Непроглядная тьма, запах пота, иневероятная духота. Сончул слышал звуки дыхания. Это был свистящий звук, вызванный мокротой, мешающей дыханию, как убыка из-за перегруженности или упойманного, запыхавшегося, кролика. Звуки дыхания были стольже разнообразны, как иотпечатки пальцев человека.

Сончул закрыл глаза ипопытался распознать звук собственного дыхания. Оно было спокойным инепрерывистым, как ивсегда. Его мучили всю ночь, ионбольше немог чувствовать своё плечо содной стороны, ноего воля небыла сломлена.

—Мыначинаем, гладиаторы!

—Мыначинаем, гладиаторы! Выможете истекать кровью, нонесмейте опозорить себя. Янехочу иметь сэтим дел!

Запределами тьмы, онслышал ледяной голос человека. Различные звуки дыхания, ранее слышимые совсех сторон, прекратились, азатем тьму пронзил громкий иясный, нотем неменее ненавистный звук трубы.

Тсск.

Железные ворота спереди открылись. Яркий солнечный свет ударил вглаза гладиаторам. Сончул прикрыл глаза ладонью, чтобы свет небил так сильно, и, прищурившись, смотрел натех, кто стоял нафоне солнца.

Посреди арены под громогласное ликование толпы Сончул заметил своих следующих противников. Это была раса сдлинными обезьяноподобными руками, широкими плечами иклыками, как укабанов. Это были орки.

Они носили тяжелую броню, острие мечей, выступало из-за ихщитов, они стояли встрою, ожидая гладиаторов. Отчаяние появилось вглазах гладиаторов, иэто отчаяние вскоре сказалось наихпоступках. Некоторые изних стали злиться из-за страха, другие, стрясущимися ногами, искали своих матерей, некоторыеже сразу доставили радость зрителями, попытавшись убежать, ипревратившись вкровавые ошметки, магий стражей. Они еще даже нестолкнулись смечами врагов, ноихбоевой дух уже упал ниже некуда.

—Ох… Эти солдаты-орки, оснащены тяжелой броней. Они даже выглядят, как ветераны. Похоже, наэтот раз остаться вживых будет немного сложнее. Нетакли, друг?

Крамбуи, разумный меч, находившийся вего руке, весело насмехался надним. Это определенно будет жесткая битва, и, как сказал Крамбуи, вэтот раз онможет даже умереть. Сончул почувствовал, как его вывихнутое плечо заныло, когда онпокрепче схватил меч.

—… Пойдем.

Предводитель орков узнал Сончула ивзвыл, как зверь, стуча мечом освой щит.

—Подходи! Обезумевшая псина Хальштата!

Огромная толпа, полностью заполнившая собой Колизей, разразилась бурными криками. Сончул побежал клидеру орков под барабанную дробь. Ихклинки скрестились, кровь иискры разлетелись вовсе стороны, ипара желтых глаз, полных злобы, смотрела наСончула.

Вскоре, чуть выше арены, раздался звук барабана, ознаменовавший конецбоя. Граждане Священного Королевства Лютегинея вскочили сосвоих мест оттакого прекрасного боя, сыпя словами похвалы ипроклятиями начеловека, который возвышался над полем битвы.

—Снова выжил? Как замечательно, мой друг. Явстречал много идиотов, нониодин изних небыл таким сумасшедшим, как ты.

Сословами похвалы Крамбуи Сончул повернулся ипокинул город крови итрупов, вернувшись вобъятия тьмы комнаты ожидания.

«Она опять пришла?»

Сончул вытер лицо своей рукой, покрытой кровью, иего глаза увидели дворянку, которая ожидала его, стоя зажелезной дверью. Под мерцающим факелом стояла молодая леди сдлинными ярко-розовыми волосами, наблюдавшая заним слицом, полным озорства.

—Благодаря тебе, яопять потеряла деньги. Ядумала, что ты, конечно, вэтот раз умрешь, ивернёшь мне все деньги, которые янатебя ставила, нотыснова выжил! Как тыпланируешь заэто отвечать? Хм?

Возможно, еёслова звучали злобно, ноСончул почувствовал ностальгию.

«Этот голос».

Разряд тока прошелся повсему его телу, словно удар тока, прежде чем онподнял голову, чтобы повернуться кледи, улыбающейся ему, ноеёлицо снова стало размытым, словно запотевшее стекло.

«Это былсон? Как иожидалось».

Горький вкус разочарования распространился поего языку. Сончул почувствовал, что мир вокруг него разваливается, когда онназвал имя исчезающей девушки.

—Лиз Химер.

* * *

—…

Сончул открыл глаза ивстал скровати. Бертелгия, лежавшая накраю кровати, подлетела кнему испросила.

—Тебе приснился кошмар? Тыговорил странные вещи восне.

Сончул пригладил взъерошенные волосы иосмотрел себя. Небыло ниранений, никаких-либо отклонений. Пока онбыл без сознания, сним ничего неслучилось. Онпочувствовал облегчение иосмотрел свое окружение.

—Что это заместо? —спросил Сончул.

—Это? Это дом Барона. Хотя, наверное, мне стоит назвать это домом монаха, который является хозяином Барона?

Сончул сидел, пытаясь вспомнить то, что произошло дотого, как онпотерял сознание.

«Как яидумал, Грифон, которого явидел, перед тем как отключиться, принадлежал монаху».

Насамом деле это была какая-то невероятная удача, что ему встретился кто-то сдобрыми намерениями, кто был готов протянуть ему руку помощи вэтом адском месте, полным шпионов Империи Людей иоборотней Акьёры. Сончул, сидя накраю кровати, осмотрев своё тело, принялся изучать комнату. Это был маленький ижалко выглядящий дом, который ничем невыделялся.

Половые доски отчасти прогнили, искрипели, когда онступал наних, вуглах была паутина, всё было впыли. Сончул повернул взгляд кстолу имебели, стоящей рядом скроватью. Можно было увидеть обычные предметы домашнего обихода, такие как посуда, столовое серебро, книги итому подобное. Кроме толстых очков, предназначенных для чтения, лежащих увхода, большинство предметов были дешевыми, иниодин изних невыглядел как-то необычно.

«Похоже, ему нелегко живется».

Сончул решил предоставить ему огромную компенсацию засвое спасение, когда вдруг ему наглаза попалось кое-то интересное. Это был щит, который располагался настене, что была позади него, чтобы его увидеть ему пришлось развернуться. Сам щит был хламом, простым, низкокачественным предметом, ноэмблема, высеченная нащите, имела большое значение, которое нельзя было игнорировать. Полумесяц, наполовину погруженный вчерный горизонт. Сончул был шокирован, словно его ударили молотком поголове.

«Разве это негерб Священного Королевства Лютегинеи?»

Луна Кукурина. Эта проклятая эмблема когда-то являлась символом террора итирании навсем континенте, исейчас эта эмблема показала себя вовсей красе прямо перед Сончулом. Вэтот момент состороны послышался кашель.

—Хм? Тыпроснулся, мистер шеф?

Это был монах, которого онвстречал раньше. Монах, войдя вдом, подошёл кстолу истал ощупывать его впоисках очков, азатем, сев вкресло-качалку, удобно откинулся, посмотрев наСончула.

—Тыпрекрасно выглядишь. Нодля такого молодого человека нехорошо иметь такое слабое тело.

Онвытащил трубку изсвоего кармана инаполнил еёлистьями табака. Сончул молчал, пока мужчина средних лет зажигал огонь. Спустя некоторое время онзаговорил.

—Явдолгу перед Вами.

—Явсего лишь сделал то, что долженбыл. Ну, этот монах небудет против, если вывкачестве подношения, дадите ему немного монет. Янемог незаметить, что ввашем кармане было совсем немного монет. Яничего невзял.

Казалось, что онобыскал карманы Сончула. Сончул горько засмеялся, вытаскивая золотые монеты изсвоего кармана, иподталкивая ихмонаху. Среди них онвыбрал все монеты без опознавательных знаков, отчеканенные Коалицией Торговцев, ираздавил ихрукой, превратив в«слитки».

—О-о, тыдовольно сильный человек.

При виде этого челюсть мужчины средних лет упала. Для Сончула это были копейки, нодля монаха это было огромное богатство, которое позволилобы ему прожить многолет. Сончул отвсего сердца хотел отблагодарить его большей суммой, нотакая чрезмерная щедрость только вызовет подозрение, поэтому оностановился наэтом. Вместо этого онпосмотрел нащит, висящий вуглу комнаты, свыгравированным нанем гербом Святого Королевства Лютегинеи, изадал вопрос.

—Что это такое? Украшение?

Монах кивнул.

—Ну, теперь нет никакой причины этого скрывать, онпринадлежит мне.

—Хо. Вы, должно быть, были рыцарем той земли.

Монах сильно затянулся, азатем кивнул.

—Ябыл рыцарем Сумеречных Пантер. Неуверен, что Вызнаете оних.

—Сумеречные Пантеры, говорите?

Более пяти лет онучаствовал вбольшой войне соСвятым Королевством Лютегинея. Почему оннемог знать обэтом названии? Онпрекрасно помнил свирепое нападение Рыцарей Грифонов слевого фланга союзных войск, вбитве при ЛаГранже. Еслибы Шамаль Раджапут, невоспользовался своей специализацией, убийство наполе боя, чтобы одним ударом убить полковника, битва длиласьбы вечно.

—Яслышал оних. Мне говорили, что они были очень доблестными рыцарями,— Сончул, глядя наслегка кривоватое крыло Барона, через приоткрытую дверь, говорил так, словно слышал эти истории отдругих.

—Если тывспомнил это имя, то, должно быть, кое-что знаешь обистории Другого Мира?

—Хвастаться нечем, нояздесь дольше, чем кажется.

—Понятно.

Монах ухмыльнулся. Это потому, что часть его прошлого была признана? Унего было очень удовлетворенное лицо, когда еще раз затянулся ивыдохнул. Монах поднялся сосвоего места, слабый дым убежал через дымоход. Онначал копаться вящиках, как будто хотел чем-то поделиться сСончулом, пока невытащил изношенное золотое кольцо. Это была печать.

—Может быть, помне этого нескажешь, нокогда-то ябыл рыцарем сосвоим наделом.

—Вылишились своих земель, когда Королевство пало?

Монах покачал головой навопрос Сончула. Онподошел иоткрыл окно, смотря зараскинувшуюся заним деревню. Заокном виднелась живописная деревня Топоро сБашней Отшельника позади.

—Это моё владение, хотя оно уже немое.

—Аразве Башня непринадлежит деревне Топоро?

—Дотого, как началось Бедствие, наБашню Отшельника никто необращал внимания. Теперь, Посланники изразных стран, создав свои лагеря возле Башни, сделали еёдовольно популярным местом, новпрошлом это было забытое, историческое место, вкотором неначто было посмотреть.

—Хо.

Это была история, окоторой даже Сончул неслышал, ведь оннашел путь кБашне, только после того, как появилось Священное Писание оБедствии. Он, естественное, незнал оеёпрошлом.

—Втовремя Башня Отшельника едва держалась, благодаря финансовой помощи, что предоставляло Королевство. Даже тадеревня, которую теперь можно считать воротами вБашню, естественно, находилась под управлением Королевства, иястал ответственным занеё, но…

Монах начал что-то говорить, ноостановился. Его морщинистые глаза, казалось, выражали его внутренние угрызения совести.

«Должно быть, что-то случилось».

Человек, который когда-то был Господином, теперь был калекой, который жил как нищий сосвоим грифоном. Вконце концов, однозначно произошло что-то неприятное. Что-то, что нельзя решить словами.

—Появилась проблема?

Сончул легкобы проигнорировал проблемы большинства людей, нотеперь онбыл вдолгу перед этим монахом. Пусть инепреднамеренно, ноонбыл вдовольно-таки большом долгу передним. Всвою очередь, онпомогал так, как только мог.

Думал так Сончул, смотря настарика спокойным взглядом, ноказалось, что Сончул ничего несможет сделать. Старик сделал неприятное выражение иотрицательно ответил.

—Все это впрошлом. Все это было моей ошибкой. Как ямогу называть себя Господином, если немогу защитить моих людей?

Монах вздохнул, прежде чем встать сосвоего места. Онвел себя так, словно больше нехотел обэтом говорить, ивскоре Сончул понял, что ему пора уходить. Онтоже встал.

—Япрошу прощения зато, что был обузой. Похоже, мне пора уходить.

Старик кивнул. Онснял очки иположил ихнастол, прежде чем первым покинутьдом. Онсел натележку, запряженную Бароном, икрепко схватился заповодья.

—Давайте встретимся снова, если появится возможность. Конечно, если Ваши карманы будут полны.

Веселый смех монаха эхом разнёсся подороге.

—Какой странный человек.

Откровенно сказала Бертелгия, Сончул наблюдал замонахом, пока оннеисчез изполя зрения. Когда это случилось, Сончул поднял голову ипосмотрел впротивоположном направлении. Чистый, белый дирижабль надменно плыл высоко внебесах.