]

Лин Чу поначалу тоже досадовала на болтливость Беззубого, но, читая перепалку с Шариком из Каракатицы, не смогла сдержать смеха. Очевидно, в словесной дуэли девушка на голову превосходила своего оппонента, оставив того лишь бессильно строчить знаки вопроса.

Впрочем, забавы забавами, а конкуренция выросла мгновенно. Игроки массово забросили сбор ежей и принялись кормить рыбу. Лин Чу успела выжать из ситуации максимум: после очередного подношения рыбки вывели её к четвертому, самому укромному сундуку. После этого, сколько бы она их ни кормила, они просто кружили рядом. Видимо, лимит сокровищ в этой зоне был исчерпан – игроки обчистили дно подчистую.

Она не жаловалась. Четыре сундука за раз – это куда продуктивнее долгой рыбалки. Время испытания перевалило за экватор, и Лин Чу вернулась к обычной добыче.

Наполнив очередную сетку ежами, она не сразу заметила, как со спины к ней начала подкрадываться тень.

Это был щуплый, изможденный мужчина – один из тех «неудачников», что до сих пор плавали на стартовых плотах. В первый же день он умудрился потерять удочку: крупная рыба просто утянула её на дно. С тех пор он не знал, что такое сытный обед, не говоря уже о ресурсах для обмена.

Этот вызов был его последним шансом получить железо и не протянуть ноги к ночи. Но от голода у него совсем не было сил копать, а новости про сундуки он благополучно пропустил. Видя, что в рейтинге ему ничего не светит, он решил пойти иным путем.

Мужчина давно наблюдал за Лин Чу. Она работала быстрее всех, и её сетка постоянно наполнялась, а потом – раз! — И пустела в мгновение ока. Он догадался: у девчонки есть артефакт с пространственным хранилищем. Если он его заберет, то не только выбьется в лидеры, но и сказочно разбогатеет.

Его руки, сжимавшие кирку, дрожали. Он никогда никого не убивал, но голод нашептывал, что выбора нет. Чтобы заглушить остатки совести, он твердил себе: «Здесь нет защиты новичков. Правила позволяют силу. Я просто хочу выжить».

Когда он занес кирку над головой Лин Чу, под водой глухо бахнуло.

Девушка резко обернулась. В груди нападавшего зияла дыра, а вода вокруг стремительно окрашивалась в алый цвет. В нескольких метрах стоял Тич, бесстрастно направив на него револьвер.

«Ваш слуга убил игрока Чжан Шиба. Ваши Очки греха +10».

В воде пуля теряет скорость и убойную силу, но на таком расстоянии она всё еще оставалась смертоносной. Мужчина еще был жив; он таращился на них, не в силах понять, почему один игрок помогает другому убивать. Он так и не узнал, что его убийца вовсе не был человеком.

— Капитан, вы в порядке? — Тич подплыл ближе.

Лин Чу жестом показала, что всё хорошо. Давление воды притупило слух, и она действительно не услышала приближения врага. К счастью, Тич не терял бдительности. Даже если бы он не выстрелил, она, скорее всего, почувствовала бы колебание воды от замаха и ушла в Призрачный шаг, но иметь верного телохранителя с пушкой было куда приятнее.

Её Очки греха выросли на 10 пунктов. Судя по всему, убийство «мирного» игрока каралось именно так, в то время как за преступников давали Очки справедливости. Влияние этой характеристики на будущее оставалось загадкой.

«Локальный канал»:

— Я сейчас выстрел слышал. Кто-то открыл огонь?

— Точно, был звук. Неужели среди нас пираты?

— Да какой выстрел, померещилось вам. Просто сундуки взрываются. Вы это специально пишете, чтобы мы ежей бросили!

Спор прервало системное сообщение:

«Игрок Лин Чу убила игрока Чжан Шиба».

Чат замер на пару секунд, а затем взорвался градом сообщений.

— Настоящий пират! Какая наглость – убивать средь бела дня на общем ивенте!

— Не факт, что пират. Тут защиты нет, любой может напасть.

— Пират, точно говорю! Я видел парус с черепом на одной лодке, хорошо, что подальше отплыл.

— Твари эти пираты, житья от них нет. Есть тут герои? Пора проучить наглеца!

— У нее пушка, сам иди под пули подставляйся. Я жить хочу.

Беззубый:

— А если не пойдем, она нас по одному перещелкает! Надо объединиться и завалить её сообща, иначе я даже ежа поднять побоюсь…

Шарик из Каракатицы:

— О, прорезался голос? Что, святоша, уже сам убивать призываешь?

Беззубый:

— Убить пирата – это не убийство, а дезинфекция!

Шарик из Каракатицы:

— Ой, не могу. Такой грозный воин пропадает. Шел бы ты лучше ко мне огород охранять, всё пользы больше.

Беззубый:…? Да ты сама, небось, с ней заодно! Скинь координаты, если смелая, и тебя прикопаем.

Шарик из Каракатицы:

— Ой, боюсь-боюсь. А кто тут на самом деле пират? Может, это ты тут громче всех кричишь, чтобы следы замести?

Беззубый: — …Не смей на меня наговаривать!

Слово «пират» превратилось в клеймо. Лин Чу слушала этот балаган с двояким чувством. Она защищалась от грабителя, а в глазах толпы стала монстром. Впрочем, ей было плевать. С револьвером в руках она чувствовала себя уверенно. Вряд ли у многих сейчас было огнестрельное оружие.

Тело Чжан Шиба тем временем уносило течением в бездонный глубоководный желоб. Идеальное преступление – океан сам приберет улики.

Лин Чу призадумалась. Судя по чату, её скоро пойдут искать. Она подала знак Тичу – спрятаться за ближайшей скалой и ждать команды. Скелет послушно исчез в тени валуна, а сама она осталась на виду, продолжая как ни в чем не бывало ковырять ежей.

Ждать пришлось недолго. К ней направилась четверка мужчин. Возглавлял их крепкий парень, за спиной которого виднелось двуствольное ружье. Лин Чу не шелохнулась, но активировала Одноглазую повязку капитана Тича, чтобы считать информацию.