В течение следующих трёх дней экипаж и пассажиры говорили только о второй Теофании. Когда по всему кораблю распространился слух, что Талла, Жаир’ло и их спутники не только Герои Бише́нны, но и свидетели первой Теофании, остальные пассажиры не давали им покоя.

Не видя смысла что-либо скрывать в данной ситуации, они рассказали Капитану и всем, кто спрашивал, практически все подробности, которые могли вспомнить, быстро приняв решение исключить из своей истории упоминание о загадочном даре, том самом «виат игнус», который боги подарили Талле. В остальном же они описали свет, формы и цвета богов. Рассказали о своих разговорах, о чувстве слияния с богом и о новом Диктате, который боги издали по поводу Сапфизма.

«Диктат Тары!» — всегда с готовностью рассказывала Зоя всем и каждому». 

«Я не хочу», — краснела Тара до ушей, — «чтобы его называли в мою честь!» 

К тому времени, как солнце склонилось к закату на третий вечер, и берега Висты появились на южном горизонте, они успели рассказать своим попутчикам почти все, что помнили: от того момента, когда первые тревожные колокола прозвенели в Герне, о Восстановлении Бише́нны и их путешествии в Приму.

«Странно, да?» — сказал Жаир’ло, прислонившись к правому борту и вытянув шею, чтобы лучше рассмотреть Висту через край корабля.

«Что именно?» — спросил Кит.

«Все эти празднования и бесконечные повторения нашей истории уже стали раздражать», — сказал Жаир’ло. — «Но здесь, вдали от всего, меня это почему-то не беспокоит».

«Капитан как-то сказал мне: "море — странное место"», — тихо процитировал Кит. «Есть что-то особенное в том, чтобы быть на воде. Этот запах моря или безграничная пустота. Кажется, все, что мы здесь делаем, не имеет значения, потому что мы так далеко от Храмов».

«Знаешь, мы только что встречались с богами», — сказал Жаир'ло. «Настоящими богами. Это за пределами просто магии Храма. Боги действительно существуют, и всё же...»

«И всё же», — продолжил Кит. «Они просто посадили нас обратно на корабль, как будто это пустяк, и отправили на новое задание».

«Все это кажется нереальным», — сказал Жаир’ло.

«Может, это из-за моря», — предположил Кит.

«Хм», — ухмыльнулся в ответ Жаир’ло.

Они вдвоем сидели молча, наблюдая, как волны бьются о борт корабля, пока тот рассекал воду. Вскоре рулевой мягко повернул судно на левый борт, открывая перед ними лучший вид на город, к которому они приближались.

«Виста, да?» — Дэл подошла к ним сзади.

«Эх, если бы я мог лучше рассмотреть», — прищурился и нахмурился Жаир’ло.

«Мы ведь идём туда, верно?» — спросил Кит, удивляясь тревоге Жаир’ло. «Не можешь подождать один день, чтобы рассмотрет?»

«Да, что тебе нужно там увидеть?» — добавила Дэл.

«Хорошо», — указал Жаир’ло. «Смотри туда, между западными вершинами и нижними холмами на дальнем краю огней города».

«Вижу», - ответила Дэл.

«Там спуск, да?» — спросил Жаир’ло. «Небольшой, вроде прохода в горах, правильно?»

«Да, точно», — согласился Кит.

«Я изучил множество карт», — сказал Жаир’ло. «Как Разрушителя Печати, они хотели обучить меня, в качестве следопыта. Показывали мне карты, давали массу тренировок по выживанию в одиночку и всё в таком духе».

«Что же ты увидел на тех картах?» — спросила Дэл, ощутив внезапный интерес.

«Почти все они сходятся во мнении, что этот небольшой проход не имеет особого значения», — сказал Жаир’ло. «Там вообще ничего нет».

«Но?» — подтолкнул его Кит.

«Но была одна очень старая карта», — продолжил Жаир'ло. «Карта, которую я запомнил только потому, что она была очень выцветшей и странной. Она показывала дорогу низкого приоритета, такая пунктирная линия, которая значит, что никто её толком не поддерживает, ясно? Этот путь петляет по тому маленькому проходу, и ведёт на юг к чему-то, похожему на город посередине между Вистой и Бише́нной. То есть на карте был изображен очень маленький городок, который как будто только что основали».

«Так раньше там в холмах был спрятан город, но он исчез?» — спросила Дэл, нахмурив лицо. «Почему они позволили Храму пасть в такой глуши? Это место ведь должно быть безопасно, чтобы город можно было поддерживать и восстанавливать».

«Вот в чем дело», — сказал Жаир’ло. «Карта была очень старой, и кто знает, как они рисовали карты сто или двести лет назад. Но на каждой современной карте, которую я видел, они всегда отмечают границы Храма — самые внешние стены — ничего внутри не рисуя. Говорят, это для безопасности. Так что Храмы действительно заметны на картах. Каждый город имеет этот треугольник с пустым пространством внутри».

Жаир’ло скривил губы.

«Но тот город…» — сказал он. «В нем небыло треугольника».

«Потому что они не обозначали Храмы на старинных картах?» — спросил Кит.

«Или потому что там не было Храма», — сказала Дэл. Она задумчиво замолчала, прежде чем добавить: «А на новых картах даже дорога не обозначена?»

«Может быть, они начали строительство», — предположил Кит. «А потом решили, что нет смысла там строить?»

«Конечно», — сказал Жаир’ло. «Любое из этих предположений возможно. Воспоминание вспыхнуло в моей голове только потому, что этот путь напрямую ведет на юг к Бише́нне, вместо того, чтобы обходить полуостров через Сан-Сой. Но теперь я задаюсь вопросом, есть ли там дорога, поддерживается ли она, и что, ради всех девяти адов, мы там найдем. Если дороги нет вовсе, нам определенно лучше было остаться на корабле до Сан Соя, вместо того чтобы идти пешком».

«Мне тоже немного интересно», — сказала Дэл, глядя на южный горизонт, в то время как солнечный свет угасал.

* * * *

После заката солнца, паромщик приказал опустить якорь и открыть трюм. Когда земля была уже видна, они могли позволить себе больше воды, и пассажиры насладились поздним ужином на палубе. Все помогали расставлять стулья вокруг ящиков с грузом, чтобы те могли служить столами.

«Чёрт знает что такое», — сказал паромщик, усаживаясь рядом с Жаир’ло с миской рагу. «Огни в небе и боги, сходящие на землю. А я как раз оказался в порту, чтобы это увидеть. Раньше жизнь была куда более предсказуемой».

«С тех пор, как мне исполнилось восемнадцать, я себя так же чувствую», — сказал Жаир’ло. «Одна чертова неожиданность за другой».

«Понятно», — глаза Мастера Рессика широко раскрылись. «И теперь ты направляешься в Пограничье».

«Этот корабль не идет к Пограничью?» — спросила Талла.

«Он не предназначен для военных походов», — объяснил он. «И нет морского пути на юг, к Пограничью или в любые опасные места, если на то пошло. Не было уже, ох, почти двадцать лет».

«Эти воды когда-то были опасными?» — удивлённо спросил Жаир’ло, глядя за контейнеры в сторону перил.

«Когда я только начинал», — сказал он, его глаза немного сузились. Он постучал себя по груди. «Капитан Рессик когда-то был восемнадцатилетним учеником паромщика. Мы перевозили, о боги, должно быть, сотни голодных беженцев с Востока в Сан-Сой. Путешествие за путешествием, в сопровождении кораблей, полных Солдат, чтобы защитить нас по пути. Сан-Сой почти лопался по швам, пытаясь разместить всех этих детей».

«Он говорит про Юа», — сказала Талла. «Вот как Юа переправилась сюда».

Рессик поднял бровь.

«Наша общая знакомая», — сказал Жаир’ло. «Из Герна».

Рессик кивнул и продолжил.

«Им пришлось вывезти этих беженцев», — вздохнул Рессик. — «Слишком уж тесно было. Я полагаю, они теперь разбросаны по всему континенту. Но спустя пару лет война там окончилась. Я не знаю, кто воевал. Это были не мы. Сан-Сой точно не могла бы расшириться и построить новый Храм. Мы просто собирали бедных детей, кормили их и находили для них безопасное место».

«Они не заботились о своих собственных детях?» — спросил Жаир’ло.

«Черт возьми, нет», — ответил Рессик, закрывая глаза и откидываясь на кучу мешков. «Там лишь родители заботились о своих детях. Если что-то идет не так, если война забирает родителей, то эти дети становятся „сиротами“. Ты знаешь это слово?»

«Это значит что-то брошенное?» — спросил Жаир’ло. «Отделенное? Как Солдат, который отстал от своего подразделения».

«Там они используют это слово для обозначения ребёнка без родителей», — продолжил Рессик. «Война оставила сотни таких детей, а также множество женщин в бедственном положении из-за отсутствия мужчин, на защиту которых многие из них полагались».

«Они не умели сражаться?» — спросила Талла.

«За пределами Пограничья?» — переспросил Рессик. — «Нет, в большинстве мест женщин не растят как Солдат».

«Ох…».

«Вот, собственно, и всё», — сказал Рессик. — «Мы заходили в порты, которые обычно использовали для торговли. Солдаты отправлялись на берег искать беженцев. Мы брали на борт столько, сколько могли, кормили их, пока не приходили в Сан-Сой. И так снова и снова, пока уже не оставалось места в лодке. Примерно через год сражения закончились. Насколько я понимаю, Храм предложил отвезти беженцев обратно, но никто не захотел возвращаться. Жизнь здесь казалась лучше, чем там. По крайней мере, стабильная еда и кров. Дайте людям это и пару друзей, и они сами не захотят уезжать. А их прошлое, наверняка, запомнилось им как своего рода ад».

«Звучит ужасно», — признала Талла.

«Да», — согласился Ресик. «Что угодно лучше чем то, через что они прошли».

Он глубоко вдохнул, словно воспоминание загрязнило его чувства, и лёгкие нуждались в очищении.

«Но вот, спустя почти двадцать лет, мы снова здесь», — сказал он. «Другая чрезвычайная ситуация, новые герои».

«Ты целый год спасал людей», — сказал Жаир’ло. «Снова и снова отправляясь на поле боя».

Жаир’ло покачал головой, пытаясь представить себе, как бы он отнесся к повторению их похода в Бише́нну.

«Не могу себе представить», — добавил он.

«Бои так и не приблизились к нам», — ответил Рессик. «Возможно, Солдаты что-то видели. А мы только чувствовали запах с причалов».

«Дым», — сказал Жаир’ло.

«Дым и...», — на мгновение замолчал Рессик, «...вещи, которые гореть не должны».

Я знаю этот запах, подумал Жаир’ло.

Они сидели в тишине некоторое время, зачерпывая ложками рагу, пока не заговорила Талла.

«Думаю, вы не знали, что вас ждет, верно?» — спросила Талла у Мастера Рессика. «Я имею в виду в ту первую поездку. Вы не знали, что там будут беженцы».

Рессик покачал головой.

«Это было всего лишь обычное путешествие для торговли товарами», — сказал он, пожимая плечами. «Им очень нравились наши ткани. У нас был процесс окрашивания, который они не могли повторить. Обычно мы обменивали их на минералы и лекарства. Первый раз мы вернулись домой довольно голодными, но потом стали брать с собой намного больше провизии».

«Как и мы», — сказала Талла. «Мы слышали, что в Бише́нне произошло ЧП, но не думали, что всё будет настолько ужасно. Я действительно...»

На мгновение горло Таллы сжалось, когда она вспомнила о своей наивности.

«Я действительно думала, что мы просто войдём в город и увидим, и что вся эта идея о толпе Яростных мужчин была нелепой выдумкой», — сказала Талла, и то, как она пыталась сделать свой голос ровным, лишь показывало, насколько она потрясена. «А это было кровавое месиво. Я и представить себе не могла».

Рессик соскрёб остатки рагу с донышка своей миски.

«Лучшие времена впереди», — сказал он, постукивая ложкой три раза. — «После того приключения у меня было двадцать лет мира и процветания. Уверен, и у тебя всё получится, независимо от того, на Пограничье ты будешь или нет».

«Да уж», — сказали Талла и Жаир’ло одновременно, с одинаковым оттенком цинизма.

* * * *

Спустившись под палубу после наступления темноты, Жаир’ло сразу же оказался отделённым от Таллы.

«Ты всё ещё не можешь занимать её каждую ночь», напомнила Дэл. «Люди начнут говорить, и у нас будут проблемы с той лейтенантшей».

«Можешь взять его завтра», пообещала Тара Талле. «З'рус уже ждёт тебя».

После того как Офицер оставил их предоставленными самим себе, Дэл пришлось разобраться со всем самостоятельно. Из-за гендерного дисбаланса в группе четырем мужчинам приходилось выполнять двойную работу, когда это было необходимо, и это мало отличалось от того, как они проводили время на корабле последние несколько месяцев.

Несмотря на то, что боги могли сделать в будущем с Таллой и Жаир’ло, объявляя Диктаты, которые сопровождали те три новые молнии, Дэл все же предпочитала следовать правилам и чередовать Служение.

Сколько бы мы ни заставляли богов переписывать правила ради нас, подумал Жаир’ло, они по-прежнему очень неуютно себя чувствуют из-за Моногамии.

Жаир’ло вздохнул, позволяя Таре проводить его обратно в отгороженную занавесками часть пассажирского отсека корабля.

Они всё ещё думают, что это каким-то образом вредит всем, подумал он. Кроме того, мы не против служить другим людям, пока мы с Таллой можем быть вместе, когда захотим.

Тара прижалась к нему, как только занавески мягко закрылись за их спиной.

У нее самый... агрессивный стиль поцелуев, который я когда-либо испытывал, подумал Жаир’ло, закрывая глаза и отвечая на её страсть. Никакого места для утонченности.

Жаир’ло протянул руку под юбку и крепко сжал обе её твердые, мускулистые ягодицы в своих руках. Тара застонала.

Он задумался, допустимо ли шлепнуть её здесь, где это может услышать каждый?

Тара ужасно страдала от морской болезни на пути к Приме, так что никто не осмелился выяснить, сколько шума способны терпеть люди на пароме, где пары разделяли лишь занавески.

Возбуждение Жаир’ло начало давить на внутреннюю часть его брюк, упираясь в бедро Тары. Она потянулась к шнуркам на его брюках, осторожно развязывая их, пока её язык исследовал его рот.

«Кто-то уже готов», — пробормотала она, стягивая с него шорты, в то время как он дёрнул за единственный шнурок, держащий её юбку.

«Всегда», — тихо ответил Жаир’ло.

Я же Разрушитель Печати, подумал он, пытаясь скрыть закатывание глаз. Они ждут, что я буду выступать в любой момент и перед публикой.

Они разъединились лишь на мгновение, чтобы Тара успела снять белые ленты, пересекающие её грудь, бросив их вместе с юбкой.

По крайней мере, Тара не утруждала себя нижним бельём. Легким движением ног она развернула их тела как одно целое и толкнула его на узкую, по колено высотой койку. Жаир’ло с грохотом приземлился, и Тара уложила его на спину.

Значит, без шлепков, да?

Устроившись на бедрах Жаир'ло, Тара поглаживала его эрекцию — возможно, это было следствием привычки, с помощью которой она убеждалась, что её партнёр на ночь достаточно возбужден, чтобы войти в неё как следует.

«Была бы тут Зия», — задумчиво проговорила она, кончиками пальцев нежно обводя границу его набухшей головки, — «она бы сосала эту штуку добрых полчаса».

Жаир’ло усмехнулся.

«А ты нет?» — спросил он.

«Не сегодня», — сузила глаза Тара, смотря на его эрекцию. «Ты выглядишь весьма возбужденным. А я очень мокрая».

Жаир’ло ухмыльнулся, а Тара вытянула ноги, по одной, чтобы поставить их на пол и оседлать всю ширину узкой кровати.

Эти койки не особо подходят для сна, но для Служения у них есть свои преимущества.

Тара наклонилась вперёд, зафиксировав эрекцию Жаир’ло. Поддерживая себя руками на краю койки у его плеч, она направила его головку против своих губ.

В такой позе, она была полностью раскрыта.

Тара надавила вниз, и слияние охватило их сознание, обжигая и соединяя в один мощный поток. Вначале оно захватило его тело, а затем вызвало в нем яркое осознание её тела.

...

Тара не служила Жаир’ло с той ночи, когда боги провозгласили свой новый Диктат.

Это перевернуло весь её разум, понял Жаир’ло. Она... она изменилась.

Странный привкус горечи, ощущение, что все вокруг разочаровывают её в каком-то смысле, растворился, оставив лишь послевкусие, слабое свечение на горизонте, неуловимую тревогу.

Погружаясь в её глубины, он ощутил вкус её легкости, уловил аромат спокойствия и удовлетворения, окружающий её.

Тара все еще испытывала некоторое неудобство из-за частой интимной близости Таллы и Жаир’ло, но это блекло по сравнению с тем, как она чувствовала себя всего неделю назад.

На заднем плане Жаир’ло видел образы Н'шид, подруги Тары из Салации, и множество совсем недавних образов Зои, в очень близком и личном формате.

Мадра Зен! воскликнул Жаир’ло, уловив лишь краешек тех образов. Тара и Зоя часто встречаются. Когда у них только есть на это время?

Жаир’ло сдвинул бедра, почувствовал напряжение в своей эрекции, как она напряглась, прорываясь немного в Тару. Он также ощутил стресс, который это создало для нее, поскольку слияние позволило ему чувствовать и её тело.

Этот аспект стал ему понятнее после того, как боги объяснили его телепатически.

Вам нужен секс, говорил голос в его голове, голос Мадра Зен, он нужен вам, и всё же вы так часто причиняете друг другу боль с помощью него. Поэтому мы подарили вам слияние. Если один из вас причиняет боль другому, или если один из вас испытывает боль, другой также почувствует её. Вашей силой является эмпатия, и там, где ваша эмпатия подводит, заключена ваша величайшая слабость».

Жаир’ло рано осознал, что отличался от других мужчин тем, что получал гораздо больше информации о своих сексуальных партнёршах. Более того, он мог проникать в мысли и чувства своих партнёрш глубже, чем они могли проникать в его разум.

«Тара», — прошептал кто-то.

«Что?» — выдохнула Тара.

«Это... Зоя?» — спросил Жаир’ло.

«Тебе нужна... помощь?» — прошептал голос Зои из-за занавеса.

Тара застонала, и Жаир’ло почувствовал её отчаяние внутри своей головы.

«Да, да, нам нужна помощь».

Жаир’ло не знал, что могла бы значить эта "помощь", но отчаянная нужда Тары в Зое, жар между её бедрами, превратился в жар между его собственными. Он ощущал, как её тело томилось, словно это было его собственное страдание.

«Дааааа», — они прошептали вместе.

Зоя прокралась под занавесом и ползком подобралась к кровати, преклонив колени рядом, так что её голова почти касалась головы Жаир’ло.

«Ты не против, если я помогу, Жаи?» — осторожно спросила она его.

Жаир’ло понял, что не может возразить: Тара так этого хочет, да и ему самому хочется хотя бы понять, что она имеет в виду.

«Слияние», — прохрипел он.

«Все будет хорошо», — мягко сказала Зоя. — «Если расслабишься, все пройдет гладко».

Откуда она могла это знать?

«Тара», — сказала она. «Повернись».

«Повернуться?» — ахнула Тара. «Я...»

«Ты сможешь это сделать», — уверенно сказала Зоя. «А потом я смогу помочь».

Тара морщилась и кивала в ответ. Она перенесла вес на левую ногу и приподняла правую, извиваясь на эрекции Жаир’ло, когда её вагина сместилась в сторону.

Ты не можешь разрушить слияние, в панике думал Жаир’ло, или, если все же разрушишь, то это здорово тебе навредит.

Тара подняла правую ногу над головой Жаир’ло, повернув тело вбок, при этом оставляя его член глубоко внутри себя.

Ей не совсем удобно, но я могу это вынести.

Тем не менее, Жаир’ло ощущал, как он задевает части Тары, к которым она не особо хотела, чтобы он прикасался.

Когда обе ее ноги уже стояли на палубе справа от него, Тара подняла левую ногу и медленно повернула свое тело, стараясь удерживать баланс на эрекции Жаир’ло, покуда она разворачивалась и перемещала левую ногу на дальнюю сторону кровати.

«Уф», — мягко выдохнула она.

«Вот так», — прошептала Зоя, наклоняясь к уху Жаир’ло. — «Скажи мне, как это ощущается».

Тара оперлась на руки, нежно вращая бедрами. Жаир’ло наблюдал за тем, как напрягаются мышцы в её плечах, как лопатки плавно скользят вдоль позвоночника.

Зоя медленно проползла вниз по кровати и развела ноги Жаир’ло в стороны. Холод её дыхания пробежал по его бедрам, а затем тепло её лица, приближающегося к тому месту, где её тело соприкасалось с Тарой, согревало его кожу.

Язык мелькнул, коснувшись его яичек, что вызвало дрожь и у него, и у Тары. Зоя провела кончиком языка под и вокруг каждого из висящих овалов, прежде чем начать двигаться вверх по открытой части его члена.

Затем она скользнула с его кожи прямо на натянутый край входа во влагалище Тары.

Я это почувствовал! хотел вскрикнуть Жаир’ло от восторга Тары. Я чувствую, что...

Язык Зои коснулся клитора Тары, и мозг Жаир’ло взорвался.

Вот как?! Вот как это чувствуется?!

Невольно, Жаир’ло резко вжался в Тару с максимально возможной силой.

О девять богов!

«Давай, Жаи», — умоляла Тара. — «Кончай. Сильнее. О боги!»

Жаир’ло немного отступил и снова врезался в Тару.

Зоя просунула руки под бедра Тары и крепко удерживала их сзади, чтобы оставаться с губами на её вульве, ласкаяя её языком так быстро, как только могла, пока Жаир’ло продолжал свои мощные удары.

О Боги, да! Это именно то, что ей нужно!

Зоя? Ты в слиянии?

Конечно, конечно, конечно. Слияние — это место для троих. Кто мог подумать иначе?

Зоя не могла осознавать происходящее так же, как Жаир’ло, но она знала, что присоединилась к ним, знала, что это нормально, и цеплялась за гениталии своих друзей изо всех сил, чтобы оставаться с ними, облизывая его ствол, проходя через вход Тары и к её клитору так быстро, как могла.

Жаир’ло вопил в пустоту: Девять богов!

Все трое одновременно достигли оргазма. Эрекция Жаир’ло пульсировала по всей длине, пока Зоя ее облизывала, освобождая семя глубоко внутри Тары, когда он делал толчок. Зоя крепко держалась, облизывая с каждым пульсом. Тара пригнулась, чтобы дать Жаир’ло максимум глубины, насколько это возможно.

Третий пульс.

Четвёртый.

…

Слияние, перегруженное тройным присутствием, распалось, но Зоя продолжала лизать, её мозг практически отключился, а поведение было полностью интуитивно. Тара сместила вес, и эрекция Жаир’ло выскользнула из её влагалища, головка касалась её тела снаружи.

Я всё ещё испытываю оргазм, даже несмотря на то, что слияние распалось?

Он выпустил пятую волну, направив её над вульвой Тары между этим местом и губами Зои. Зои, всё ещё напрягаясь, опустила голову и облизала его стержень, в то время как поток спермы попал на гладкий лобок Тары, а затем на губы и нос Зои.

«О Боги!» — выдохнул Жаир'ло, все еще извергаясь на обеих.

Он больше не мог ощущать эмоции или прикосновения своих спутниц, но остро чувствовал свои собственные, издавая хриплые стоны, пока две женщины продолжали движения, полностью его опустошая.

Захватив ртом воздух, Жаир’ло попытался заговорить, но слова не шли.

Тара вздрогнула и сползла с него вбок, кровать была едва ли достаточно большой, чтобы она могла свернуться калачиком рядом с ним. Он оставил ей немного места, в то время как Зоя смахнула сперму с подбородка и носа, сложила руки на животе Жаир'ло и взглянула на него с приподнятой бровью.

«Ты это почувствовал?» — спросила она его.

Жаир'ло кивнул.

«Что почувствовал?» — спросила Тара.

«Её язык», — ответил Жаир’ло. — «Я... я чувствовал, как она тебя облизывает».

«Прии-ятненько», — пробормотала Тара, уткнувшись ему в грудь. — «Везет тебе».

«Слияние вместило троих», — мягко сказала Зоя, закрывая глаза от приятных воспоминаний. «Ты волновался. Но всё было...» — Зоя глубоко вздохнула и закончила на распев: «...просто прекрасно».

«Да», — согласилась Тара. «То же самое произошло в Бише́нне, когда нам пришлось оживлять Великого Героя. В тот раз я перепугалась до смерти».

«Но сейчас ты не боишься», — прошептала Зоя. «Вот в чём разница. Ты больше не веришь ничему из того, чему тебя учили. Мы знали, что Талла может это сделать, но теперь знаем, что и Жаи-Жаи способен на это».

Зоя закрыла глаза, как будто собиралась заснуть, устроившись на коленях Жаир’ло, но резко вздрогнула и проснулась.

«Дурацкие койки слишком малы», — сказала она, соскальзывая с края кровати. «Спокойной ночи».

Она проскользнула между занавесками, которые беззвучно сомкнулись за ней, пока Жаир’ло крепче притянул Тару к себе.

«Не думаю, что у меня получится второй раз сегодня», – пробормотал он.

Тара хмыкнула в знак согласия и больше ничего не сказала.

* * * *

Виста могла похвастаться обширными землями.

Когда они прибыли, мастер Рессик осторожно вел корабль мимо сотен маленьких рыбацких лодок, они увидели, как город разросся вдоль берега, покрыв собой огромную территорию.

Стоя на причале, их впечатление от увиденного не изменилось.

«Ни одного здания выше двух этажей не видно», — сказал Кит, готовясь сойти на берег. — «Держу пари, храмовые стены можно увидеть почти из любого места города».

После Примы, где перенаселение создавало потребность в высоких зданиях, этот контраст удивил всех.

«Им действительно не нужно строить вверх?» — спросила Тара. — «То есть вообще никогда? Здесь должно быть просто огромное количество свободного места».

«Преимущество в линии обзора», — сказала Зия, кивая вверх на хорошо видимый Храм. — «Видишь те башни на углах Храма? С них можно увидеть мачты кораблей на очень большом расстоянии».

«Но у них есть башни вдоль побережья», — заметила Бри, указывая на восток. — «Уверена, что они могут подать сигнал оттуда».

«Нет», — сказала Зия. — «На них тут уже нападали. Давно, конечно, но достаточно часто, чтобы помнить, как это было больно, и оставаться настороже. Город не просто так расположен на равнине».

Они оставались в тишине некоторое время, пока остальные пассажиры выстраивались на палубе, готовясь проводить их. Большая часть груза на корабле предназначалась для Бише́нны в рамках реконструкции города.

Мастер Рессик сообщил, что паром остановится в Висте лишь ненадолго.

«Как бы мне ни было приятно находиться в вашей компании», — размышлял он, — «но помощь пострадавшим — наивысший приоритет».

«Нам нужно будет отметиться в Храме», — сказала Талла. — «В отличие от других мест, здесь нас никто не ждет».

«Как и наш сигил», — заметила Дэл. — «Я загляну в Библиотеку. Здесь ничего не знают о Теофании, так что на меня никто не обратит внимание. Не забудьте включить меня в свой отчет».

«Я направляюсь прямо в Форму», — сказала Талла. — «Посмотрю, смогу ли я заполучить карту той тропы, о которой говорил Жаир’ло».

«Она точно там», — сказал Жаир’ло. — «Но если мы выберем её, это будет значить, что мы идём пешком, в одиночку. Придётся самим охотиться и готовить еду».

«Надеюсь, мы сможем достать припасы», — сказала Талла. — «Посмотрим, что скажет Форма».

«Я пойду с тобой», — сказала Тара Талле.

Все взгляды расширились и устремились на Тару, которая скрестила руки, выражая свою решимость.

«Я... эм... хорошо?» — сказала Талла.

«Тебе придётся столкнуться с их сопротивлением», — сказала Тара. — «Как бы этот тайный путь ни выглядел, тебе нужно уметь надавить на тех, кто связан с Формой».

«А ты умеешь настаивать на своём?» — спросила Бри.

«Я самая настойчивая», — твёрдо кивнула Тара, не отводя взгляда от Таллы. «В наших яслях всё проголосовали за меня, когда мне было пять».

Бри пожала плечами.

«Талла и я», — повторила Талла, — «отправимся в Форму, чтобы получить карту и любую другую информацию, которую сможем найти».

«Все остальные останутся вместе, — сказал Жаир’ло. — Мы оставим наше снаряжение в южных казармах. Если я правильно помню, они находятся прямо напротив доков, с другой стороны Храма. Это должно быть недалеко от той странной тропы, по которой я хочу пройти на юг».

«Ну, давайте за дело», — сказала Талла, когда между паромом и причалом были уложены доски.

* * * * 

Талла держала в левой руке Сигио Богов, зажатый между большим и указательным пальцами. Она намеренно не приближала его ни к чьему лицу, но явно демонстрировала своё превосходство.

Женщина Формы, сидевшая за столом напротив неё, которой было поручено вести дела караванов и логистики, пыталась сурово нахмуриться из-за её дерзости, но даже она не могла полностью игнорировать светящийся и явно сверхъестественный артефакт. Двое её помощниц оставались в испуганной тишине и настороженности.

«Однако нам не совсем понятно», — сказала женщина в офицерской оранжевой униформе, стиснув зубы в неудобной гримасе, — «почему вам нужно идти этим путем».

С правой стороны от Таллы, рядом с ней шагнула Тара, решительно скрестив руки на груди.

«Боги велели нам отправиться на Пограничье», — ответила Тара. «Так что мы отправляемся на Пограничье».

Талла повернула символ так, чтобы Офицер снова могла увидеть глиф Фироша на его лицевой стороне.

«Да», — сказал Офицер. «Но вы, конечно, могли бы отправиться на корабле в Сан-Сой — вы ещё можете сесть на следующий корабль — вместо того, чтобы выбирать этот более трудный путь —»

Талла подумала, что было бы лучше привести на эту встречу Дэл, она бы точно знала, как разговаривать с женщинами Формы, и смогла бы запутать Офицера в хитросплетениях своих аргументов. Но Дэл сейчас занята в библиотеке. По крайней мере, никто не отрицает существование странного пути Жаир’ло.

«У меня в группе есть Разрушитель Печати с подготовкой Рейнджера», — сказала Талла. — «Он знает дорогу. Уже видел маршрут».

«Разрушитель Печати?» Офицер выглядела ошеломленной. «И Рейнджер...»

«Герой Бише́нны», — произнесла Тара. «Он знает, что делает».

После этого заявления офицер несколько секунд просто смотрела в пустоту.

«Нам просто нужна современная карта маршрута», — сказала Талла. После паузы она добавила: «Обновлённая карта. Он видел только старую».

Офицер погрузилась в размышления, когда Тара упомянула о статусе Жаир’ло, и осталась с остекленевшим взглядом после дополнения Таллы.

«Невозможно представить себе», — пробормотала офицер, её глаза по-прежнему оставались отсутствующими, — «чтобы этот Герой мог быть в опасности...»

Она оборвала фразу и покачала головой. Моргнув трижды, она сосредоточила свой взгляд на Талле.

«Хорошо», — сказала она. «Вы можете присоединиться к караванщикам, которые утром отправляются на юг по той дороге. Мы не часто отправляем людей... в ту сторону...»

Офицер снова замялась, на мгновение прикусив губу, подбирая нужные слова.

«Караванщики?» — спросила Талла. «Но...»

«Вы можете сопровождать этот караван примерно до половины пути», — продолжала офицер. «После этого он вернется сюда, и вам придется продолжить путь в Бише́нну самостоятельно. Справитесь?»

«До половины?» — запинаясь, произнесла Талла.

«Нам понадобятся припасы для второй половины пути», — прервала Тара.

«До половины пути?» — снова переспросила Талла.

«Это всё», — резко прервал её Офицер. — «Караван отправляется завтра утром, после седьмого колокола, с вами или без вас. У меня есть другая работа, необходимо убедиться, что караван обеспечен всем необходимым для ваших дополнительных людей. Пожалуйста, позаботьтесь о том, чтобы все вы ночевали в Храме сегодня - вы будете в качестве Х'рем».

«Я... хорошо», — сказала Талла.

Офицер повернулась и кивнула двум своим младшим помощницам, чтобы они пошли с ней, когда начала доставать свитки.

«Это было странно», — заметила Тара.

«Она сказала “опасность”? — спросила Талла. — При чем здесь “опасность”? И как Жаир’ло сделал нас невосприимчивыми к этой “опасности”?»

«Более важно, — вставила Тара, на этот раз ее голос звучал необычно серьезно. — Что, черт возьми, находится на полпути между этим городом и Бишенной, на дороге, которой будто не существует?»

* * * *

Они устроили ужин в южных казармах Висты. Поскольку угроза со стороны лесов и гор практически отсутствовала, Солдаты решили содержать этот объект с минимальным числом персонала. Это обеспечивало отряду Жаир’ло достаточное количество кроватей и времени для тренировки с мишенями для стрельбы из лука.

«Сколько дней прошло с тех пор, как мы последний раз стреляли?» — пожаловалась Зия, глядя на разброс своих первых стрел из колчана.

«Да», — согласился З'рус. — «Чувствую, будто уже забыл все».

«По крайней мере, вы, ребята, можете тренироваться всю ночь», — сказала Бри. — «Нам сказали, что сегодня ночью мы должны спать в Храме. Ни одной женщине нельзя оставаться здесь».

Талла и Тара еще не вернулись, а Дэл ушла в библиотеку одна, оставив шестерых Солдат тренироваться на площадке под наблюдением Иллии, Тины и Зои.

«Подождите», — сказал Жаир’ло, выстрелив из колчана. Он посмотрел на трех девушек, сидящих на скамейках. «Разве вы все трое не проходили подготовку по стрельбе из лука?»

«Что?» — спросил Кит.

«Они всех учат, верно?» — Жаир’ло повернулся к Бри. — «Это же обязательно для всех женщин? Я знаю, что Талла точно училась».

«Да, да», — проворчала Тина. — «Но никто из нас не так хорош в стрельбе, как вы».

«И что с того?» — спросил Жаир’ло.

«Ну…», — вмешалась Иллия. «Мы не хотим опозориться перед тобой».

«Я всё время позорюсь перед ним», — крикнула Зия, выпустив стрелу после короткого вдоха.

«Ну давай, проходи туда», — настаивал Жаир’ло. «У них там в запасе 10-килограммовые луки для новичков».

«У меня есть Сила», — вздохнула Тина, вставая. «Я справлюсь с пятнадцаткой, просто промахов будет много».

С решительным движением, прорезавшим воздух, Зия снова попала в яблочко и, обернувшись через плечо, посмотрела на Тину.

«Ты не станешь лучше, если не будешь тренироваться», — заметила Зия. «Поля сражений ужасны. Лучше быть подготовленной».

«Поняла», — ответила Тина.

* * * *

Ко времени, когда Дэл пришла на вечернюю трапезу, Тина, Иллия и Зоя уже потратили все свои силы, и вся группа отправилась в столовую. Хотя Виста ещё не полностью укомплектовала казармы Солдатами, на кухонном персонале не экономила. Однако готовить еду повара начинали только по заказу.

«Талла уже вернулась?» — спросила Дэл, присоединяясь к группе.

«Пока нет», — ответил Жаир’ло. «Форма находится на дальней стороне Храма, и неизвестно, сколько ей пришлось ждать».

«Ты что-нибудь нашла?» — спросила Бри. «Потому что выглядишь так, будто что-то обнаружила».

«Я нашла очень расплывчатое упоминание в одной древней истории», — сказала Дэл. «Там написано по-другому. 'Виат' с 'т' на конце, но это слово было больше похоже на...»

Дэл на мгновение умолкла.

«Мы обычно не записываем этот звук», — объяснила она. «Это как в некоторых словах есть 'т' или 'д', но их не произносят до конца».

«Непроизносимые согласные?» — спросила Зоя, подняв бровь. «Как в слове “праздник”?»

«Непроизносимые согласные?» — переспросила Дэл.

«Так это называется», — сказала Зоя. «Ты непроизносишь "д" в слове "праздник", верно?».

«Конечно», — пожала плечами Дэл. «В старом Храмовом Письме есть способ для обозначения "непроизносимых согласных" в конце слога. И я нашла использование "виа" с таким звуком в конце. Это звучало бы примерно как "виат", что ты и слышала».

«Особенно», — Зоя подняла предупредительный палец, — «если следующий слог или слово начинается с гласной. Тогда непроизносимые согласные становится более заметными. "Виа" превращается в "виат игнус"».

«А что означает это слово? Это "виат"?» — нетерпеливо спросил Жаир’ло.

«Этот звук в конце превращает "дорогу" в "на дороге"», — объяснила Дэл. «Или, возможно, "от дороги"».

«Так что боги дали Талле "огонь дороги"?» — спросила Бри. «Это не имеет особого смысла».

«И не дает нам ничего нового», — вздохнул Жаир’ло. «Все же...»

«Эй!» — послышался крик от входного полога в столовую палатку.

«Тара!» — закричала Бри. «Ты как раз вовремя к ужину. У нас есть разрешение? Карта?»

«У нас есть гораздо больше», — сказала Талла. «У нас есть караван, к которому мы можем присоединиться».

«Караван куда?» — спросил Жаир'ло. «Там ведь ничего...»

Тара прервала его взмахом руки, когда она и Талла пробрались к длинному столу.

«Объяснение займет какое-то время», — закатила глаза Талла.

* * * *

Жаир’ло слушал молча, с тем же внимательным, задумчивым взглядом, который был у Дэл, пока Тара и Талла не закончили свой рассказ.

«Это значит, что там все еще есть город», — сказал Жаир’ло. «Тот город, который я видел, тот, на карте которого не был отмечен храм? Он все же там есть».

«Почему Богини допустили город без Храма так глубоко в наших населённых территориях?» — с ужасом спросила Бри. «Это… это просто абсурд. Его так легко было бы захватить».

«Может, это просто не стоит ресурсов?» — предположил Рензи.

«Может быть там есть Храм, и они просто скрывают это?» — сказала Тара.

«Кажется маловероятным», — заметила Дэл. — «Но я бы не исключила такой вариант. Почему вообще может существовать любая из этих ситуаций?»

«И почему считается, что все будет нормально, если я с вами?» — спросил Жаир’ло. — «Почему, черт возьми, это вообще важно?»

«Эту часть легко объяснить», — сказала ему Дэл. — «Для Храма это означает преданность. Что бы там ни было, они хотят, чтобы это оставалось в секрете, и рассчитывают, что ты сохранишь секрет».

Жаир’ло хмыкнул и посмотрел на других мужчин из отряда.

«Конечно, мы же все Солдаты», — согласился он.

«Проверенные и одобренные», — вставил Кит.

З'рус и Рензи обменялись хитрыми взглядами, сморщили носы и промолчали.

«Как бы то ни было, завтра утром мы отсюда уезжаем», — сказала Талла. «И хотя вы, парни, можете остаться здесь, нам придется ночевать в Храме. Мы назначены частью Х'рема для поездки на юг».

Талла пожала плечами и вздохнула, не испытывая радости от предстоящего расставания с остальными. Она бросила взгляд на Дэл.

«Завтра мы отправляемся в путь», — сказала Талла. — «Посмотрим, получится ли у меня швыряться огнем или плавить камни».

Дэл пожала плечами, заметно уставшая.

«Значит, нас не заставят служить сегодня вечером?» — спросила Дэл у Таллы.

«Нет, они знают, что мы не спали в Храме как минимум неделю, верно?» — напомнила ей Зия.

«А какое это имеет значение?» — спросил Кит.

«Э-э», — Зия широко распахнула глаза в панике.

«Все в порядке», — устало ответила Дэл. — «Мадра Зен, давайте не будем паниковать из-за этого после всего, что мы уже пережили».

«Мы обычно не рассказываем мужчинам об этом», — вставила Тара.

«Ну, это же что-то из разряда того, что учат в первую неделю в школе», — добавила Бри. — «Я думала, вы уже в курсе».

«Мы можем удерживать магию Храма в себе только около недели», — объяснила Тара. «Это одна из первых вещей, которым нас учат. Поэтому мы должны спать внутри Храма, даже если там тесно. Пока мы спим, мы заряжаемся, и это позволяет нам выходить, чтобы, ну вы знаете, служить мужчинам, умиротворять их, держать под контролем. Примерно через неделю этот заряд рассеивается, поэтому караваны должны быть особенно осторожны».

«Это также объясняет, почему освобождение Бише́нны пришлось провести так быстро», — добавила Дэл. «Потому что, когда Богиня умирает, Храм перестаёт нас заряжать».

Мальчики немного задумались об этом.

«Итак», — сказал Рензи. «Все эти команды на горах в Герне — те, что строят эти зеркальные башни — как они получат Служение, если женщины потеряют свою магию?»

«Я полагаю, они просто направляют туда караваны», — задумчиво ответила Дэл, глядя вверх. «Каждую ночь они, вероятно, возвращаются в ближайший лагерь. Держу пари, что у проходящих караванов в Х'рем всегда есть с собой лишние женщины. Уверена, они знают, как с этим справляться».

Рензи кивнул и снова замолчал.

«В любом случае», — вздохнула Дэл. «Нам стоит вернуться в Храм, иначе это будет наша вина, если какой-то парень из каравана впадет в Кататонию».

«Верно», — сказал Жаир’ло. «Заканчивайте ужинать и ложитесь спать».