Бум! Бабах-бах!

Два двуручных меча столкнулись с оглушительным грохотом, будто врезался крупнотоннажный грузовик.

Ожесточенная схватка, в которой ни одна из сторон не собиралась отступать.

Пан Ювон восхищенно зааплодировал.

— О, а сестрица Миён неплоха.

— Что вообще с этой броней?!

Пан Юми выглядела так, будто потеряла дар речи.

И не мудрено: полный западный латный доспех, внутри которого явственно зияла пустота, сейчас неумолимо теснил Кан Миён!

Именно так. С тем же двуручным мечом наперевес против Кан Миён сражался вовсе не кто иной, как вассал Пан Ювона — живой доспех Ливи.

— Мое секретное оружие. До сих пор я намеренно берег его, чтобы оно не светилось на видео.

— А теперь?

— Свою роль тайного оружия оно уже выполнило, так что теперь можно использовать его в обычном режиме.

Ливи, будучи живым доспехом, сполна воспользовался своими уникальными свойствами: он запечатлел в собственном теле все владение мечом из реликвии Рю Чхольмёна, причем даже превзошел оригинал в точности.

Члены Ребеллиона бесконечно спарринговали с Ливи, чтобы хоть немного выиграть в преимуществах при столкновении с Рю Чхольмёном. И напротив, сам Ливи в ходе непрекращающихся тренировок с отрядом — особенно с Токко Ён и Пан Ювоном, которые владели глубокими боевыми искусствами меча, — еще глубже развил технику Рю Чхольмёна.

Разумеется, всё это время Ливи скрывали от камер исключительно ради того, чтобы прихлопнуть Рю Чхольмёна.

Теперь, когда ублюдок был пойман, отпала нужда прятать Ливи или заставлять его таскать реликвию.

К тому же двуручный меч, который он «раздобыл, прикончив Рю Чхольмёна», оказался куда мощнее.

— Я всё еще не, уф, не до конца улавливаю суть этой техники меча… Агх!

— БАХ! Бабах!

, 1 1.

— Завтра нам заходить в данжен, так что заложи хотя бы базу до конца сегодняшнего дня.

— Да ты издеваешься, еще и так варварски!

Кан Миён утратила свою прежнюю невозмутимость и теперь строила плаксивые гримасы, однако спарринги с Ливи приносили огромную пользу: сама того не ведая, она шаг за шагом высвобождала силу реликвии.

В то же время высшее руководство Окулус Рубер наблюдало за происходящим с непередаваемыми выражениями лиц.

— Никак не укладывается в голове… Сестрица Миён даже по меркам всей Земли запросто входит в первую десятку ранга, а Ювон заставляет ее сражаться не с живым бойцом, а с каким-то доспехом?!

— Ливи — всего лишь слабейший среди моих вассалов.

Вообще-то это была наглая ложь.

Вооружившись двуручным мечом Рю Чхольмёна, Ливи, если судить исключительно по боевой мощи, вполне мог бы превзойти Еву.

— Земной номер один…

— Путешествия Юниона…

— Эй-эй, закройте рты.

Кан Миён лично заставила захлопнуть отвисшие от изумления челюсти И Хёнджи и Ю Джины.

Впрочем, пресечь их баловство напрямую было даже лучше.

Лучель молчаливо и тихо улыбалась, но оставалось только гадать, что произошло бы, перейди девушки грань обычного восхищения Пан Ювоном.

Поскольку они сами прекрасно это понимали, сейчас они старались не выказывать лишних вольностей и сблизиться с ним как соратницы по гильдии и подруги старшей сестры.

— Снаряжение для остальных сестриц я раздам, как только оно будет готово. Если совсем не уверены в силах, можете на время залезть внутрь Ливи.

— Залезть внутрь?

С любопытством переспросила Ю Джина, склонив голову набок. Заметив, что Ливи как раз завершил очередной раунд спарринга с Кан Миён, Пан Ювон молча щелкнул пальцами.

И тут же Ливи прямо на глазах рассыпался на составные части: шлем, кирасу, наплечники, перчатки, набедренники, поножи и прочее. Всю эту амуницию сорвало с места, и она вихрем полетела к Пан Ювону, автоматически закрепляясь на его теле!

Более того, даже тяжелый двуручный меч Рю Чхольмёна, которым владел Ливи, стал частью доспеха и послушно закружил вокруг Ювона, защищая его и подчиняясь каждому приказу.

— Вау!

— О… я такое в кино видела!

Пока Ю Джина беззаботно хлопала в ладоши, глядя на Пан Ювона, который в мгновение ока облачился в великолепные полные латы, И Хёнджи вытаращила глаза и завопила.

Ещё бы, ведь Пан Ювон торжественно кивнул и пояснил:

— Само собой, я же и создавал его с оглядкой на фильмы. И разумеется, как и в кино, Ливи усиливает физические характеристики владельца.

— Ты просто живем воплощением «получаю всё, чего пожелаю.»

Ошеломленно пробормотала Пан Юми.

Однако Пан Ювон уже заранее знал, что сестра скажет в следующий момент.

— Я тоже хочу попробовать.

— Я так и знал, что ты это скажешь.

Пан Ювон хмыкнул и снова щелкнул пальцами: Ливи так же мгновенно распался, слетел с его тела и переместился на Пан Юми.

Как только процесс экипировки завершился, доспех идеально подогнался по фигуре Пан Юми!

— Ооо…!

Пан Юми сначала обрадовалась обновке, восторженно подвигавшись из стороны в сторону, но затем почему-то резко замерла.

— С-слушай, погоди-ка…

— Чего тебе? Двигаться ведь должно быть удобно.

— Нет, дело не в этом… Сними это с меня.

Шлем полностью скрывал лицо, поэтому выражение лица сестры оставалось загадкой.

Однако, заметив ее явную растерянность, Ювон послушно снял с нее доспех. Сестра тут же вылезла наружу и, деланно откашлявшись, приняла вид, будто ничего не произошло.

— Это под запретом.

— Что именно? Надевать Ливи?

— Под запретом!

Коротко и безапелляционно заявила Пан Юми и резко отвернулась.

Пока все остальные озадаченно хлопали глазами от ее необъяснимого поведения, одна лишь И Хёнджи хихикала, находя реакцию подруги безумно милой.

А на следующий день Окулус Рубер, вооружившись созданными Пан Ювоном артефактами, отправились штурмовать G-ранговый данжен. Под всеобщим прицелом внимания, волнений, ожиданий и части проклятий они умудрились начисто зачистить подземелье всего за один день, вызвав всеобщий фурор.

* * *

— Ах ты ж мать…!

В тот самый миг, когда она собиралась преподать урок дерзкому парнишке, посмевшему задирать ее, Токко Ён заметила, как мир перед глазами искажается, и яростно прикусила губу.

Еще мгновение назад она находилась на Джеде, планете нефритовых звезд, а теперь обнаружила себя стоящей внутри деревянного павильона.

— Пан Ювон, я тебе это унижение обязательно припомню…

— Госпожа.

Сзади раздался голос, обращенный к ней.

Если это присутствие было настолько скрытным, что его с трудом уловила даже она, существовал лишь один такой человек.

Токко Ён не оборачиваясь произнесла имя своей подчиненной:

— Давно не виделись, Хыксоль.

— Да. Счастлива видеть вас целой и невредимой, госпожа.

Спокойный и тихий женский голос.

Токко Ён опустила взгляд на преданную стражницу, которая бесшумно возникла перед ней и опустилась на колено, склонив голову.

Звериное боевое искусство, ставшее первоосновой Техники призрачных теней, которую постиг Пан Ювон.

Перед ней преклоняла колени та самая несравненная гения, что собственными силами создала и освоила это искусство, сумев вернуть себе облик, до боли близкий к человеческому, и служившая верой и правдой только ей одной.

— Похоже, ты тоже времени зря не теряла.

— Я лишь охраняла покои госпожи все эти четыре месяца, так что времени на тренировки было предостаточно.

Под стать своему имени — Хыксоль («Черный Снег») — ее длинные волосы были черными и прямыми, как эбеновое дерево, а кожа отличалась ослепительной, почти снежной бледностью.

Кошачьи ушки и хвост, лениво покачивавшиеся из стороны в сторону и доказывающие ее звериную природу, невольно заставили Токко Ён вспомнить одну непутевую знакомую, из-за чего она невольно горько усмехнулась.

— Что изменилось в Шингё за это время?

— Среди лидеров тринадцати боевых отрядов нашлись те, кто открыто потребовал расформировать Отряд Истребления Драконов.

Шингё было организацией, к которой принадлежала Токко Ён.

А Отряд Истребления Драконов представлял собой боевую группировку, находившуюся под ее началом в рамках культа.

.

По сравнению с ними этот наглец Пан Ювон, обозвавший ее матушкой, казался сущим ангелочком.

Впрочем, прощать Пан Ювона она тоже не собиралась…

— …Госпожа, вы улыбаетесь? Вы изрядно рассержены.

— Кхм!

Вспомнив лицо Пан Ювона, Токко Ён поймала себя на том, что ее губы сами собой расплылись в улыбке. Лишь заметив замечание Хыксоль, она поняла, что улыбалась, и, откашлявшись, сменила выражение лица.

— Просто они показались мне до боли жалкими, вот и усмехнулась.

— Видимо, они не знали, что в Академии бывают каникулы, и рассчитывали, что вы пропали на несколько лет.

— А Глава культа?

— Ваше поступление в Академию Вичхон оформлено как личный приказ Главы. Заявлять о роспуске Отряда Истребления Драконов, пока его командир жив и здоров, — полнейший абсурд. Разумеется, Глава даже слушать их не стал.

Академия Вичхон — так они называли Путешествия Юниона Академию.

В родном измерении Токко Ён не признавали Путешествия Юниона, поэтому презрительно величали его Академией Вичхон («Ложное небо»).

— Назови мне имена тех, кто требовал расформирования отряда.

— Список составлен. Желаете немедленно призвать их к ответу?

— …Нет, сначала я должна нанести визит Главе культа и доложить о возвращении.

Токко Ён сбросила одежды, в которых ходила на Джеде.

Хыксоль легким движением руки поймала их и аккуратно сложила. Затем она подошла к оставшейся в одном белье Токко Ён, чей стройный стан предстал во всей красе, и принялась облачать ее в роскошный черный наряд.

— Госпожа.

Произнесла она с абсолютно естественной интонацией.

— Говори.

— У вас случаем не появился возлюбленный?

— Чего…?

Токко Ён остолбенело замерла, застигнутая врасплох столь неожиданным вопросом верной служанки.

Сделав по ее реакции определенные выводы, Хыксоль ловко продолжила завязывать на ней одежду:

— Значит, пока еще не возлюбленный. Должно быть, тот еще хмырь, раз сумел так заиграться с сердцем госпожи.

— Кхм, что за… Прекрати меня дразнить.

— Ваше белье изменилось.

Хыксоль безжалостно прижала принцессу к стенке, когда та попыталась замять тему.

— Прежде, находясь в культе, вы носили лишь простое, ничем не примечательное белье, лишенное всякого намека на соблазн. Сейчас же на вас надето нечто столь завораживающее, что любой мужчина потерял бы рассудок.

То, что в Юнионе обычно называли словом «женское белье», совмещавшее в себе как практичность, так и очарование.

Токко Ён, всю жизнь прожившая вдали от понятий о моде, носила столь утонченную вещицу с пугающей естественностью, так что молчать об этом было просто выше ее сил.

— Я просто сменила его в соответствии с местной культурой.

— Госпожа не из тех, кто подстраивается под окружение. Скорее уж она перекроила бы окружение под себя.

Судя по тому, как она прячет взгляд и подбирает слова, заключила Хыксоль, с излишней эффективностью задействуя профессиональные навыки бывшей убийцы.

— Пусть это еще не сердечная привязанность, но у госпожи определенно появился мужчина, который занимает все ее мысли — к такому выводу я пришла.

— У меня нет времени на столь ветреные глупости, как любовная тоска, Хыксоль.

— …Я вовсе не смею допрашивать вас, госпожа. Просто обрадовалась.

Осознав, что перешла границы дозволенного, Хыксоль тут же отступила на шаг.

Она подумала, что сболтнула лишнего из-за переполнявших ее чувств — радости и тоски по долгожданной встрече с госпожой, — и уже собиралась мысленно отчитать себя, как вдруг――.

— И все же… мужчина такой есть.

Токко Ён выдала признание, прозвучавшее почище бомбы.

— Че-е-его?!

Потеряв остатки хладнокровия, изумленно воскликнула Хыксоль.

Однако Токко Ён, не замечая редкого для подчиненной шока, продолжала гнуть свое:

— В моем классе учится парень, с которым мы действуем вместе… И представь себе, он обладает талантом, какого не сыскать во всем необъятном Муриме.

— Хм? Э-э-э?

— Осознав это, я решила преподать ему пару уроков, но он впитывал всё с такой пугающей скоростью, что я… пожалуй, слишком увлеклась ролью его наставницы и вела себя неподобающе.

— Нет, госпожа, погодите, я сейчас немного запуталась…

Но вошедшую в режим хвастовства учеником Токко Ён уже было не остановить.

— Я обучила его своей технике без спроса, но он взял и переделал ее под себя. Впрочем, всё принадлежащее Хыксоль принадлежит и мне, так что ты не против, верно?

— Если речь идет о моей тайной технике, то ее все равно не освоить с бухты-барахты просто так… Э? Переделал под себя?!

— Разве я не сказала, что он невероятный гений? Дерзок, к тому же слаб на женский пол — это, пожалуй, единственный минус, но талантом он наделен истинным. Да и характер в целом неплох…

— Госпожа…

И вот эта самая Токко Ён, с пеной у рта доказывающая, что тут нет никакой романтики, сейчас стояла с раскрасневшимся лицом и взахлеб расписывала достоинства того парня…

Хыксоль, верная телохранительница, чей долг заключался в защите одной лишь Токко Ён, на секунду задумалась, как с этим всем быть, а затем невольно усмехнулась.

Говорили ведь, что каникулы в Академии Вичхон длятся долго.

У нее еще будет уйма времени выслушать от госпожи абсолютно всё о ее школьной жизни, а уж потом ломать над этим голову.

— Раз уж вы сами так отзываетесь о нем, госпожа, мне тоже захотелось взглянуть на этого человека.

— …Уж с ним-то лучше не встречайся, Хыксоль: этот парень наверняка начнет клеиться и к тебе.

— Госпожа, неужто вы ревнуете…?

— Пойдем к Главе культа.

— Слушаюсь.