Глава 54. Мамины сиськи.

Когда я проснулся, на улице было еще темно.

Я не помню, в какой момент мы с Амарой перестали трахаться, но я чувствовал себя более энергичным, чем когда-либо.

Мне было интересно, почему я проснулся, кажется, я услышал дребезжащий звук, за которым последовали несколько отчетливых ударов, а затем какие-то ругательства.

Не думаю, что раньше у меня получилось бы это услышать, но недавно я обнаружил, что не только мои мышцы стали сильнее после соединения с Амарой, но и мои чувства. Зрение, звук, запах и даже прикосновение все казалось обостренным.

Я осторожно выскользнул из объятий Амары и натянул шорты, прежде чем пойти на звук.

Я спустился вниз и заметил, что свет на крыльце освещает темную фигуру через матовые стеклянные панели нашей входной двери. Дверь снова загремела, когда тень появилась за стеклом.

Я включил свет в коридоре, и тень остановилась.

Я подошел к двери, и быстро открыл дверь.

Прежде чем, что-то понять, что произошло, моя мама упала мне на руки.

Я попытался приподнять её, но она едва держалась на ногах. Я заметил, что, хотя ее ключи были в руке, ключ, которым она пыталась открыть дверь, был ключом от ее машины.

Мамины волосы были слегка растрепаны. На ней был только один ботинок, а на щеке глазурь… она была совершенно пьяна. Она выглядела, словно её оттрахали во все места. Как бы это не называлось, но она сейчас была реально пьяная.

— Тор, детка, вот мама и дома, — воскликнула она, резко раводя руки, пытаясь меня обнять, а потом поднесла палец к губам.

— Тссс, только тихо, — прошептала она, и покачиваясь пошла на кухню.

Я покачал головой и последовал за ней.

— Я что-то проголодалась, — сказала она, повиснув на дверце холодильника.

Я взял ее за руку и усадил в кресло, закрыв холодильник ногой.

— Выпей это, — посоветовал я маме, протягивая ей большой стакан воды.

Утром у нее будет адское похмелье, но, по крайней мере, немного воды сейчас явно ей не помешает.

— Нет, нет, давай выпьем вина. Выпей с мамой, — сказала она, пытаясь встать, но не смогла, упав на стул.

Я пододвинул стакан с водой обратно к ней. — Ты выпила более чем достаточно вина. Давай лучше попей воды!

Я продолжа настаивать и сейчас это была команда.

Я решил, что не буду использовать свои силы, чтобы повлиять на мать, но сейчас это было для ее же блага.

Я опустился на колени и снял с нее туфлю, пока она пила воду. Интересно, где она оставила другую.

— Давай, мам, пойдем, — сказал я, потянув ее за руку.

Я попытался повести ее обратно к лестнице.

Этого не вышло, поэтому я обнял ее за талию и поднял на плечо в стиле пожарного.

— Ты несешь маму вверх тормашками, — пьяно пробормотала мама.

Я понес ее по лестнице, в ее комнату, где положил на кровать.

— Тебе нужно отоспаться, так что спокойной ночи.

Мда, ей завтра не позавидуешь завтра утром.

— Тор, дорогой, подожди! — сказала она умоляющим голосом, пытаясь встать прямо и покачиваясь на месте.

— Помоги мне расстегнуть платье, — попросила она, повернувшись ко мне спиной.

Я положил одну руку ей на бедро, чтобы придержать ее, и потянул за молнию, расстегивая сверху-вниз, от затылка до поясницы.

Когда платье упало с её плеч, моим глазам открылась её белоснежная кожа, и я почувствовал желание скользнуть рукой под ее платье и провести рукой по её коже.

Она стянула платье, обнажая бедра.

Она посмотрела на меня, и легкая улыбка скользнула по её лицу, когда платье соскользнуло на пол к ногам.

Она нагнулась и прижалась своей задницей к моему паху.

За несколько секунд мой член почти полностью затвердел.

Однако, не успел я снять её платье с лодыжек, алкоголь продолжал свое действие и она потеряла равновесие.

Она упала на четвереньки. Я вздохнул и потянул ее к кровати.

Усаживая ее на край кровати, я ощутил её горячую кожу, под моими ладонями.

Я хотел ее.

Мое сердце колотилось в груди, думая, что я сейчас бы не отказался трахнуть свою пьяную мать.

Она подняла на меня глаза.

Теперь платья на ней не было, остались только тонкие кружевные черные трусики и бюстгальтер без бретелек, который состоял всего из двух чашек, которые каким-то удивительным образом поддерживали её грудь.

Как это выходит, было загадкой.

Думаю, это колдовство.

Мама улыбнулась, снимая волшебный лифчик.

Обнажив передо мной свои груди, она взяла меня за руки и прижала к своей груди.

Я удился, как она мягкая, но и в тоже время тяжелая.

Конечно, мамины сиськи, отличались от упругих сисек Амары или Лорри, и ничего было общего с маленькими сиськами близняшек.

Двумя пальцами я слегка потянул ее за правый сосок.

Она издала приглушенный стон, когда мы посмотрели друг другу в глаза.

Этот невинный поступок заставил меня понять, что я собираюсь сделать.

Я хотел ее, и я хотел ее прямо сейчас, но не в таком пьяном виде.

На мгновение я позволил себе воспользоваться пьяным состоянием матери, которое, казалось, преодолело ее чувство вины или сомнения по поводу ее влечения ко мне.

Я чувствовал себя виноватым, что позволил этому зайти так далеко.

Я заставил себя быть ответственнее в этой ситуации, чтобы мы не сделали то, о чем она пожалела бы утром. Так что я не хотел, чтобы она чувствовала неловкость из-за меня.

Но так же я не хотел, чтобы она подавляла свои сексуальные или романтические чувства ко мне.

С моей силой я прекрасно видел, что она испытывает ко мне, больше чем материнские чувства, и больше её чувства напоминали похоть, особенно в данный момент.

В ее пьяном состоянии, с ее подавленными чувствами и сексуальной стороной ее личности, она пыталась оправдать свои чувства ко мне, как просто похоть после долгого одиночества.

Хотя это немного отличалось от полного отключения всех эмоций.

Она все еще не могла позволить себе принять свои чувства.

Я хотел, чтобы моя мать имела свободу воли и позволяла своим эмоциям выходить, поэтому наши отношения были больше, чем просто принудительные отношения похоти и секса.

Нет, не поймите меня неправильно, секс с кем-то удивителен, но есть четкая грань между любовью и похотью.

Я любил Амару; я хотел бы трахнуть симпатичную девушку через дорогу или кокетливую продавщицу.

Я хотел любить свою маму и чтобы она любила меня.

Я хотел, чтобы это было больше чем просто секс.

Я убрал руки и толкнул ее на кровать. Я натянул на нее простыню и одеяло.

Я сопротивлялся, когда она пыталась затащить меня к себе в кровать.

Я оттолкнул ее руки в сторону и во второй раз за ночь использовал свои силы для ее же блага.

— Мам, ложись спать, — мягко приказал я.

Она посмотрела мне в глаза.

Она кивнула, в её глазах светилось счастье.

Я нежно поцеловал ее в лоб, когда ее глаза закрылись, и прошептал:

— Мама, я люблю тебя всем сердцем. Я всегда буду рядом, чтобы защищать и любить тебя, как сын, так и как твой любовник.

Я смотрел на неё, она заснула.

Мне действительно нужно было решить, как мне вести себя с ней.

Я любил ее и знал, что она любит меня больше, чем просто мать.

Она была настоящей красавицей с удивительным телом и не менее замечательной личностью.

Если бы это была какая-то другая женщина, я бы уже трахнул её, поскольку она была моим идеалом сексуальной, чувственной, зрелой женщины.

Я все еще хотел, чтобы она была частью моего гарема, но я должен был попытаться понять, ее чувства и эмоции, и как это все влияет на происходящее. Я не хотел, чтобы она просто стала безвольной моей секс-рабыней.

Я вернулся в свою комнату, разделся и скользнул обратно в постель, обнимая Амару. Она прижалась ко мне.

Когда я задремал, но мысли продолжали тревожить меня, я пытался найти хоть какое-то решение, и вскоре я уснул.