Дверь тренировочного зала корпуса Данте открылась.

— Профессор, — сказала Ран. — Пришёл запрос из Центральной академии Хитахита.

После Солтийской конференции прошло три месяца, и всё это время от желающих пожать нам руки не было отбоя. Статью ещё толком не закончили проверять, а поздравления уже летели со всего континента.

— Элиза: Профессор, я слышала! Вот это вы дали! У меня тоже всё нормально, правда в последнее время тяжеловато...

— Бальмунг: Вы и раньше были заняты. Теперь, боюсь, свободного времени у вас совсем не останется. Надеюсь, вы хотя бы успеваете отдыхать.

Это из близких.

Дальше шли факультет магии, факультет ассасинов, профессора Белого и Чёрного Пути, а под конец даже Совет старейшин Королевского дома Хиака счёл нужным отметить «выдающееся достижение».

Смешно, блядь.

В Кройц тем временем утекли протоколы Солтийской конференции. Кто мог их слить — ну совершенно, совершенно непонятно.

После публикации народная любовь к родному правительству пошла ко дну.

───

<Ну всё, нас и в Империи Хиака опять по стенке размазала...>

Эх. Говорили же: сидели бы со своей Церковью Святой Матери. Нет, надо было вбухать налоги в эти иллюзии. И что нам теперь делать?

───

───

<Да фейк это, сто процентов>

Просто очень большая иллюзия.

───

───

<Иллюзиям реально конец?>

Я на четвёртом курсе искусства иллюзий. Мне теперь куда?

└ Ещё не поздно. Иди в диванные войска.

└ Это куда?

└ В безработные.

└ Пошёл ты.

└ Тогда беги.

└ Бежать некуда. Рая всё равно не будет.

└ ♥♣[ООО «Белто-Строй»] требуются специалисты по общестроительным работам и документообороту. [ООО «Райден-Строй»] постоянный набор рабочих на строительные объекты, опыт не обязателен. [«Брудель-Пром»] требуется специалист по охране труда. [ООО «Руди С&C»] вакансии на стройке...♥♣

───

───

<Данте и главный профессор Каин оставили без работы 1200 кройцских иллюзионистов. ВДВОЁМ>

Их там 1200, и они не вывезли двух человек? Чем они вообще занимались? Бюджет Кройц на иллюзии, говорят, в двадцать раз больше, чем у Хиака. Куда деньги дели??

└ Вольфганг: отрыжка

└ Бля-я-ять

───

───

<(СРОЧНО) Баталион опять решил предать Кройц и свалить в Хиака>

Не вышло, теперь просит убежище у Империи.

└ Ну всё, пиздец ахах

└ Приехали))))

└ Если этот урод уходит — им реально конец ахахах

└ Баталион, вестник апокалипсиса, снова не подвёл...

───

Примерно так выглядел общий фон.

Я не отвечал никому. Кроме Элизы и Бальмунга.

— Что именно хочет Хитахита?

— Специальную лекцию о «Конце иллюзий». Приглашение подписано профессором Гюльгюль.

«...»

В этот момент я висел в воздухе примерно на высоте человеческого роста. Недавно освоил 『Левитацию』 — сверхспособность 8 уровня из [ветви техник перемещения] — и теперь доводил навык до автоматизма.

Вокруг меня двигались сотни единиц оружия. Они то выныривали из воздуха целыми волнами, то исчезали обратно. Я отрабатывал управление 『Арсеналом небесного воинства』 на манер Созвездий.

— Передай профессору Гюльгюль мои извинения. Не приеду.

— Хорошо.

Выбираться из дома пока было глупо.

Кройц наверняка готовил убийц. После такого удара по их будущему в отряд мог лично войти кто-нибудь уровня Созвездия Креста†.

А я пока не умел побеждать Созвездия.

Пока.

— Ваши с Адель статьи скоро тоже уйдут в Империю.

— Да. Всё готово.

Ран работала над проклятиями демонов. Адель — над проклятиями, чья природа восходила именно к демонической силе. Когда «Конец иллюзий» окончательно подтвердят, обе работы внезапно окажутся на полшага впереди времени. Их начнут цитировать десятки, потом сотни исследователей.

Сейчас мир стоял на пороге перехода.

То есть в бардаке.

Мне оставалось не мешать. Не ловить каждое письмо, не бегать за наградами, не торопить события. Все условия уже были созданы; следующий этап придёт сам.

Но Ран, закончив доклад, почему-то не уходила.

И я тоже ждал.

Потому что оставался вопрос куда важнее международных премий, публикаций и всей этой возни.

— И ещё. Пышные булочки с кремом сегодня закончились.

Сердце ухнуло.

— Что?!

Я дёрнулся и выпрямился прямо в воздухе.

Теперь я смотрел на Ран совсем иначе.

— Ран... Ты сейчас серьёзно?..

— Ничего не смогла сделать. Очередь стояла с самого утра. Я надеялась, что хватит, но передо мной забрали последние.

«...»

Вот так просто.

Весь день — насмарку.

Я схватился за голову.

— Нет...

И ведь это не каприз на пустом месте.

С тех пор как началось исследование, внутри поселилось мерзкое ощущение нехватки чего-то важного. К нему неожиданно прибавилась тяга к сладкому.

Наверное, ничего удивительного.

Наука — это когда ты победил уныние и отчаяние, а за дверью уже стоят новые уныние и отчаяние.

Однажды я купил Еве пышную булочку с кремом. Она собиралась съесть её сама, потом отломила кусок и предложила мне.

И всё.

И этот кусок внезапно оказался маленьким сладким спасением.

А сегодня его не было.

— Ран! Можешь забыть всё остальное. Но булочку... Булочку ты должна была принести любой ценой.

— Понятно.

— Без неё я не работаю. Иди к хозяйке. Уговори. Пусть испечёт ещё одну.

— Вы сами запретили говорить, от какого мы факультета.

— Конечно запретил!

— Я предлагала испечь вам такую же. Вы отказались.

— Потому что вкус будет не тот. Я и сам могу повторить рецепт — всё равно не то. Рецепт тут вообще не главное. Та самая булочка получается только у этой тётки-кондитера: она мастер каких поискать, работает исключительно под настроение и печёт ровно столько, сколько самой захочется. Вот в этом весь секрет!

Ран почесала щёку.

Даже без 【Скрипта】 было ясно: Ран считает, что я страдаю какой-то хуйнёй.

Ничего не поделаешь.

Вопрос был принципиальный.

— Ран... помощница моя...

— Да.

— Ну как обычный покупатель ты можешь попросить её? Без давления. Просто одну дополнительную булочку.

— Нет. Она печёт двадцать штук в день и не больше.

— Тогда перекупить у кого-нибудь...

— Вы же сами говорили: есть надо в течение получаса после выпечки.

— Говорил?..

— Уже тридцать одна минута прошла.

А-а-а-а!

Меня скрутило от чистого экзистенциального страдания.

Вчера я ложился спать с одной мыслью об этой булочке. Она мне даже приснилась: во сне я успел откусить — и проснулся.

Моя булочка...

«...»

Настроение окончательно сдохло.

И тут Ран подошла и погладила меня по голове.

Что за хрень?

Я поднял глаза.

Ран смотрела на меня с обычным непроницаемым лицом. Только ладонь двигалась очень осторожно.

— Хороший.

Несколько секунд я просто пялился на неё.

Потом вспомнил.

Она уже делала так с Каином.

Его уверенное выступление на Солтийской конференции не взялось из воздуха. Перед поездкой он неделями репетировал перед куклами. Стоило один раз запнуться — и Каин начинал смотреть на игрушечных слушателей так, будто они осуждают его лично, а затем едва не плакал. Ран тогда обнимала его, гладила и приговаривала: «Хороший».

Выходит, теперь Ран обращалась со мной как с младенцем.

— Ран.

— Да.

— Ты не человек.

— Да.

— Биологического пола у тебя нет. Живёшь уже несколько сотен лет. И всё это время учишься изображать человека.

— Верно.

— При этом ты не демон. Я почти уверен, что ты либо стигма, посланная Звездой Системы⧉, либо разновидность духа. Так кто ты на самом деле?

Вопрос старый.

Я задавал его не раз. Ран не отвечала ни разу.

Сегодня тоже не собиралась.

Она убрала руку с моей головы, посмотрела с лёгкой скукой и произнесла:

— Секрет.

«...»

Ладно.

Секреты бывают у всех.

Булочек всё равно не осталось, поэтому весь день я провёл в отвратительном настроении и до одури тренировал сверхспособности.

⋮

Новость о первой серийной партии препарата, созданного на основе «Конца иллюзий», Ран принесла уже ночью.

Достаточно одной таблетки: она разрушает почти любую [иллюзию], созданную именно с намерением обмануть.

Производство дешёвое.

Название придумали без затей.

Розовый препарат.

* * *

Примерно тогда же Адель начала ездить по всей территории Хиака и собирать данные о серийном розовом препарате. Материал был нужен для следующей статьи.

Вывеска «Исследовательская группа главного профессора Каина» открывала двери получше дворянского титула. Стоило ей назвать свою группу — и её пускали в поместья знати, выдавали документы, подключали стражу.

Клиническую проверку провели в спешке. До выхода препарата в свободную продажу первые партии отдали привилегированным группам: дворянам, крупным предпринимателям, старым родам.

Людей с властью, как выяснилось, особенно тревожил вопрос, не морочит ли им кто-нибудь голову.

Не все встретили новинку с восторгом.

— Серьёзно? Кто-то до сих пор верит в такую чушь?

— Простите?

Перед Адель сидел дворянский мальчишка лет пятнадцати.

— Вы называете это новым лекарством, упаковали красиво, слова умные. А по сути — развод.

— Мы никого не пытаемся обмануть. Препарат дешёвый...

— Вот именно! Вы сами слышите, что говорите? Он якобы распознаёт «намерение обмануть» и снимает иллюзию. Уже формулировка двусмысленная. Человек не сам понимает, что видит ложь, а верит таблетке. Значит, просто меняет один обман на другой.

Адель промолчала.

— Потом без неё шагу не сделают. Будут глотать при каждом сомнении и думать, что только так видят правду.

Мальчик фыркнул.

— Ваш препарат — ещё один способ управлять тупыми людьми под видом защиты от обмана. Но меня, Хавеса, такой дешёвкой не проведёшь.

— А... хорошо.

— Дайте всё равно. Любопытно. Завтра скажу, что получилось.

Он забрал таблетку.

Вечером Хавеса убили.

Узнав о смерти, Адель сначала не поверила. Потом взяла у Грей 『Стеклянную бабочку』, которую заранее оставила рядом с мальчиком, и восстановила последние события.

— Мама?..

Сразу после приёма препарата Хавес увидел то, чего не видел десять лет.

На лбу женщины, которая десять лет была ему мачехой и всё повторяла, что они всё равно могут стать настоящей семьёй, торчал тупой обрубок рога.

Белки глаз почернели. Радужка стала красной.

Когти пробили кончики пальцев.

— Да, Хавес?

— ...

— Что такое, сынок?

— ...

У Адель по коже пошёл холод.

Женщина не знала, что иллюзия разрушилась. Спокойно посмотрелась в зеркало, потом снова повернулась к пасынку.

— Мам... Мама... почему?.. Как?..

Она улыбнулась.

— Вот ты меня и раскусил.

Хавес умер на месте.

Его мачеха попыталась бежать, но стража перехватила её и убила.

Она оказалась безрогим демоном высокого уровня. До превращения в однорогого оставался последний шаг.

Проверили и отца Хавеса, виконта.

Там обнаружилась другая дрянь: грибок пророс в мозг виконта, и картина уже напоминала заражение кордицепсом. Через него сведения из Хиака годами уходили неизвестно куда.

В тот день впервые погиб один обнаруженный безрогий демон.

На следующий — четырнадцать.

Поначалу общество не поняло масштаба.

Через десять дней счёт дошёл до ста семидесяти двух.

Вот тогда всё изменилось.

Слишком многие из пойманных годами занимали влиятельные позиции в политике, финансах и крупном бизнесе. Они прятались не на обочине общества, а рядом с рычагами управления.

Королевский дом Хиака объявил происходящее государственной угрозой наивысшего уровня.

Люди начали видеть правду.