Глава 89. Синди.

Когда мы проходили через оживленный ресторан, я мог видеть, а также чувствовать взгляды мужчин.

Даже со всеми дорогими драгоценностями и дизайнерскими платьями, украшающими различных прекрасных женщин в помещении, моя мать была самой красивой женщиной в помещение.

Я чувствовал себя недостойным по сравнению с ее красотой и чувственностью, которая исходила от нее.

Наш стол находился в самом углу, так что на нас мало кто теперь продолжал пялится.

Я помог матери сесть, прежде чем сесть самому.

Это был хорошо оборудованный стол, украшенный причудливыми вещицами, сложенными салфетками, тонкой льняной скатертью и тремя свечами, отбрасывающими теплый мягкий свет на наш стол.

Нам вручили меню, чтобы мы смогли выбрать, что заказать.

— Тор, здесь так красиво, и я польщена, но как ты можешь себе это позволить, — спросила моя мать, глядя на меню.

Я сам был в шоке.

Я знал, что это будет дорого, но самой дешевым блюдом в меню был овощной суп, который стоил 100 долларов за порцию. Так что ее опасения были вполне оправданы и я решил разъяснить.

— Мне посчастливилось помочь очень богатому бизнесмену и его жене. Пока мы болтали, он рассказывал о своих делах и проблемах в семейной жизни. Я высказал несколько замечаний, в том числе о том, что они оба казались несчастными и что его бизнес ставит под угрозу его здоровье и личную жизнь. Когда он согласился, я спросил, стоит ли его компания их разрушенной жизни. Затем я предложил им уйти на пенсию, учитывая, что они были достаточно богаты, чтобы не отказывать себе, и у них было время наслаждаться друг другом, а также путешествовать по всем тем местам, которые они хотели посетить. Очевидно, я помог им меньше, чем за полчаса, чем все еженедельные сеансы с профессиональными терапевтами, проведенные за последние шесть лет. Я добрался до сути их проблем и предложил решение, которое им понравилось. В благодарность они сделали мне очень щедрый денежный подарок. Так что не беспокойся о ценах, просто расслабься и наслаждайся.

Через несколько мгновений подошла молодая блондинка.

— Привет и добро пожаловать в наш ресторан. Я — Синди, и сегодня я буду вашей официанткой. Если вам что-нибудь понадобится, просто скажите мне об этом.

Она наполнила два бокала минеральной водой, пока говорила.

— Если вы уже успели, что-то заказать, я его принесу. Или я приму ваши заказы, как только вы будете готовы.

Она была красиво одета в черные глянцевые чулки, короткую черную юбку и облегающую белоснежную рубашку с узким черным галстуком.

Моя мать подняла брови, когда заметила, что я смотрю на стройные ноги официантки. Затем я скользнул взглядом по ее груди и наткнулся на бейдж:

«Синди, 19 лет».

Когда я взглянул на мать, я увидел, как ее глаза переместились с нашей официантки на мое лицо. Она тонко ухмыльнулась мне.

Синди вытащила небольшой блокнот и записала мамин заказ, в которое входило какое-то итальянское вино, которое я не смог бы и выговорить, а я же заказал колу.

Я тоже мог бы заказать алкоголь, но я не был поклонником ни вина, ни пива.

У меня до сих пор немного гудела голова от шампанского, которое мы пробовали в лимузине. Поскольку мне было всего 18 лет, у меня не выработалась переносимость к алкоголю.

Синди развернулась и пошла прочь.

Мои глаза проследили за ее задницей в узкой юбочке, пока ее упругая попка не исчезла за углом.

Я оглянулся назад, чтобы увидеть, как моя мать смотрит на меня поверх своего меню.

— Что? — невинно спросил я, прежде чем спрятаться за меню.

— Дома тебя ждут четыре сексуальные дамы, чтобы ты их по скорее трахнул, плюс я, ну, а ты, всё так и ищешь себе новую киску? Вот мужчины! Кажется, ты хочешь построить гарем, — улыбнулась она.

Когда я упомянул, что тоже заметил, что она оценивающе разглядывала официантку, ее мама ответила:

— Хочу признать, она мне тоже понравилась. С ней будет весело в постели.

Я изучающее посмотрен на нее с одно мгновение:

— Как думаешь, что было бы веселее, играть с ее тугой задницей, лаская и сосать ее соски или слушать ее стоны? Будет ли она стонать или кричать?

— Зачем же выбирать, когда можно воплотить сразу же три варианта. Но, если мне нужно было бы сделать выбор, то я бы все-таки остановилась на ее сосках. Что касается ее голоска… Думаю, в твоих бы объятиях, она уж точно кричала от удовольствия, — Улыбнулась она.

Вместо того, чтобы ответить на ее заявления о Синди, я спросил ее кое-что о меню. Она удивила меня, дразня:

— Так что сынок, ты решил посторить гарем? И что бы ты сказал, если бы я реально была не против гарема. Я бы помогала тебе с выбором женщин в нашем доме и заботилась о них.

— Ты издеваешься надо мной. Ты не можешь всерьез думать об этом, — рассмеялся я, так как не знал, как отреагировать на это заявление. Затем я прокомментировал конкретный пункт меню.

Ее улыбка, сопровождаемая подмигиванием, заставила меня задуматься.

Мы продолжили разговаривать о меню.

Несмотря на то, что физическая граница нормальных отношений сына и матери была разбита, я все еще хотел поддерживать обычный непринужденный диалог.

Восхитительная Синди приняла наши заказы, и удалилась.

Я поймал свою мать, наблюдающую за ее покачивающейся задницей. На этот раз я посмотрел на нее так же, как тогда она на меня.

— Что? — Спросила она.

Мы оба рассмеялись над тем, что наши роли поменялись местами.

— Давай попробуем что-нибудь, и добавим искру…

— И что же, например? — Спросила меня мама. — Ты хочешь, чтобы я бросила салфетку и опустилась под стол?

Она улыбнулась мне, её глаза игриво засверкали.

Я знал, что она шутит, но не могу сказать, что не рассматривал возможность, чтобы мама сделала бы мне минет под столом.

Но так или иначе, я знал, что мои шансы остановиться только на минете были почти нулевыми.

— Это наше первое свидание, так что давай сделаем вид, что я не знаю тебя, а ты не знаешь меня, предложил ей я.

Она задумчиво замолчала на мгновение, а затем кивнула.

— Итак, Эйра, — начал я, — откуда ты? Я слышу легкий акцент?

— Ну… — она улыбнулась. — Я родилась в Исландии, но когда мне было 15 лет, я много путешествовала и собиралась закончить учебу в Англии.

— Но ты осталась? — Спросил я.

— Ну, я встретила очаровательного молодого человека, который дал мне повод остаться, — и на этих словах, она руками изобразила выпирающий живот.

Я усмехнулся и подмигнул ей. Это действительно была история моей мамы.