— ...

— Альфонсо.

— …Что? Ах, сеньор, вы сегодня очень рано.

— О чем ты так усердно думал?

Комната дворецкого расположена в конце коридора за столовой. Хозяин комнаты вздрогнул, увидев уже вернувшегося домой сеньора с пустым выражением лица, не соответствующим его строгому и опрятному виду.

Карсель прищурился:

— Кто-то мог бы подумать, что дворецкий крадется драгоценности этого дома.

То, что он был так поражен этой шуткой, казалось, отражало его все более ослабленное состояние в эти дни.

Честность Альфонсо известна каждому в Эскаланте. Даже если бы кто-то угрожал ему ножом, он скорее отрубил бы себе пальцы, чем украл бы что-тт.

Поэтому вместо естественного подозрения, что он и вправду вор, Карсель начал подозревать, что с ним что-то не так.

Дворецкий в последнее время ведёт себя очень странно. Три дня уже? Нет… Неделя? Десять дней? Карсель оглянулся на свои воспоминания, которые равнодушны ко всем, кроме Инес. Настолько равнодушны, что он не мог понять, когда странное отношение Альфонсо началось.

— Что вы, сеньор, как я посмею… что-то такое…

— Знаю. Ты бы не стал делать что-то такое бесполезное.

— ...

— Ведь существует так много всего, что можно украсть незаметно.

— Да. Верно... Что?

Мгновение спустя Альфонсо сделал паузу, поняв шутку Карселя. Но вскоре Карсель спросил с чистым беспокойством. Настолько он странно себя ведет.

— Что-то произошло с семьей?

— ...

— Альфонсо. Ты опять витаешь в облаках.

— Не… Нет.

— Тогда?

— На самом деле, вы правы. Ну, вообще-то, моя младшая сестра...

— Мария?

— ... Не могу поверить, что ты помните имя моей сестры...

Альфонсо прикусил язык, словно пытаясь сдержать внезапно навернувшиеся слезы. Совесть? Чувство вины? Грусть?.. Он не мог описать то, что чувствовал.

Альфонсо джентльмен, который выглядел старше своего возраста, где-то между средним возрастом и старостью. Ему было совершенно не пристало глотать столько слез или иметь тревожные, жалостливые глаза, которые выглядели так, будто он вот-вот упадет в обморок.

Карсель отошел от Альфонсо и спросил:

— Итак, с твоей сестрой или племянниками что-то произошло?

— Да. Один из моих племянников внезапно заболел заболеванием легких.

— Серьезная болезнь?

— Нет. К счастью, прогноз хороший.

— Думаю, мне надо отправить немного денег для поддержки.

— Нет, что вы.

— У Марии же восемь детей? Зима в горах Эспозы довольно суровая, поэтому нужно не только вылечиться от болезни, но и хорошо пережить эту зиму.

— Не стоит, сеньор. Я и так получаю еженедельную зарплату, непропорциональную моим способностям. Как я могу просить о таком?

— А. Повысить зарплату?

— Нет! Я уже получаю зарплату шести слуг. Это слишком много...

Похоже, он действительно осознавал разницу в заработной плате между ним и другими сотрудниками. Карсель, медленно потирая подбородок, ответил:

— Шести человек? Я не знал… В любом случае, отправь своей сестре двухнедельную зарплату под своим именем. Тогда не надо будет придумывать имя для записи.

— Все в поряд...

— Ладно, а что насчет Инес?

Показалось, что как только он услышал имя Инес, лицо дворецкого мгновенно постарело на пять лет? Или нет.

Однако Альфонсо умело собрал лицо.

— В кабинете на втором этаже с гостями.

— А я думал, почему никто не вышел.

— Большинство ждут дам на втором этаже… Вы пришли неожиданно. Обычно все уже спускаются и готовятся встретить вас к тому времени, когда вы возвращаетесь.

Карсель цокнул языком, будто его критикуют, но затем широко улыбнулся. «Моя девочка очень популярна...» Это выражение, которое сделал бы герцог Баллестена.

Ничего не сказав, он тут же повернул обратно, чтобы подняться на второй этаж. Карсель осторожно потер кончик подбородка, и подумав, сказал:

— Кареты гостей припаркованы за холмом, поэтому снаружи я не мог сказать, что происходит внутри дома.

Естественно. На лице дворецкого, который минуту назад, казалось, был взволнован, просто взглянув на своего хозяина, отразилось легкое раздражение.

Однако он уже понял, почему Альфонсо расстроился. Карсель продолжал говорить, не обращая особого внимания на выражение лица дворецкого.

— Этот особняк не может вместить даже одну гостевую карету?

Это потому, что дом слишком маленький, а причина, по которой дом был таким тесным, заключалась в том, что сеньор приложил все усилия, чтобы объединить комнату со своей женой, и как можно больше пересекаться...

На лице Альфонсо были написаны все ответы, но Карсель не мог видеть ответа, потому что он смотрел на стены своим прекрасным лицом, будто смотрел на далекую гору.

— Следует ли поменять резиденцию? В первоначальную, рядом со штаб-квартирой.

— ...

— Что думаешь об этом?

— Это воля сеньора.

— Даже не стараешься. Выражай свое мнение серьезно.

— Арондра лучше, чем я...

— Если спрошу Арондру, то получу всевозможные оскорбления, так зачем?

Арондра, экономка, которая организовала внезапный переезд, была обеспокоена багажом Карселя, который так и не был размещен после переезда. В конце концов, сколько багажа было отправлено обратно в замок Эспозы, а сколько багажа Инес вернули в замок Перес, дом ее родителей? Карсель тоже это знал.

— Зачем вы хотите снова переехать, когда знаете, что она будет ругать вас?

— У Инес каждый день гости. И в таком маленьком доме неудобно принимать гостей.

Карсель с любопытством посмотрел в глаза Альфонсо. Спустя некоторое время после прибытия Инес в Кальстеру, она, раньше отталкивавшая других людей, внезапно изменилась.

Когда он получил эту резиденцию прямо перед своей свадьбой, он представлял себе, как он живет наедине с милой и нелюбящей общество Инес Балестеной, бездельничая вместе, а не с королевой социума Кальстеры.

Подумав об этом, ему стало так жаль, что Карсель нахмурился.

— Если так будет продолжаться, Инес потеряет свой авторитет.

Конечно, даже если бы пара принимала гостей в этом дома, никто бы не посмотрел на них косо из-за скромных размеров резиденции.

Понятно, что эта маленькая резиденция, которая до сих пор выглядит в глазах Карселя крысиной норой, может похвастаться лучшим расположением на холме Рогорно...

— Поскольку сеньора знает эту резиденцию лучше, чем вы, в отличие от вас , она очень четко контролирует все.

— Потому что моя Инес тщательная и организованная.

— ...

Альфонсо дернул губами.

— … Конечно, сеньора такая.

— Но можно же жить чуть менее организованно? Если бы у меня была просторная резиденция.

— Наоборот, если она сможет выходить на улицу, как раньше… Это еще и потому, что сеньор стал одержимо мешать ее прогулкам.

В этом была правда. Карсель покачал головой, будто ему все равно.

— Инес в то время была больна.

— Но сейчас - нет.

— Она еще слишком слаба, поэтому ей не следует выходить на улицу слишком часто. Ехать в карете вверх и вниз по холму тяжело такой маленькой и хрупкой девушке...

Хрупкой… Альфонсо пробормотал эти слова.

— Ты только посмотри. Сколько бы я ее ни кормил с осени, она не прибавила в весе.

— … Но сеньора выглядит гораздо лучше, чем в начале лета, когда она впервые приехала в Кальстеру.

— Она улыбается, потому что иначе слуги будут волноваться. И Арондра, и Иоланда будут очень обеспокоены... Она только притворяется.

Карсель, естественно, проигнорировал слова Альфонсо о том, что сеньора немного прибавила в весе, и задумался о том, чем накормить Инес на ужин.

Затем, будто в голову пришла идея, спросил:

— Что ты имел под “одержимо”?

— Ничего. Просто поведение сеньора, когда вы все время не давали ей выйти, было немного...

— К твоему сведению, Альфонсо, я не тот человек, который ненавидит, когда его жена выходит на улицу.

— Я такого не говорил, сеньор.

— Я не сумасшедший, который получает удовольствие от того, что запирает женщину.

— Конечно.

— Это было простое беспокойство. Надеюсь, что не возникло недопонимания.

— Нет, сеньор.

— Я не против того, чтобы Инес встречалась хоть с сотней людей каждый день. Пока это не создает слишком большой нагрузки на ее маленькое, хрупкое тело.

— Я понимаю...

— Я просто хочу удостовериться, что Инес вдруг не потеряет сознание в незнакомом месте без меня. Если не будет ни Рауля Балана, ни кареты, ни врача рядом...

— Да.

— Вот и все.

Слова Карселя были полны искренности. Альфонсо тоже согласился без вопросов.

— Конечно, этот дом размером буквально с мою ладонь и мне доставляет чертовское удовлетворение, когда думаю об Инес, которая никуда не уходит и просто остается у меня на ладони...

— ...

— …Только идиоты так думают... Не так ли?

Он признался, что не хотел этого делать, но в итоге доволен, как извращенец.

Карсель успокоился, словно обвиняя себя.

— Альфонсо. Это болезнь?

— Может быть...

— Ах. Поэтому нужно переехать. Точно нужно переехать. Прежде чем это чертова болезнь станет хуже...

Возможно, сейчас не время... Альфонсо, еле державший язык за зубами, пришел к собственному выводу и смотрел, как хозяин уходит.