(1)

У каждого человека есть темы, которые являются табу. Кто-то таит в себе комплексы, не решаясь открыть их даже семье, кто-то - неловкие личные истории, которыми не поделишься и с другом. У каждого есть сокровенная тайна, и Ли Е Чжу не была исключением. За двадцать с лишним лет жизни у неё накопилось немало секретов. Например, то, что отец умер ещё до её рождения или то, что с десяти лет у неё не было ни дня, когда бы она засыпала со спокойным сердцем. Но больше всего она боялась, что люди узнают о её силе. Поэтому поклялась никому об этом не рассказывать.

Единственный человек, которому Е Чжу могла открыться во всём, была мама. Та неоднократно повторяла, что никогда, ни при каких обстоятельствах нельзя упоминать о способностях при посторонних. Но Е Чжу относилась к своему дару беспечно, считая его лишь полезным трюком.

Когда она сталкивалась с опасными для жизни ситуациями, например, когда её чуть не сбивала машина, или когда она поскальзывалась на обледенелом склоне и едва не разбивала голову, возникала дверь и поглощала её. Хотя, благодаря пророческим снам она сохраняла бдительность, её жизнь всегда спасала именно дверь в будущее. Стоило ей пройти сквозь неё, как в течение 30 минут, где бы она ни находилась, появлялась мама. Она редко когда оказывалась далеко от своего района. Самое дальнее, куда её забрасывало, был Ильсан(1). В любое остальное время точкой прибытия всегда становился центр столицы.

Когда она попадала в тихий безлюдный район или когда за дверью стояла глухая ночь, всё проходило гладко. Но случалось и так, что она внезапно появлялась посреди метро или на оживлённой улице. В такие моменты её мать, пребывавшая позже, была вынуждена объяснять ситуацию людям, у которых её дочь просила помощи.

Только повзрослев и научившись незаметно смешиваться с толпой, Е Чжу поняла, что тогда у её матери не было ни одного спокойного дня.

Поскольку было неизвестно, на какой промежуток времени она переместится, после каждого прыжка она надолго выпадала из школьной жизни. Из-за постоянных пропусков и робкой натуры Е Чжу была изгоем в классе. Ну, не совсем изгоем, а скорее просто «невидимкой», ребёнком со слабым здоровьем, который не ходит на уроки.

Е Чжу не то чтобы намеренно скрывала свой дар от знакомых. Просто не подворачивалось подходящего случая, да и никто не спрашивал, так что это само собой осталось секретом. Она думала, что это нормально, если другие не знают, но если правда откроется, то ничего страшного.

Когда же её способность стала той самой запретной темой, о которой мать наказывала никогда не упоминать?

К шестнадцати годам Е Чжу научилась в какой-то мере контролировать свой дар. Хотя слово «контроль» звучало слишком громко и даже нелепо, учитывая, насколько необузданной была эта сила, но именно к тому времени у Е Чжу появились сообразительность и гибкость. Она повзрослела достаточно, чтобы, когда внезапно оказывалась в будущем, могла трезво оценить обстановку, дождаться прихода матери или самостоятельно решить возникшие проблемы.

Со временем вещие сны и проявления способности постепенно становились реже. В каком-то смысле это было закономерно. Опасные ситуации, в которые обычно попадает непоседливый ребёнок, с возрастом перестали происходить сами собой. Раньше дверь открывалась раз в месяц или два, а теперь раз в три, затем в четыре месяца. К моменту окончания средней школы она не появлялась уже полгода. В то время Е Чжу находилась в очень стабильном состоянии и потому расслабилась.

В старшей школе она наконец-то избавилась от клейма «слабой и мрачной девчонки» и открыла для себя новый мир. Класс в начале учебного года, полный жизни, казался ей настоящим местом для вечеринок. Сверстники, с которыми она впервые подружилась, были весёлыми и жизнерадостными. Е Чжу, чья жизнь до этого была настолько сумбурной, что она даже не успевала почувствовать одиночество, впервые смогла довериться кому-то и искренне улыбнуться.

Семнадцать лет. Для других старшая школа была изнурительной порой экзаменов и бесконечных занятий, но для неё она стала раем. И в тот самый момент, когда она подумала, что, наконец, сможет дышать полной грудью и расправить крылья… умерла мама. Причина смерти - тяготы жизни матери-одиночки, приведшие к депрессии и самоубийству.

У неё было такое чувство, будто она парила в небесах и в одно мгновение рухнула на холодную землю. Прежде чем она, барахтаясь в грязи, успела прийти в себя и осознать реальность, всё закончилось, похороны были проведены. Хотя она лично ничего не предпринимала, тело матери кремировали в соответствии с установленными процедурами. Когда Е Чжу, наконец, выбралась из своего оцепенения, прах уже поместили в колумбарий.

Новость о самоубийстве мамы звучала настолько абсурдно, что слёзы не шли, да у неё и не было времени даже на них. Она совершенно не понимала, что происходит: действительно ли мама умерла, а если да, то как и почему. Никто не потрудился ничего объяснить девушке, пребывающей в прострации.

Сейчас, когда она вспоминала об этом, всё казалось очень странным. Как бы сильно она ни была раздавлена горем, разве могли вопросы вскрытия, способа захоронения и выбора колумбария решаться без согласия со стороны единственного родственника?

Но тогда она была лишь наивным подростком. Охваченная чувством вины и самобичеванием, которые буквально разрывали её на части, она не замечала никаких странностей. Так, подобно песку, утекающему сквозь пальцы, прошла смерть её матери.

Так как это было самое начало учебного года, на похороны пришли только классный руководитель и детектив, ведущий дело. Она плохо помнила, но позже, кажется, заходили ещё пара учителей-предметников.

В центре холодного ритуального зала, где не было ни одного родственника или знакомого, классный руководитель крепко сжал её руку и сказал:

— Лучше ничего не рассказывать одноклассникам. Это печально, но учебный год только начался. Тебе нужно завести много друзей и благополучно закончить школу. Твоя мама наверняка хотела бы именно этого, Е Чжу.

 Е Чжу согласилась. У неё не было близкого человека, которому она могла бы довериться, и она уже на своём опыте знала, как страшно, когда окружающие считают тебя «не такой, как все».

Мама умерла, а отца, как оказалось, и вовсе нет. Не было ничего хорошего, если бы все узнали, что она осталась круглой сиротой. 

Когда она пыталась заговорить о повторном расследовании, утверждая, что это не могло быть самоубийством, детектив с жалость посмотрел на неё.

— Живым нужно продолжать жить. Твоя мама тоже хотела бы, чтобы ты поскорее вернулась к нормальной жизни.

 Е Чжу приняла и эти слова. Сколько её мама натерпелась из-за её непредсказуемого дара… Будь она рядом, то наверняка сказала бы ей собраться с духом и думать только о блестящем будущем, что ждёт её впереди.

Так она завершила короткий траур и вернулась к повседневности. Ничего не изменилось. Сила не проявлялась, и не возникало опасностей, способных вызвать появление двери. Просто мамы больше не было.

С этого момента жизнь Е Чжу превратилась в сущий ад.

Она жила словно в полузабытьи. Вместо маминого голоса по утрам её будил резкий звон будильника. Она машинально умывалась, надевала форму и шла в школу. Приходя в класс, она старалась, как и советовал учитель, не подавать виду и общаться с ребятами. Хотя она ни словом об этом не обмолвилась, каким-то образом те, с кем она вместе обедала, всё узнали, и несколько человек подошли к ней со слезами на глазах.

— Боже, Е Чжу, как же так… Какой ужас.

Пытаясь её «утешить», после уроков они таскали её по центру города и людным местам. Она шла с ними, потому что не хотела возвращаться в пустой мрачный дом, но всё это время чувствовала лишь смертельную усталость. Подруги изо всех сил старались её развеселить, но она только изредка выдавливала из себя натянутые улыбки. Постепенно ей стало в тягость находиться в компании шумных девчонок.

Когда летние каникулы закончились, к ней больше никто не подходил. Их сострадание и интерес иссякли ровно в этой точке. Е Чжу снова осталась одна и жила как тень. Из-за кошмаров о маме она не могла нормально спать. Просыпаясь после мучительной ночи и осознавая, что мамы действительно нет, она изнывала от реальности, которая была куда более пугающей, чем любой страшного сна.

Спустя год после смерти матери ей несколько раз снились сны, похожие на вещие, но через дверь она прошла лишь однажды. Она выходила из автобуса, задумавшись, и чуть не попала под мотоцикл, летевший на полной скорости. Но благодаря видению, которое она увидела, пока дремала в библиотеке накануне, ей чудом удалось вовремя прыгнуть в дверь.

Бессонница отпустила Е Чжу только после начала следующего учебного года. Когда миновала годовщина смерти матери, рассудок стал понемногу проясняться. Те немногие, кто знал об утрате, могли подумать, что она вполне справляется, но на самом деле Е Чжу лишь теперь стала потихоньку пробуждаться от глубокого сна.

Она познакомилась с новым классным руководителем и одноклассниками. Хотя она не была такой активной, как при поступлении, она смогла завести достаточно друзей и продолжать школьную жизнь. Даже во втором классе(2) нашлись добродушные ребята, которые первыми заговорили с ней. Так день за днём она приспосабливалась к этому аду без мамы.

А потом случилось то самое происшествие во время школьной экскурсии, о котором широко трубили во всех новостях.

Поскольку прошлой ночью ей ничего не снилось, Е Чжу была уверена, что всё будет в порядке. Однако стоило ей задремать по дороге к месту экскурсии, как пришло ведение. Она увидела водителя грузовика, который заснул и вылетел на встречную, из-за чего их автобус с сорока людьми перевернулся.

Е Чжу резко вдохнула и распахнула глаза. Прямо перед ней ослепительным светом сияла дверь. Ещё не до конца сбросив оковы сна, она огляделась по сторонам.

Услышав звук расстёгиваемого ремня безопасности, подруга, сидевшая рядом и болтавшая с кем-то, обернулась к ней.

— Е Чжу, ты зачем отстегнула ремень?

«Зачем я его расстегнула…»

Одно можно было сказать наверняка: она сделала это не для того, чтобы пройти через дверь. Из-за охватившего её ужаса она даже не соображала, что перед ней находится. Она сидела в конце салона и отстегнула ремень, ведомая лишь желанием посмотреть, что происходит впереди. Это был инстинкт самосохранения, попытка понять, сколько времени у неё осталось. Но стоило ей выпрямиться, как на автобус обрушился сокрушительный удар.

— А, а-а!

Не успев даже сгруппироваться, Е Чжу буквально влетела в портал. Это не было её волей. Однако, замешкайся она с ремнём безопасности хоть на секунду, её бы просто выбросило в окно.

Погибло пятеро человек, включая водителей автобуса и грузовика. Тело одной из девочек, которая не была пристёгнута, нашли в десятках метров от места аварии. Ещё троих в критическом состоянии увезли в реанимацию. Позже она узнала, что один из них пролежал в коме год и в итоге скончался. Более тридцати детей получили травмы разной степени тяжести. Место трагедии и ближайшие больницы превратились в настоящий ад.

 Но для Е Чжу ситуация по возвращении оказалась наихудшей. Она была единственной в той масштабной катастрофе, кто пострадал. Она стояла в приёмном покое больницы, находившейся в 30 минутах езды от места аварии, совершенно невредимой, без единой царапины. Классный руководитель, в панике метавшийся среди раненых детей с окровавленными лбами, первым обнаружил её.

— Ты… ты, Ли Е Чжу?! Где ты, чёрт возьми, была?!

Он смотрел на неё с неописуемым ужасом, не веря своим глазам. В этой суматохе взгляды других детей тоже устремились на неё.

После аварии поползли слухи, будто она дочь шаманки. Непонятно, с чего вдруг её умершую мать записали в шаманки, но к моменту возвращения Е Чжу в школу её уже вовсю называли девой, отводящей беду(3). Был ли это май или июнь… но в любом случае она была настолько ошарашена новым прозвищем, что могла лишь выдавить горькую усмешку.

— Говорят, её мать принесла тех детей в жертву, чтобы отвести беду от дочери.

— Да ладно?

— Я тоже слышала. Я училась с ней в одной средней школе, она вечно болела и почти не появлялась. А как пошла в старшие классы, сразу выздоровела. Странно всё это…

— Блин, значит, ребята погибли вместо неё? Жесть, как страшно. Просто жуть.

Где бы ни проходила Е Чжу, за её спиной шептались. Она только-только начала привыкать к жизни без матери и теперь чувствовала лишь досаду от нелепости происходящего. Ей хотелось схватить любого прохожего и закричать во весь голос, что это не из-за неё, что она здесь ни при чём.

В один из дней по дороге в уборную её перехватила девочка из параллельного класса.

— Ты правда дочь шаманки? Это из-за тебя случилась авария? Ты принесла других в жертву, чтобы спастись? Чего молчишь? Твоя мама и правда была шаманкой?

Вокруг них мгновенно собралась толпа. Под прицелом десятков пар глаз у неё перехватило дыхание. Е Чжу окинула взглядом окруживших её ребят и увидела среди них одну из тех девочек, что «сочувствовали» ей в прошлом году. В тот момент она поняла, что любой ответ будет бессмысленным. Пять человек погибли, десятки пострадали, и лишь она одна осталась невредимой. К тому же слухи подогревались словами её соседки по сиденью, которая видела, как она расстегнула ремень и собиралась встать прямо перед аварией.

Девочка, остановившая её, не искала правды. Она хотела произвести «контрольный выстрел».

Тогда Е Чжу не смогла проронить ни слова. Стояла, будто воды в рот набрала. В этот момент прозвенел звонок на урок, и дети мгновенно разошлись. Остались лишь мерзкие остатки слухов и она сама.

Понимая, что оправдания ничего не изменят, Е Чжу всё же после уроков позвала ту девочку в музыкальный класс. Она была активной и имела много друзей, поэтому Е Чжу наивно полагала, что если убедит хотя бы её, ситуация станет немного лучше.

— Моя мама умерла в начале прошлого года, — сказала она с мрачным видом.

 Собеседница искренне удивилась:

— Ой… и-извини. Я не знала. Я просто повторила то, что слышала от других.

Услышав извинения, Е Чжу подумала, что всё разрешилось. Что теперь нелепые слухи о том, что она дочь шаманки, исчезнут. Однако девочка вновь засомневалась:

— Но всё равно странно, что ты пришла в больницу сама, без единой царапины. Ты же не бессмертная. И ещё, Се Ён, которая сидела рядом с тобой, видела, как ты отстегнула ремень перед самой аварией. Она моя близкая подруга, ты же знаешь.

В её взгляде читалось, что она не оставила свои подозрения. Е Чжу охватила тревога. Ей просто хотелось поскорее покончить с этими осточертевшими слухами. Поэтому она сглупила и выложила всю правду:

— На самом деле… я вижу вещие сны и могу перемещаться в будущее. Я знала, что это произойдёт, и просто переместилась в будущее, вот и всё.

Тогда она ещё не осознавала, что её способность нужно хранить в тайне. Она была готова рассказать о чём угодно, лишь бы пресечь слухи… Но реакция собеседницы…

— Что?

 Е Чжу до сих пор не могла забыть тот взгляд: «Что за придурочная?».

— Ты… случаем, не комиксов перечитала?

На следующий день у неё появилось ещё одно прозвище: «Сумасшедшая, одержимая духами». Стоило выясниться, что она не дочь шаманки, как «злых духов» приписали ей самой.

Прим. Пер. Забавно, что она так легко поверила в ересь про шаманов, но в вещие сны нет, хах.

(1) Ильсан – город-спутник Сеула. Находится в 25км от столицы.

(2) Второй класс старшей школы. Всего их три.

(2)В корейском языке прозвище «액땜녀» (эк-тэм-нё) означает девушку, которая ценой чужих страданий или особых ритуалов избежала собственной предначертанной беды.