Калион принялся подробно объяснять Эрне, пока она лежала, что произошло; настолько подробно, что его слова нельзя было принять за простые сплетни.

- К сожалению, маркиз Канаван жив и весьма бодр. Ему стало гораздо лучше. Однако, как ни странно, у него сохраняется некоторый отёк; так что его психическое состояние в полном порядке, но ему всё ещё трудно двигаться. Думаю, когда прибудет новый посланник Хабанда, его планируют посадить в карету и отвезти обратно.

Калион подслушал, как некоторые делегаты Хабанда шептались.

После того как стало известно о прибытии нового посланника, делегаты, оставшиеся в Гессенгарде, занялись подготовкой к этому событию.

Естественно, что маркизом Канаваном они интересовались меньше. И он оказался очень чувствителен к проявлению такого безразличия слугами, поэтому делегаты с нетерпением ждут его отбытия.

Слушая объяснения Калиона, Эрна продолжала хватать губами фрукты, которые он ей давал.

При этом она про себя удивлялась. Для неё маркиз Канаван был человеком, который постоянно являлся ей в кошмарах. Хотя, если быть точной, кошмаром всё стало с его появлением.

Даже очнувшись от кошмара, она вздрагивала всякий раз, когда слышала его имя, но теперь ей стало всё равно, упоминают его имя или нет. Ведь теперь маркиз Канаван был для неё никем.

- Если подумать, они до сих пор не назвали нам имя нового посланника, - рассуждала она вслух.

- Да. Похоже, наши рыцари не смогли точно выяснить это. Судя по всему, лишь небольшой процент новых делегатов в Хабанде знает истинную личность нового посланника. Хабанд, похоже, настолько всё засекретил, что они даже не знают как он выглядит... Судя по поведению рыцарей, похоже, что никто не узнает, кто он такой, пока этот человек не прибудет сюда. Они говорят, что в любом случае он прибудет на границу и отдохнёт пару дней, прежде чем продолжить путь.

На этих словах Эрна склонила голову набок.

- Странно, да? - сказал Калион.

О двухдневном отдыхе в путешествиях на каретах обычно не идёт и речи. Как же посланник мог не привыкнуть к путешествиям? Это всё равно что сказать, что рыба плохо плавает.

Эрна и Калион могли сколько угодно насмехаться над маркизом Канаваном, но у него был некоторый опыт в дипломатии. Как мог иностранец, отправленный посланником в Гессенгард, не быть привычным к передвижению в карете? 

“Неужели они послали кого-то, кто видел только бумаги во дворце?” - задалась вопросом Эрна.

Но сейчас, они ни за что не послали бы такого человека. Ситуация с посланником Хабанда продолжала будоражить её сознание. Кто-то, о ком окружающие не говорили, кто-то, кто не привык ездить в карете, кто-то, кого стоит отправлять только в качестве посланника.

И тут её осенила догадка.

- ...Может, это кто-то королевской крови?

И все же она сомневалась. Подумав немного, Эрна решила пока отложить размышления о посланнике. 

“Узнаю, когда он прибудет.”

Даже если приедет король Хабанда, реакция Гессенгарда всё равно не сильно изменится. А если это будет кто-то более высокомерный, чем маркиз Канаван, ей просто придётся относиться к нему соответственно.

Эрна прилегла на бедро Калиона и продолжила задавать ему вопросы:

- А что насчёт древних руин?

- Что касается этой темы... Осталось несколько древних записей об Илгисском лесе, но нет записей десятилетней давности. И есть записи о предметах мебели из Великого замка, но это всё. Я навёл справки среди слуг о тех кто был причастен, но они сказали, что потеряли связь и ничего не знают.

- Возможно ли, что они лгут? - поинтересовалась она.

- Вполне возможно. Но это не значит, что я могу арестовать их и заставить признаться, - ответил Калион.

- ...И то верно.

Возможно, из-за сильной власти Совета Гессенгард был местом, где права простолюдинов были гарантированы больше, чем в соседних королевствах. Без точных доказательств Калион не мог никого заставить признаться. Конечно, их можно заставить силой. Однако справиться с последствиями, было бы нелегко.

Калион добавил: 

- А ты помнишь подземелье в древних руинах, куда спускался Ричард Гессенгард?

- Да.

- На всякий случай я осмотрелся и здесь, и тут это подземное помещение. Я постучал под стеной, куда спускался Ричард Гессенгард, и обнаружил несколько полых мест, где звук отдавался эхом.

- Это значит...

- Это значит, что под Великим замком тоже может быть колонна. Я не мог выяснить детали, потому что вокруг слишком много глаз. 

Калион поднял подушку, лежавшую на краю дивана, и передал её Эрне, которая покачивала пустой рукой. По-прежнему лёжа на его бедре с закрытыми глазами, она обняла подушку с довольным выражением лица.

Мужчина потянул за кисточку, висевшую на уголке подушки, которую обнимала жена, и положил её ей на грудь. Над кисточкой был пришит герб Эрцгерцога Гессенгардского, демонстрирующий, что она принадлежит Великому замку.

- Две колонны… - пробормотала Эрна.

Поглаживая кисточку, Эрна размышляла о внешнем виде колонн, которые она видела в древних руинах. Одна из них была покрыта трещинами, словно в любой момент могла рассыпаться. А Ричард Гессенгард покончил с собой, глядя на них.

- Два столба, символизирующие Хессенгард. Какая ещё пара имеет большее значение для Гессенгарда?

- Ну, - Калион сделал паузу, задумавшись на секунду, - Ты и я.

- Хватит шутить.

- Это не шутка. Мы – важная пара в Гессенгарде. В данный момент – ты и я.

В ответ на серьёзное заявление Калиона Эрна уставилась на украшение с кисточкой и спросила: 

- До сих пор был только один эрцгерцог? Мы – первая пара?

- Это так, но… - пробормотал Калион, не найдя ответа. 

Однако Эрна, которая сказала "хватит шутить", затруднялась сказать, насколько верным или неверным было его предположение.

Одна из колонн была полностью расколота, словно в любой момент могла обрушиться.

Эрцгерцогиня попыталась вспомнить, что ей известно о Ричарде Гессенгарде. Он покончил с собой. Все строили догадки о причине, но... Было много людей, негативно настроенных после смерти его жены, которые говорили, что эрцгерцог покончил с собой из-за неё.

Два столпа. Величественная пара. Один мёртв. Один столп рухнул.

Тогда неужели второй столп рухнул после смерти Ричарда Гессенгарда? В какой-то момент Эрна подумала, что столбы - это эрцгерцог и эрцгерцогиня.

- А пока... Давай подумаем, как тайно проникнуть здесь под землю. Для начала нам нужно выбрать комнату где-нибудь на втором этаже и сделать так чтоб никто не мог туда попасть, - сказала она.

То, что происходило в Великом замке, не подлежало разглашению. Однако Ванесса не была любительницей секретов, поэтому ей было очень легко получить информацию о том, что происходит в замке. Возможно, кто-то уже как-то признался ей в том что Калион что-то 

пытается узнать.

Эрна не могла никого в этом винить. Если бы с ними действительно что-то случилось, разве не обратились бы они сначала к Ванессе? Она была председателем Совета, а также ближайшим другом и советником эрцгерцога и эрцгерцогини.

- В любом случае, давай пока решать проблемы по мере их поступления. Стоит ли нам начинать готовиться к встрече с посланником Хабанда с сегодняшнего дня?

При этом Калион протянул руку и отнял подушку, которую обнимала Эрна. Затем он поднял девушку и подошёл к кровати. Подумав, он сказал: 

- Если подумать, я забыл кое-что сказать. Ты получила два дополнительных дня отпуска.

- Что? Но я понятия об этом не имею.

- Точно. Я уведомил их, пока ты спала. 

Рука Калиона скользнула под пижаму Эрны и он прошептал: 

- Значит, ты застряла здесь ещё на два дня.

- Эй, эй! Держи себя в руках!

- Поскольку ты действительно можешь потерять сознание, если мы сделаем это прямо сейчас, я только прикоснусь к тебе сейчас. А после долгого ночного отдыха..." пробормотал Калион, покусывая её ухо. 

- Давай сделаем это, не оставляя ни минуты на передышку. Давай поторопимся и сделаем ребёнка.

Услышав эти словах Эрна мысленно закричала:

“Спасите меня!”