Я вернулся к книге, но не мог сконцентрироваться; мои мысли вновь были сосредоточены на той же дилемме. Если она попросит меня заняться с ней сексом, смогу ли я? И правильно ли это будет? Могу ли я быть уверен, что она делает это по правильным причинам? Наврежу я ей, сказав «нет»? Аггрх! Я взвинчивал себя всё больше. Может, она просто хотела узнать, возможно ли это? Я надеялся, что так.

Несколько минут спустя – они показались мне вечностью – Мишель сказала:

- Я решила.

Вот он, момент истины.

- Если ты согласен, я предпочту третий вариант, о котором мы говорили, - чуть смущаясь, сказала она.

- Мишель, ты уверена, что это – то, чего ты хочешь? Ты делаешь это, чтобы преодолеть смущение? Или из-за Элизабет? Я хочу услышать, что ты думаешь, и пока не дают свой ответ.

- Ты сказал, что есть такой вариант, - в её голосе обозначилась нотка испуга.

- Сказал. И сказал, что если ты его выберешь, нам нужно будет многое обсудить, так?

- Ага, так. Да, я уверена, что хочу этого. Я наблюдала за вами с Элизабет, и это было удивительно. Я хочу ощутить это. Ты знаешь, что делаешь. И ты, похоже, заботишься о девушках. Не как те парни, с которыми Элизабет была раньше. Она была так счастлива. Я хочу тоже быть такой же счастливой. Я хочу почувствовать это. Я хочу, чтобы это случилось. Сейчас. Сегодня.

- Мишель, ты знаешь, что это важное решение. Девственность теряется только один раз. Я не люблю тебя. Не собираюсь быть твоим парнем. Другом – разумеется. Если мы сделаем это, это может быть единственный раз, и это никогда не повторится. Ты же понимаешь это, вено?

-Да. И знаешь, что? Если ты сделаешь это для меня, если ты сделаешь это так же волшебно, как и для Элизабет и Мелани, я собираюсь прийти в себя и рассказать всё Элизабет. Вот что мне нужно сделать. Так что ты думаешь?

Я её услышал, но не был уверен. И я решил притормозить. Поэтому выложил перед ней свой последний довод:

- Вот что я тебе скажу. До ужина полчаса. Не будем гнать коней. У меня есть предложение. Хочешь его услышать?

- Предложение? Ты же сказал, что не хочешь долгих отношений, - захихикала она.

Это был хороший знать.

- Очень смешно. Вот что я думаю. Сначала мы идёт в дом. Ты идёшь прогуляться с Элизабет и рассказываешь ей всё. Совсем всё, я имею в виду. Мы ужинаем. Затем мы собираемся втроём и я убеждаюсь, что ты это сделала. А затем, после этого, ты можешь попросить меня сделать это, и я это сделаю. Идёт?

- Я не знаю. Я бы предпочла сначала сделать это, а затем говорить с ней.

- Знаю, - сказал я, кивая. – Но порядок должен быть именно такой. Чтобы ты не делала это лишь для того, чтобы не быть девственницей на момент разговора с ней. Если ты сможешь поговорить с ней, а затем вернёшься и попросишь меня, я буду уверен. И у тебя пара часов, чтобы всё обдумать.

Она глубоко вздохнула и сказала:

- Ладно. Если это единственный способ, то так тому и быть.

Мы встали и направились к дому. Войдя, Мишель сказала:

- Элизабет, мы можем прогуляться?

Та пристально поглядела на меня и встала. Пройдя мимо меня, она последовала за Мишель. Они вышли.

Мелани подошла и шёпотом спросила:

- Ну?

- Мы только говорили.

Видимо, я говорил недостаточно тихо. Миссис Спенсер сказала:

- Стив, ты хочешь сказать мне, что ты пробыл пару часов в коттедже один на один с красивой грудастой блондинкой, за запертой дверью и со спущенными шторами, с кроватью под рукой, с девушкой, которая явно желала тебя – и вы только говорили?

- Да.

- Ну-ну, ты и правда очень особенный.

Мистер и миссис Паркер лишь улыбнулись. О Боже, всё могло быть куда хуже.

Миссис Спенсер заметила моё смущение и сказала:

- У моего брата и его жены нет проблем с этим. У нас с ними разные взгляды, но они предоставляют дочерям самим решать. Не волнуйся об этом.

Я заметно расслабился.

- Но помни – таких родителей не большинство!

Это было верно подмечено. Жизненно. Мне следовало хорошенько подумать прежде, чем говорить с Мелани в этой комнате. Фактически, мне следовало подумать уже перед тем, как заниматься сексом с дочерью Паркеров. И соглашаться на секс со второй их дочерью.

Вот и всё. Тупой четырнадцатилетка. Мой опыт не был нормальным. Я знал это. Но не думал. И я получу серьёзные проблемы, если не начну себя контролировать. И думать, перед тем как что-то делать или говорить.

В основном я так и делал. Но мне нужно было увериться, что я буду продумывать всё так же тщательно, как сегодня. Мне нужно делать это даже ещё лучше. Я многое учитываю, но всё же не всё.

В шесть часов взрослые поставили еду на стол, и, как только они позвали всех к столу, вошли Элизабет и Мишель. Они улыбались, но было видно, что Мишель плакала. Её мама спросила, всё ли в порядке. Та ответила:

- О да. Теперь – да. Элизабет замечательная!

Близняшки переглянулись и сели за стол. Мы поели, затем помыли посуду. Мишель сказала своей маме, что мы четверо возвращаемся в коттедж, чтобы поговорить. Туда мы и направились.

Войдя внутрь, близняшки сели на диван, а мы с Мелани расположились на стульях.

- Я рассказала ей, - просто произнесла Мишель.

Я поглядел на Элизабет.

- Да, - ответила та. – Она всё мне рассказала. И я извинилась, что так давила на неё. Отчасти это и моя вина. Мы всегда делали всё одно и то же, или почти одно и то же. И я глупо полагала, что мой близнец хочет того же, что и я, и будет делать то же, что и я. Но сегодня я обнаружила, что она другой человек со своими собственными желаниями, надеждами, мечтами. Я полностью понимаю, почему она сделала то, что сделала. И мы обе кое-что узнали друг о дружке. Мы оба научились принимать свои отличия. Ты нам очень помог. Спасибо.

- Элизабет, благодари Мелани, девушку, о которой я упоминал, и мою первую любовницу. Я не слишком умён. Когда вы ушли, я позволил вашим родителям услышать наш разговор. Я даже не подумал о том, что они могут быть там, или что они могут быть не рады тому, что мы занимаемся сексом или пытаемся это скрыть..

Близняшки засмеялись. А Мелани засмеялась ещё сильнее. Она сказала:

- Было так забавно видеть его лицо, когда это произошло. Но ваши родители крутые. И он действительно особенный парень, не такой, как все. Похоже, все наши родители так думают.

- Да, он особенный, - сказала Мишель. – Я хочу, чтобы он был у меня первым.

Что ж, она так решила. Но мне всё ещё нужно было убедиться.

- Но не сегодня, - чуть нерешительно продолжила она.

Я попытался сохранить самообладание и не показать ей, что я разочарован. Без сомнения, я хотел её, но только на равных условиях.

- Это нормально? – обеспокоенно спросила она.

- Да, Мишель. Конечно. Я уже сказал – это должно быть в первую очередь правильно для тебя.

Вскочив на ноги, она подбежала ко мне и заключила в медвежьи объятия.

Она прошептала:

- В день, когда я буду готова, я хочу, чтобы ты занялся со мной любовью.

- Я с удовольствием сделаю это, - прошептал я в ответ.

Остаток вечера мы играли в карты. Ни дразнилок, ни флирта – просто четыре подростка, весело проводящие вместе время. Я с нетерпением ждал, пока уединюсь с Мелани, чтобы сдержать своё обещание. В итоге игра нам быстро наскучила, и мы пошли спать. Поскольку готовился я быстрее всех, в ванную меня пустили первым. Я вышел в шортах, чтобы не смущать Мишель. Включив ночник, я забрался в еровать.

Мишель пошла следующей, и Мелани присела ко мне на кровать:

- Ты приготовил что-нибудь для меня?

- Конечно!

- Мишель придёт и поговорит с тобой, когда закончит. Просто сделай то, что она попросит.

- Погоди, что? Я думал, она решила не заниматься сексом.

Я смешался.

- Ага, решила, - хихикнула Мелани, - Но, эммм, просто дай ей сказать. Будь с ней мил, дай ей то, что она хочет, и тогда я сделаю то же для тебя. Своё обещание насчёт медленной, страстной любви можешь оставить до завтра.

Разумеется, я сделал бы всё, о чём меня попросила бы Мелани – ведь я ей доверял. Оставалось лишь дождаться и поглядеть, чего же хочет Мишель.

Она вышла из ванной, уступив место Элизабет. Мишель была одета в очень скромную, очень длинную ночную рубашку. Открытыми были только руки от локтей и ноги от колен. Встав, Мелани пересекла комнату.

Мишель присела на краешек кровати и уже хотела что-то сказать, когда я её прервал:

- Мишель, ты не обязана делать это сейчас. Просто дождись нужного времени.

Она странно на меня посмотрела. Ой-ой. Я ляпнул что-то не то.

- Эээ, прости. Кажется, я всё не так понял.

Нервно засмеявшись, она сказала:

- Ты можешь поцеловать и прижать меня?

Вот я тупица. Фух! Если б она хотела секса, то не надела бы эту ночную рубашку.

- Мишель, о чём именно ты просишь?

- Просто поцелуй и объятия. Я спросила у Мелани, могу ли я поспать с тобой в одной кровати, в обнимку. Мне это нужно. Я просто хочу ощутить себя любимой.

Должно быть, у меня было странный взгляд.

- Я не имею в виду, что ты должен в меня влюбиться, но просто держи меня в руках. Я обещаю, что не буду пытаться влюбить тебя в себя, или как-то заняться сексом этой ночью. Прошу!

Я лишь распахнул объятия. Она рухнула в них, и мы обменялись приятными поцелуями. Она повернулась ко мне спиной, и я обнял её, ложась в постель.

Конечно же, у маленькой головки были на этот счёт свои мысли, но я определённо не стал бы её слушать. Сейчас я не мог сделать с этой девочкой ничего даже отдалённо похожего на секс. Когда она прижалась, то явно ощутила давление между своих ягодиц. Сначала она вздохнула, затем хихикнула и спросила:

- Надеюсь, всё нормально?

- Да, Мишель, всё в порядке. Мне четырнадцать и я в кровати с симпатичным подростком. Если бы я не отреагировал, это бы значило, что я умер.