– Это, – сказал он, – Кукла Вати, и если я расскажу тебе про нее, ты начнешь требовать, чтобы я ее выкинул.

– Ясно… А это? – спросила Эсменет, поднимая сложенный лист. – Что это такое?

От хорошего настроения Ахкеймиона мгновенно не осталось и следа.

– Это моя схема.

Эсменет положила лист на землю между ними и взмахом руки отогнала небольшую осу.

– А что здесь написано? Имена?

– Имена и различные фракции. Все, кто имеет отношение к Священному воинству… Линии обозначают их взаимосвязи… Вот тут, – сказал он, указывая на вертикальный столбец в левом краю листа, – написано «Майтанет».

– А ниже?

– «Инрау».

Эсменет, не осознавая, что делает, сжала его колено.

– А здесь, в верхнем углу? – с излишней поспешностью спросила она.

– «Консульт».

Эсменет слушала, как Ахкеймион перечисляет имена знатных военачальников, членов императорской фамилии, Багряных Шпилей, кишаурим, объясняет, кто из них к чему стремится и кто как, по его мнению, может быть связан с остальными. Он не сказал ничего такого, чего Эсменет не слышала бы раньше, но внезапно все это показалось ужасающе реальным… Мир неумолимых, безжалостных сил. Тайных. Яростных…

Эсменет пробрал озноб. Она вдруг осознала, что Ахкеймион не принадлежит ей – не принадлежит на самом деле. И никогда не сможет принадлежать. Да и что она такое по сравнению со всеми этими силами?

«Я даже не умею читать…»

– Но почему, Акка? – вдруг спросила она. – Почему ты остановился?

– Что ты имеешь в виду?

Взгляд Ахкеймиона был прикован к листу пергамента, как будто схема полностью завладела его мыслями.

– Я знаю, что тебе полагается делать, Акка. В Сумне ты постоянно куда-то уходил, кого-то расспрашивал, встречался с осведомителями. Ну или ждал новостей. Ты все время шпионил. А теперь – перестал. С тех пор как привел меня в свою палатку, ты уже не шпионишь.

– Я думал, это будет справедливо, – небрежно произнес он. – В конце концов, ты же отказалась от…

– Не лги, Акка.

Ахкеймион вздохнул и ссутулился, словно раб, несущий тяжелый груз. Эсменет смотрела ему в глаза. Ясные, блестящие карие глаза. Беспокойные. Печальные и мудрые. И, как всегда, когда она оказывалась рядом с ним, Эсменет захотелось запустить пальцы в его бороду и нащупать под ней подбородок.

«Как я тебя люблю…»

– Это не из-за тебя, Эсми, – сказал он. – Это из-за него…

Его взгляд скользнул по имени, расположенному рядом со словом «Консульт», – по единственному имени, которое он не прочел вслух.

Да в том и не было нужды.

– Келлхус, – произнесла она.