Дженнифер была настроена решительно. У меня было ощущение, что в конце концов, она возьмет меня измором или найдет кого-нибудь в школе, и сделает это без капли разочарования. Это было последнее, чего бы я хотел для неё. Не потому что у меня были на неё планы, а потому, что я любил её. Как друга.

Я занимался сексом с подругой с мая, и с её кузинами тоже. Обычный секс казался мне нормой, кроме как с Бригит. С ней не было ничего обычного и никогда не будет. Вопрос был в том, могла ли Дженнифер справиться с таким сексом?

Я не хотел, чтобы она пустила все под откос, как Элизабет, но, в конце концов, это не мое дело. Элизабет согласилась добровольно. Фактически, она даже инициировала это. Мне было немного плохо, но я не винил себя. Элизабет не была девственницей. Мишель, с другой стороны, к всеобщему удивлению, была. И, конечно же, была Бригит. Всегда была Бригит.

— Дженнифер, ты действительно обдумала всё? Ты точно уверена? Как насчет контрацепции?

— Да, я думала про это. Я начала пить таблетки, когда мне исполнилось 14. Мы с мамой долго говорили об этом. Она не была взволнована, но альтернативой была возможно беременная дочь. Мама думала, что это будешь ты, но в итоге поняла, что мы просто очень хорошие друзья. Она знала Тэда, и хоть мама не была рада этому, она не собиралась вмешиваться. Мой папа, с другой стороны, ничего не знает. И не узнает. Когда-либо. Что бы случилось или не случилось сегодня.

— Я не согласен с этим моментом, но уже почти 15:30. Ты не хочешь поторопиться. Даже, если я скажу да, мы не успеем.

Она засмеялась.

— Мама не поехала за покупками. Она в доме у миссис Аллен сейчас. И вернется, когда я позвоню ей.

— Стоп, она знает?

— Вроде того.

— Вроде того?

— Помнишь, когда мы играли в стрип-шахматы и разделись? Она выяснила это.

— Каким образом?

— Когда мама спросила, как прошла игра, когда она ушла, я покраснела. Она поняла, что что-то произошло. Она была обеспокоена тем, что я предала Тэда. Поэтому я рассказала ей о любопытстве и правилах, и как это получилось.

Я выслушала лекцию, о том как опасно находиться рядом с мальчиком голой, если не собираешься заниматься с ним сексом. Я сказала, что ты другой. То, что ты никогда бы не сделал ничего подобного без полного согласия. Она немного смягчилась. И спросила меня, что я буду делать. Я сказала, что ничего.

Она узнала про нас с Тедом. И предупредила меня, чтобы я была осторожна, уверенна и не торопилась. Когда мы с Тэдом расстались, мне кажется, она подумала, что это из-за того, что у нас был секс. Я сказала ей, что мы ничего такого не делали, а просто расстались. Мама была рада, я уверена. Я объяснила, что на самом деле хочу тебя. Она не знает ничего о Мелани или Мишель, или Бригит, или Элизабет, и не узнает.

Мы много говорили, и она сказала мне, что чувствует, что я должна подождать, но если бы я решилась сделать это, то она бы позволила мне использовать мою комнату. Очевидно, не тогда, когда папа рядом. Он убьет меня. Я думаю, он ожидает, что я буду рожать девственницей!

В любом случае, после того, как я объяснила маме, что я загадала, и она задала тонну вопросов, и, в принципе, согласилась. Думаю, она решила, что так лучше, чем на заднем сидении автомобиля. Я была решительна, и она это знала. Поэтому разрешила это, но я думаю, она надеялась, что я не решусь.

Я все обдумал.

— Это похоже на цугцванг – ты сделала все свои ходы, и у меня есть только один вариант.

— О нет! Я не пытаюсь тебя заставить.

— В каком-то смысле, пытаешься. Послушай меня, пожалуйста, снова. Когда я собираю все кусочки вместе, то не вижу другого выбора. Я не уверен, что это хорошая идея, но я чувствую, что это должно случиться. Меня словно река несет потоком. Я могу контролировать столько всего в своей жизни. Одна вещь, которую я полностью не в состоянии держать под контролем, это женщины в моей жизни – они, похоже, всегда берут верх надо мной.

— Дженнифер, мне нравится секс. Очень. И я хочу как можно больше его. Но я могу контролировать это сильное желание, чтобы не причинить боль кому-либо. И я не хочу ранить тебя. Поэтому, мой ответ "Да", я займусь с тобой сексом, если ты действительно этого хочешь. На твоих условиях и под твоим контролем. Каждая из предыдущих девушек так сделала. Бригит, Мелани, Элизабет и Мишель взяли на себя инициативу, каждая по-своему, прямо как ты сейчас. Я словно еду куда-то на пассажирском сидении. Веселая поездка, конечно. Так скажи мне, что ты хочешь.

— Я хочу, чтобы ты занялся любовью со мной. Сейчас. Забудь о шахматах. Возьми меня наверху, сними одежду и трахни. Я хочу этого.

Последнее предложение было сказано как требование, которое нельзя было игнорировать. Она говорила так ясно, как только могла. Не было никакой двусмысленности. Я взял её за руку, и она повела меня за собой по лестнице. Завела в свою комнату. Я увидел стол, стул, кровать и сундук. Она задернула шторы и включила свет. Я закрыл дверь.

Дженнифер подошла ко мне и мы обнялись. Эти объятья отличались от тех, что были раньше. Я не чувствовал подругу, вместо этого я чувствовал как сексуальное тело прижимается ко мне. Она подняла глаза и поцеловала меня. Это была искра. Она поцеловала меня так сильно, впиваясь в мой рот. Наши языки встретились и боролись за главенство. Она прервала поцелуй и глубоко вздохнула.

— Раздень меня.

Я снял резинку с её волос, позволив хвостику расплескаться каскадом по плечам. Эти клубничные светлые волосы опьяняли. Как я не замечал? Её зеленые глаза такие пронзительные, а я пропустил это. Я снял с неё свитер и бросил на сундук.

Поцеловав Дженнифер снова, я расстегнул блузку. После добрался до последней пуговицы, прервал поцелуй и снял её. На ней был снова надет светло-голубой, кружевной, сексуальный бюстгальтер. Но грудь у неё выглядела больше, чем несколько месяцев назад.

Дженни хихикнула.

— Они выросли! У меня уже 3-й размер.

— Что ж, тогда я должен увидеть их!

Я потянулся за застежкой и ослабил лифчик. Она пожала плечами и спустила лямки, позволив ему упасть мне в руки. Лифчик упал к остальной груде вещей на сундуке.

Её грудь была самой большой, которую я видел. Мы не говорим о Долли Партон*, но у других девушек был 2 или меньше (а у Бэкки меньше, чем 1, я думаю, но я видел только мельком). Я отвлекся от мыслей о других девушках. Какой дурак думает о других девушках, когда перед ним стоит полуобнаженная 15-летняя девчонка и требует секса?

(П.п: Американская кантри-певица и киноактриса.)

Видимо, это я. Я провел пальцем по её розовым ореолам, она немного затряслась. На груди появились мурашки. Её соски затвердели.

Я посмотрел Дженнифер прямо в глаза и положил руку на пуговицу её джинс. Она говорила мне взглядом продолжать, поэтому я расстегнул пуговицу и молнию. Положил руки на спину, опустил ниже и запустил их в трусики, и сжал её упругую попу. Затем я притянул её к себе и поцеловал с языком.

Одним быстрым движением, её джинсы и трусики лежали вокруг лодыжек. Я опустился на колени, чтобы помочь перешагнуть через них, мои глаза находились точно на уровне её тонких, клубничных светлых лобковых волос и набухших половых губ, уже мокрых от волнения. Я не сдержался и поцеловал её. Я всего лишь коснулся губами, а она вздрогнула. Джинсы и трусики остались на полу.

Я поднялся и поцеловал её снова.

— Теперь, разденься ты. Я хочу посмотреть.

Я отошел и начал медленно стягивать рубашку.

— Нет, сделай это быстро, — прошептала Дженнифер.

Я повиновался. И был голым перед ней примерно через десять секунд.

— Я хочу потрогать его.

— Давай, только будь осторожна.

Дженнифер положила руку на мой член и сжала. Затем она опустилась на колени и тщательно осмотрела его, двигая и слегка поворачивая.

— Я могу чувствовать твой пульс! — она ахнула. — Это так круто.

Она отпустила меня и встала.

— Мне нужно что-то сделать для тебя, или ты можешь кончить?

— Я научился контролировать себя после первой "5-ти секундной" проблемы!

Она улыбнулась. И потащила меня к кровати, отдернула одеяла и залезла. Я последовал за ней, и Дженнифер укрыла нас одеялом. Я держал её и ждал.

— Я думаю, я готова. Можем ли мы просто сделать это сейчас? Ожидание убивает меня. У нас будет время для всего остального, но прямо сейчас, я просто нуждаюсь в тебе внутри меня.

Я разместился между её ног и немного осмотрелся. Она казалась достаточно влажной, так что это должно сработать. Дженни предупредила меня, что нужно убедиться, особенно с девственницей, достаточно ли смазки. Мне повезло, что Дженнифер была на таблетках.

У меня не было презерватива с собой, так что всё могло пройти очень плохо. Я подозреваю, что она планировала это событие. У меня всё ещё были презеративы, (один из них я использовал в эксперименте) которые дала мне Мелани. Нужно начать носить с собой один, подумал я.

Почему мои мысли блуждают? Я снова сфокусировался на Дженнифер. Подтолкнул её к себе за спину и аккуратно взобрался на неё, её грудь и мой член сжались между нами. Мы поцеловались и я коленом толкнул её ноги. Она поняла намек и широко раздвинула их.

Я оперся на руки и колени, и взял свой ствол в одну руку. Я провел вверх и вниз, чтобы немного смочить его её смазкой. Нашел правильную позу и расположил кончик головки между её губ. Теперь она пристально смотрела на меня. Я поцеловал её.

Дженнифер посмотрела на меня, сказала "Да" и закрыла глаза.

Я надавил.

Она вздрогнула, когда головка скользнула мимо её половых губ, и я почувствовал только символическое сопротивление. Я остановился на секунду, у неё всё ещё были закрыты глаза, подождал. Я протолкнулся немного дальше. Она была очень тугой, но быстро уступила.

Дженнифер просто выдохнула. Я надавил на неё, и она приняла всю мою длину с легкостью. Внутри всё было похоже на перчатку. Не слишком туго, с достаточным давлением и ох, так шелковисто. Я лег сверху и поцеловал её.

— Это приятно.

— Готова?

— О да!

— Положи ноги мне на бедра.

Она положила.

Поскольку не было никаких признаков боли или дискомфорта, я начал двигаться, и она сразу же подстроилась под мои движения. Её координация была изысканной, мы были в совершенстве синхронизированы. Когда я становился жестче, она тоже. Когда я замедлялся, она тоже. Каким-то образом наши тела общались на уровне, с которым я никогда не сталкивался с Мелани.