6

Когда вокруг воцарилась мёртвая тишина, Джания продолжила:

— Десять лет назад ценой жизни вождя мы уничтожили Чёрный Осколок.

Десять лет. Её сердце пропустило удар. Этот срок в точности совпадал с тем, что она услышала от ребёнка новых людей.

— Однако полностью избавиться от него не удалось. Эта живучая тварь перед смертью всё же оставила семя зла в мире людей, и вслед за извержением лавы тысячу лет назад разразилась новая великая катастрофа.

«Я что, сплю?»

Этот голос был ей хорошо знаком, однако смысл сказанного с трудом укладывался в голове.

«Рам уничтожен? Быть такого не может. Как Рам, как он мог...»

— Всё это время семя зла было укутано в неведомый защитный кокон, и любые внешние атаки не наносили ему ни малейшего вреда. Но теперь этот час пришёл, — в бесстрастном голосе женщины прорезалась сила. — Не так давно эта тварь наконец выбралась наружу и явилась миру. Узрите же!

Собравшиеся зашумели и начали подниматься с колен. Дождавшись, пока сидевшие впереди люди встанут, Е Чжу тоже выпрямилась.

— Что это?!

Народ с ужасом уставился на вершину лестницы. Раздался грубый лязг металла. Повернув голову, Е Чжу увидела солдата племени ног, волочившего за собой тяжёлую цепь. А на конце этой цепи, словно пойманный пёс, шёл мальчик лет десяти на вид. На его тонкой шее красовался массивный ошейник.

 Е Чжу ошеломлённо смотрела на дитя, которое, будто скотину, приволокли к Джании.

 — Вставай, ублюдок!

Солдаты принялись пинать бессильно распластавшегося ребёнка. Поскольку тот никак не реагировал, один из вояк ткнул его сзади длинным шестом. В конце концов, ребёнок оказался на коленях рядом с женщиной.

«Чёрный Туман?»

Детское, ещё совсем наивное лицо, чёрные волосы, чёрные глаза. Он выглядел точь-в-точь как тот, с кем она только что разговаривала за дверью. Однако его пустой взгляд, устремлённый в никуда, казался чуждым.

— Рам?

 Е Чжу вспомнила Рама тысячелетней давности, который появился на свет, разорвав жуткий кусок плоти. Сопоставив тот образ с ребёнком возле Джании, она укрепилась в догадке: перед ней вовсе не Чёрный Туман.

— Рам.

И тут раздалось:

— Чтоб ты сдох, ублюдок!

Кто-то из стоявших впереди мужиков тыкнул пальцем в сторону мальчика и стал изрыгать проклятия. Вслед за ним люди наперебой принялась выкрикивать ругательства в адрес малыша:

— Из-за этого гадёныша мы угодили в такое дерьмо!

— Ублюдок! Какого чёрта ты до сих пор жив?!

— Почему ты не сдох десять лет назад?! И зачем снова вернулся?!

Е Чжу, округлив от изумления глаза, огляделась по сторонам. Взгляды, устремлённые на мальчика, как один, были полны жажды крови.

— Убейте его! Скорее убейте эту тварь!

— Прикончить его!

— Спасительница, убей Чёрный Осколок и спаси нас!

— Убить! Убить!

Одинокие выкрики мгновенно переросли в единый гул. Атмосфера вокруг вмиг стала зловещей, жуткой. Оглядывая людей, скандировавших чудовищные лозунги, Е Чжу тяжело и прерывисто задышала. Точно такую же картину она лицезрела совсем недавно. Охваченные слепой яростью люди, винящие во всех бедах Чёрный Осколок. И копьё, которое в конце концов обнажил монстр.

Увидев высоко поднятый Джанией трезубец, толпа пришла в неистовство:

— Уа-а-а-а!

По форме оружие было точно таким же, как то, что торчало у неё за поясом.

Губы Е Чжу беззвучно зашевелились:

— Нет... Пожалуйста, умоляю, хватит. Прекратите…

Она неосознанно начала пробираться вперёд. Однако протиснуться сквозь беснующуюся массу людей оказалось гораздо труднее, чем прежде.

— Хватит! Прекратите же! — истошно закричала она.

 Ей не верилось, что, едва пройдя сквозь дверь, она снова должна стать свидетельницей гибели Рама. К горлу подступал ком рыданий.

— В последний миг великой катастрофы человеческая женщина, что окажется подле Чёрного Осколка…

— Эй!

Она грубо расталкивала зевак, задевая их плечи. В её адрес сыпались ругательства, но ей было всё равно. В голове крутилась лишь одна мысль: нужно пробиться к самому первому ряду.

— Убить! Убить!

Голос Джании громко разносился над разъярённой толпой:

— Уничтожит его…

Е Чжу до боли стиснула зубы. Расстояние от того места, где она стояла, до лестницы казалось бесконечным. К тому же, даже если бы удалось продвинуться дальше, на ступенях путь преграждали два ряда солдат племени ног.

— Пожалуйста, умоляю! — сквозь стиснутые зубы прорвался всхлип. На кону стояла её собственная жизнь. Черный Туман говорил, что если она не получит своевременное лечение, то умрёт. И что ей теперь делать?! Что, чёрт возьми, делать?!

— Спасёт род людской от адского пламени и наречётся Богиней.

Не успела Е Чжу приблизиться хотя бы на пару шагов, как трезубец безжалостно вонзился в тело маленького Рама. Вместе с этим ударом замерли и её шаги.

Оглушительный, подобный грому рёв толпы эхом разнёсся по всей главной улице:

— Уа-а-а-а! Спасительница! О, Спасительница!

Посреди этого безумия одна лишь Е Чжу застыла на месте, отрешённо глядя на вершину лестницы. Созданный племенем глаз, новый чёрный трезубец насквозь пробил грудную клетку ребёнка.

— А...

Единственной, кто испытывал отчаяние от этого ужасного зрелища, была она сама. Люди же вокруг обнимали друг друга и ликовали.

 Е Чжу широко раскрытыми глазами смотрела на маленького Рама, стараясь не упустить ни единой детали. Мальчик бессильно опустил веки. Однако из его груди и рта не хлынула кровь, как это было, когда пронзили её саму. Любой умер бы от такого ранения, но дитя по-прежнему неподвижно стояло на коленях, даже не хрипя в предсмертных судорогах.

 — Что за чёрт?

Охваченные возбуждением люди постепенно начали замечать неладное.

— Что за хрень? Почему он не умирает?

Волнение, начавшееся в первых рядах, в мгновение ока передалось назад. Видя, что ребёнок жив, Джания окончательно растерялась. Гул голосов усиливался. И в этот миг сомкнутые веки мальчика широко распахнулись. Среди множества людей его взгляд остановился на человеке, который стоял где-то в самой гуще толпы, глубоко натянув капюшон. Е Чжу показалось, что он смотрит на неё.

 — Ох…

— Р-разойдитесь! Немедленно разойдитесь!

Солдаты племени ног тут же бросились вперёд, загораживая обзор, и начали быстро разгонять встревоженных людей. Сквозь просветы между стражниками было видно, как сука Джания волочит мальчика за собой и скрывается в святилище. В безжизненных до этого глазах Е Чжу снова вспыхнула искра. Как и говорил Чёрный Туман, у неё появился шанс. Шанс спасти Рама и собственную жизнь.

Люди не расходились, и в этом не было ничего удивительного. Жилая зона внутри барьера задыхалась от перенаселения. Беженцы набивались до отказа в сколоченные наспех деревянные лачуги, втиснутые между одинаковыми белыми домами, выстроенными ровными рядами, прямо как в Северной Корее. Вдобавок ко всему, сегодня улицы были заполнены людьми, которых впустили внутрь ради того, чтобы они стали свидетелями убийства маленького Рама. Главная дорога по-прежнему бурлила, словно шумный рынок.

Лестницу к храму стерегли солдаты, поэтому подняться наверх не представлялось возможным. Е Чжу выжидала удобный момент, затаившись в близлежащем переулке. Опасения, что придётся проторчать здесь целый день, оказались напрасными. Вскоре со стороны далёкого барьера донёсся какой-то шум.

— Дорогу! Освободите дорогу! Дорогу! Вы что, оглохли? Если не хотите, чтобы раздавили, живо убирайтесь прочь!

Внимание толпы мгновенно переключилось на крики. Е Чжу тоже обернулась. Издалека к лестнице приближалась процессия, тащившая огромную телегу. Глаза девушки расширились: на землях племени глаз, которые, как она считала, полностью захватили люди племени ног, она впервые увидела тех, кто одет в серые робы. Отступив в тень, чтобы пропустить повозку, Е Чжу внезапно окаменела. Те, кто тащил её, все до единого, были новыми людьми. Их выдавали звериные уши и хвосты.

— Назовитесь!

— Кузнецы. Возвращаемся с железной рудой из-за барьера, — ответил шедший впереди человек в серой робе.

Как только старший подтвердил личности рабочих, солдат племени ног достал рацию и передал сообщение. Вскоре сверху спустилась группа людей с мешками. Поднять гружёную телегу по ступеням было невозможно, поэтому добытую руду перетаскивали вручную. Но даже носильщики все оказались новыми людьми. Лицо наблюдавшей за этим Е Чжу помрачнело.

Относительно тихий пятачок перед лестницей в мгновение ока наполнился суетой. Люди в серых робах отошли, давая дорогу грузчикам. И, как назло, отступили именно в ту сторону, где стояла девушка. Раздав указания новым людям, таскавшим руду, они приготовились подниматься по лестнице. Е Чжу не упустила этот шанс и тихонько пристроилась в самый хвост их отряда.

Убедившись, что перед ними кузнецы, солдаты расступились. Люди в серых робах выстроился в колонну по одному для проверки. По мере приближения очереди Е Чжу опускала голову всё ниже. Во рту пересохло - она боялась, что её разоблачат. И вот, когда оставалось сделать всего шаг, чтобы пройти стражу, один из бойцов племени ног преградил ей путь:

— Стой.

Сердце ёкнуло, а плечи задрожали. Мужчина указал дулом винтовки на её грудь.

— Ты.

Е Чжу сглотнула вязкую слюну.

«Проклятье».

Заботясь лишь о том, что носят люди племени глаз, она совершенно упустила из виду одну деталь: её грудь была залита кровью. Что делать? Е Чжу крепко зажмурилась. В голове пронеслись тысячи мыслей, как вдруг солдат усмехнулся:

— Что, прямо во время работы перекусить решила?

Открыв глаза, она увидела, что все они смотрят на неё с кривыми ухмылками.

— За барьером ведь полно новых людей... Вкусно хоть было? — с сарказмом спросил солдат.

Е Чжу не понимала, о чём речь, и лишь испуганно кивала.

— В следующий раз и меня с собой возьми! Интересно, каково это - пожирать их живьём прямо у всех на глазах!

Солдат хохотнул и отвёл дуло. Остальные подхватили его смех. Ошеломлённая Е Чжу проскользнула мимо баррикады из племени ног.

Пока она поднималась к храму вслед за остальными кузнецами, голова, бывшая словно в тумане, постепенно прояснилась. Из-за дикого напряжения она сначала не уловила смысла его слов, но теперь, наконец, поняла причину их глумливых взглядов. Они решили, что её роба испачкана кровью, потому что она сожрала кого-то из новых людей. Ведь людям племени глаз, чтобы не превратиться в чудовищ, необходимо периодически питаться такой «пищей» …

— Ух...

К горлу подступила тошнота, и Е Чжу торопливо прикрыла рот рукой.

Когда они преодолели последние ступени, её взору открылся величественный вид храма.

— Ах… — тихо ахнула она, глядя на вход. До того, как она прошла через дверь, здание лежало в руинах. Но сейчас колонны и постаменты были восстановлены так безупречно, словно ничего и не случилось. Святилище, разрушенное Рамом, было повреждено настолько сильно, что вернуть его в прежнее состояние за день-два было абсолютно невозможно. Лишь теперь она по-настоящему осознала, что перенеслась в будущее на многие годы вперёд.