— …Дедушка.

— Ох, батюшки! И кто посмел так огорчить нашу красавицу Хейз?

Августин относился к Хейз с не меньшей теплотой, чем к Элрику.

Разница была лишь в том, что к юноше старейшина поначалу привязался исключительно из-за его невероятного таланта, тогда как Хейз покорила его сердце своим кротким и благовоспитанным нравом. Ее почтительное обращение со старшими вызывало у старика искреннее умиление.

Чем дольше Августин смотрел на нее, тем шире становилась его улыбка.

Она казалась ему родной внучкой. Сам он так и не женился, но если бы у него были дети, а затем и внуки, разве не дарили бы они точно такое же тепло?

«Ах, если бы удалось ввести эту девочку в нашу семью, я был бы на седьмом небе от счастья!»

К тому же она мастерски обращалась с тяжелым молотом, что свидетельствовало о выдающемся мастерстве воина.

И старейшина, сам того не замечая, принялся прикидывать Хейз в качестве будущей невестки:

«Кого бы ей сосватать? Венту? Нет, этот увалень слишком груб. Не ровен час обидит нашу Хейз. Может, Джона?.. Хм, тот больно язвителен. Шон… Пожалуй, Шон. Они вроде неплохо ладят, надо бы присмотреться к нему повнимательнее».

Хейз, и не подозревавшая, что в фантазиях Августина ее уже несколько раз выдали замуж, заговорила с суровым лицом:

— Неужели нет никакого способа наказать тех мерзавцев, что устроили это?

Полет фантазии Августина тут же оборвался.

Он посерьезнел.

Перед ними ровным рядком стояли одинаковые по форме, но слегка различавшиеся оттенком деревянные идолы — те самые виновники, из-за которых их путь на север затянулся на несколько дней.

Обследуя скрытые горные поселения, Элрик и его спутники без труда отыскали спрятанные тотемы.

И в каждой деревне творились свои беды: где-то, как в первой, стояла иссушающая засуха, где-то по ночам выпадал лютый иней, губя урожай на корню, где-то на людей нападали взбесившиеся дикие звери, а где-то внезапные оползни сносили целые улицы без видимых причин.

Все эти напасти обрушились на жителей за относительно короткий срок — от трех до шести лет.

Число погибших исчислялось десятками.

«Но хуже всего то, что местная администрация даже не чесалась».

Причина, по которой об этих трагедиях никто не знал в столице, крылась в происхождении самих деревень: их основали беглецы, ушедшие в горы от непомерных налогов. В такие глухие углы власть не дотягивалась, да и не стремилась.

Было очевидно, что устроители этого кошмара намеренно били по самым беззащитным.

Впрочем, теперь, когда Августин, воспользовавшись своим положением, перевернул местную управу вверх дном, полномасштабного расследования было не избежать.

Тотемы источали явную демоническую скверну. Чиновникам придется отнестись к делу со всей серьезностью, ведь это прямое доказательство пробуждения демонов.

Разумеется, чиновники, допустившие подобное попустительство, полетят со своих постов один за другим. Но это старика уже не заботило.

«И всё же…»

Августин прищурился, глядя на ученика:

«Ума не приложу, как этот мальчишка умудряется находить то, что даже мне не под силу».

На самом деле все тотемы были найдены исключительно благодаря поразительному чутью Элрика.

«Он твердит про Чутье Преты, но там и близко ничего подобного нет. Или в нем кровь Мелвингеров так причудливо переплелась с полученными силами, породив новую способность?»

Не найдя ответа, Августин решил не забивать себе голову лишними вопросами: главное, что результат налицо.

Ему и в голову не могло прийти, что рядом с Элриком неотступно следует Мефистофель, Великий Король Демонов, и лично наводит его на след.

— Я бы и сам с превеликим удовольствием оторвал головы этим выродкам… но, боюсь, это вне нашей юрисдикции, — со вздохом произнес старейшина.

Хейз молча кивнула.

После слов Августина добавить было нечего. Оставалось лишь надеяться, что власти проведут тщательное расследование и покарают виновных.

Им же нужно было как можно скорее двигаться на север.

Пальцы Хейз, лежавшие на рукояти молота, то сжимались, то разжимались от бессильного гнева.

---

Однако продолжить путь группе Элрика так и не удалось.

Дорогу им преградили неожиданные гости.

— «Инспекционное Бюро»? Что они здесь забыли? — нахмурился Августин, выслушав доклад кучера Карла.

Даже он, будучи главой Сената великого дома Нерестер, чувствовал себя неуютно при мысли о контакте с Инспекционным Бюро.

— Причину согласны сообщить только лично, после встречи с командиром отряда. Каковы будут указания, господин?

— Какова вероятность, что это самозванцы?

— Гербовая печать подлинная.

— Понятно… Впрочем, никто в здравом уме не посмеет выдавать себя за ищеек Бюро… Хм!

Даже самый отчаянный разбойник не рискнул бы нацепить их маску, прекрасно зная, что это сделает его врагом короны до конца дней.

Августин не стал спешить с ответом, переведя взгляд на Элрика.

Решать предстояло не ему.

Несмотря на почтенный возраст старейшины, именно юноша вел этот отряд.

— Я выйду один, — Элрик накинул на плечи дорожный плащ и толкнул дверцу кареты.

Он никак не ожидал нос к носу столкнуться с пресловутым Инспекционным Бюро в такой глухомани.

Впрочем, догадаться о причинах было нетрудно.

«Они почуяли демонов».

Инспекционное Бюро было тайной службой, состоявшей из фанатично преданных слуг Императора. Похищения, подкупы, шантаж и заказные убийства — для выполнения поставленной задачи эти монстры шли на всё.

Поговаривали, что по своему влиянию они не уступали самой Башне Магии и Дому Льва. И, учитывая их колоссальные ресурсы, это вряд ли было преувеличением.

Могли ли они не заметить шевеления демонов, угрожавших безопасности империи и правящей династии?

Разумеется, новость вызвала переполох.

«Для правящей семьи это не просто мелкий провинциальный бунт. Вполне понятная реакция».

Слишком свежа была память о Великой Войне с Демонами, едва не стершей с лица земли древнюю магическую королевскую семью — одну из главных опор империи. Это произошло всего поколение назад, так что ухо приходилось держать востро.

[Если встретишься с этими так называемыми ищейками, говори прямо! Пусть выкорчуют недобитков Азазеля под корень! Если надо, я даже укажу места, где они могут прятаться!] — жажда крови в голосе Мефисто буквально сочилась ядом.

[Не слишком ли это жестоко по отношению к своим? Вы ведь одной расы,] — мысленно усмехнулся Элрик.

[Ха! Одной расы?! У нас нет такого понятия. Есть лишь те, кто жрет, и те, кого сожрали.]

[Вот потому-то люди вас и победили.]

[И что с того? Ты собираешься оставить прихвостней Азазеля в живых?]

[Разумеется, нет. С ними будет покончено.]

Элрик и не думал проявлять милосердие к сектантам:

«Даже если придется задержаться, я найду Храм Цветов, завершу „Испытание Зимы“, а затем выслежу этих ублюдков и сотру в порошок».

Но если кто-то другой вызвался сделать грязную работу за него, зачем отказываться? Это было чертовски удобно.

— Вы Элрик Мелвингер?

Снаружи повозку ждали пятеро мужчин в строгих черных костюмах и одинаковых глухих масках.

Они звали себя «Тенями Императора» и на службе никогда не открывали лиц.

«Что за наглец?» — подумал Элрик.

Тон говорившего сквозил неприкрытым высокомерием. Служа лично Императору, этот человек привык смотреть на большинство аристократов сверху вниз и, судя по всему, решил сразу сбить спесь с юного Мелвингера, чья слава гремела в последнее время.

Разумеется, с Элриком такой номер не прошел.

— А-а?

— Что «а»?

Наглость чистой воды.

Под черной маской бровь командира едва заметно дернулась, а в воздухе повисла тяжелая, давящая аура.

Однако Элрик даже глазом не моргнул:

— Каким бы важным чиновником Инспекционного Бюро вы ни были, раз уж лично рыщете по полям, ваш ранг не выше командира отряда. А значит, по статусу вы тянете максимум на виконта.

Х-х-х…

Элрик выпустил наружу ману, без труда развеивая нависшее давление.

Взгляд командира под маской слегка дрогнул.

— С каких это пор мелкий клерк смеет столь непочтительно обращаться с герцогом? Или законы империи для вас не писаны?

Хрясь!

Элрик высвободил силу в полную мощь, напрочь сметая ауру командира.

Хрусь!

В его мане явственно ощущалась чудовищная мощь Короля Демонов Ю.

Сплав Магических Боевых Искусств и Искусства Укрепления Тела сделал энергию Элрика свирепой, подобно разъяренному зверю. Воздух вокруг задрожал от тонкой вибрации.

Убийственное намерение было настолько плотным, что от одного нахождения рядом кожа покрывалась мурашками.

«Что это за чертовщина?!»

«Как от этого сопляка может исходить аура прожженного ветерана, прошедшего сквозь сотни кровавых битв?!»

«Его недаром прозвали Героем Ласенте!..»

Стоявшие позади подчиненные, прежде пытавшиеся давить авторитетом, заметно стушевались.

По правде говоря, многие из них втайне завидовали Элрику. Всю жизнь действуя из тени, они не могли не испытывать неприязни к ровеснику, столь стремительно взлетевшему на вершину славы. Зная, что прежде его считали позором семьи, они надеялись увидеть слабака. Но реальность оказалась пугающей: титул Героя Ласенте казался преуменьшением. Перед ними стоял маг уровня как минимум Магистра.

Конечно, одной лишь маной Элрик не смог бы полностью подавить командира отряда — тот оставался опытным бойцом, способным в открытом бою разделаться с большинством магов.

Но юноша прижал его родовым статусом.

С наступлением эпохи Башни Магии и Дома Льва об этом мало кто помнил, но во всей империи существовало всего четыре герцогских рода.

И против этого титула у «Теней Императора» не было аргументов. Какими бы полномочиями они ни обладали, официального статуса они не имели.

— Я… допустил оплошность. Прошу простить мою дерзость, — выдавил командир, слегка склонив голову.

— Просим прощения, Ваша Светлость.

— Просим прощения.

Остальные четверо тут же последовали его примеру. Они по-прежнему держались натянуто, но от былой спеси не осталось и следа.

— Если подобное повторится, я лично подниму этот вопрос на заседании Сената.

В нынешней двухпалатной системе влияние знати было столь велико, что Сенат негласно именовали Палатой Дворян.

— Виноваты.

— Можете поднять головы.

Лишь добившись полного повиновения, Элрик милостиво принял извинения.

[Как всегда, лезешь на рожон без тени страха,] — хмыкнул Мефистофель.

[А что мне еще остается, кроме наглости?]

[Ха! Но их взгляды стали еще ядовитее. Уверен, что всё в порядке? Они ведь мастера тайных убийств. Что, если перережут тебе глотку во сне?]

[Пусть попробуют. Чем больше они суетятся, тем приятнее будет их растоптать.]

[Ты сумасшедший.]

[К тому же запугивать их начал не я один.]

[А?]

Мефисто не сразу понял смысл его слов, но, обернувшись, заметил Августина, с ехидной усмешкой наблюдавшего за сценой из окна кареты.

[Ну, если этот старый хрыч вмешается, им точно не поздоровится,] — ухмыльнулся демон.

И словно в подтверждение его мыслей, Августин как раз отправлял заклинание мысленной передачи, предназначавшееся исключительно для ищеек Бюро:

[Вам крупно повезло, щенки. Оскорби вы моего ученика чуть сильнее — и я бы лично превратил ваши жизни в сущий кошмар. Хи-хи-хи!]

Глаза всех пятерых агентов панически расширились. Нет, это была не просто паника — это был настоящий ужас.

«Ученик „Белой Ночи“?! Быть того не может!..»

Инспекционное Бюро, одна из главных опор трона, неусыпно следило за движениями своего главного соперника — Башни Магии.

Но чтобы Августин Нерестер, грозная «Белая Ночь» и один из сильнейших магов Башни, взял себе ученика?

Да еще и бывшего «позора семьи Мелвингер»?!

Эта весть могла взорвать столичный свет похлеще любой бомбы.

«Нужно срочно доложить наверх!»

Приказ расследовать обстановку вокруг этой группы поступил от высшего руководства, но присутствие здесь легендарного старейшины меняло всё.

Командир почувствовал, как на его плечи опустилась неподъемная тяжесть.

Они шли по следу культистов, но вместо этого наткнулись на пороховой склад чудовищной разрушительной силы.

И тут…

— …?

Случайно скользнув взглядом по сидевшей напротив Августина девушке, командир замер как вкопанный.

Он не знал Хейз в лицо. Она просто равнодушно смотрела в окно.

Но вот исполинский молот, стоявший у ее ног…

Окровавленное навершие и эмблема черного черепа на рукояти…

Командир мгновенно узнал фирменное оружие наемников «Черного Черепа», о чьих недавних зверствах на поле боя ходили леденящие кровь слухи.

«Проклятье! Да что здесь вообще происходит?!»

Эта повозка была не просто опасна. Она была готова взорваться в любую секунду.