Я сбежал.

Мне удалось успешно скрыться от Элии, которая жаждала моей смерти.

После окончания войны с империей она попыталась лишить меня жизни.

Я до сих пор отчетливо помню, как она швыряла в меня огненные шары золотого цвета.

Более того, до этого она даже пыталась задушить меня, пока я спал.

Тогда мы сделали вид, что ничего не произошло, но в конечном итоге Элия снова попыталась убить меня в самом конце.

Трагедия, которую я предвидел, сбылась в точности.

Хорошо, что я подготовился заранее.

Взять хотя бы «Совершенную луну» и полный иммунитет к магии.

Благодаря этому я смог сбежать, не превратившись в головешку.

Я сбежал сразу после окончания войны, хотя в последний момент было опасно.

Видимо, я выдохся во время боя и потерял сознание, а когда очнулся, Элия была рядом.

К счастью, она, судя по всему, тоже выбилась из сил и лежала без чувств, так что я незамедлительно воспользовался моментом и дал дёру.

У меня не было времени осматриваться.

Нужно было бежать, пока она не проснулась.

Зато я снял странное ожерелье, которое было у меня на шее.

Я не знал, что это за вещь, но от нее исходила магическая аура, поэтому я оставил его там от греха подальше.

В любом случае, после побега я добрался до одного города.

Там находилось убежище, подготовленное через Гильдию информации.

Иерихон.

Этот город, расположенный на подступах к Демоническому миру, стал моим пристанищем.

«Кажется, я слышал, что по соседству живут Эвридика и Орфей…»

Но почему-то их не видно.

Двор зарос сорняками, словно здесь долго никого не было.

«Ну, я пришел без предупреждения, так что неудивительно, если их нет на месте.»

Так я вошел в особняк, ставший моим убежищем.

Дом был достаточно большим, чтобы жить в одиночку.

Начать рабом и обзавестись таким особняком в безопасном городе — неплохо.

Я преуспел.

«Хм… почему-то здесь всё кажется знакомым.»

Я ведь точно здесь впервые, это странно.

Я знаю это место.

В конце концов, это мое убежище и дом, полученный через Гильдию информации.

Гермис довольно подробно описала мне, как он выглядит.

«Но это чувство… оно другое. Словно я уже жил здесь раньше, пусть и недолго… А что это за собачья будка?»

Во дворе стоит будка.

Она выглядит немного обветшалой, будто ею давно не пользовались.

«Кто здесь жил?»

Я напрягся и, настороженно оглядываясь, вошел в дом.

Но внутри никого не было.

На первом этаже — просторная гостиная, столовая и кухня.

На втором — спальня и две комнаты.

Комнаты без особого назначения можно использовать как угодно.

Вся необходимая для жизни мебель уже была на месте.

Можно заселяться хоть сейчас.

«Но одна комната… Похоже, ею кто-то пользовался. Неужели здесь проводили магические исследования?»

Там лежали книги, посвящённые в основном исцелению тяжёлых ран с помощью магии.

Но я ведь не маг.

Здесь не должно быть таких вещей.

«Что за… Неужели какой-то маг тайком пользовался этим домом в моё отсутствие?»

К счастью, похоже, в последнее время здесь никого не было.

«Надеюсь, мне можно здесь жить…?»

Кровать в спальне была довольно большой.

Повсюду толстым слоем лежала пыль.

«Для начала нужно прибраться.»

Я открыл окна для проветривания и направился в кладовую.

«Точно, она здесь…»

Я потянулся за метлой и замер.

«…Откуда я знал?»

Я сегодня впервые в этом доме.

Но я совершенно естественно направился в пустую комнату, которую назвал «кладовой.»

И, как будто так и должно быть, там оказалась метла.

«Что за… жутковато как-то.»

Я украдкой осмотрел дом, но никого не увидел.

«Наверное, ничего страшного…»

Хотя на душе было неспокойно, я начал уборку.

Подмел пол метлой, нашел в кладовой тряпку и протер мебель.

Дом большой, но мебели мало, так что управился быстро.

«Теперь это похоже на жилой дом.»

Убедившись, что стало чисто, я решил выйти наружу, чтобы заодно осмотреться.

И тут.

«Что за… здесь тоже всё до боли знакомо?»

Иерихон.

Я бывал в этом городе несколько раз до того, как вселился в это тело.

Так что нельзя сказать, что узнавание — это ошибка.

И всё же я в замешательстве, потому что это чувство совсем иного рода.

Как будто я здесь жил и вел повседневную жизнь.

«И это тоже… воспоминания тела Иуды?»

Если так, то это объяснимо, но звучит неправдоподобно.

Иерихон стал пригодным для жизни городом совсем недавно.

Для маленького Иуды, которым я был до вселения, это место было слишком суровым.

«Странно…»

Я шел, размышляя об этом в одиночестве.

— …О? Иуда?

Я столкнулся с кем-то на улице.

Этот человек узнал меня.

— А?

Кто это?

Четверо парней.

Лица у всех знакомые.

Они повзрослели, но черты детских лиц остались…

— Леон?

А еще Купер, Коннор и Браун.

Ребята, с которыми я сталкивался в тренировочном лагере.

Хотя отношения у нас были не самые лучшие…

— Иуда!

— Что ты здесь делаешь?

— Эй, почему ты здесь?

…Что с ними такое?

Ведут себя так, будто мы близкие друзья.

Более того, они реагируют так, будто я вообще не должен здесь находиться.

Это не просто удивление или замешательство, они смотрят на меня как на человека, которому здесь не место.

— Э-э, ну… история долгая…

Элия пыталась убить меня, чтобы полностью поглотить мою ману.

Не очень-то хочется рассказывать об этом на каждом углу.

К тому же мне нужно жить в тени.

Вдруг Элия не отказалась от моей силы и продолжает искать меня?

«Я даже думал взять псевдоним, чтобы скрыться, а тут встретил тех, кто знает мое имя…»

Не могу же я сказать знакомым людям, что я не Иуда.

Я решил отговориться общими фразами.

— Ну, просто сложились обстоятельства…

— Вот как…?

— А вы что, всё это время жили здесь? Все вместе?

— …Ты что, ранен?

— А?

— Может, ты головой ударился?

— Раз ничего не помнишь, может, так оно и есть.

— Ну да, против империи воевал, немудрено и серьезно пострадать.

— Поэтому приехал сюда отдохнуть и подлечиться?

Они начали строить догадки между собой.

…Я ничего не понимаю. О чем они?

«Я что-то не помню? Значит, я уже был здесь…?»

Как бы я ни старался, ничего не всплывает.

И тут внезапно пришла одна мысль.

«…Элия.»

Элия восстановила чёрную магию, превратив её в истинное искусство магии.

Среди заклинаний имелись и такие, что напрямую воздействовали на память и разум.

«Неужели?»

Элия покопалась в моей памяти?

Стерла какие-то воспоминания или исказила их?

«Зачем?»

Может, я знал что-то важное или опасное для нее?

«Вряд ли.»

Я практически ничего не знал об Элии.

Мы с ней никогда не были близки.

Интерес, проявленный ею при поступлении в тренировочный лагерь, испарился без следа.

С тех пор я почти не видел Элию.

То же самое было и после того, как я стал личным рыцарем.

У нас были сугубо деловые отношения.

Госпожа и личный рыцарь.

Связанные лишь контрактом.

Поэтому, когда она попыталась меня убить, я, хоть и предвидел эту трагедию, всё равно был поражён.

Она делала вид, что меня не существует, а потом вдруг решила убить.

«В любом случае, я не мог знать ничего важного или опасного для Элии. И всё же, если она покопалась в моей памяти…»

Чтобы забрать мою силу.

Остается лишь вероятность, что она внушила мне что-то или изменила память, чтобы забрать ее легче и проще.

Если это Элия, которую я знаю, она вполне способна на такое.

До вселения я испытал это на себе бесчисленное количество раз.

Убийца и поджигательница.

Непредсказуемый человек, от которого не знаешь, чего ожидать.

Величайшая злодейка.

Элия так или иначе воздействовала на мой разум.

Если она приложила столько усилий, то точно не отступится.

Скорее всего, она до сих пор охотится за мной.

От этой мысли по спине пробежал холодный пот.

— Иуда? Почему ты такой бледный?

— Может, тебе не стоит выходить, а лучше отдохнуть внутри?

Похоже, мое напряжение отразилось на лице.

— А, нет. Всё в порядке.

Я натянуто улыбнулся, отговорился и вернулся домой.

Может, они правы.

«Отдохнуть действительно не помешает…»

Я провёл пять лет в постоянном напряжении рядом с Элией.

А после того, как стал личным рыцарем, каждый день был как хождение по лезвию ножа.

«…Кстати, а как я вообще стал личным рыцарем? Я ведь собирался сбежать… И почему Элия назначила меня на эту должность…»

Не знаю.

После побега в голове полная каша.

Особенно после того, как я приехал сюда.

Кое-как помывшись, я рухнул на кровать.

Плюх.

Кровать прогнулась.

Я машинально коснулся груди.

Словно пытаясь что-то найти.

Например, ожерелье.

Наверное, золотого цвета.

Странное дело.

Я ведь никогда не носил ожерелий…

Хотя нет.

То самое, что я оставил возле Элии.

Может, эта вещь была для меня очень важна?

Я оставил её из-за дурного предчувствия, но, возможно, поступать так не следовало?

На душе как-то тяжело.

Я постоянно осознаю дискомфорт, который раньше не замечал.

То самое ощущение чужеродности, которое преследовало меня с момента побега от Элии.

И странная тревога, будто мне нельзя здесь находиться.

«С моей памятью что-то не так… Похоже на правду.»

Воспоминания, которые должны плавно перетекать друг в друга, обрываются.

Будто кто-то намеренно их вырезал.

Элия?

Мне не хватало кого-то рядом.

Желание, чтобы кто-то был рядом.

Импульс обнять маленькое теплое тело.

Этого просто не может быть.

Я скучаю по аромату, который никогда не чувствовал.

Тонкий сладкий запах.

А когда прижимаешь этот объект к груди и зарываешься носом в волосы, тебя окатывает тёплым, словно само солнце, сиянием.

Слова, пробормотанные в полусне, — наверняка бред.

— Элия…

Мне приснился сон.

Там была Элия.

Маленькая Элия.

Она плачет.

Сидит на мне.

Я полулежал, прислонившись к стене.

Поднял больную руку.

Элия прижала мою ладонь к своему лицу.

Нелепый сон.

Та Элия никогда бы не заплакала передо мной.

Сцена растворилась, как вода, и собралась снова.

Конюшня.

Маленький я и Элия гладим Юэля.

Элия склонила голову и сказала:

— Мой.

Сцены продолжали распадаться и собираться вновь.

Мужчина по имени Сардис.

Я защитил Элию от мужчины по имени Сардис и прикончил его.

Взрослые Элия и я.

Элия смотрит на меня, смеется, а потом плачет.

Сон есть сон.

Раз в нем происходят такие нереальные вещи.

Та Элия не может смеяться или плакать.

И какой-то холм.

Перед надгробием мы с ней обнимаемся.

Элия говорит.

Очень нежным и любящим голосом.

— Я очень сильно тебя люблю, Иуда.

На что я ответил.

Голос предательски дрожал.

— …Я тоже очень сильно вас люблю, госпожа Элия.

Это просто невозможно.

Во сне я был искренен.

Поэтому это сон.

Причем очень дурной сон.

Бред.

Точно.

Прошла неделя с того дня, как Иуда сбежал, а Элия очнулась.

— …

Элия тайно проникла в Иерихон.