Глава 4: «Тайный обмен между прекрасной студенткой по обмену и гяру»

— Тебе понравилось, Шарлотта-сан? — Когда вечеринка в мою честь подошла к концу и мы собирались уходить из кафе, Аояги-кун незаметно приблизился ко мне. Его мягкая улыбка была обращена ко мне. Сдерживая румянец, я ответила улыбкой: — Да, мне было очень весело. Спасибо, что устроил для меня такое мероприятие.

— Поблагодари Акиру, это он постарался пригласить всех и развеселить компанию, — он легко перевёл благодарность с себя на Сайондзи-куна. Аояги-кун всегда был таким — стремился отдать все заслуги Сайондзи-куну, даже если сам предлагал и организовывал событие.

— Хорошо, я поняла. Позже я поблагодарю Сайондзи-куна.

Однако он никогда не стремился к признанию своих заслуг. Понимая это, я ощущала смутное беспокойство, но могла лишь кивнуть в ответ. Довольный, Аояги-кун отвел взгляд и спокойно вышел из кафе. Возможно, он не любил много говорить в людных местах. Я ценила его заботу, но от этого мне стало немного одиноко.

— А-Аояги-кун... — Пока я боролась с внутренними переживаниями, миниатюрная девушка, сжимающая смартфон, бросилась к Аояги-куну. Увидев её, он наклонил голову с недоумением.

— Я бы хотела... обменяться... контактами... — попросила Синномэ-сан. Похоже, она хотела получить контактные данные Аояги-куна. Несмотря на свою скромность и обычно неохотное участие в беседах, сейчас она сама просила его номер.

Наблюдая за этим, я почувствовала, будто моё сердце сжалось, и меня охватило отчаяние.

— Шарлотта-сан? Ты в порядке?

— С-Симидзу-сан...? — Неужели мои эмоции отразились на лице? Симидзу-сан, стоявшая рядом, наклонила голову и внимательно посмотрела на меня.

— Я-я в порядке. Всё хорошо.

— У тебя болит грудь?

— Ч-что!? Э-э... почему ты так решила...?

Ошеломлённая её точной догадкой, я с трудом выдавила слова пересохшим горлом. Тогда она с лёгким замешательством указала на мою грудь.

— Ну... ты же сжимала грудь...

— А... — Я посмотрела туда, куда она указывала, и заметила, что моя правая рука крепко сжимала одежду на груди. Похоже, я сделала это неосознанно. Значит, она заметила не мои чувства, а мои действия... В любом случае, ситуация была неловкой. — Эм... не беспокойся, пожалуйста. Это пустяки.

— Правда? Если что-то беспокоит, скажи мне, хорошо?

Симидзу-сан была добра ко мне с самого начала моей учёбы по обмену. И сейчас она протянула руку помощи, потому что беспокоилась. Мне было стыдно обманывать такого человека, но я не могла иначе. Если бы она узнала о моих чувствах к Аояги-куну, это стало бы проблемой.

— ...........

Но почему-то она продолжала смотреть на меня.

— Что-то не так?

— Хм~, Шарлотта-сан. Не могла бы ты уделить мне немного времени позже?

— Э-э...? — Неужели она раскусила меня...?

— Извини, это ненадолго.

— Д-да, конечно. Мне нужно забрать младшую сестру, так что надолго я не задержусь...

— Отлично, спасибо! — Симидзу-сан улыбнулась и отошла к своим друзьям. Неужели она хотела поговорить о чём-то, что нельзя обсуждать при всех...?

— Вот, тебе нужно установить это приложение.

Пока я размышляла о действиях Симидзу-сан, мой взгляд невольно устремился на голос Аояги-куна. Похоже, он помогал Синномэ-сан установить приложение на её смартфон. Судя по их разговору, это было что-то вроде мессенджера. Типично для заботливого Аояги-куна — терпеливо объяснять ей всё...

Мои ноги сами понесли меня в их сторону, когда в голове мелькнула мысль.

— Значит... мы обменялись контактами?

— Да, теперь мы можем переписываться и звонить бесплатно.

— П-понятно... эхехе... мой первый друг.

Похоже, они закончили обмен контактами. Щёки Синномэ-сан расслабились в чистой радости. Она явно привязалась к Аояги-куну.

— М-можно я тоже обменяюсь с тобой контактами?

Мне хотелось как-то влиться в разговор. Почти неосознанно я обратилась к Синномэ-сан. Они явно не ожидали моего вмешательства. Аояги-кун удивлённо посмотрел на меня. Однако он не стал вмешиваться, а лишь перевёл взгляд на Синномэ-сан, словно ожидая, как всё сложится.

— Эм, можно...? — Синномэ-сан наклонила голову, пытаясь прочесть моё выражение лица. Учитывая, что мы почти не общались раньше, её замешательство было понятным.

— Да, пожалуйста.

— А... хорошо!

Когда я протянула смартфон, лицо Синномэ-сан озарилось, и она начала возиться со своим телефоном. Она такая милая... Её миниатюрность и поведение, напоминающее маленькое животное, могли разбудить у кого угодно инстинкт защиты. И, самое главное — её грудь была невероятно большой для старшеклассницы. Интересно, нравятся ли Аояги-куну такие девушки, как Синномэ-сан...?

— Эм, что-то не так?

Подняв взгляд на Аояги-куна, я поймала его взгляд — он как раз смотрел на меня. Почесав щёку пальцем, он выглядел слегка смущённым.

— Нет...

Меня охватило необъяснимое чувство, и я отвела взгляд. Затем мы с Синномэ-сан завершили обмен контактами.

— Ещё один... друг...!

Даже со мной Синномэ-сан казалась радостной от обмена контактами. Я думала, что она не любит общаться, но, видимо, ошиблась. Неудивительно, что Аояги-кун не мог оставить её без внимания. Конечно, теперь, когда я узнала, какая она, я тоже хотела подружиться с ней как можно лучше...

— Можешь писать мне в любое время.

— М-м...! — Синномэ-сан энергично кивнула. Ах, она действительно была очаровательна, как будто я общалась с Эммой.

— Рад за тебя, Синномэ-сан.

— М-м...! Потому что Аояги-кун дружит с Шарлоттой-сан...! Спасибо...!

— Ч-что...?

Холодный пот выступил у меня на спине. Неужели Синномэ-сан догадалась о моих чувствах...?

— Эм, что ты имеешь в виду?

Аояги-кун, стоявший рядом, с беспокойной улыбкой спросил Синномэ-сан. Та в ответ открыла рот с недоумённым выражением лица.

— Потому что Аояги-кун дружит со мной... поэтому Шарлотта-сан... тоже обменялась со мной контактами.

— А... то есть потому что ты друг друга?

— М-м...!

Когда Аояги-кун озвучил то, что хотела сказать Синномэ-сан, она снова энергично кивнула. Хотя суть была примерно верна, внутри я не могла не улыбнуться.

— Ахаха, нет, всё не так. Просто Шарлотта-сан хотела с тобой подружиться, поэтому и обменялась контактами.

Аояги-кун, не подозревающий о моих истинных чувствах, улыбнулся, уверяя, что ничего такого нет. Услышав это, Синномэ-сан с любопытством повернулась ко мне.

— Правда?

— Д-да, конечно.

Прости, настоящая причина далека от чистоты помыслов...!

— Значит... так оно и есть... Я рада...

Увидев мой кивок, Синномэ-сан прикрыла рот смартфоном, её лицо озарилось теплотой. Мне так стыдно...!

— В-в любом случае, Синномэ-сан, похоже, вы с Аояги-куном очень близки, да?

Чувствуя беспокойство, я сменила тему.

— М-м, Аояги-кун... добрый...

Вот оно что. Аояги-кун, какой же ты грешный человек... Когда я перевела взгляд на него, он смущённо отвел глаза.

— И... он как отец, поэтому... с ним легко говорить.

— Что...?

Услышав неожиданные слова Синномэ-сан, мы с Аояги-куном в унисон выразили удивление.

— О-отец...?

Аояги-кун казался ошеломлённым, его голос дрожал, когда он переспросил.

— М-м... Прямо как отец...

Не замечая его реакции, Синномэ-сан невольно добила его. В результате Аояги-кун поник, опустив голову.

— Так и есть... Я действительно выгляжу старым...

— А-Аояги-кун, держись! Наверное, она имела в виду, что у тебя уютная аура, как у отца...!

— То есть я старик в душе...

— А-Аояги-кун...!

Бесполезно. Аояги-кун уже давно переживал, что выглядит старовато. Теперь он был полностью подавлен. Впервые я видела его таким расстроенным. Хотя внешне он выглядел как молодой человек и обладал мягким характером... сам он, видимо, так не считал. Конечно, иногда я воспринимала его как старшего брата, но мысль о том, что он «старик», мне даже в голову не приходила.

— М-мне жаль...?

Поскольку Аояги-кун был так расстроен, Синномэ-сан, не желавшая его обидеть, нервно извинилась. В ответ он слабо улыбнулся.

— Ахаха... ничего, я в порядке.

Ты совсем не выглядишь «в порядке»!? На самом деле, он был настолько подавлен, что мне хотелось вмешаться. В нём не осталось и капли бодрости. Он действительно так переживал из-за этого...? Что же делать? Даже если это недоразумение, видеть Аояги-куна в таком состоянии больно...

— Эй~, вы трое! Пойдёмте на послевечеринку!

Неужели божественное вмешательство!? Как раз в этот момент подошёл Сайондзи-кун.

— ...Почему Акихито такой грустный?

Увидев удручённого Аояги-куна, Сайондзи-кун наклонил голову в недоумении.

— Да ничего...

— Не похоже, что «ничего»... Ладно, неважно.

Нет, не «ладно»! Как друг, ты должен его поддержать...!

Я едва сдержалась, чтобы не огрызнуться в ответ на слова Сайондзи-куна, хотя мысленно уже сделала это.

— Акихито, ты идёшь на послевечеринку?

— Эм... Не уверен. А как насчёт Шарлотты-сан? Ей же нужно за сестрой...

Однако Аояги-кун, который только что был в подавленном состоянии, вдруг оживился. Затем он проявил заботу обо мне. Похоже, я до сих пор не до конца понимаю Аояги-куна... Это шокирует.

— Извини. Мне нужно забрать сестру, так что вряд ли смогу пойти на послевечеринку...

— Понятно, ничего не поделаешь. В конце концов, это же просто послевечеринка, никто не заставляет. Я тоже не пойду.

— Аояги-кун...

— Да ладно тебе! Почему бы и нет!?

Я почувствовала теплоту в его словах и растрогалась — но, наоборот, Сайондзи-кун казался раздражённым. В ответ на его раздражение Аояги-кун лишь беспомощно улыбнулся.

— Раз это послевечеринка, лучше идти только с близкими друзьями, верно? Если я пойду, это только испортит настроение.

— Ты и правда...

Услышав его ответ, Сайондзи-кун уставился на него с немым разочарованием. Он несколько раз открывал и закрывал рот, словно хотел что-то сказать, но в итоге лишь вздохнул и перевёл взгляд на Синномэ-сан. Похоже, он сдался.

— А ты, Синномэ-сан?

— Ик...

— Почему ты прячешься...?

Что-то пошло не так. Услышав обращение, Синномэ-сан сделала шаг назад, прячась за Аояги-куном... Аояги-кун, ты слишком популярен...

— Я пока не... привыкла.

— Ты не привыкла, хотя мы одноклассники...

— Не говори так. Ничего страшного, ведь мы раньше не общались как следует.

Аояги-кун с мягкой улыбкой вступился за Шиноме-сан. Он, как всегда, добр.

— Так что, Шиноме-сан, ты хочешь пойти на послевечеринку?

Я примерно догадывалась, каким будет её ответ. Однако Аояги-кун настаивал, чтобы Шиноме-сан сама дала ответ.

— Эм... если Аояги-кун и Шарлотта-сан не идут... то я тоже не пойду...

Как и ожидалось, Шиноме-сан отказалась. Ничего не поделаешь. Если там не с кем будет поговорить, это будет неудобно и неловко.

— Понятно, я тогда сообщу всем. И, кстати... Акихито, можно поговорить минутку?

Что такое? Сайонджи-сан криво улыбнулась и жестом показала Аояги-куну отойти в сторону.

— Хорошо. Прости, Шарлотта-сан, Шиноме-сан. Нам нужно кое-что обсудить, вы не против, если вы пойдёте домой сами?

— Ах, да.

То, что им пришлось отойти, означало, что мы будем мешать. Хотя это вызывало беспокойство, я решила не лезть. Если что-то случится, я всегда могу спросить Аояги-куна дома.

Кроме того...

— ..........

Шимизу-сан пристально смотрела на меня. Наверное, хотела поговорить.

— Шиноме-сан, я поговорю с остальными, так что...

— А, эм...

Ааах! Пожалуйста, не делай такое грустное лицо...!

Увидев её расстроенное выражение, у меня сжалось сердце от беспомощности.

— Шиноме-сан, если что-то случится, можешь написать мне.

Аояги-кун, должно быть, тоже заметил её подавленный вид. Он помахал смартфоном в сторону Шиноме-сан, словно говоря: «Можешь связаться со мной», и её лицо сразу же прояснилось.

— Спасибо... Тогда я пойду...

— Да, пока, Шиноме-сан.

— До свидания, давай ещё пообщаемся.

— Угу, пока.

Мы помахали ей, и Шиноме-сан радостно помахала в ответ и ушла. Хотя мне было немного неловко из-за того, что прервала разговор Аояги-куна... я была рада, что смогла пообщаться с ней. Она такая милая, надеюсь, мы сможем чаще разговаривать в школе.

...Оставим Аояги-куна пока в стороне...

— Ну что, нам тоже пора идти.

Пока я боролась со своими чувствами, Аояги-кун улыбнулся и позвал меня. Я не могла заставлять Шимизу-сан ждать вечно.

— Да, извините.

Я поклонилась Аояги-куну и Сайонджи-куну и направилась к одноклассникам, которые наблюдали за нами.

— Это была необычная компания, да? О чём вы говорили?

Когда я подошла, все окружили меня с интересом.

— Просто обычный светский разговор.

— Светский разговор...? С Шиноме-сан и Аояги-куном...?

— Да, именно так...

— Если не считать Аояги-куна, разве можно вообще с Шиноме-сан поговорить?

— Я никогда раньше не видел, чтобы кто-то нормально с ней общался. Она же начинает нервничать, когда к ней обращаются.

Видимо, представление о том, что Шиноме-сан неразговорчива, было не только у меня.

— Разговор шёл медленно, но если говорить с ней, она очень милая. Думаю, она просто стеснительная, но если привыкнет, то сможет общаться.

— Ооо, правда...? Может, попробую поговорить с ней как-нибудь.

Это был хороший знак. Шиноме-сан, похоже, хотела друзей, и если все начнут с ней общаться, она точно обрадуется. Это компенсирует сегодняшнее неудобство.

— Погодите. Разве не потому, что с ней говорила Шарлотта-сан? Она же очень добрая, поэтому Шиноме-сан смогла с ней поговорить, но если попробуем мы, она опять начнёт нервничать.

Однако, судя по прошлому опыту, некоторые всё ещё сомневались.

— Но она же нормально разговаривала с Аояги-куном, разве нет?

— Аояги-кун... Интересно? Он в последнее время стал иногда проявлять доброту, может, поэтому?

— Если у Аояги-куна получилось, то почему у нас не должно получиться?

— Может быть. Тогда давайте попробуем поговорить с ней в следующий раз, ладно?

Казалось, разговор двигался в положительном направлении. Хотя фраза «если у Аояги-куна получилось...» намекала на то, что Аояги-кун, на мой взгляд, был, пожалуй, добрее всех присутствующих. То, что это не признавали, было немного грустно. Но в то же время часть меня радовалась, что только я знала эту его сторону. Интересно, я немного собственница?

— Шарлотта-сан, можно на минуту?

Пока я разговаривала с остальными, Шимизу-сан подошла ко мне.

— Прости, Шимизу-сан, что заставила тебя ждать.

— Всё в порядке. Извините, все, я ненадолго займу Шарлотту-сан.

— Эээ~? Ариса-чан хочет забрать Шарлотту-сан только для себя? Это нечестно!

— Верно, Ариса-чан тоже сидела за тем же столом! Мы тоже хотим поговорить с Шарлоттой-сан!

— Извините, но это разговор только для нас двоих.

Шимизу-сан сложила руки и извинилась так искренне, что все невольно прониклись. Редко увидишь, как она получает жалобы от других...

— Мне правда жаль, все... Это я попросила поговорить наедине.

— А, правда?

— Ну, тогда ничего не поделаешь.

Увидев мой поклон, все сразу согласились. В таких случаях, похоже, эффективнее говорить от лица того, кого это касается. Хорошо, что я последовала примеру Аояги-куна.

Шимизу-сан и я отошли от группы, устроившись там, где никому не мешали.

— Спасибо за тогда, Шарлотта-сан. Не думала, что ты меня прикроешь.

— Не за что, я рада, что всё получилось.

Я не знала, о чём хотела поговорить Шимизу-сан, но было жестоко винить её за желание пообщаться. Это было меньшее, что я могла сделать. Однако...

— Это из-за влияния Аояги-куна?

Неожиданные слова Шимизу-сан заставили моё сердце ёкнуть.

— П-почему ты вдруг вспомнила Аояги-куна в этой ситуации?

Я улыбнулась и наклонила голову, хотя по спине уже бежал холодный пот. В ответ она усмехнулась.

— Ну, просто это то, что часто делает Аояги-кун, вот я и подумала, может, ты переняла у него. Шарлотта-сан... кажется, ты нравишься Аояги-куну.

— Чт—!? Что!? Эээ!? Подожди...!?

— Хехе, ты слишком смущаешься. Шарлотта-сан, ты такая милая.

Я растерянно замахала руками перед лицом, а Шимизу-сан смотрела на меня с лёгкой усмешкой. Она казалась непохожей на ту Шимизу-сан, с которой я обычно общалась.

— Всё в порядке, не надо себя заставлять скрывать, Шарлотта-сан. Тебя слишком легко читать.

— Э-эм... п-почему ты так решила...?

— Ээ, можно сказать?

Судя по всему, она спрашивала, не будет ли мне стыдно. Но моё лицо уже пылало от смущения. Было поздно переживать.

— Д-да...

— Ну, с тех пор как ты начала чаще обращать внимание на Аояги-куна, я заинтересовалась. Ты постоянно следишь за ним в классе, Шарлотта-сан.

— Ээ, п-правда?

— Так и есть, ты сама даже не замечаешь, да? А ещё сегодня, когда ты общалась с Аояги-куном. Ты выглядела такой счастливой, что явно хотела его внимания. Даже щёки надула.

— ......

Ах, это плохо. Мне не отвертеться. Всё было слишком очевидно.

— И ещё—

— Э-эм, хватит... Я признаю, так что прошу, хватит...

Я закрыла покрасневшее лицо руками, умоляя Шимизу-сан о пощаде.

— Ахаха, я не хотела тебя дразнить, так что не извиняйся. Скорее, я чувствую себя привилегированной, что увидела такую милую сторону тебя, Шарлотта-сан.

— Угх...

— Ааах!? П-прости, не плачь...!

Моё зрение затуманилось. Шимизу-сан в панике схватила меня за руку.

— Понимаешь, я завела этот разговор не чтобы смутить тебя, а чтобы предложить помощь...!

— П-помощь...?

— Да, именно так. Ты ведь нравишься Аояги-куну, верно? Так что я подумала, что могу помочь вам сблизиться.

Я никак не ожидала такого от неё.

— З-зачем тебе это...?

Конечно, было приятно знать, что она хочет помочь, но я не представляла Шимизу-сан в такой роли, поэтому не могла не спросить.

— Может, потому что я хочу стать хорошей подругой тебе, Шарлотта-сан?

— Ээ...

— Ты невероятно милая и добрая, Шарлотта-сан. Я хочу подружиться с тобой. И чтобы помочь в этом, решила помочь тебе с Аояги-куном.

— П-правда...

— Хехе, есть много девушек вроде меня, которые хотят подружиться с тобой, Шарлотта-сан. Но они, кажется, не могут представить тебя влюблённой в парня, поэтому не замечают твоих чувств.

— Если все узнают, я не смогу ходить в школу...

— Ахаха... прости, но думаю, это лишь вопрос времени.

— Ээ...?

Шимизу-сан нервно засмеялась, почесав щёку. Что значит «вопрос времени»...?

— Как я уже говорила, Шарлотта-сан, ты слишком прозрачна. Если продолжишь в том же духе, скоро все догадаются.

Д-действительно, если все заметят то, на что она указала, они точно поймут мои чувства к Аояги-куну. Если это случится, мне будет так стыдно, что я не смогу ходить в школу. Я даже не смогу смотреть ему в глаза.

— Ч-что же делать...?

В отчаянии я спросила совета у Шимизу-сан. Однако она выглядела озадаченной и затем сказала:

— Почему бы просто не начать встречаться с Аояги-куном?

Она выдала нечто совершенно невероятное.

— Э-это невозможно...! Аояги-кун не испытывает ко мне таких чувств...!

— Ээ, ты серьёзно начинаешь с этого!? Ты правда так думаешь!?

— Д-да...

Я кивнула, а Шимизу-сан пробормотала: «Ухх...» и схватилась за голову. Казалось, у неё разболелась голова.

— Я иногда задумывалась, но эта девочка — прирождённая воздушная голова... Хотя мне неудобно ей это говорить...

— Э-эм, Шимизу-сан...?

— Ладно... В таком случае, начни с того, чтобы ему понравиться.

— Ээ, разве тема не поменялась...?

— Да, знаю. Понимаю, но... если продолжать в том же духе, это затянется, так что не придирайся.

— П-прости...

Почему-то Шимизу-сан решительно схватила меня за плечи, и я невольно извинилась.

— Вот так, начни с признания.

— «Начни с» — это же уже конец!

— Ооо, остроумно.

Она выглядела впечатлённой, но мне было не до радости.

— Ты же знаешь, какие парни? Когда им признаются, они начинают обращать внимание на этого человека.

— Н-ну, я такое слышала раньше...

— А? Ты слышала?

— П-почему ты удивляешься? Это же ты сама сказала...

— А-ахаха, виновата. Просто не ожидала. Но раз так, то всё проще, да? Давай так и сделаем.

Шимизу-сан улыбнулась и подбодрила меня признаться. Действительно, я понимала, о чём она, ведь подобное часто встречается в манге и аниме. Однако Аояги-кун — не настолько простой человек. Больше всего...

— Я... хочу, чтобы он полюбил меня настоящую... Я не хочу использовать такие сценарные приёмы просто ради ситуации...

— Понимаю. Ну, чувства могут быстро остыть от такого, знаешь ли.

— П-прости...

— Не надо извиняться, Шарлотта-сан. Я считаю твой подход прекрасным.

Несмотря на мой отказ, Шимизу-сан похвалила меня с мягкой улыбкой. Почему-то её образ наложился в моём сознании на Аояги-куна.

— Тогда... Тебе стоит больше общаться с Аояги-куном, верно? В конце концов, мы же одноклассники. Было бы глупо не использовать это преимущество.

Действительно, общение важно для сближения. И для Шимизу-сан, не знающей о наших с Аояги-куном отношениях, такой совет был естественен.

— Э-это... сложновато...

— Почему?

— Ну...

Потому что Аояги-кун запретил. Не в силах сказать это, я запнулась.

— Так и есть, Аояги-кун тебе мешает, да?

И снова она угадала скрываемую мной правду.

— К-как...?

Я уставилась на неё в шоке.

— Просто предположила, но, похоже, угадала. Вы с ним в школе не общаетесь, но в кафе вдруг завели непривычно дружескую беседу. Плюс один из вас — парень, играющий роль классного злодея, а другая — девушка, которая со всеми одинакова и ни с кем особо не сближается.

Шимизу-сан продолжила:

— Сложно поверить, что вы, не имея видимой связи, так близки. Значит, что-то есть, но вы скрываете. Учитывая твою ситуацию, Шарлотта-сан, это похоже на то, что сказал бы Аояги-кун.

Её слова лишили меня дара речи. Обычно весёлая и жизнерадостная Шимизу-сан сейчас казалась совсем другим человеком. Видимо, я ошибалась в её восприятии.

— Прости? Я не стану винить тебя или вмешиваться в ваши с Аояги-куном отношения, так что не переживай.

— П-правда?

— Да, как я и говорила, я просто хочу подружиться с тобой, Шарлотта-сан.

Она снова мягко улыбнулась. Можно ли доверять этой улыбке?

— Шимизу-сан... Ты, кажется, хорошо знаешь Аояги-куна, но в школе вы не общаетесь. Может... как и я, у тебя есть с ним какая-то скрываемая связь...?

Слова с трудом вырвались из моего пересохшего горла. Не знаю, зачем я это спросила. Просто не смогла удержаться.

— Вовсе нет. Я недостаточно популярна, чтобы ему пришлось скрывать наши отношения. И потом...

Шимизу-сан на секунду замолчала, глубоко вдохнула и с ледяным выражением лица произнесла:

— Я ненавижу Аояги-куна.

Я не могла поверить услышанному. Я знала, что Аояги-куна недолюбливают. Он сам стремился к этому. Но я думала, она понимает, какой он на самом деле. Почему она сказала это мне, зная мои чувства?

— З-зачем... такое говорить?

— Показалось, ты сомневаешься, можно ли мне доверять. Решила быть честной и поделиться чувствами.

Видимо, она заметила мои подозрения. Хотела построить доверительные отношения? Но зачем идти на такой риск ради дружбы со мной?

— Я... не могу дружить с тем, кто плохо говорит об Аояги-куне...

Желая понять её мысли, я честно высказалась.

— Ахаха, ясно. Не переживай. Я ненавижу не его самого.

— Э? То есть...?

— Всё просто. Мне не нравится его подход. Даже если он направляет класс в верное русло, он становится плохим парнем и портит атмосферу. Вот что... мне неприятно.

Шимизу-сан с отвращением вздохнула. Судя по эмоциям, это были её истинные чувства.

— Но разве это не означает, что ты всё же ненавидишь Аояги-куна? Обычно, если человек делает что-то неприятное, его начинают недолюбливать...

— Разве? Ну, я не такая. Это как... я вижу его характер, поэтому, даже если мне не нравятся его поступки, я не могу ненавидеть его целиком.

Шимизу-сан склонила голову и неловко улыбнулась. Видимо, её друзьям было сложно понять её логику. Но я, кажется, уловила суть.

— Шимизу-сан, ты хочешь, чтобы я остановила Аояги-куна, да? Поэтому и предлагаешь нам встречаться — ведь так?

— Хехе, попались! Кажется, меня раскусили!

С игривым замечанием она подмигнула и высунула язык. Этот жест вызвал во мне бурю эмоций.

— Ну да, я действительно хочу подружиться, Шарлотта-сан, но причина в сказанном тобой. Аояги-кун изменился с твоим приездом. Я надеюсь, ты сможешь заставить его прекратить эти глупости.

— Аояги-кун... изменился?

— Ты не заметила? Ну, если не знаешь его прежним, то ладно. Раньше он полностью отдавался роли изгоя.

— Мне кажется, он и сейчас такой...

— Не-а. Перемена видна. Вот сегодня — он заговорил с одинокой Шиноме-сан, причём мягко и доброжелательно.

По её словам, я вспомнила кафе. Действительно, Аояги-кун был добр к Шиноме-сан. Но разве добрый человек не поступил бы так естественно?

— Твоё выражение лица всё говорит. Прежний Аояги-кун не стал бы с ней говорить. Или говорил бы грубо, почти издеваясь.

— П-почему ты так думаешь?

— Потому что иначе он произвёл бы хорошее впечатление. А это помеха для того, кто хочет быть изгоем.

— И сегодня он поступил иначе...

— Думаю, сам Аояги-кун не осознаёт изменений. Но я уверена, это из-за тебя, Шарлотта-сан. Возможно, он не хочет показывать тебе свою плохую сторону.

Доказательств не было, но по её глазам было видно — она верила в это.

— Короче, я подумала: если ты изменила его, то, может, он перестанет жертвовать собой. Ты ведь тоже этого хочешь?

— Да... Я не хочу, чтобы Аояги-куну было больно...

— Тогда наши цели совпадают. Теперь понятно, почему я хочу помочь?

Я не могла fully понять. Её слова казались правдой, но что-то не сходилось.

— Я понимаю, что у тебя исключительная проницательность.

— Шарлотта-сан?

Мой ответ явно удивил её. Я пристально посмотрела ей в глаза.

— Но учитывая поведение Аояги-куна, твоя причина помогать мне слишком слаба. Шимизу-сан, ты доверяешь Аояги-куну, да? Откуда это доверие?

Даже играя злодея, Аояги-кун не ненавидит себя. Эти слова — от знания его натуры. Если бы он действительно был плохим, как бы она разглядела его истинную суть? Значит, у них была какая-то связь, позволившая ей узнать его настоящего. И она намеренно скрывала это.

— ...Кажется, я недооценила тебя, Шарлотта-сан.

Поняв, что отступать некуда, Шимизу-сан вздохнула и почесала голову.

— Кстати, тебе ведь надо забирать сестру? Мы уже долго болтаем, ты успеешь?

— Прости, но я не могу просто уйти.

— Понятно.

Она сделала глубокий вдох и посмотрела на меня серьёзнее прежнего.

— Это не совсем доверие, но... я верю в Аояги-куна.

— Почему скрывала?

— Потому что многого не могу рассказать.

Не может рассказать?..

— Что за запрет на обсуждение Аояги-куна, о котором говорила Ханазава-сенсей?

Её глаза округлились.

— Ты слышала? У тебя острый слух, Шарлотта-сан.

— Прости за подслушивание, но, раз уж ты хочешь помочь мне с Аояги-куном, не могла бы ты рассказать?

Я намеренно затронула больную тему.

— Не могу. Если расскажу, у меня будут большие проблемы с Мию-сенсей. Это будет предательством.

— Значит, не поможешь?

— Шарлотта-сан, ты неожиданно хитрая. Это влияние Аояги-куна?

— Он тут ни при чём. Я всегда такая.

— Понятно... Ты готова бороться за того, кто тебе дорог. Прямо сказать не могу, но могу подсказать, как узнать.

Она немного подразнила меня, затем серьёзно показала смартфон.

— «Акихито Аояги» — если загуглишь это, поймёшь.

— То есть... поискать в интернете?

— Да. Он довольно известен в определенных кругах. Так что если поищешь информацию, то сразу всё узнаешь. Что произошло в его прошлом.

Я достала смартфон и уставилась на экран. С его помощью я могла узнать о прошлом Аояги-куна. Если бы я поняла, через что он прошел, возможно, смогла бы ему помочь. Но если я сделаю это...

— Что-то не так? Разве ты не собираешься поискать? — Симидзу наклонила голову с вызывающим выражением, глядя на меня.

— Если я поищу здесь... разве это не будет предательством по отношению к Аояги-куну...?

Аояги-кун не знал, что я пытаюсь выяснить его прошлое. Он, наверное, даже не догадывался, что меня это беспокоит. В такой ситуации казалось, что поиск информации о его прошлом — это своего рода предательство. По крайней мере, Ханадзава-сенсей хотела, чтобы я услышала о его прошлом от самого Аояги-куна. Но я...

— Разве спрашивать у меня — не предательство?

— Э-это... верно. В конечном счете, я думаю, это всё равно предательство.

Неважно, искала бы я в интернете или пыталась узнать у Симидзу-сан — это всё равно означало бы, что я узнаю что-то за спиной Аояги-куна. Как бы я ни оправдывалась, это не изменило бы факта, что я предаю его доверие.

— ...Да, кажется, я понимаю. Должно быть, Аояги-куну тоже нравилась эта твоя сторона... — пробормотала Симидзу с беззащитным и мягким выражением, пока я размышляла.

— Э? Аояги-куну нравится это...?

— Эй, серьёзно, у тебя просто невероятный слух, да?! Нельзя подслушивать такое!

— А?.. — Я наклонила голову, а Симидзу вдруг занервничала и рассердилась. Конечно, подслушивать её бормотания было нехорошо, и обычно я бы пропустила это мимо ушей, но раз речь зашла об Аояги-куне, я не смогла не отреагировать.

— В-общем, есть кое-что, что я могу тебе рассказать. Давай просто поговорим об этом, ладно?

Казалось, она хотела сменить тему. Однако я была уверена, что то, о чём она могла говорить, тоже было для меня неизвестным. И, скорее всего, это было что-то, о чём можно было узнать без проблем.

— Пожалуйста, расскажи мне.

— Да, давай посмотрим... У меня есть двоюродный брат в Хиросиме, которым я горжусь.

— Правда?.. Э? Двоюродный брат...?

— Ага. Он красивый, как айдол, высокий и даже появлялся на телевидении. Он просто потрясающий.

— Ч-что?.. — Погоди, что? Я думала, она собирается рассказать мне о своём и Аояги-куна прошлом, а она вдруг начала хвастаться двоюродным братом? Что происходит?

— Ха-ха-ха, Шарлотта-сан, у тебя все мысли прямо на лице написаны. Прости, это было немного непонятно. Но видишь ли, мой двоюродный брат... он играет в футбол.

— А... — Как только я услышала слово «футбол», я поняла часть того, что она хотела сказать. Наверняка есть связь между её двоюродным братом и Аояги-куном. Лучше не говорить ничего лишнего. Симидзу-сан, похоже, заметила, что я разобралась в ситуации, и снова заговорила с мягкой улыбкой.

— Он ровесник нам и играет за молодёжную команду в Хиросиме. На него уже обратили внимание скауты профессиональных клубов, а с поступлением в старшую школу его даже вызвали в сборную своей возрастной группы. Он действительно потрясающий. И знаешь что? Мой двоюродный брат просто помешан на Аояги-куне ещё со времён средней школы.

Как я и думала, между её двоюродным братом и Аояги-куном была связь. Хиросима — префектура по соседству с Окаямой, где мы живём. Неудивительно, если они встречались на футбольных турнирах. Однако... помешан? Второй парень — мужчина, верно? Не может же быть, что это девушка? Ведь он, по её словам, красивый...

— Тебе не интересно, почему мой потрясающий двоюродный брат, за которым охотятся профессионалы, помешан на Аояги-куне?

Ах... Я слишком зациклилась на другом и не заметила... Верно, если подумать, такое обычно не случается.

— Почему, как думаешь? — спросила я Симидзу-сан, стараясь скрыть своё замешательство улыбкой. Она, казалось, горела желанием рассказать, ёрзая и открывая рот. Моё представление о ней немного изменилось с тех пор, как она заговорила о своём двоюродном брате.

— На самом деле, мой двоюродный брат играл против команды Аояги-куна в полуфинале турнира Тюгоку, когда они были в первом классе средней школы.

Турнир Тюгоку, насколько я знаю из спортивных манг, — это соревнование, в котором участвуют лучшие школьные команды из Окаямы, Хиросимы и других префектур региона Тюгоку. Аояги-кун, должно быть, был невероятным, раз участвовал в таком турнире уже в первом классе средней школы.

— Команда моего двоюродного брата в том году выиграла национальный чемпионат среди средних школ, но он говорил, что матч против команды Аояги-куна на турнире Тюгоку произвёл на него самое большое впечатление.

— Они выиграли национальный чемпионат... значит, команда Аояги-куна проиграла в полуфинале турнира Тюгоку?

— Да, именно поэтому команда моего двоюродного брата поехала на национальный чемпионат вместо команды Аояги-куна. Я не видела тот матч, так что не знаю деталей, но, кажется, это была даже не близкая игра.

— Тогда... почему он запомнился ему так сильно?..

У меня сложилось впечатление, что запоминаются обычно напряжённые матчи, а не те, где одна команда подавляет другую. Значит, должна быть веская причина.

— Аояги-кун играл на позиции плеймейкера, которую называют «центральный атакующий полузащитник», и у него был уникальный стиль игры. Они не проиграли из-за огромной разницы в уровне команд в целом. Однако мой двоюродный брат считает, что если бы не эта разница, они могли бы проиграть.

Футбол — командный вид спорта. Даже если один игрок выдающийся, команда не сможет победить, если общий уровень недостаточно высок. Так что, хотя они выиграли матч, мастерство Аояги-куна было настолько впечатляющим, что оставило след...? Но что значит «уникальный стиль игры»?

— Ну, это сложно понять только из этого. Я сама не особо разобралась, когда впервые услышала эту историю, — похоже, Симидзу-сан почувствовала мои сомнения по моему поведению. Нет, в этой ситуации она, вероятно, думала так же по своему опыту.

— Но примерно в то время мой двоюродный брат начал пристально следить за Аояги-куном. Более того, его школа была частной средней школой, и они пытались переманить Аояги-куна к себе.

— Ч-что? Они зашли так далеко...? Но это же школа, которая выиграла национальный чемпионат...?

— Может, мой двоюродный брат знал. Что будет плохо, если Аояги-кун не окажется в его команде. На самом деле, команда Аояги-куна обыграла команду моего двоюродного брата в финале турнира Тюгоку на втором году средней школы.

Даже если состав мог измениться, команда Аояги-куна победила команду, выигравшую национальный чемпионат в прошлом году. Хотя я не играю в футбол, я могу понять, насколько это впечатляюще.

— Они победили благодаря мастерству Аояги-куна? — спросила я, предполагая, что это так, исходя из хода разговора. Однако Симидзу-сан открыла рот с озадаченным выражением.

— Ну... сложно сказать. Я не думаю, что это было только мастерство Аояги-куна.

Это верно, футбол — командный вид спорта. Если бы Аояги-кун мог выиграть в одиночку, они бы хотя бы довели игру до конца в первый год, так что это, вероятно, невозможно.

— Но нет сомнений, что его мастерство было невероятно важным. После некоторых исследований я выяснила, что команда Аояги-куна изначально была той, что вылетала в первом раунде районного турнира.

— Что?! Правда?!

Я была шокирована этой внезапной информацией. Но кого бы это не удивило? Ведь школа, которая вылетала в первом раунде районного турнира, внезапно начала участвовать и продвигаться в турнире Тюгоку.

— Я не знаю деталей, но когда пришло поколение Аояги-куна, в школу собралось много талантливых игроков из Окаямы, которые были активны ещё с начальной школы. Не знаю, были ли они там изначально или перевелись... но их уровень резко вырос, когда пришли Аояги-кун и другие.

— И тогда, на первом году, они дошли до турнира Тюгоку...

— Ну, это ненормально, конечно. Сколько бы талантливых игроков ни собралось, команда первоклассников обычно не может попасть на турнир Тюгоку. Вот почему команда моего двоюродного брата, состоявшая в основном из третьеклассников, смогла победить команду Аояги-куна, когда он был первоклассником.

Конечно, это тоже знания из манги, но, кажется, даже разница в один год между классами может создать серьёзное преимущество. Однако причина, по которой Аояги-кун и его друзья смогли добиться успеха, должна была заключаться в каком-то их преимуществе. Которое, вероятно...

— Аояги-кун сделал невозможное возможным. Мой двоюродный брат понял это, сражаясь с ним напрямую, поэтому он так хотел заполучить его. Он мог поднять уровень команды на несколько ступеней.

Симидзу-сан беспомощно рассмеялась, пожала плечами и озвучила ответ, который я уже предположила. Даже несмотря на то, что я не играю в футбол, её объяснение помогло мне понять, насколько Аояги-кун был выдающимся.

— А когда они перешли во второй класс, Аояги-кун и его товарищи стали ещё сильнее, и мой двоюродный брат не смог их победить. Вот почему он ещё больше зациклился на Аояги-куне и хотел взять реванш на национальном турнире... Ой, прости, не обращай внимания.

Симидзу, казалось, погрузилась в воспоминания, но вдруг замолчала с неловким выражением. Это пробудило моё любопытство. Однако, видя её колебания, я поняла, что она, вероятно, не хочет делиться этой информацией со мной. Поэтому я подумала воздержаться от вопросов, но внезапно почувствовала, что здесь может быть что-то важное, и решила задать уточняющий вопрос.

— Ранее в кафе Аояги-кун упомянул, что не участвовал в национальном турнире. Судя по тому, как он говорил, я не думаю, что он лгал. Но если они выиграли турнир Тюгоку, то получили бы право участвовать в национальном турнире, верно? Больше всего мне интересно, почему Аояги-кун, которого признаёт твой потрясающий двоюродный брат, бросил футбол. Это связано с запретом на разглашение?

Я спросила с улыбкой, давая понять, что не пытаюсь допрашивать её, и она кивнула в ответ.

— Ты права, Шарлотта-сан. Поэтому я не могу сказать больше об этом... но могу рассказать, почему я ему доверяю.

То, о чём она говорила раньше, было прошлым Аояги-куна, а не причиной её доверия. Она не могла говорить о том, почему он не участвовал в национальном турнире или почему бросил футбол, но, похоже, была готова ответить на мой изначальный вопрос.

— Летом второго года средней школы мой двоюродный брат остался у меня дома, чтобы посмотреть игру Аояги-куна. Он так его расхваливал, что я пошла с ним на их префектурный турнир, — Симидзу-сан подняла глаза к небу, словно вспоминая приятное воспоминание. Должно быть, для неё это было хорошим воспоминанием. — Это был финальный матч, и их соперником была сильная школа, которая не раз побеждала в префектурных турнирах. Команда Аояги-куна проиграла им в финале, когда они были первокурсниками.

Однако результат оказался...

— Команда Аояги-куна победила, верно?

— Верно. Но было странно. Казалось, они были на равных, но счёт оказался 3–0. Аояги-кун допустил много ошибок и не выделялся, поэтому я не могла понять, почему мой брат так его хвалил. Ведь Сайондзи-кун и другие игроки выглядели куда впечатляюще.

— ........

— Ха-ха-ха, не делай такое страшное лицо. Когда мы вернулись домой, брат объяснил мне, в чём дело. Аояги-кун стратегически планировал игру на протяжении всего матча, а его ошибки были частью его стратегии. Остальные игроки выглядели хорошо, потому что он смог раскрыть их сильные стороны и создавал для них возможности.

Увидев мой взгляд, когда она говорила об Аояги-куне пренебрежительно, Симидзу-сан замахала руками перед лицом и поспешила объяснить. Однако у меня всё ещё оставались сомнения.

— Разве... такое вообще возможно?

— Ну, для большинства людей — нет. Но у Аояги-куна отличная интуиция, и он, наверное, внимательно наблюдал за всеми? Поэтому он может раскрыть их сильные стороны и придумать стратегии против соперника.

Возможно, это правда, что Аояги-кун наблюдает за окружающими. Он всегда замечал действия своих одноклассников.

— Кроме того, Аояги-кун отлично заботился о психологическом состоянии своих товарищей по команде. Он был настолько спокоен и зрел для школьника, что сразу поддерживал их, когда они ошибались. Мой брат говорил, что одно его присутствие в команде давало остальным чувство уверенности.

Понятно... Неудивительно, что он так хорошо справляется с Эммой. Он никогда не давит на неё, а старается раскрыть её сильные стороны. Он всегда следит, чтобы она оставалась довольной. Если в прошлом он заботился о психологическом состоянии товарищей и помогал им раскрыться как игрокам, то с кем-то вроде Эммы ему справиться легко.

— Вообще, когда я увидела, как к нему относятся его товарищи по команде, стало ясно, что они им восхищаются. Поэтому я ему доверяю. Зная его прошлое, я понимаю, что то, что он делает сейчас — не его истинное «я».

Симидзу-сан улыбнулась с лёгкой грустью, когда говорила это. Должно быть, ей больно видеть Аояги-куна в таком состоянии. По её тону я поняла, что она не ненавидит его за то, что он испортил атмосферу в классе, а скорее не хочет, чтобы он причинял себе вред. Но теперь, когда дело зашло так далеко...

— Хм? Ты выглядишь немного обеспокоенной. Что-то не так?

Симидзу-сан заметила моё тревожное выражение и с любопытством переспросила. Я колебалась, но всё же отвела взгляд и спросила:

— Эм... Симидзу-сан, теперь я понимаю, почему ты доверяешь Аояги-куну, но... у тебя ведь нет к нему чувств, да?

Услышав мой вопрос, Симидзу-сан широко раскрыла глаза от удивления. А затем...

— Пфф, ха-ха-ха! — она расхохоталась.

— Ч-что тут смешного?

— Потому что, Шарлотта-сан, ты спросила с таким обеспокоенным лицом!

— Н-но...

— Не переживай, у меня глаза только на моего брата. Если бы я нравился Аояги-кун, я бы сама попыталась что-то сделать, а не просила бы тебя.

Похоже, я зря волновалась. Однако мне всё ещё не до конца было понятно её глубокое участие в жизни Аояги-куна...

— Ха-ха-ха, ты всё ещё не выглядишь убеждённой. Но знаешь, мне правда он не нравится в таком смысле. Просто... мне не нравится, что он сейчас делает, и хоть у меня нет к нему чувств... я его уважаю. Поэтому я не хочу, чтобы он продолжал в том же духе.

— У-уважаешь?

— Прости, но я многое слышала о прошлом Аояги-куна от брата и Сайондзи-куна, так что знаю о нём почти всё. Несмотря на то, через что ему пришлось пройти — что заставило бы большинство людей разувериться в окружающих — он всё ещё бескорыстно помогает другим. Поэтому я им восхищаюсь.

Симидзу-сан вытерла слезу, пока смеялась, и на её лице появилась усталая улыбка.

«Вещи, которые заставляют терять веру в людей» — это меня очень беспокоит.

— Т-так это про запрет на разговоры...?

— Это часть правды, но не вся. Его прошлое куда тяжелее, чем ты думаешь, Шарлотта-сан. Удивительно, что он до сих пор может улыбаться. Поэтому я считаю, что, знаешь, возможно, пришло время, когда он заслуживает быть счастливым.

— Симидзу-сан...

Её выражение лица, полное желания, чтобы Аояги-кун был счастлив, было тёплым и мягким. Я уверена, что Симидзу-сан такая же добрая, как и Аояги-кун.

— Но знаешь, сегодня я немного успокоилась, увидев тебя. Думаю, ты сможешь сделать его счастливым, Шарлотта-сан. Поэтому постарайся. И, как я уже говорила, я поддерживаю тебя и помогу, чем смогу.

С этими словами Симидзу-сан улыбнулась мне очень милой улыбкой. Глядя на неё, я поняла. Даже если она не одобряла то, что делал Аояги-кун, он ей всё равно нравился. Просто её чувства были ближе к дружбе, чем к любви.

Однако я не могла не задаться вопросом. Почему она сама не попыталась сблизиться с Аояги-куном? Это было странно. Казалось, она могла бы справиться и без моей помощи...

Наверное, не стоит копать глубже. Поэтому я решила спросить о другом, что меня беспокоило. У меня было ощущение, что сейчас она будет со мной честна.

— Симидзу-сан, теперь я понимаю твои чувства... Спасибо, что была со мной откровенна.

Сначала я поблагодарила её за то, что она рассказала мне всё это. Затем, сложив руки перед грудью, я задала вопрос, который не давал мне покоя:

— Э-это немного не по теме, но... Аояги-кун был популярен у девушек в средней школе?

Да, это то, что я хотела узнать. Судя по услышанному, казалось маловероятным, что он не пользовался успехом в те годы. Поэтому я спросила.

— О, Шарлотта-сан, ты из тех, кто начинает переживать, когда дело касается человека, который им нравится, да? — Симидзу-сан рассмеялась, слегка недоверчиво.

— Н-ну, даже если ты так говоришь, учитывая то, что я услышала...

— Хм-м, я пыталась не акцентировать на этом внимание, но... Ладно, скрывать это будет только сильнее тревожить тебя. Да, честно говоря, несколько девушек за ним бегали.

— Я так и знала!

— Ну, Аояги-кун довольно симпатичный, не как айдол, но всё же. Да и в футболе он хорош, так что не мог же он быть непопулярным, верно?

— Д-да, наверное... ах.

Моя интуиция не подвела, и я расстроилась. Представление Аояги-куна в окружении девушек вызывало неприятное чувство в груди.

— Но правда ли тебе стоит об этом переживать? В конце концов, это всего лишь история из прошлого, и сейчас же нет ни одной девушки, которая бы к нему подходила, верно?

Видя мой вздох, Симидзу-сан посмотрела на меня серьёзно. Действительно, до сих пор вокруг Аояги-куна не было девушек, которые бы испытывали к нему чувства. Разве что сегодня Синномэ-сан начала им интересоваться. Однако, даже так... есть вероятность, что у Аояги-куна уже есть кто-то, кто ему нравится.

— Прости, но думаю, тебе лучше не забивать голову глупостями и просто сосредоточиться на сближении с Аояги-куном. Уверена, это точно сработает лучше.

— П-почему ты так думаешь?

— Потому что ты очень привлекательная девушка, Шарлотта-сан. Думаю, у любого парня сердце будет колотиться просто от твоего присутствия. Не может быть, чтобы они не обращали на тебя внимания, если вы станете друзьями.

— П-правда?

— Абсолютно! Ладно, хватит об этом! Шарлотта-сан, иначе ты так и будешь нести негатив!

Симидзу-сан хлопнула в ладоши, улыбаясь, и закончила разговор, пока я в растерянности склонила голову.

— Шарлотта-сан, тебе ведь нужно забирать младшую сестру, да? Тогда не будем затягивать. Я пойду догонять остальных и отправлюсь на послевечеринку!

С этими словами Симидзу-сан быстро отошла от меня, словно убегая. Похоже, она больше не хотела говорить. Но всё же я...

— П-погоди, пожалуйста! Скажи мне ещё одно! Симидзу-сан, ты хочешь, чтобы Аояги-кун снова играл в футбол?

Она сказала, что предана своему брату. И, скорее всего, её брат хочет, чтобы Аояги-кун вернулся. Если так, я беспокоилась, что Симидзу-сан может поставить чувства брата выше всего. Но...

— ...Аояги-кун выглядел очень счастливым в кафе.

Симидзу-сан остановилась и обернулась ко мне с мягким выражением лица.

— А?

— Я уверена, что его дни сейчас наполнены смыслом. Не думаю, что я или мой брат имеем право отнимать у него это счастье.

С этими словами она помахала мне с улыбкой и побежала в ту сторону, куда ушли остальные.

Её прощальные слова... Если бы Аояги-кун снова начал играть в футбол, его дни стали бы куда более занятыми. И тогда у него не осталось бы времени на меня или Эмму. Поэтому она использовала слово «отнимать».

— Аояги-кун... я делаю тебя счастливым?

Хотя я знала, что не получу ответа, я не могла не задать этот вопрос, глядя в небо.

◆

— ...Так о чём ты хотел поговорить?

После того как мы с Акирой расстались с Шарлоттой-сан и остальными, мы перешли в парк, и я сразу перешёл к делу. Хотя я задал вопрос, у меня уже было примерное представление, о чём он хочет поговорить, судя по его поведению. Настал момент, когда нам нужно обсудить то, что мы откладывали до сих пор.

Акира какое-то время пристально смотрел мне в лицо, словно обдумывая что-то. Он сказал, что хочет поговорить, но, похоже, сомневался, стоит ли задавать вопрос.

Наконец, он, кажется, решился и, с серьёзным выражением, посмотрел мне прямо в глаза и медленно открыл рот.

— Эй, Акихито. Ты... встречаешься с Шарлоттой-сан?

— Да, я... чего?

Я полностью ожидал, что меня спросят: «Тебе нравится Шарлотта?» Однако Акира задал неожиданный вопрос, застав меня врасплох, и я выдал глупый ответ. Не понимая его намерений, я смотрел на него с растерянным выражением лица.

— Ну, просто Шарлотта всё время смотрела в твою сторону, и вы сидели так близко, что ваши плечи почти соприкасались. Разве это нормально?

...Как я и думал, расстояние между мной и Шарлоттой было слишком маленьким. Я тоже это замечал, но, честно говоря, мне это нравилось, и я не мог заставить себя сказать что-то. К тому же, Шарлотта, кажется, тоже была не против, что только усложняло ситуацию. Если всё так и будет продолжаться, мне стоит держаться от неё подальше.

— Мы сидели близко, потому что нас было трое, и места было мало. Разве это не нормально?

— Тогда как насчёт того, что Шарлотта держалась за твою одежду?

— ...Что?

— Ты же знаешь, что я вижу всё с высоты птичьего полёта, верно? Я заметил, что примерно с середины встречи она всё время держала тебя за рукав.

Акира не выглядел злым — скорее, на его лице была кривая улыбка и выражение лёгкого раздражения. От него исходило ощущение смирения. «Вид с высоты птичьего полёта» — способность видеть ситуацию сверху, будто смотря на неё с высокой точки. Это один из навыков, необходимых хорошему футболисту. Точнее, наличие такого навыка позволяет раскрыть потенциал отличного игрока. «Видеть с высоты» не означает буквально смотреть с неба — мозг преобразует информацию, полученную глазами, и позволяет воспринимать пространство так, будто ты смотришь на него сверху. Этой способностью Акира обладал с детства, и я совсем забыл о ней, поскольку мы перестали играть вместе.

— А, точно... Не знаю, что сказать... Мы не встречаемся.

Поняв, что врать бесполезно, я решил быть честным. Чувство вины не покидало меня, и если меня за это отругают, я не стану возражать.

— Мы не встречаемся, но мы близки. И у нас есть кое-что личное.

— Понятно... Ну, я понимаю, почему ты хотел это скрыть. Даже если мы лучшие друзья, ты не обязан рассказывать мне всё.

Акира сделал грустное выражение лица, а затем широко улыбнулся. Было видно, что он сдерживается, но я оценил его тактичность. Тяжёлые разговоры с малознакомыми людьми меня не пугают, но с самыми близкими я бы предпочёл их избегать.

— Прости, я знал, что ты чувствуешь, но решил промолчать...

— Я же сказал, тебе не обязательно рассказывать мне всё, ладно? Не переживай.

— Ну да... Но позволь мне хотя бы извиниться. Мне жаль, что я скрывал это от тебя.

Я опустил голову, не пытаясь оправдываться. Акира почесал щёку и заговорил с виноватым видом.

— Я же просил перестать извиняться. На самом деле, теперь мне многое стало ясно.

— Что? О чём ты?

— Ну, просто ты... Хотя, может, мне, как постороннему, не стоит об этом говорить...?

Я наклонил голову, а Акира замолчал, будто что-то осознав, и начал бормотать себе под нос. Почему вокруг меня так много людей, которые разговаривают сами с собой? Может, это я во всём виноват?

— Эй, Акихито.

— Что?

— Я решил отказаться от Шарлотты.

— ...Что?

Я не мог поверить своим ушам и уставился на него. Акира же, с лёгкой улыбкой, положил мне руку на плечо.

— Я оставляю Шарлотту тебе, Акихито. Так что постарайся завоевать её.

Его слова снова повергли меня в шок. Оставить Шарлотту мне? О чём он вообще?

— Ты о чём? Акира, тебе же нравится Шарлотта, разве нет?

— Теперь она мне неинтересна.

— Ты что, шутишь?..

Я не мог поверить в это, ведь он столько времени пытался привлечь её внимание. Очевидно, он просто жертвует своими чувствами ради меня.

— Ты правда думаешь, что я буду счастлив, если ты так поступишь? Если ты откажешься от неё, то я...

— А ты вообще серьёзно?! Если ты сделаешь это, я тебе никогда не прощу!

Акира, кажется, понял, что я хотел сказать, и бросил мне вызов, сверкнув глазами.

— Разве не ты начал этот разговор?..

— Да, но наши позиции разные, верно? Сколько бы я ни пытался сблизиться с Шарлоттой, между нами всегда была стена. Но у тебя, Акихито, с ней прекрасные отношения.

Акира объяснил:

— Я не знаю, какие у вас личные отношения, но очевидно, что она тебе доверяет. Поэтому для нас «отказ» означает совершенно разные вещи.

Действительно, как и сказал Акира, Шарлотта до сих пор держит дистанцию с одноклассниками. Она тихая и добрая, поэтому не отвергает их, но между ними есть некая отстранённость. Видимо, Акира имел в виду именно это.

— Разве не глупо решать, стоит ли отказываться, основываясь только на этом?..

— Это не единственная причина. Я думаю, так будет лучше. Ты сможешь сделать Шарлотту счастливой, и у тебя определённо больше шансов. Но в твоём случае всё иначе, верно? Ты хочешь отказаться, потому что чувствуешь себя виноватым передо мной?

— ............

Слова Акиры попали в точку, и я не нашёл, что ответить. Увидев моё лицо, он грустно улыбнулся.

— Эй, Акихито. Разве можно назвать дружбой отношения, в которых один чувствует себя виноватым перед другим? Разве это «дружба», если другой человек обременён чувством вины?

— К чему ты клонишь?..

Акира глубоко вздохнул в ответ на мой вопрос.

— Как долго ты собираешься цепляться за прошлое?! Моя травма ноги — не твоя вина! Это я был неосторожен! Наше позорное поражение на национальном турнире произошло не из-за того, что тебя не было! Мы слишком на тебя рассчитывали и потеряли голову! И сколько ты ещё будешь тащить на себе этот груз вины?! Представь, каково это — чувствовать себя виноватым, хотя ты ни в чём не провинился!..

Акира кричал с болезненным выражением лица. Я никогда не видел его таким. Если подумать, последний раз мы ссорились с ним, наверное, ещё в начальной школе.

— Почему ты думаешь, что это не моя вина?.. Всё произошло из-за меня. Поэтому я должен загладить свою вину.

— Почему всё должно быть так?! Ты причиняешь себе боль, чтобы возвысить меня — да очнись уже! Мне это не нужно!..

— Акира...

Меня перехватило горло, когда я увидел, как мой лучший друг корчится от боли, будто вот-вот заплачет. Неужели он страдал из-за моих поступков? Но всё же...

— Я отнял будущее у многих друзей... и ранил важных для меня людей. Я должен за это заплатить.

Акира пострадал больше всех, но были и другие. Я не мог просто забыть о них.

— Вот же слепой болван!..

— Прости. Взамен я перестану пытаться тебя возвышать.

Если Акире от этого больно, значит, так нельзя. Лучше остановиться, пока это не превратилось в издевательство.

— Что насчёт Шарлотты?

— Ну...

— Если скажешь, что отказываешься, я прямо здесь прекращаю нашу дружбу.

— Акира... Я не понимаю, почему ты так отчаянно это говоришь? Что ты получишь от таких слов?

— Дело не в выгоде!.. Я просто хочу, чтобы мой лучший друг был счастлив! Чтобы ты наконец перестал жить прошлым и смотрел вперёд! Разве это так странно?!

Я понимаю его чувства и то, что он хочет сказать. Я тоже хочу, чтобы Акира был счастлив. Но... почему он должен отказываться? Этого я не мог понять.

— Тогда и ты не отказывайся, Акира. Разве это не странно?

— ...Если я не откажусь, ты будешь сдерживаться ради меня, да?

— Выходит, всё равно я виноват?..

Беспомощно рассмеявшись, я почувствовал, как Акира ослабил хватку и посмотрел на меня серьёзно.

— Эй, Акихито. Может, ты просто боишься признать правду, но в глубине души ты ведь догадываешься, да? Разве всё уже не решено? Ты что, предлагаешь мне продолжать добиваться любви, которой никогда не будет?

— Это...

Его слова попали в самую точку, и я потерял дар речи.

— Так я и знал... Мы давно знакомы, понимаешь? Как ты меня знаешь, так и я знаю тебя, Акихито.

— Но, возможно, это просто моё заблуждение...

— Даже если так, я знаю, что у меня нет шансов. Для меня это хороший повод переключиться и двигаться дальше. Так что, Акихито, постарайся изо всех сил. Давай на этом закончим.

— Акира... Ладно. Если это твоё решение, я больше ничего не скажу. И... спасибо.

Я поблагодарил лучшего друга, который подавил свои чувства, чтобы поддержать меня. Но мне нужно было добавить ещё кое-что.

— В конце концов, последнее слово всё равно за Шарлоттой, верно?

Акира сказал, что отказывается, но это не включало её чувства. Вполне возможно, что она выберет кого-то другого — не меня и не Акиру. Я высказал это, но, к своему удивлению, увидел, как Акира смотрит на меня с немым разочарованием.

— Мне так хочется сейчас дать тебе в лицо.

— Ч-что?! С чего вдруг?

— Знаешь, я никогда этого не понимал. Тебя называли «Повелителем поля», ты был смелым и бесстрашным. Но когда дело доходит до любви, ты становишься неуверенным и нерешительным.

— Эй! Не смей называть меня этим прозвищем при других! Я ненавидел его ещё со средней школы!

— Ну, в то время у всех были такие восторженные прозвища, так что ничего страшного. Все просто подумают, что мы в том возрасте.

— Это звучит так, будто я сам заставил их так меня называть! Меня из-за этого дразнили тренер и старшеклассники!

Вспомнив горькие воспоминания из средней школы, я отчаянно попытался образумить Акиру. В итоге даже болельщики на матчах ухмылялись, услышав это прозвище. Это было похоже на клевету.

— Ха-ха, ладно, ладно. Главное, что ты снова смотришь вперёд.

— Ты... Никогда не называй меня так, ясно?

— Понял. Ну, я пошёл. Если я не появлюсь на вечеринке, которую сам же и предложил, мне точно влетит.

— Верно. ...Кстати, можно спросить кое-что, что давно меня беспокоило?

— М-м? Что такое?

— Акира, ты всё время искал девушку, но отвергал всех поклонниц, да? Среди них были и симпатичные, даже твоего типа. Почему ты отказывал?

Он обычно терял голову, когда дело касалось девушек, но никогда не делал шаг к своим поклонницам. Я бы понял, если бы он был профессионалом, но Акира вёл себя так ещё со средней школы. Я не понимал этого противоречия, но в ответ он лишь улыбнулся.

— Ну, эти поклонницы видят во мне только футболиста, верно? Они не знают мой характер или что-то ещё — это просто восхищение. Мне не кажется, что из этого выйдет что-то серьёзное. Акихито, ты же чувствуешь то же самое, да?

Теперь я понял.

— Верно. Футбол — это лишь часть меня. Было бы обидно, если бы меня оценивали только по этому.

— Вот именно. Теперь мне правда пора. Акихито, ты точно не идёшь?

Акира потянулся и переспросил, но моё решение не изменилось.

— Да, развлекайся.

— Хорошо. Значит, вы с Шарлоттой будете веселиться вдвоём, да?

— Ч-что?! Нет, ничего такого! И вообще, как ты это сказал — это звучало совсем не так! Ты намекал на что-то странное, да?

Застигнутый врасплох, я покраснел и рассердился. Акира же усмехнулся.

— Что значит «что-то странное»? Ты, похоже, извращенец.

— Ты!..

— Ха-ха, давно не видел тебя таким растерянным, Акихито. Было освежающе. Ну, я пошёл.

— Эй, Акира!.. Чёрт, как всегда быстр...

Помахав рукой, Акира умчался с такой скоростью, что мог бы посоревноваться с профессиональным спортсменом. Его фигура становилась всё меньше, пока он не скрылся из виду.

— Уф...

Я вздохнул, глядя на удаляющуюся спину лучшего друга.

— Не нужно было так обо мне беспокоиться...

Хотя я знал, что он не услышит, эти слова сорвались с губ сами собой. Но на душе стало как-то легче. Конечно, не все проблемы решены — лишь малая часть. Но будто груз с плеч упал. По крайней мере, теперь я могу смотреть Шарлотте в глаза без чувства вины.

— Спасибо, Акира.

Пусть он и не услышал, я поблагодарил лучшего друга, который принял решение за меня и попытался подбодрить меня своей улыбкой.