—Простите! Яподумала, что одного кимчичиге будет мало, ипоэтому сходила нарынок запродуктами!

Женщина средних лет сосветлыми волосами опустила голову. Насамом деле, мама СиХуна выглядела куда лучше, чем еёпредставлял КанУ. Если так задуматься, тоСиХуну уже под тридцать лет, так что его мама действительно хорошо сохранилась ивыглядела прекрасно. Настолько, что еёдаже сложно назвать «женщиной средних лет».

—Все впорядке,— Кан Услегка улыбнулся ипомотал головой.

Хотя ониулыбался, ноего взгляд был направлен нанечто, стоящее настоле.

«Это кимчичиге?»

Почему оно черное?

«Как она могла такое сотворить скимчичиге…»

Это поступок, сравнимый сосмертным грехом.

Кан Ухотелось прямо сходу перевернуть стол, ноперед матушкой СиХуна делать такое нельзя.

—Ясейчас еще еды наготовлю!

«Пожалуйста, ненадо больше!»

Кан Уеще раз взглянул накимчичиге ипонял, что ожидать отнее многого нестоит.

—Небеспокойтесь, янеголоден.

—А… правда?

—Да, так что нестоит переживать. Лучше… —Кан Унеловко улыбнулся ипосмотрел наСиХуна, какбы веля скорее ихпознакомить.

Парень быстро сообразил, что кчему, ипроизнес:

—Это моя мама.

—Меня зовут Чон СоХа.

—Мама, это…

—Да, ямного слышала оКан У,— женщина широко улыбнулась ипожала его руку. —Спасибо, что защищаете моего сына.

—Нестоит. Так идолжны поступать братья.

Услышав про братьев, женщина нахмурилась. Она перевела взгляд наСиХуна ивеёглазах появилось чувство вины.

—Может сядем покушаем?

—Нет, яже говорил, что…

—Просто яслышала, что Выочень любите кимчичиге, вот иприготовила… —она ссожалением посмотрела насвое творение.

Женщина взглянула насына итихо сказала:

—СиХун, можешь ненадолго выйти? Ябы хотела остаться вдвоем сКан У.

—Что? —онудивленно посмотрел насвою маму.

—Ничего особенного, нестрой такую физиономию.

—Ивсе же…

—Прошу тебя.

СиХун нехотя кивнул, развернулся иушел навторой этаж. Кан Упосмотрел наудаляющегося парня иприменил Силу Тишины, чтобы оградить гостиную отвсего остального дома. Онподумал, что даже совторого этажа будет слышно, очем они говорят.

«Хотя яинезнаю, что она хочет сказать…»

Нораз уже она сама попросила его оставить ихнаедине, то, скорее всего, СиХуну лучше этого неслышать.

—Что Выхотели сказать?

—А… —она вздрогнула, будто очнувшись отдолгих раздумий. —Подождите, налью Вам кофе.

—Да, спасибо.

Кан Уподумал, что отказаться иоткофе будет нагло, поэтому просто кивнул.

Чон СоХаушла накухню. Парень услышал, как она наливает кофе, иаромат заполнил даже гостиную. Пока женщина была занята приготовлением напитка, Кан Уеще раз оглядел комнату.

«Хороший дом».

Недорогой инеброский. СиХун тут почти что небывал, изадомом побольшей части ухаживала Чон СоХа. Комнатки были чистыми иаккуратными. Покрайней мере, Кан Унеказалось, что здесь живет кто-то плохой.

—Держите.

—Спасибо.

Кан Усделал глоток кофе. Вотличие отужасно выглядящего кимчичиге, этот напиток был абсолютно нормальным.

«Даздравствует растворимый кофе!»— подумал ониощутил приятный вкус наязыке.

—Во-первых… —Чон СоХавстала сместа ивежливо поклонилась Кан У. —Спасибо.

Парень молчал.

—Еслибы неВы, тония, ниСиХун имечтатьбы немогли отакой жизни…

—СиХун— Игрок свыдающимися навыками. Ибез моей помощи онбы смог покрыть счета забольницу идом…

—Нет, невэтом смысле,— она слегка рассмеялась. —Еслибы неВы, тоСиХунбы неначал улыбаться.

Кан Укрепко сжал губы, незная, что ответить. Вэто время женщина еще раз поклонилась Кан У.

—Правда, спасибо… —говорила это она совсей искренностью.

Щеки Кан Услегка покраснели, потому что онниразу неиспытывал ничего подобного. Витоге его ответ неотличался оттого, который онуже произнес ранее:

—Нестоит. Так идолжны поступать братья.

—Ха-ха… —женщина слегка засмеялась. —Какже ярада. Кажется, Выдействительно относитесь кнему совсей добротой.

—Разумеется. Хотя мысним инесвязаны кровью, ноясчитаю его своей семьей.

Чон СоХасдоброй улыбкой налице посмотрела наКан У, исоблегчением вздохнула.

—Насамом деле, ябеспокоилась,— продолжала она. —Увасже необычные дружеские чувства, да? Янемного переживала, нотеперь спокойна.

—Что?.. —Кан Унахмурился.

УКан Увголове отпечатались еёслова: «необычные дружеские чувства».

—Что Вы…

—Незнаю ужкакую магию Выиспользовали… новедь поначалу Вызавладели его расположением насильно, да?

Поспине Кан Упробежал холодок. Онпосмотрел нанее острым взглядом.

—Непонимаю очем Выговорите…

—Ха-ха, давсё впорядке. Янерасскажу СиХуну.

Она говорила это так, будто действительно обо всем знала. Кан Уокончательно запутался.

«Она знает».

Знает отом, что Кан Узавладел расположением СиХуна, привязав его душу ксвоей.

«Как?»

Вопросы вего голове возникали один заодним. Оннастолько тщательно заметал все следы, столько сил потратил нато, чтобы утаить этот факт, ноона сказала обэтом настолько непринужденно, будто обэтом знал каждый второй.

—Как давно Вызнаете?..

—Ядогадывалась стех самых пор, когда СиХун только начал оВас рассказывать… —она поставила чашку кофе настол ипродолжила:— Потому что СиХун никогдабы неназывал кого-то братом. Ктомуже человека, скоторым только-только познакомился.

Кан Узадумчиво поднял голову.

«Это…»

Ондаже неподумал обэтом, нет, даже предположить такого немог. Потому что, когда онделал изСиХуна подчиненного, оннезнал ниоего проблемах сбратом, ниотом, какую травму ему нанесла мать.

Повисла тяжелая тишина.

Кан Усделал глоток кофе. Вего голове всплыло множество оправданий. Онбыл уверен, что при желании онсовершенно точно сможет убедить женщину всвоей правоте. Ктомуже, одно слово «брат» было неочень весомым доказательством.

Новместо этого онпоставил кружку настол ихрипло произнес:

—Почему, зная обэтом, Выничего несказали?

Оправдываться оннестал, решив, что нестоит еще больше зарываться волжи. Покрайней мере, поотношению кней.

Ненадолго каждый ушел всвои мысли, азатем, смотря ввоздух, женщина продолжила:

—Ясильно виновата перед ним, иуже никак несмогу искупить все свои грехи,— веёголосе ощущалась пустота.

Кан Убез труда понял окакой вине идет речь.

«Травма».

Клеймо, поставленное унего надуше. Слова отом, как ейжаль, что она родила сына. Кан Удаже представить немог, насколько тяжело слышать подобное, ведь ондаже непомнил своих родителей.

—Тогда… ясильно сожалела, имне было сложно… иясказала теслова. Поэтому янестала говорить ему… —поеёщеке скатилась прозрачная слеза. —Япросто несмогла… —всхлипывая говорила она.

Кан Умолчал. Онпросто немог ничего сказать, потому что оннепонимал еёситуацию. Ейоннесочувствовал, инеиспытывал сострадания. Ничего.

—Поэтому… увидев, как онснова улыбается… янесмогла ничего сказать. Даже если это иложь, ябы просто хотела, чтобы онбыл счастлив.

Кан Умолчал.

—Спасибо. Правда, спасибо… —она вочередной раз опустила голову.

Даже если это иложь, она была благодарна, что Кан Уделает еёребенка счастливым.

---

После того как они сСиХуном расстались, Кан Унаправился домой. Вего голове была куча мыслей, ионникак немог прийти всебя.

«Почему ябыл… —онпокривился, вспомнив лицо плачущей иблагодарящей его женщины. —Так счастлив?»

Отеёслов, что она благодарна, даже если это иложь, Кан Убыл счастлив. Невероятно счастлив.

Ответа наэтот вопрос оннезнал. Ему было сложно проанализировать собственные чувства. Нет, насамом деле унего было предположение, нопризнавать его оннехотел.

«Это что-то вроде искупления грехов?»— подумав обэтом, парень усмехнулся.

Оннасильно связал душу СиХуна сосвоей, новэтоже время искренне онем заботился. Неужели все это время онощущал чувство вины?

«НоСиХун ничего незнает»,— Кан Уеще раз улыбнулся.

—Нувсамом деле… —онцокнул языком.

Прежде чем вернуться домой, парень присел налавочку уподъезда.

«Завтра».

Завтра они покидают это место. Скорее всего, они всеже вернутся, нопуть импредстоит, несомненно, далекий.

—Чтоб тебя! —нанего нахлынули чувства.

Онподнял голову ипосмотрел вспокойное ночное небо.

—А…

Кан Уподумал отом, что смомента возвращения наЗемлю много всего произошло. Онвстретил Хан Соль, СиХуна, ЁнЧжу, Эхидну иТэСу. Вего жизни появилось большое количество людей, онзавёл много связей.

Паллок иЛилит витоге оказались наЗемле, иондосих пор незнал, хорошо это или плохо. Оннебыл уверен, что все идет вверном направлении, нонаданный момент онбыл доволен своим окружением ивсем происходящим.

Ондорожил каждым изних.

Перед глазами все поплыло, ионвспомнил равнину, усыпанную телами. Вспомнил ито, как сидел нагоре изэтих многочисленных трупов.

Это может показаться смешным, нодаже вАду было то, чем Кан Удорожил. Даже там унего были те, кем ондорожил.

«Хотя все они имертвы».

Онподумал отех, кого несмог защитить испасти.

«Вэтот раз всё будет иначе».

Ужтеперь онпостарается.

—Ох, твоюж мать, что меня так пробрало? Это все влияние ночи?

Кан У, недовольный собой, поднялся сместа.

—Пора,— онсделал шаг.

Как ивсегда, оншел только водном направлении: вперед.

Итолько вперед.