Глава 31 - Искренность Миюки.

«Приехали. Выходи».

«…»

Миюки отрешённо смотрела прямо перед собой.

Мы держались за руки почти пять минут, так что неудивительно, что она в прострации.

Я и сам сейчас напряжён, что уж говорить о тебе.

Я уже несколько раз держал Миюки за руку.

Например, когда мы ехали в больницу после того, как меня избил Симояма, или когда я помогал ей встать после обеда на крыше.

Но тогда я лишь слегка касался её, а сегодня мы делились теплом и чувствовали даже капельки пота друг у друга.

Мои чувства сейчас…

Сердце колотится.

Другими словами это не описать.

Немного посмотрев на Миюки и успокоив нахлынувшие чувства, я поднёс руку к её лицу и щёлкнул пальцами.

Щёлк!

«А?..»

Взгляд Миюки тут же сфокусировался.

Она огляделась по сторонам, словно человек, очнувшийся от гипноза.

Значит, я, щёлкнувший пальцами, — гипнотизёр? Неплохой сценарий.

Легко рассмеявшись, я сказал:

«Говорю, приехали».

«Уже?..»

«Что? Жаль?»

«Н-не жаль, кто это…!»

Миюки, вспыхнув сверх всякой меры, схватила свою сумочку.

Открыв пассажирскую дверь и выйдя из машины, она посмотрела на меня.

«…Мацуда-кун. Э-э…»

«Что?»

«Н-ничего… добирайся осторожно…»

Ты мнёшься и говоришь какую-то ерунду. Что-то задумала, да?

Не знаю, что именно, но для меня это будет чем-то хорошим, а не плохим. Точно?

Я ухмыльнулся Миюки и тронулся с места.

В машине витал лёгкий запах сливы.

Это был запах от моей правой руки, которая держала руку Миюки.

Мы… поделились кремом для рук?

Хихикнув в одиночестве, как извращенец, я, вернувшись домой, тут же позвонил Миюки.

После двух-трёх гудков…

— Да. Мацуда-кун. Что такое?

Миюки ответила на звонок.

Голос с эхом, она что, в ванной?

Если ты собираешься в душ… можешь прислать фото в обнажённом виде?

«Что «что такое». Просто позвонил».

— А… ты дома?

«Ага. Ты что делаешь?»

— Я собиралась мыться… Мацуда-кун, ты благополучно добрался?

Так и знал, что в ванной.

Сегодня голос Миюки был невероятно скромным.

Похоже, она сгорает от смущения. Такая реакция тоже неплоха.

«Только что приехал».

— Вот как… кстати, наш ужин… ты ведь не забыл?

«Тот, на который меня твои родители пригласили?»

— Да.

«Помню».

— Тогда, может, придёшь к нам в эти выходные?..

Посмотрите на эту решительность.

Я не зря протянул ей руку на карусели.

«Ты сначала спроси у дяденьки и тётушки».

— Они сказали, в любое время.

«Правда? В субботу? Или в воскресенье?»

— Хм-м… думаю, в субботу будет лучше.

«Хорошо. Я освобожу время».

— У Мацуды-куна ведь и так всегда свободно. Зачем делаешь вид, что занят?..

Миюки потихоньку начинает шутить.

Цыкнув языком, я сказал:

«Опять нарываешься. Хочешь, чтобы тебя наказали?»

Из телефона донёсся тихий смешок.

Похоже, напряжение спало. Но когда она ляжет в кровать, то обязательно вспомнит, как мы держались за руки.

Более того, теперь при виде чего-то, хоть отдалённо напоминающего карусель, она будет представлять себе сегодняшний случай.

Например… при виде детской карусели-вертушки на площадке.

— Прости. Мне нужно в душ, так что я позже свяжусь.

«Как хочешь».

— Вечно ты так огрызаешься… дурак.

«Что? Эй, ты…»

Гудок.

Прежде чем я успел что-то сказать, Миюки повесила трубку.

Какая дерзкая. Я тебе это припомню.

«Миюки».

«Да?..»

«Почему ты сегодня такая вялая? Допоздна вчера занималась?»

На обеспокоенный вопрос Тэцуи Миюки, шедшая с опущенными плечами, покачала головой.

«Просто… много о чём думала…»

С тех пор как Миюки вышла из дома, у неё были тёмные круги под глазами.

Доказательство того, что она плохо спала.

Наверное, погрузившись в свои фантазии, не могла уснуть до самого рассвета.

Взгляд Миюки мельком метнулся в мою сторону.

Она посмотрела на моё лицо и надула губы.

Похоже, ей обидно, что она так переживает, а я такой безмятежный.

«Тебе лучше поспать хотя бы до начала занятий».

На добрые слова Тэцуи Миюки слабо улыбнулась и ответила:

«Я в порядке… спасибо за беспокойство».

«Правда?.. Тогда, может, купить тебе какой-нибудь горячий напиток?»

«В такую погоду?..»

«Немного не то, да?»

Слушая их безынтересный разговор и молча следуя сзади, я незаметно открыл передний карман сумки Миюки и положил туда желейные конфеты.

Так мы разошлись у шкафчиков в коридоре.

Достав книги для занятий и войдя в класс, я увидел, что в руках у Миюки, уже сидевшей за своей партой, были те самые желейные конфеты.

Держа в руках упаковку с нарисованной на ней большой сливой, она, заметив меня, робко улыбнулась. Эта картина была настолько прекрасной, что было трудно отвести взгляд.

Сделав вид, что мне всё равно, я сел на своё место. Тут же завибрировал телефон.

[Спасибо за желе, но нельзя так просто открывать чужую сумку.]

Пришло сообщение в духе педантичной Миюки.

Усмехнувшись, я напечатал ответ.

[Можешь вернуть.]

[Не хочу.]

Категорический отказ, а вместе с ним — стикер с милым улыбающимся кроликом.

Я слегка приподнял голову и посмотрел на Тэцую — тот, ничего не зная, открывал книгу.

Почему-то я почувствовал возбуждение. Наверное, от ощущения тайного романа за его спиной.

Откинувшись на спинку стула и потянувшись, я…

«В последнее время рано приходишь, Мацуда».

…на слова профессора, который незаметно вошёл, выпрямился и ответил:

«Я же студент».

«А в прошлом семестре ты не был студентом, раз прогуливал и опаздывал с завидной регулярностью?»

Тогда я был конченым мусором.

Впрочем, как и сейчас.

Когда я смущённо потёр затылок, по классу прокатились тихие смешки.

Хоть в других классах и среди второ- и третьекурсников моя репутация была не на высоте, но, по крайней мере, в этом классе настороженность ко мне значительно ослабла.

Это хорошо, но в то же время немного грустно, будто я теряю свою индивидуальность.

Голова Миюки медленно опускалась и резко поднималась.

Мило, как она клюёт носом.

«Может, разбудить? Пора идти на обед…» — это сказал Тэцуя, глядя на спину Миюки.

«Время ещё есть, пусть немного поспит».

«Хорошо. Я схожу в буфет. Нужно купить ей какой-нибудь тонизирующий напиток».

«Давай».

Проводив его, я подошёл к Миюки спереди и с интересом уставился на неё.

На краю её тетради был рисунок.

Девушка-персонаж жеманно отказывает парню-персонажу с озорным видом, который приглашает её на свидание.

Милый рисунок, использующий напечатанные в правом верхнем углу тетради поля для даты и номера.

Подойдя ближе, чтобы рассмотреть рисунок, я не смог сдержать улыбки.

С первого взгляда было понятно.

Что эти двое — это я и Миюки.

Причёски персонажей, правда, отличались от наших, но… наверное, это был неизбежный выбор для создания милого стиля.

«У неё хороший талант».

Кажется, нарисовано на скорую руку, но качество хорошее.

Так вот чем она занималась на перемене третьего урока, что-то там чиркая.

До того мило, что я сейчас сойду с ума.

Смотря на Миюки, которая, слегка приоткрыв рот, погрузилась в неглубокий сон, я придвинул учебник и прикрыл им рисунок.

«М-м-м…»

Может, она почувствовала моё движение?

Глаза Миюки медленно открылись.

Протерев их, она огляделась по сторонам.

«Что-о?.. Почему никого нет?..»

«Потому что обеденный перерыв».

«Что?.. Правда?.. А урок?..»

«Ты же заснула. Не помнишь?»

«Н-не знала… а почему профессор меня не разбудил?..»

«Ты начала клевать носом за пять минут до конца урока, и профессор сказал не будить тебя».

«А…» — выдохнув, она спросила: «А Тэцуя-кун?..»

«Пошёл в буфет за тонизирующим напитком для тебя».

«Правда?.. Не нужно было…»

Оборвав фразу, Миюки начала прибираться на своём столе.

Тут она заметила учебник, лежавший на её тетради, и сделала недоумённое лицо.

Похоже, она не могла вспомнить, закрывала она тетрадь или нет.

Пока сделаю вид, что ничего не знаю.

А на выходных, в доме у Миюки, подразню её.

«Почему ты так теребишь пальцы?»

На мой вопрос Миюки вздрогнула и начала накручивать на палец прядь волос.

«А, нет… просто голодна…»

«Как придёт Миура, пойдём есть».

«Да… а, Мацуда-кун. Это…»

Покопавшись в ящике стола, Миюки достала и протянула мне маленький пакетик.

Взяв его и развернув, я увидел три печенья.

«Что за печенье?»

«…Ты же подарил мне торт… вот и я решила сделать ответный подарок… самое верхнее — шоколадное, среднее — с клюквой, а нижнее — без ничего».

«Правда?.. Спасибо, съем».

«Если не хватит, скажи… у меня дома ещё есть».

Собираясь как ни в чём не бывало взять одно печенье, я замер.

В голову пришла одна мысль.

«Дома ещё есть?»

Я присмотрелся к печенью: края местами были неровными.

Хоть и мило, но не настолько хорошо, чтобы продавать в магазине.

В таком случае… можно было предположить только одно: это печенье Миюки испекла сама.

«Эй, Миюки».

«Что?..»

«Ты это сама сделала?»

«Да… некрасивое, да? Но на вкус хорошее, попробуй».

Так вот почему ты сегодня такая вымотанная и на уроке заснула?

И вчера, выходя из машины, ты медлила… наверное, хотела спросить, люблю ли я печенье.

Я не ожидал такой искренности… я тронут.

Подарок в виде торта окупился с лихвой.

Посмотрев в сияющие от предвкушения глаза Миюки, я взял шоколадное печенье и поднёс ко рту.

А затем начал с хрустом его жевать.

На это Миюки испуганно спросила:

«З-зачем ты так по-боевому его ешь?..»

Мгновенно уничтожив одно печенье, я кивнул.

«Был голоден. Это чертовски вкусно».

«Это комплимент?»

«А то. Завтра принеси всё, что есть дома, до последней крошки».

Миюки поняла искренность, скрытую за моим ершистым тоном.

Её уставшее лицо тут же просияло.

«Послезавтра выходные, так что, когда Мацуда-кун придёт к нам на ужин, я тебе отдам».

«А завтра что? Голодать?»

«Голодать… это же просто перекус…»

«Опять занудствуешь?»

«У тебя такое серьёзное лицо, что я не могу не воспринимать это всерьёз!.. А, в общем, раз вкусно, то и хорошо… надо будет дать попробовать и Тэцуе-куну и услышать его оценку».

Она говорит то, что нельзя просто так пропустить.

«Что значит «дать Тэцуе»? Зачем?»

«Почему?.. я много сделала, так что, конечно…»

«Ты ведь это для меня сделала, нет?»

«Д-да, но как близкому другу тоже можно дать…»

Тэцуя не друг, а соперник.

Нахмурившись и посмотрев на Миюки, я сказал тоном, будто делаю большое одолжение:

«Тогда дай ему ровно одно».

«…Почему ты такой вредный?»

«Одно».

«Мацуда-кун, ты понимаешь, что сейчас ведёшь себя очень по-детски?»

«Полтора. Больше нельзя».

«Если давать полтора, то не лучше ли дать одно?.. Конечно, я не собираюсь так делать…»

«Ну вот и договорились. Одно».

«Просто нет слов…»

«Кстати, во сколько мне приходить в субботу?»

Когда я естественно сменил тему, Миюки быстро ответила:

«А, я сегодня утром спросила у мамы, она сказала, что в полдень будет нормально. А ты как, Мацуда-кун?»

«Полдень? Мне всё равно. Тогда приду к этому времени».

«Да. Ты ведь знаешь, что полдень — это двенадцать, а не час дня?»

Она всё ещё помнит, как я показал себя дураком на каникулах.

Похоже, впечатление было сильным.

Сделав вид, что я сдался, я молча съел второе печенье.