— Председатель! Кружок по изготовлению реактивов с алхимического факультета прислал подарок. Они сделали такую штуку: ароматическая свеча стоит в стеклянной банке, а магическое пламя постоянно поддерживает аромат. Пахнет чудесно! Оставлю одну у вас в кабинете!

— Бывший председатель Верос передал, что гордится вами, и прислал первоклассный магический посох. Прикажете отнести в вашу комнату?

— Администрация разрешила реже обновлять сводки о текущем положении дел. Похоже, решили перестроить работу так, чтобы лишний раз вас не отвлекать.

— Торговая ассоциация жилого сектора тоже прислала сладости и украшения. На складе «Обела» места уже нет, поэтому всё пока сложили в коридоре. Может, просто раздать членам студсовета?

— Общество маны Тога прислало благодарность за вашу работу. Пишут, что вы очень помогли развитию магических исследований... Видимо, им особенно пригодилась ваша недавняя инициатива об открытом обмене результатами академических работ.

Таня шла по коридору корпуса «Обел» белее стены.

Следом семенили несколько секретарей-студентов и один за другим докладывали о подарках от людей, которые отчаянно хотели выразить почтение своей замечательной председательнице.

— Ах да! Я свёл в один список все студенческие обращения и положил вам на стол. Их нужно обработать до завтра, так что посмотрите и подпишите, пожалуйста!

— Администрация закончила проект реформы дисциплинарной комиссии, который запрашивала в прошлый раз! Если увидите недочёты, соберите замечания и отправьте им отдельным документом!

— После обеда надо съездить в корпус «Лорейл» и поблагодарить обслуживающий персонал! Они уже всё подготовили к вашему приезду. Осталось сообщить время. На сколько назначаем?!

Конечно, одними подарками дело не ограничивалось. Работы тоже хватало.

Наконец Таня добралась до кабинета, выдержав весь поток докладов, и буквально провалилась в кресло.

— ...

Тишина стала для неё драгоценнее золота.

В последнее время, если Таня не спала, кто-нибудь непременно что-нибудь ей докладывал. Казалось, ещё немного — и из ушей пойдёт кровь.

Работа студсовета тем временем неслась без остановки.

— Нельзя... просто сидеть и ждать...

Когда-то Таня мечтала стать председателем студсовета Академии Сильвании и заслужить всеобщее признание.

Теперь от той мечты осталось только чувство бесконечной усталости.

— Если ничего не сделать... я правда останусь председателем до конца жизни!...

У любого руководителя должна быть оппозиция. Невозможно представлять целую группу и не нажить людей, которые спорят с твоими решениями, конфликтуют с тобой и пытаются ослабить твою поддержку.

Но Таню по какой-то загадочной причине любили почти все студенты.

Значит, действовать надо серьёзнее. Дать недовольным повод поднять голову. Сделать так, чтобы вокруг неё наконец появилась настоящая оппозиция.

При этом Таня не хотела, чтобы из-за её выходок пострадали невиновные. Устроить беспорядок — пожалуйста. Но так, чтобы никого несправедливо не задело.

К сожалению, рядом не нашлось человека, который объяснил бы ей простую вещь: эти два условия почти несовместимы.

— ...

Она глубоко вдохнула и мрачно посмотрела в угол кабинета.

Раз уж мир играет с ней так, она тоже не станет сидеть сложа руки.

Хорошо. Значит, скандал будет образцовым.

На следующий день Таня отправилась в резиденцию «Офелис».

Это было лучшее общежитие Академии Сильвании, место, обязанное поддерживать безупречный уровень. Служанки гордились тем, что работают именно здесь.

С этого Таня и решила начать.

Под предлогом перераспределения средств на общее студенческое благополучие она предложила урезать финансирование резиденции «Офелис». Заодно заявила, что в последнее время за жильцами следят недостаточно тщательно.

— Вы правы. Я и сама замечала, что мы стали хуже управлять персоналом. Значит, от вашего внимания это тоже не укрылось. Подготовлю план исправлений и представлю вам отчёт, госпожа Таня.

— ...Что?

Старшая горничная Белл Майя не только не обиделась — она почтительно склонила голову и приняла замечание как должное.

— Резиденция «Офелис» всегда получала несколько особое отношение среди объектов академии. Разумеется, на нас лежит большая ответственность, поэтому и поддержка нужна соответствующая. Но это не оправдание для расслабленности. Благодарю за своевременное замечание.

— ...А. Да-а...

Белл давно хорошо относилась к Эду Ростейлору и прекрасно понимала характер Тани. Ожидать, что она полезет с ней в открытый конфликт, было наивно.

Вместо этого Белл устроила внутреннюю проверку, пересмотрела управление персоналом и использовала визит Тани как повод укрепить порядок.

Таня несколько секунд стояла с совершенно пустым лицом, потом развернулась и повела секретарей в корпус «Трикс».

Узнав, что председатель студсовета прибудет лично, администрация выслала встречать её самого проректора Рейчел. Таня не понимала, зачем ради одной студентки поднимать настолько высокое начальство, но корпус «Трикс» встретил её со всеми почестями.

— В последнее время «Эльте» заметно смягчил отношение к академии. Я слышала, серьёзную роль сыграла политика сближения, которую проводил студсовет.

Проректор Рейчел смотрела на Таню с явным одобрением.

— Надеюсь, ты и дальше будешь связующим звеном между академией и торговым домом. Со времени основания Академии Сильвании у нас, пожалуй, не было председателя, который настолько успешно объединял бы разные силы.

— Эм... проректор Рейчел... Я вообще-то пришла предложить сократить финансирование профессорских исследований...

— Исследовательские расходы? Хм. В последнее время отдача и правда не всегда соответствует затратам. Может, стоит направить в администрацию предложение о сокращении. Заодно встряхнём исследовательские группы. Хотя ректор Обел, пожалуй, будет против.

— Т-то есть ректор Обел может разозлиться? И исследователи наверняка будут ужасно недовольны?!

Таня даже задышала чаще от воодушевления. Рейчел задумалась и признала, что такая реакция вполне возможна.

— Тогда обязательно продвигаем! Если деньги уходят на бесполезные исследования, лучше направить их на студентов!...

Таня давила до последнего и всё-таки добилась от Рейчел обещания вынести вопрос на рассмотрение.

На следующий день из администрации пришёл ответ.

«Раз предложение исходило лично от действующего председателя студсовета, его неожиданно легко утвердили. Исследователи тоже сообщили, что восприняли сокращение как повод пересмотреть своё отношение к работе. Они признали, что успели забыть об истинной цели науки и расслабились, а теперь намерены добиться более значимых результатов ради развития магии».

«Ты не ограничилась заботой о студентах и обратила внимание даже на работу сотрудников корпуса «Трикс». Поразительно, Таня Ростейлор. Одних обязанностей председателя более чем достаточно, но ты смотришь шире. Искренне хочу поблагодарить тебя за этот труд».

— Почему?! Почему?! Ну почему?!

Таня вцепилась в волосы обеими руками и закричала прямо за рабочим столом.

— За одну неделю вы объехали «Лорейл», чтобы поддержать сотрудников, по собственной инициативе проверили работу резиденции «Офелис», а теперь ещё взялись оценивать эффективность профессорских исследований. Может, вам на самом деле нравится быть председателем?

— Я всего лишь председатель студсовета! Это же очевидное превышение полномочий! Почему никто не возмущается?!

— Репутация — страшная сила. Если смотреть шире, всё это можно истолковать как работу ради увеличения финансирования студенческих нужд.

Зикс Эфельштайн протирал тканью длинный меч и заодно раздавал поручения одному из секретарей.

Большая часть касалась общего турнира, назначенного на конец осени. Зикс входил в исполнительную комиссию и отвечал за площадки, связь и координацию.

— После обеда у вас встреча, которую вы сами созвали. Пообедаете и спокойно начнёте собираться — времени хватит.

— А если отменить часть привилегий лучших студентов каждого курса?! Их ведь многие поддерживают. Если я открыто с ними столкнусь, вокруг них может собраться настоящая оппозиция!

— Вы сперва на имена посмотрите: Уэйд Калламор, Люси Мейрил, Эд Ростейлор, Дайк Эльфелан. Ничего не замечаете?

Эд Ростейлор был её родным братом, а Дайк Эльфелан сам состоял в студсовете.

Люси Мейрил почти наверняка последовала бы за Эдом. То есть большинство лучших студентов уже и без того находились на стороне Тани.

— Почему... почему моя поддержка настолько несокрушима?!

— По-моему, это не та фраза, которую произносят с таким отчаянием...

— А с «Эльте» нельзя найти хоть какой-нибудь повод поссориться?! Например... придраться к монополии на отдельные товары?

— Почти все исключительные права закреплены договорами так, что придраться не к чему. И пока Эд поддерживает студсовет, всерьёз конфликтовать с «Эльте» тоже не получится.

— Э-э-эх...

Опять Эд Ростейлор.

Пока Эд был на её стороне, можно было считать, что и торговый дом «Эльте» стоит рядом с ним.

— А императорская семья? Что, если потребовать какой-нибудь взнос с резиденции принцессы Пэнии в пользу академии? Это ведь можно принять за оскорбление императорского дома!

— Принцесса Пэния и дом Ростейлор сейчас почти союзники. Лучше даже не начинайте. Если вам вдруг удастся получить от них хоть несколько золотых, ваша поддержка в академии только вырастет.

— Да что за бред?! Куда ни ткнусь — там всё становится ещё крепче! Ударю сюда — укрепится другая сторона, полезу туда — усилится эта!

— Не ко мне вопрос.

Но сдаваться Таня не собиралась. Она стиснула зубы и снова начала судорожно искать выход.

— Церковь! Можно выступить против десятины, которую собирает Церковь Телоса! Религия — самая чувствительная тема из всех!

— Боюсь, Эд и там уже всё устроил. Для начала: Святая Кларис целиком на стороне студсовета.

— Что?! Святая Кларис меня поддерживает? С чего вдруг?!

Таня не знала, что Кайли Экне и Святая Кларис — один и тот же человек.

Кларис очень тепло относилась и к Эду Ростейлору, и к самой Тане. Попытка сделать из неё врага оказалась бы выстрелом себе в ногу.

— Может быть... Эд заранее с ней поговорил...

— У брата вообще сколько тел?!

— Опять же, не ко мне вопрос.

Таня обессиленно рухнула обратно в кресло. Несколько раз провела ладонями по лицу и застонала так, словно умирала.

— Мне некуда бежать... Эта должность председателя как проклятие... я навеки к ней прикована...

— Эм... госпожа председатель.

— Что-о?..

— Вам нужно подписать бюджет корпуса «Декс»...

Таня медленно подняла голову.

Проект бюджета корпуса «Декс» на текущий семестр занимал примерно сто сорок семь страниц.

Прежде чем отправить его в администрацию, требовалась подпись председателя студсовета.

— Посмотрите в течение часа. Тогда успеете пообедать и попасть на дневную встречу.

Таня посмотрела на Зикса так, словно молча молила о спасении.

Но ответ у него, как обычно, был один.

— Не ко мне вопрос.

* * *

— О, Таня. Что у тебя лицо такое? Устала?

С Эдом Ростейлором она встретилась за несколько минут до начала дневного собрания.

Стоило увидеть брата в коридоре перед малым залом, и Таня едва не разревелась.

Все приглашённые ею дети знатных домов уже собрались в малой аудитории корпуса «Глокт». Не опоздал никто.

Вернувшись в свои владения, каждый из них пользовался бы у вассалов почтением почти как маленький монарх. Но здесь, в Академии Сильвании, все они оставались студентами.

А Таня на посту председателя в последнее время обрела такую власть, что её приглашение воспринимали почти как приказ. К назначенному часу все пришли заранее — минут за пятнадцать — и теперь ждали.

Почти каждый сидевший в зале происходил из известной дворянской семьи.

Было и несколько простолюдинов, но их объединяло другое: они тоже были связаны с нынешней борьбой за престол.

Первый курс.

Уэйд Калламор. Йозеф Уайтфельц. Эйг Рокин. Делус Айнсхевен.

Святую Кларис одной властью председателя студсовета вызвать было невозможно.

Второй курс.

Зикс Эфельштайн, Клевиус Нортондейл, Эльвира Эннистон, Элька Ислан.

Принцессу Пэнию, разумеется, тоже нельзя было просто пригласить приказным тоном.

Третий курс.

Эд Ростейлор, Пебри Джинипейл, Дрейк Рейгерс, Клара Даниэльхейм.

Четвёртый курс.

Дайк Эльфелан, Дороти Уайтфельц, Трейсиана Блумривер.

Почти все они жили в резиденции «Офелис». Исключением были лишь Зикс и Клара, которые сами перебрались в другое общежитие.

В Академии Сильвании хватало и других дворянских детей. Но если выбирать в каждом курсе тех, на кого грядущая борьба за престол повлияет сильнее всего, список получался примерно таким.

Остальные происходили либо из второстепенных провинциальных домов, либо из семей, неспособных заметно повлиять на исход императорской борьбы.

Собрать столько знатных наследников в одной комнате — значит заранее создать напряжение. Здесь приходилось следить за каждым словом.

Поэтому все молча сидели на местах и ждали только Таню.

А сама Таня в это время стояла с Эдом в коридоре и впервые за долгое время разговаривала с ним лицом к лицу.

— Ты в последнее время носишься по всей академии. Рад видеть, что так серьёзно взялась за работу председателя. Я и сам закрутился: выживание, перестройка домика, оценки... всё никак не удаётся чаще заглядывать.

Эд явно обрадовался встрече.

В Академии Сильвании его любили многие, но людей, которых он приветствовал настолько открыто и искренне, можно было пересчитать по пальцам.

Даже с теми, к кому относился хорошо, Эд держал определённую дистанцию.

Наверное, с Таней он всё-таки позволял себе больше именно потому, что они были родными по крови.

Кто-нибудь со стороны мог бы позавидовать тому, насколько непринуждённо Эд обращается с ней.

Сама Таня, белая как полотно, думала совсем о другом.

— Брат... спаси меня...

— ...Что?

— Я... эм...

Она замялась, не понимая, с чего начать.

«Спасибо, что возрождаешь славу Ростейлоров и столько всего делаешь, но нельзя ли тебе делать чуть поменьше?»

Звучало нелепо. Эд всего лишь старался жить как мог. Да и сама Таня была не только председателем студсовета, но и будущей главой дома Ростейлор. Просить брата «не слишком стараться» ради собственного удобства было бы просто стыдно.

— Что случилось? Ты в беде?

— Если объяснять... там всё сложно...

— Рассказывай. Не тащи всё это одна.

Эд так охотно предложил помочь, что у Тани на глаза едва не навернулись благодарные слёзы.

Беда была в том, что значительная часть её проблем существовала именно благодаря Эду.

Обвинять его в этом было бы ещё глупее, и Таня уже не знала, смеяться ей или плакать.

— Это связано с сегодняшним собранием?

— А?

— Ты вдруг созвала только детей дворян. Мне стало интересно, зачем.

— Нет, нет... Это совсем другое.

Таня покачала головой и наконец собралась с мыслями.

— Скоро мне, похоже, придётся всерьёз столкнуться с принцессой Селахой. Скорее всего, перед общим турниром в этом семестре или сразу после него.

Как бы Таня ни жаловалась и ни страдала, планы на будущее у неё оставались чёткими.

Она могла ворчать сколько угодно, но если принимала решение, то действовала последовательно.

— До этого надо заранее подстраховаться, чтобы последствия потом не накрыли академию.

— В каком смысле?

— Хочу сразу всем объявить: борьба за престол — отдельно, академия — отдельно.

Теперь Эд понял её замысел.

Селаха проводила самую жёсткую политику против дома Ростейлор. Если Таня, герцогская дочь, открыто вступит с ней в конфликт, семьи, поддерживающие Селаху, не смогут просто сделать вид, что ничего не происходит.

Рано или поздно этот раскол доберётся и до Академии Сильвании. Таня хотела заранее смягчить удар.

Политическая борьба императорского двора должна оставаться политической борьбой. Здесь же все пришли учиться.

Не стоит тащить дворцовые распри на остров Акен и делить студентов на враждующие лагеря. Превращать место учёбы в арену чужих политических счётов — неуважение к самой Академии Сильвании.

Именно это Таня собиралась донести до собравшихся.

— Думаешь, они послушают?

Эд отнёсся к идее скептически. Таня тоже не строила иллюзий.

— Может, и нет. Но ничего не делать тоже нельзя. Я не хочу смотреть, как Академия Сильвании раскалывается пополам из-за императорского престола.

Она медленно закрыла глаза, потом снова посмотрела на брата.

— На общий турнир приедет и принцесса Селаха. Императорская гвардия и практикующие маги из исследовательских обществ тоже явятся оценить студентов. Некоторые наверняка выйдут с ними на арену — мол, дадим будущему страны полезный урок.

Студенту нелегко победить действующего рыцаря или мага.

Да, среди учащихся время от времени встречались исключительные таланты, уже способные тягаться со взрослыми специалистами. Но речь шла об обычных специалистах.

Лучшие люди империи, успевшие стать легендами, находились на совсем другом уровне. Если на арену выйдет, например, командующий гвардией Дайрукс или глава Императорского общества магии, у студентов не будет шансов.

Разумеется, если не считать Люси Мейрил.

— Я хочу воспользоваться турниром. План ещё не готов до конца, но кажется, там появится возможность серьёзно ударить по положению принцессы Селахи.

Эду было незачем её останавливать.

Персику он уже склонил к переговорам. Пэния и так была союзницей.

Его цель оставалась прежней: к приходу Велброка обеспечить присутствие императорских войск на острове Акен. Если устранить последнюю переменную — Селаху, — значительная часть тревог исчезнет.

Так что помочь Тане убрать эту переменную было в его же интересах.

— Хорошо. Если понадобится совет или помощь — сразу говори. Постараюсь сделать всё, что смогу.

— Совет... помощь... да...

— Всё-таки что-то случилось? Ты с самого начала выглядишь так, будто сейчас расплачешься.

— Брат, я правда скоро сдохну...

Наконец Таня не выдержала.

— Одного дома мне уже хватает по горло. Я хочу хотя бы с председательства уйти...

Она сказала это.

Словно только что совершила великий подвиг, Таня тяжело выдохнула и заставила себя продолжить.

— Если так пойдёт дальше, я правда умру от переработки... Я... я больше не хочу быть председателем...

— ...

— У-у... Я даже попыталась вести себя отвратительно, но все почему-то воспринимают всё наоборот и только сильнее меня поддерживают. Стоит с кем-нибудь поссориться — выясняется, что ты уже успел с ним договориться...

— ...

— Если совсем честно, от обязанностей главы дома я тоже устала. Я ведь уже говорила. Ты, кажется, решил, что я просто ною, но я серьёзно... Когда положение рода окончательно выправится... я хочу... уйти на покой... У-у...

Таня внезапно схватила Эда за обе руки и заговорила почти умоляюще:

— Может... когда всё закончится, ты начнёшь распускать обо мне дурные слухи? Ну, например, расскажешь, какой отвратительный у меня был характер в поместье Ростейлоров! В первом семестре я вела себя так, будто готова тебя убить. Наверняка найдётся пара историй, которые будут звучать убедительно!

— Если я стану ходить и поливать грязью единственную сестру, сначала пострадает моя репутация, а не твоя.

— Да что с тобой случится, если ты назовёшь одну неудачную сестрицу паршивым человеком?!

— Ты, похоже, сама не понимаешь, насколько тебя уже поддерживают в академии. На этом этапе это даже для меня становится немного страшно.

— Почему?! За что?! Почему вообще?!

Эд ненадолго опустил взгляд, потом смущённо кашлянул.

— Ты умудрилась получить поддержку администрации, «Эльте», Церкви и даже императорской резиденции. Говорят, такого в истории Академии Сильвании ещё не было. Для академии ты фактически стала незаменимой.

— ...

— Если ты сейчас уйдёшь, потери будут слишком велики. Думаю, тебе просто не позволят так легко бросить должность.

Таня отпустила его руки. С лица исчезли последние краски.

Не заботясь больше о причёске, она обеими ладонями взъерошила идеально уложенные золотые волосы.

— Т-тогда... у меня вообще нет пути назад! И что мне теперь делать?!

БАМ!

В этот момент дверь малого зала с размаху распахнулась.

Внутри сидели все приглашённые дворяне и ждали только Таню.

— ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ТАНЯ!!!

— МЫ ВАС ЖДАЛИ! ПРОШУ, ПРОХОДИТЕ!!!

Члены студсовета выкрикнули приветствие с такой преданностью, будто встречали полководца после победы. Все одновременно согнулись почти под прямым углом.

В центре зала пустовало одно место.

Каждый присутствующий ждал именно её.

У Тани защипало глаза.