—Тыкто? —сверкнул взглядом Нам Гун Чжин.

—Его брат,— твердо ответил Кан У.

—Брат Ким СиХуна?.... Ким ЁнХун? Нет, яточно слышал, что оннаходится втюрьме.

—Вмире есть нечто роднее крови.

Тот непонимающе посмотрел напарня. Кажется, оннесмог понять столь «глубокое» предложение.

—Знаешь, что такое «названный брат»?

—А… вот что это значит.

Нам Гун Чжин кивнул головой ирезко выдохнул.

—Тынам неинтересен. Повелитель меча хочет Дракона. Уйди сдороги.

—Дамне все равно.

—Следи заязыком,— сненавистью ответил мужчина.

Нам Гун Чжин перевел взгляд наСиХуна.

—Если нехочешь увидеть, как онпострадает, просто последуй занами, Дракон.

—Несмейте грубить моему брату.

Пренебрегая званием Повелителя меча, СиХун выступил вперед. Взяв вруки меч, отнего начала исходить ярость.

Хотя, разумеется, страх перед неизвестностью досих пор остался.

Онявлялся лучшим Игроком Китая иобладал огромными силами.

Кнему прислушивался сам президент Китая, поэтому было понятно, почему его подданные так общаются слюдьми.

Новот сзапугиванием Кан Увсе было иначе. Онтот, кто смог вытащить СиХуна изжизни, похожей наАд.

Оннебыл настолько трусливым, чтобы наблюдать затем, как запугивают его спасителя.

—О-о-о, вытащилмеч. Это он? —Нам Гун Чжин прищурился. —Видят небеса, мынехотели вредить тебе, пока тынедостал свой меч Дракона.

Нам Гун Чжин подумал отом, что придется применить жестокие методы.

«Хотя Повелитель меча ипросил доставить его невредимым…»

Ноесли так задуматься, тозачем нужно распинаться перед таким новичком как СиХун?

Ман Гун Чжин потянулся крукоятке меча, заткнутого запояс.

Однако перед ним встал другой парень, недав вытащить меч.

—Недоставай.

—Ч… что за…

—Придурок, тытруп, если это сделаешь.

Вэтот момент рука Кан Ускользнула крукоятке меча.

Нам Гун Чжин был силен.

Онявлялся одним изтех Игроков, кто имел уникальную силу воздуха иотносился кбойцам, засчет чего был сильнее.

Ноонпозволил кому-то коснуться своего меча?

—Кх! —онтутже ринулся назад, посмотрев наКан Успредостережением инекоторой растерянностью. —Как?..

Онвнезапно понял, что вголове его нет ниединой мысли.

—Сразу говорю: выневрастерянности, выпросто слабаки. Так что нестоит утешать себя иоправдываться.

Налбу Нам Гун Чжина образовались складки, ионбезо всяких колебаний достал меч.

—Тупорылые корей… А-а-а!

Поокруге разлетелся вопль.

Мужчина неуспел закончить, как кнему приблизился Кан Уискрутил запястье, из-за чего меч выпал изруки напол.

—Непримешивай сюда национальность. Нестыдно тебе? —Кан Упродолжил пристыжать его. —При чем тут страна? Тебе стоит покаяться затакие слова. Вот такие пустоголовые паршивцы ивыезжают вдругие страны, неимея никапли патриотизма.

—Вотже св…

—Эй, думаешь, что такие выражения, произносимые начужой родине, сделают хорошую репутацию твоей стране? А? Думай освоей стране, прежде что-то ляпнуть, недоумок.

—А-а-а! —мужчина, будто впав вбешенство, бросился наКан У.

Парень легко увернулся, подставив свое колено. Нам Гун Чжин, схватившись заживот, упал наземлю.

—Кх… кх!

—Ахты!

Стоящие заним мужчины достали свои мечи.

Кан Упродолжил угрожающим тоном:

—Яже говорил вам недоставать.

Ввоздухе повисла злоба.

Лица мужчин побледнели.

Это, совершенно точно, была необычная ярость.

Она какбы говорила не«убью», как это обычно бывает, а«сожру».

Онвыглядит как хищный зверь вовечьей шкуре.

—Выведь недураки, так что сами понимаете, что вам меня неодолеть, так ведь?

—Кх…

Они сглотнули.

Поскольку ихкомандир неуспел даже замахнуться мечом, они понимали, что противник действительно силен.

Поваленный наземлю Нам Гун Чжин закашлялся.

—Эт… эти корей…

—Вотже паршивец, ничего непонял.

Кан Усхватил его зашею сзади иподнял ввоздух.

—Государство складывается изпроживающих внем людей. Если тыведешь себя как говно, тотвоя страна отэтого лучше нестанет.

Нам Гун Чжин молчал.

—Что, непонимаешь? Чтож, прошлое неизменить, ноядам тебе совет как вести себя, чтобы представить свою страну вхорошем свете.

—Чт… что тысобираешься делаешь?!

—Подойди ипосмотри.

Кан Уподтянул его ксебе ипотащил всторону.

СиХун последовал запарнем.

—Кан У, тыкуда?

—СиХун, здесь неподалеку есть ресторанчик, подающий вкусный кимчичиге?

—А?.. —глаза парня удивленно округлились.

Почему онвнезапно ищет ресторан, где вкусно готовят?

—Вон втом переулке есть один.

—Отлично,— Кан Удовольно улыбнулся иподтянул Нам Гун Чжина.

Пройдя чуть дальше, онобернулся икрикнул потерянно стоявшим мужчинам:

—Эй! Вытоже идете!

Они переглянулись ипоследовали заКан У.

—Женщина, дайте, пожалуйста, семь порций кимчичиге. Идобавьте побольше мяса.

—Ох… Хорошо, юноша. Атот человек разве неранен?

—Нет, онпросто притворяется. Так ведь?

Кан Упогладил Нам Гун Чжина поплечу иего затрясло.

—Подождите немного.

Женщина, производящая миловидное впечатление, ушла накухню.

Прошло совсем ничего, как наваристый кимчичиге был готов.

—Чт… что это?

—Кимчичиге. Попробуй, тебе понравится.

Кан Улегонько похлопал Нам Гун Чжина поспине итот поморщился.

—Хочешь сказать, что, предлагая мне эту сборную солянку, делаешь что-то для своей страны?

—Сборную… солянку?.. —глаза Кан Урасширились иотнего опять начала исходить злоба.

Кан У, применив Силу Страха, надавил наего плечо, итот почувствовал настолько сильное давление, что сложилось впечатление, будто оннаходится под прессом.

—А-а-а!

—Несолянка, акимчичиге. Думаю, мясо пропиталось, давайте кушать.

—Кх…

Нам Гун Чжин поднял взгляд наСиХуна, азатем начал есть.

«М?..»

Было действительно вкусно.

Кимчи, которое оноднажды пробовал, было настолько кислым, что ондаже поморщился, однако приготовленный наего основе суп даже обладал сладковатым привкусом. Аположив поверх ложки риса кусочек разверстого мяса, онощутил островатый вкус кимчи, окутавший весь рот.

«ВКорее итакая еда есть?»

Разумеется, из-за вкусной еды оннезабыл зачем они здесь.

Поскольку онявлялся подчиненным одного изсильнейших Игроков мира, питались они исключительно дорогими блюдами, из-за чего кимчичиге всеже ощущалось как дешевое блюдо.

«Почемуже тогда япродолжаю его есть?»— подумал мужчина, доедая содержимое тарелки.

Инетолькоего. Прибывшие сним четыре человека, увидев это, тоже взялись кушать кимчичиге.

—Женщина, дайте еще три порции! Икаждому помиске риса.

—Хорошо, юноша. Ой, скаким аппетитом выкушаете!

Кан Удовольно улыбнулся иперевел взгляд наНам Гун Чжина.

—Нукак, вкусноже?

—Кхм…

—Хе-хе, думаю, чтода. Нужно наесться доотвала.

Кан У, насвистывая себе что-то под нос, доел еще одно кимчичиге.

—Насамом деле, ясовсем непатриот. Новот кимчичиге уважать стоит, нетакли?

—Оно ненастолько вкусное.

—Нотыуже опустошил две тарелки. Влюбом случае, тыже меня понял? Необходимо показывать положительные стороны своей страны! Именно это исделает еёлучше, дурень. Нестоит понапрасну вести себя гадко, нападая налюдей спеной ворту.

Закончив фразу, Кан Усосредоточился наеде.

Когда все закончили есть, Кан У, съевший больше всех, поднялся сместа.

—Пойдем, СиХун.

—А, да…

—Тогда рассчитайтесь здесь иотправляйтесь обратно вКитай. АПовелителю меча, или как там его, передайте, что если онхочет видеть СиХуна, топусть приезжает лично,— сэтими словами они вышли изресторанчика.

Мужчины, непонимающие, что сейчас произошло, были ошарашены.

«Наевшись отдуши онговорит мне рассчитываться?»

Вот она— корейская дружелюбность.

---

—Выхотите сказать, что вернулись, просто поев какого-то супа?

Среди огромной комнаты вкресле величественно сидел худой мужчина.

Хоть онивыглядел так, будто отлюбого прикосновения готов рассыпаться, исходящая отнего мощь окутывала пространство вокруг, угнетая находящихся рядом.

Повелитель меча Чон МуЧжин.

Имя человека, которого можно без преувеличения назвать повелителем Китая.

—Пр… простите! —произнес дрожащим голосом Нам Гун Чжин, склонившийся перед ним наколенях.

Вкомнате витало удушающее волнение.

—Ха… ха-ха…

Раздался смех.

—Ха-ха-ха!!!

Смех Чон МуЧжина наполнил всю комнату.

—Хорошо! Интересно! Интересный тип! —онпродолжал говорить сквозь смех. —Так или иначе…

Атмосфера внезапно изменилась.

Онрезко перевел взгляд наНам Гун Чжина.

—Разве янепросил привести его как можно вежливей?

—Эт… это…

—Что? Оннепонял, кто его хочет видеть? Смешал сдерьмом имя нашей гильдии?

—Н… нет!

—Что «нет»?!

Чон МуЧжин вытянул вперед руку.

Нам Гун Чдина потянул засобой сильный ветер иоказался перед Чон МуЧжином.

Тот крепко схватил его зашею ипроизнес угрожающим тоном:

—Яотправил тебя заним, потому что тызнаешь корейский, аты, ничего несделав, просто попутешествовал.

—А! Пр… Просто…

—Это легион. Ему ненужны люди, неспособные принести какую-либо помощь.

—Н… но…

Чон МуЧжин взмахнул рукой имужчину откинула взявшаяся изниоткуда стена.

—Ха! Говорит, ядолжен лично приехать… —онподнялся сместа.

Подобное онслышит впервые после того, как стал Игроком, входящим вТоп.

—Если говорят приехать, значит нужно ехать.

—Отец, Высобираетесь лично отправиться вКорею? —раздался бархатный голос.

Мужчина повернул голову вего сторону.

Кнему подошла девушка субранными вдва пучка волосами.

Стройное телосложение игустые брови. Острый нос икрасные губы. Даже если просто посмотреть нанее состороны, можно сказать, что она выделяется.

Чон СоЁн.

Родная дочь Повелителя меча иодна изсильнейших Игроков Китая.

—Что? Услышала, что онкрасавчик, итеперь хочешь поехать сомной?

—Ха-ха-ха! Отец, очем тыговоришь!

Она присела наодин изподлокотников кресла изакинула ногу наногу.

—Меня неможет заинтересовать кто-то слабее тебя.

Мужчина струдом сглотнул.