За три недели до инцидента.

Моя история, так сказать, такова: меня сбила машина, и я реинкарнировалась в романе. Обычно когда вы слышите о перерождении или переселении в роман, то представляете себе знатную даму, которая носит изысканные платья, окружена красивыми мужчинами и ведет роскошную жизнь. До недавнего времени я тоже наслаждалась подобной судьбой. И главное здесь — «до недавнего времени».

Это был мир сословий, светских кругов и вечеринок, напоминающий индустриальную Европу 19 века, но... скоро он погибнет из-за распространения вируса.

Я переродилась в апокалипсическом романе о выживании под названием «Любовь в разрушенном мире».

Меня зовут Черри Синклер — неприятный персонаж второго плана, который погибает, подвергая опасности жизнь второго главного героя. Я узнала об этом ранней весной, когда мне стукнуло девятнадцать.

Три года назад мои родители погибли в результате несчастного случая, и я осталась в этом мире совсем одна. Впрочем, одиночеством я не страдала. Огромное наследство, которое мне досталось, помогло не чувствовать себя одинокой.

«Деньги — лучшее успокоительное средство».

Пусть я и не была аристократкой по происхождению, но жила безбедно и счастливо, потому что родилась в буржуазном классе, и денег у меня было куда больше, чем у представителей голубых кровей. Я могла спокойно транжирить свои средства и валять дурака!

— Дайте это, и это тоже заверните.

В тот день я заглянула за покупками еще и в обувной магазин. Затем, мурлыча под нос песенку, пересекла главную улицу. За мной плелась обвешанная сумками с покупками горничная Сюзанна. Вид у нее был донельзя бросающийся в глаза. Затем ушей коснулись шепотки узнавших меня знатных дам.

— Разве это не леди Синклер?

— Кто дизайнер платья, которое она сегодня надела?

— Эта шляпка такая красивая.

Я откинула локоны назад и гордо улыбнулась. Хоть меня и нельзя назвать аристократкой, но все эти дворяне восхищались мной. Это было очень волнительно и приятно. Пусть в газетах каждый день и появлялись статьи о незрелой наследнице, но в этом не было ничего страшного. Потому что я считала это одним из проявлений интереса к моей персоне. До этого момента я жила, не задумываясь ни о чем, даже не подозревая, какие темные тучи нависнут над моим будущим.

— Миледи, пожалуйста, подождите минутку.

Закончив с покупками, Сюзанна погрузила мои вещи в повозку. Дело было в том, что в паровом автомобиле, на котором мне предстояло ехать, не было предусмотрено места для багажа. Я лишь наблюдала за происходящим со стороны: набитые моей обувью увесистые коробки и пытающаяся бороться с ними хныкающая Сюзанна.

«Выглядит тяжеловато».

Оглядевшись и проверив, нет ли кого поблизости, я одной рукой подняла все покупки и поставила их в повозку.

— Вау... леди действительно сильная, — похлопала в ладоши Сюзанна и поглядела на меня.

Я небрежно пожала плечами. Как она и сказала, у меня было больше сил, чем у других.

Не то чтобы я такой родилась. В младенчестве мои силы едва ли дотягивали до отметки «удовлетворительно». Но однажды, после приема лекарства, которое мне раздобыли родители, я в течение нескольких следующих лет становилась все крепче.

Однако для женщин высшего общества суперсила не считалась достоинством. Так что до этого момента я была просто незрелой девчушкой, мечтающей стать настоящей дворянкой, и потому отчаянно прятала эту силу.

— Правда что ли?

Я уже собиралась погрузить весь оставшийся багаж и сесть в паровой автомобиль, как вдруг почувствовала озноб. Подняв голову, Сюзанна посмотрела на меня, замершую с одной ногой в салоне машины, и спросила:

— Что-то случилось, миледи?

— Нет, просто...

«Что это за тревожное чувство?»

Меня вдруг охватило странное ощущение. Продолжив забираться в автомобиль, я размышляла, не показалось ли мне все это, но едва двинулась вперед, как внезапно потеряла равновесие и полетела на землю.

~Бух!~

И со всей дури приложилась головой.

У меня не получилось выдавить даже сдавленного стона. Перепуганная Сюзанна поспешила помочь мне подняться.

Боль от удара затылком о твердую землю была мучительной. Словно кто-то разрубил топором голову, как если бы та была арбузом! Казалось, что теперь от меня остались лишь две половинки.

А затем нежданным потопом хлынули воспоминания.

Память, одновременно казавшаяся и моей, и чужой, яркими образами вспыхивала перед мысленным взором, как будто все произошло только вчера.

«Что это, черт возьми?»

И вдруг я осознала.

Черт, неужели случилось «это»! У меня была предыдущая жизнь.

Кроме того, мир, в котором я переродилась, принадлежал роману, который я читала в предыдущей жизни.

Книга называлась «Любовь в разрушенном мире».

Святые угодники, оказаться в чем-то вроде этого...

Как сказала однажды героиня романа о выживании, жизнь состоит сплошь из дерьмовых неожиданностей.

— Миледи, вы действительно в порядке?

— Все прекрасно.

На самом деле, все было далеко не прекрасно, но я, воспользовавшись помощью Сюзанны, молча забралась в салон автомобиля. В голове все еще покалывало. Прислонившись к спинке сиденья, я погрузилась в раздумья.

Роман, о котором я вспомнила, ударившись головой некоторое время назад, назывался «Любовь в разрушенном мире» — произведение о выживании в условиях апокалипсиса.

«Любовь в разрушенном мире», также известная как «ЛВРМ»[1], — это история об Авроре, героине, которая вместе с главными героями создает «лагерь выживших», чтобы найти лекарство после разрушения мира. В романе фигурировали разные лагеря, основанные уцелевшими людьми, и мерилами таких объединений была сила. А Аврора, главная героиня романа, завоевывала эти лагеря один за другим и забирала их власть.

Однако загвоздка в том, что...

— Сериализация романа длилась целый год.[2]

До сих пор остается неясным, почему произошло распространение вируса.

Единственное, что было четко сказано, — главный герой, ученый, способный разработать лекарство, и главная героиня встретятся через два года?

И только тогда он выяснит, что у старшего брата главной героини, Идена, есть антитела к вирусу.

Проклятье.

И на этом все. А все, что делала Черри в оригинальной истории, так это ныла, что Аврора и остальные не заботятся о ней.

Концом Черри стала смерть от укуса монстра во время опасной вылазки, черт.

— Миледи, вы плачете? — с удивленным лицом спросила сидевшая рядом Сюзанна и протянула свой платок.

На это я, молча проливавшая слезы, прислонившись головой к ее креслу, ответила:

— Нет, это пот.

— ...Правда? — озадаченно переспросила Сюзанна.

Приняв ее платок, я вытерла капельки слез, стекающие по щекам.

Да, я не грущу. И это вовсе не слезы.

Пусть даже я переродилась в романе, но почему это должна быть именно «Любовь в разрушенном мире»? Почему книга про апокалипсис!

Черт возьми. За что вы так со мной?

---

Бентон, столица королевства Грейдон.

Отделка городского особняка семьи Синклер, расположенного на главной улице, отличалась особой вычурностью. Золотые статуи на стенах белого здания подчеркивали величие строения, а кровля была устлана лавандовым цветом. Такой экстерьер свидетельствовал о том, что владелец дома стремился исключительно к «гламуру», а не к «гармонии».

На третьем этаже здания располагалась самая большая комната с гардеробной. На столе здесь всегда стоял трехъярусный поднос с десертами, а от горящих ароматических свечей разносился мягкий аромат цветов. Рядом располагалась украшенная золотом кровать, на которой я и возлежала.

Стоило мне вернуться домой, как я, отказавшись от еды, в бессилии плюхнулась на постель.

Боже, как же мне хотелось откреститься от этой ужасной реальности!

Я была тем самым «единорогом», который ни разу не сдавал ПЦР-тестов даже в мире, где сплошь и рядом распространялись болезни и вирусы. Я благодарила Бога за свое везение, но ни с того ни с сего погибла в автокатастрофе. И вот мир, в котором я переродилась, — всего лишь роман, и скоро ему предстоит сгинуть из-за вируса? Уровень сложности значительно поднялся.

«Вот почему они оставили меня "единорогом" — чтобы дать конфетку побольше».

— Если завтра миру придет конец, то сегодня я посажу яблоньку.[3]

Разве не существует такой поговорки?

Но в этом мире Черри Синклер не так давно потеряла свою семью, и ей некого больше любить. Разумеется, ей было не до яблонь и тому подобного. Из-за того, что ее родители, руководя бизнесом, постоянно путешествовали по миру, у нее не было ни друзей, ни даже кузенов.

«Ах, но у меня есть Гаррисон».

Гаррисон Говард.

Он — адвокат семьи Синклер. И пусть мы и не являемся биологическими родственниками, он был со мной с самого детства, и мы близки, как настоящие брат и сестра.

С начала жизни со слугами в особняке Синклеров прошло не так уж много времени, так что если и была у меня какая-то привязанность, то хотя бы к Сюзанне, главной горничной?

Пока я лежала на кровати и горевала, в комнату вошла Сюзанна.

— Мисс Черри, вот газеты, о которых вы просили.

В ее руках находились издания разных дат. Потерев глаза, я поднялась и забрала газеты.

— Спасибо.

И тут же принялась листать странички. После длительного изучения различных газет, я, наконец, нашла статью, которую искала.

[Анализ потребительских паттернов[4] Черри Синклер! Как далеко может зайти любовь к роскоши незрелой наследницы!..]

О нет, это не то.

В статье было показано одно из моих платьев, а также дан разбор моего потребительского паттерна. После того как одежда и украшения, которые я носила, публиковались в газетах и журналах, их дизайн становился хитом.

«Все тычут в меня пальцами, но на деле я им интересна».

Покачав головой, я прочитала написанное ниже.

[Крупные похороны в доме господина Кея. Представитель семьи сообщил, что умершие были слугами семьи, страдавшими от инфекционного заболевания!..]

Вот оно.

Согласно моим предположениям, основанным на воспоминаниях из прошлой жизни, в семье маркиза Кея должно было что-то произойти.

«С ума сойти. Значит, воспоминания о моей прошлой жизни, которые всплыли в памяти, — реальны?»

Трагические события этого романа начинаются с подозрительного эксперимента господина Кея. После неэтичного опыта алхимики, спонсируемые маркизом, выпустили разрушительный вирус, а сам маркиз скрыл факт проведения экспериментов, чтобы избежать ответственности.

В романе мир был уничтожен ровно через три месяца после публикации этой статьи в газете...

Я быстро проверила дату публикации, и оказалось, что ей уже два месяца!

— Вот дерьмо, что же это такое?

До начала конца остался всего двадцать один день. Это меньше месяца.

— Рехнуться можно, двадцать один день — это слишком скоро!

Я готова была начать рвать на себе волосы.

_______________________

[1] На английском оставили вариант «Mangsarang». Насколько я могу судить, это просто сокращенное название романа, поэтому при переводе было решено оставить первые буквы заглавия произведения. Если что не так, простите своего непутевого переводчика, мало что понимающего в корейском (Прим. пер.)

[2] Имеется в виду, что сериализация романа была приостановлена. (Прим. англ. пер.)

[3] Т.е. зная будущее, Черри заранее подготовится к нему. У нас есть более-менее похожий аналог — знать бы, где пасть, так бы соломки подостлать. (Прим. пер.)

[4] Потребительский паттерн — это «шаблон», по которому человек действует, принимая решения о покупке или взаимодействии с компанией. Благодаря паттернам бренд знает о главных «крючках», на которые может подцепить своих клиентов и продать продукт. (Прим. пер.)