Моей жене Вань Инь:

Меня зовут Чжан Сан.

Хочешь смеяться — смейся. Раньше меня тоже часто спрашивали, не дали ли мне это имя в подарок за пополнение счета.* На самом деле, всё как раз наоборот: мои родители были крайне довольны этим именем и считали, что оно настолько необычно, что обязательно сделает меня самым заметным в толпе.

И это действительно так. За всю свою жизнь я ни разу не встречал никого с таким же именем.** С начальной школы и до старших классов я всегда был первым, кого запоминал учитель. Но, кроме этого крутого имени, я больше ничем не примечателен. Учился ни хорошо ни плохо, только по физике пару раз был первым. Что касается английского, то в тестах с выбором ответов я в основном полагался на удачу.

Ах, да, я довольно неплох в спорте. На школьных соревнованиях меня всегда от класса заставляли участвовать в беге на длинные дистанции.

Читая это, ты, наверное, ты задаешься вопросом, почему я так много говорю о средней школе.

Потому что в том нашем мире у меня нет воспоминаний ни о чем более позднем.

В девятом классе я на уроке отвлекся на телефон, и всплывающее рекламное окно затянуло меня в эту книгу (эта история учит нас, что на уроках нужно слушать учителя). Когда я только стал Сяхоу Данем, этому телу было шесть лет.

С тех пор прошло шестнадцать лет и восемь месяцев.

Выходит, как Сяхоу Дань я пожил уже дольше, чем как Чжан Сан.

Последние два года я вдруг стал иногда сомневаться, действительно ли существует "мир за пределами книги", или же это бред моего больного мозга. В конце концов, мир, в котором одновременно есть кондиционеры, интернет, медицинское страхование и аспирин кажется всё менее реальным.

Забавно, когда я только попал сюда, мне казалось, что я провалился бесконечный кошмар. Но теперь, оглядываясь назад, я с трудом могу вспомнить название своей средней школы. А вся прошлая жизнь, наоборот, стала казаться сном.

Так было до тех пор, пока ты не спросила "how are you".

Значит, всё это было правдой. Значит, я действительно когда-то жил, плотью и кровью, у меня были родители, были друзья, было будущее.

Я — подлый человек. Ты в тот миг спасла меня, а я уже в следующую секунду принял решение тебя обмануть. Завоевать твоё доверие, стать твоим союзником, использовать твои знания о сценарии. Только так я мог бы с наибольшей уверенностью добиться победы, чтобы вдовствующая императрица и принц Дуань заплатили свой кровавый долг.

Перед тобой я не только приукрашивал своё прошлое, но и тщательно контролировал свои слова и действия, стараясь играть роль современного человека. Я не мог позволить, чтобы кровь на моих руках тебя отпугнула.

Только когда я начал играть Чжан Сана, я понемногу стал понимать, как сильно я изменился. Все эти годы почти каждую мне снилось, как призраки и демоны тащат меня в ад, но со временем я привык к этому. Спустя месяц после твоего появления мне вдруг приснился сон, как одноклассники передают записку, зовут после уроков бежать в столовую. Проснувшись, я разбил несколько чашек, просто чтобы нарушить тишину в этих стенах дворца. В тот момент мне так хотелось сжечь всё дотла и со всем покончить.

Ты пришла слишком поздно, Вань Инь. Здесь больше нет никого из твоего мира. Тебе достался только я, безумец, доживающий свои последние дни. Прости, что я не соответствую твоим ожиданиям.

…Ты только что улыбнулась? Улыбайся больше, ты в последнее время слишком грустная.

Я не могу сказать, когда именно влюбился в тебя. Для Чжан Сана любить тебя казалось естественным; для Сяхоу Даня — это было почти одержимостью. Знаю лишь, что с тех пор я стал ещё больше бояться разоблачения.

Тонущие люди молятся о том, чтобы ухватиться за кусок коряги. Но когда они слишком далеко от берега и их уже не спасти. Попытка ухватиться за корягу лишь утащит её в воду.

Я надеюсь хотя бы не запачкать тебя кровью. Я надеюсь, что в этом бурном и враждебном море найдется хотя бы одно место, где ты сможешь спокойно спать. Я надеюсь отсрочить момент, когда увижу в твоих глазах испуг и недоверие. Но больше всего я хочу видеть тебя вечно сияющей, как луна, и пламенеющей, как огонь, — той бесстрашной, всех побеждающей девчонкой, какой ты была вначале.

Если в какой-то момент ты испугана или не уверена в себе, я буду играть роль твоего союзника до самой своей смерти.

У меня больше нет дома. Теперь ты мой дом.

….Именно такой был план.

Но я не думал, что этот день наступит так скоро. Я надеялся убрать со твоего пути принца Дуаня. Завтра я сделаю всё возможное. Если мне повезёт, твоя ноша станет немного легче. Если со мной что-то случится, просто следуй инструкциям на последнем листе бумаги, и ты сможешь сбежать.

Отныне тебе придётся идти по этому пути в одиночку. Путешествие долгое и трудное, мир полон опасностей. Пожалуйста, будь осторожна.

Хотя я много раз лгал тебе, но это чистая правда: за обе жизни я не встречал никого способнее и отважнее тебя. Ты обязательно победишь и проложишь путь к светлому будущему.

И если ты меня простишь, в праздник съешь маленький хот-пот. Считай, что я разделил с тобой трапезу.

Чжан Сан.

______________

(прим.пер.: *в Китае иногда при покупке дают незначительные бонусы. Шутка заключается в том, что его имя настолько непримечательное, что люди думают, будто его могли бы дать просто как бесплатный подарок при покупке.)

(прим. пер.: ** имя «Чжан Сан» звучит очень просто как, например, Иванов Иван в русском языке. В этом и заключается ирония: имя, которое должно быть простым и распространенным, на практике оказывается редким и запоминающимся.)

…………

Кроме того, в конверте была ещё ощё один исписанный лист бумаги и небольшой предмет.

К тому моменту, как Ю Вань Инь дочитала письмо, вечернее солнце уже полностью скрылось за горизонтом. Тайный страж закрыл вход в пещеру виноградными лозами и тихо посоветовал ей пораньше лечь спать. Она спрятала письмо у своей груди и легла, не снимая одежды. Ночью в горах холодно, ее тело постепенно замерзало, начиная с ног, пока не застыло как камень. Боясь уснуть и не проснуться, она лежала с открытыми глазами и считала про себя, слыша едва различимый шум смены часовых и печальный крик лисы вдалеке.

На следующее утро они снова двинулись в путь, нашли ручей и смыли с себя запекшуюся кровь.

На Ю Вань Инь была надета грубая мужская одежда, должно быть, Сяхоу Дань подготовил её, чтобы было удобнее скрываться. В узелке также лежали инструменты для её привычных перевоплощений, сменная одежда, огниво, кинжал и другие необходимые вещи.

Ю Вань Инь глядя на своё отражение в ручье, нанесла грим, приклеила бороду, затем, стоя на берегу, подожгла письмо и наблюдала, как оно скручивается в пламени, превращаясь в искрящуюся золу, и падает в воду, уплывая по течению. Краем глаза она заметила, что тайные стражи смотрят на неё, будто хотят что-то сказать, но сдерживаются. Затем она поняла, что не произнесла ни слова с тех пор, как прочла письмо прошлой ночью.

Она прочистила пересохшее горло:

— Как ваши раны?

Стражники в один голос ответили:

— Пустяки, уже заживают.

— Хм. Нам нужно добраться до людских поселений, чтобы разузнать о ситуации в столице.

Тайные стражи, увидев, что она ведет себя нормально и больше не требует возвращения в столицу, вздохнули с облегчением. Один из них сказал:

— Нам поручено защищать вас, госпожа. Сейчас ситуация непредсказуема. Пока принц Дуань жив, его войска с трёх сторон будут стремиться окружить нас, чтобы подавить Императорскую гвардию и помочь ему взойти на престол. Эти три армии движутся с севера, востока и юга. Мы полагаем, что до их соединения можно найти место для прорыва...

— Идём на юг, — Ю Вань Инь подняла узелок, развернулась и двинулась в путь.

Тайные стражи немного опешили, и тут же бросились за ней, принимая её узелок:

— Госпожа, с юга как раз движется Правая армия.

Ю Вань Инь не отводила взгляда:

— На юг, в Пэйян. Такова воля Его Величества.

Пэйян был обычным маленьким городом, не имеющим стратегического значения. Тайный страж не мог понять, зачем им нужно туда идти. Может быть, Сяхоу Дань разместил там подкрепление? Но если бы оно было, им бы следовало использовать его ещё вчера.

Ю Вань Инь не объяснила. Она продолжала идти:

— Спасибо, пожалуйста, сопроводите меня туда. У нас есть еда?

Она взяла сухарик и, на ходу начала есть, заставляя себя жевать и глотать. Тайные стражи обменялись беспокойными взглядами. Они не знали содержания письма и не были уверены, было ли ошибкой показать ей его заранее.

***

Они молча шли полдня, пока впереди не появились редкие деревни. На дороге не было почти никого, кроме них. Те, кого они встречали, были спешащими и встревоженными, как испуганные птицы.

Тайные стражи пытались заговорить с крестьянами, но те, увидев незнакомцев, сами начали расспрашивать их о новостях. Обе стороны были в недоумении, и, обменявшись информацией, узнали только, что вчера в столице был страшный хаос, текли реки крови, а сегодня город оцеплен и погружен в тишину. Крестьяне не знали ни кто победил, ни кто с кем сражался.

К вечеру Ю Вань Инь почувствовала холод, её начало знобить, она шла пошатываясь. Поняв, что у неё лихорадка, она коснулась лба и обнаружила, что он горячий.

Тайная стража встревожилась, но она оставалась спокойной:

— Ничего страшного, просто нужно поспать. В гостиницу мы не можем пойти — нас обнаружат. Постарайтесь найти, где переночевать.

Пройдя ещё полверсты, они увидели огонёк, мерцающий в воротах дома. Один из стражников подошёл и постучал. Вышла пожилая женщина с красными от слёз глазами:

— Кто там?

Тайный страж вежливо ответил:

— Тетушка, мы направлялись в столицу навестить родственников, но по дороге нас обокрали, а теперь слышим, что в столице проблемы, и не можем туда попасть. К тому же, наш спутник заболел, и мы остались без средств. У нас есть немного денег, не могли бы вы дать нам приют и еды?

С этими словами он протянул горсть медных монет.

Старуха вздохнула:

— Входите, все мы страдаем. Многие дома в деревне в последнее время разграблены. Кажется, здесь орудует шайка воров...

Она пробормотала что-то, приглашая их войти. Тайный страж поддерживал Ю Вань Инь.

Ю Вань Инь последовала за женщиной и только тогда поняла, что свет исходит от глиняной чаши в дворе.

Старуха проводила их в дом, сама села рядом с чашей и бросила туда несколько бумажных денег.

Тайный стражник спросил:

— Тетушка, что это…?

Старуха покачала головой, не оборачиваясь, и начала тихо плакать. Из внутренней комнаты вышел старик и тихо сказал:

— Её брат жил у подножия горы Бэйшань. Вчера, когда принц Дуань поднял восстание, началась паника, и он пропал.

Сердце Ю Вань Инь замерло, и она с трудом произнесла:

— Принц Дуань победил?

Старик покачал головой:

— Посланец сообщил только о большом числе погибших, в основном среди императорской гвардии, но больше ничего не известно.

В глазах Ю Вань Инь потемнело, а тело невольно задрожало.

Большинство погибших — императорская гвардия…

Либо внутри гвардии произошёл раскол, либо принц Дуань спрятал свои войска. В любом случае, Сяхоу Дань в беде.

Стоявший рядом тайный страж быстро поддержал её:

— Старик, прости нас за беспокойство в такое время, но наш брат очень болен, не могли бы вы сварить для него тарелку лапши?

Через некоторое время несколько человек с жадностью поедали лапшу, при тусклом свете лампы, отражавшемся в бульоне. В доме крестьян оказалось довольно благополучно, в миске Ю Вань Инь даже было яйцо. Она выпила несколько глотков горячего супа, и дрожь в её руках немного утихла, мысли начали проясняться.

Если принц Дуань победил, Сяхоу Дань, возможно, уже мёртв, или его держат в плену, чтобы принц мог спокойно занять трон. Оставалось лишь молиться за второй вариант.

Старуха, закончив сжигать бумагу, вернулась в дом, вытирая слёзы, и начала ругаться:

— Принц Дуань, эта проклятая собака, даже небеса не вытерпели его и наслали землетрясение, чтобы покарать.

— Тише, — старик понизил голос, — а разве император лучше? Старики всегда говорили, что земля дрожит, когда у правителя нет добродетели! Этот тиран даже убил вдовствующую императрицу…

Ю Вань Инь замерла, держа палочки.

Старуха возразила:

— А разве императрицу-мать убил он? Кто знает, что происходит в императорской семье?

Старик махнул рукой:

— Женщина, у тебя длинные волосы и короткий ум, не буду с тобой спорить.

— У меня нет ума? А у моего брата тоже не было? — сердито сказала старуха. — Он говорил, что император раздал землю и снизил налоги! И убил много злодеев!

Ю Вань Инь, едва сдерживая любопытство, спросила:

– Злодеев?

Тайный страж бросил на нее предостерегающий взгляд, как бы прося не вмешиваться.

Старуха же, не заметив ничего, начала перечислять имена на пальцах:

— Мой брат говорил, что это были большие злодеи, которые много лет притесняли народ, и император избавил народ от многих бед

Старик шлепнул её по руке:

— Ты даже не знаешь, правда это или нет, перестань позориться.

Она действительно перепутала несколько имен, смешав крупных и мелких чиновников, а информация, казалось, была собрана из слухов, которые ходили по столице. Жители столицы всегда любили обсуждать такие вещи.

Побыв здесь достаточно долго, Ю Вань Инь поняла, что среди этих чиновников были сторонники как вдовствующей императрицы, так и принца Дуаня. Но она никогда не утруждала себя исследованием их прошлого и не помнила, упоминались ли их имена в оригинальном произведении.

В конце концов, она никогда по-настоящему не интересовалась тем, кого убивал “оригинальный тиран”, считая это частью предопределенного списка в книге. Ведь тиран всегда будет изображаться как человек, который не отличает черное от белого и убивает невинных.

Возможно, даже сам Сяхоу Дань не знал, сколько людей он убил правильно, а сколько – ошибочно. Возможно, он и не хотел знать точные цифры.

Ю Вань Инь внезапно вспомнила, как когда-то давно, когда они репетировали свои роли, Сяхоу Дань с преувеличением сказал: «Я всего лишь сумасшедший монарх, с завязанными глазами и заткнутыми ушами. Верный ли подданный или предатель, разве это не зависит от одного доклада?»

Тогда она подумала, что он просто погрузился в свою роль, поэтому так выразительно передал самоиронию и отчаяние.

Старик всё ещё спорил со старухой:

— Ты помнишь господина Сюй...?

Да, господин Сюй.

Ю Вань Инь вспомнила, как после смерти Сюй Яо, Сяхоу Дань спросил её:

— Чем закончилась история Сюй Яо в оригинальном тексте?

— Кажется, он продолжал служить принцу Дуаню и стал чиновником.

Сяхоу Дань на мгновение замолчал, а затем усмехнулся:

— Значит, мы убили его.

После этого он больше не спрашивал о судьбах персонажей в оригинале.

Он уверенно продвигал свои планы, с бесстрастным лицом решая вопросы жизни и смерти. Он сказал:

— Если в будущем нужно будет кого-то убрать, скажи мне, я сам разберусь.

И добавил:

— Когда я окажусь в аду, я верну им все долги.

Он отрицал наличие души у бумажных персонажей, но верил, что в бумажном мире есть ад.

Сейчас ей хотелось бы, чтобы он не верил в это.

Старуха продолжала:

— …В любом случае, если император сменится, мы не сможем жить так, как сейчас, веришь? Ой, что с этим молодым человеком?

Стражник заслонил Ю Вань Инь, пытаясь сохранять спокойствие:

— Наверное, он беспокоится о родных в столице.

Старуха произнесла молитву и встала, чтобы налить ей ещё одну миску супа.