Кажется, я стала переселенкой высшей категории: теперь я ещё и читать умею!
Раз уж я научилась читать, пришло время изучить дневник Эванджелин. Заодно можно отыскать заклинание призыва и самой призвать духа или дракона, чтобы обрести могущество!
Я приготовилась к изучению, но Пудинг тут же устроился у меня на коленях. С его присутствием, словно с благословением, я с чистым и почтительным сердцем открыла дневник
370 год, 9 день 3 месяца.
Познакомилась с графом Рохансоном.
Давно не попадался дневник, начинающийся не с первого января. Кстати, какой сейчас вообще год?
— Какой сейчас год?
— По имперскому летоисчислению 392-й.
Я спросила у Хэны, с которой в последнее время заметно сблизилась. При таком хозяйском уровне глупости можно было бы и бровью повести, но она ответила совершенно спокойно.
392-й? Я снова посмотрела на дату. Это было более двадцати лет назад. Значит, это был не дневник Эванджелин. Я ошиблась.
370 год, 9 день 8 месяца.
Он попросил моей руки.
Похоже, хозяйкой дневника была мать Эванджелин. Тут говорится, что она вот-вот выйдет за графа Рохансона. Видимо, она не из тех, кто пишет много, записи короткие, и даты сильно перескакивают.
370 год, 19 день 8 месяца.
Отец запретил мне выходить из дома. Говорит, он наверняка добивается богатств нашего дома. Даже ни разу не видев его! А он ведь говорил, что любит меня. Что ему всё равно, есть у меня приданое или нет.
Видимо, мать Эванджелин была третьей дочерью в герцогском доме. К сожалению, точная фамилия не указана. В любом случае, история была классическая: избалованная дочь богатого герцогского рода влюбляется в графа, случайно встреченного где-то «в городе», и, вопреки воле семьи, выходит за него, после чего её с позором отрекаются.
371 год, 2 день 4 месяца.
Надо было слушать отца. Хочу вернуться в герцогский дом.
Но целью графа Рохансона были деньги, и после того, как он проглотил приданое матери Эванджелин, их отношения испортились. Прочитав это, я сразу подумала: «А, это клише».
Теперь, вместо графа Рохансона, надо примкнуть к отрекшейся материнской семье. Дедушка ведь на самом деле любил дочь и, видя внучку, будет видеть в ней свою умершую дочь, бывает же такое?
Но… разве это не сюжет «воспитания»? Эванджелин уже слишком взрослая для такого. Похоже, время для поворота в сторону «воспитания» упущено. Чёрт, если бы я вселилась на несколько лет раньше!
Записи в дневнике становились длиннее с каждым днём. Похоже, ей не с кем было делиться мыслями, вот она и изливала душу в дневнике. Почерк становился все страннее, и, возможно, из-за этого некоторые буквы было невозможно разобрать. Казалось, даже содержание текста менялось…
Но главное — заклинание призыва…
[Способ призыва ■■]
[■, стоящая на ■
Оскверни ■ кровью ■■■
Своей окровавленной ■ начерти ■■■
В молении взывай о ■
Пусть на терновнике нальются виноградные гроздья,
Пусть на чертополохе завяжутся плоды инжира,
С ■■ и ■■
Обойди кругом и встреть нисходящего на землю ■■ ■]
«Извините, но у вас тут явно что-то сломалось.»
Так и есть: половина слов превратилась в квадраты и размазанные чернильные кляксы. С самого начала было ясно, что с моим «языковыми умениями» в этом мире что-то не до конца стабильно, но это уже переходило все границы!
Попробую прочитать только то, что видно. Итак… Осквернить землю и нарисовать круг своей рукой? Что значит «терновник и виноград»? Что посеешь, то и пожнёшь? Что это вообще значит!
Кого именно мы пытаемся вызвать? И зачем этот текст написан столь запутанно, будто автор намеренно стремился сделать его непонятным?
В такие моменты понимаешь, почему в моём мире так ценят преподавателей, которые умеют объяснять «по пунктам». Было бы гораздо удобнее:
Нарисовать круг.
Произнести заклинание.
Получить призванное существо.
Изложите суть прямо и просто! Без лишних аллегорий вроде терновых виноградов… инжира на гроздьях? Не важно!
«Ладно, отложим это до следующего обновления переводчика. Бумага, в отличие от демона, никуда не убежит…»
.
.
.
«Где она?»
Пропала…
Бумага, что лежала на столе, бесследно исчезла. Дневник на месте, а листа самого нет. Я обыскала всю комнату, но не нашла.
— Хэна, ты случайно не видела лист, который лежал у меня на столе?
— Нет, миледи…
Я же была в комнате целый день! Когда она успела исчезнуть? Я выходила из комнаты только вчера на прогулку. Неужели кто-то убрал её, приняв за мусор, когда меня не было?
Я ещё даже не расшифровала! Даже призыва еще не сделала! Вот почему нельзя жить, полагаясь на завтра!
Сначала нужно выяснить, кто тут прибирался. Тогда можно будет понять, куда делась бумага. Я остановила проходящую мимо служанку.
— Кто вчера наводил порядок в моей комнате?
— В-вчера, миледи?.. Если вчера… то, н-наверное, Д-Донау.
— Где он сейчас?
— Д-дело в том… О-он сегодня не вышел на работу…
Неужели это тот самый «уход с добычей», о котором я только слышала?
Если подумать, из-за ошибки перевода это выглядело странно только для меня, а для других, возможно, всё было нормально. Кто-то убирал в моей комнате, увидел крутой способ призыва и просто украл его! Если бы он принял его за мусор, не было бы причины прогуливать сегодня!
— Миледи… Донау… он что-то сделал? — слуга побледнел ещё сильнее.
— Да. Похоже, он украл мою вещь.
Эванджелин в этом романе числится злодейкой, но при этом сама тихо терпит мелкую травлю от слуг. Я не трогала никого, не раздавала пощёчин и не размахивала титулом. Пожалуй, зря не уволила его заранее. Но украсть было решено именно то, что потенциально могло превратить меня в всесильное чудовище этого мира…
— Передай всем: если ещё хоть кто-нибудь посмеет тронуть мои вещи, я велю отрубить ему голову.
Всем головы с плеч! Я покажу, что у меня есть власть!
Я сразу же пошла к дворецкому и получила адрес Донау. Не думала, что моя первая вылазка после вселения будет по такой печальной причине.
Из-за того, что я плохо знаю местность, со мной пошла Хэна, которая живёт неподалёку. Пудинг тоже прицепился к нам, видимо, решив, что мы идем на прогулку. Мы назвали кучеру адрес, и он высадил нас на окраине, довольно далеко от дома графа. Дальше нас вела Хэна.
— Здесь, миледи.
«Наконец-то! Ну держись, воришка плешивая. Я заберу свой маршрут к могуществу обратно!»
Официальное «тук-тук» я сочла лишним и просто выбила дверь ногой.
⊱━━━━⊱༻●༺⊰━━━━⊰
— … М-м-м-м-м!
Девушка дергалась на стуле так усердно, что казалось, вот-вот вывернется из верёвок. Донау, устроившийся в кресле с чашкой чая и листком бумаги, раздраженно цокнул языком.
Он прекрасно понимал каждое мычание. Слова могли быть только одни: «пожалуйста, отпустите», «я больше не буду», «я ничего не сделала»… — наверняка все эти ничтожные слова. Ха-ха, смешно, она молит, сама не зная, в чём провинилась. Донау посмотрел на девушку, как на насекомое, и вскоре отвел взгляд.
Занавесок не было, и чтобы никто не заглянул в окно, он спешно прибил деревянные доски. Сквозь маленькие щели пробивался красноватый свет, солнце уже клонилось к закату.
Времени оставалось совсем мало. Краснота скоро спадет, и наступит тьма. Донау с трепетной любовью посмотрел на листок, который держал в руках.
Это была записка, подобранная им в графском доме, где он работал. Вчера вечером, убираясь в комнате Эванджелин Рохансон, он нашел это сокровище.
[Способ призыва демона]
Кто-нибудь другой назвал бы подобный текст пустой детской страшилкой. Но Донау, работавший в доме графа, обладал, по собственному мнению, особенной проницательностью.
Эванджелин Рохансон, что наложила на себя руки, воскресла. Кто ещё, кроме дьявола, способен на такое?
Глупые сослуживцы кричали, что в неё вселился призрак! Что она стала одержима! Трусили из-за какой-то девчонки и поднимали шум. Ничтожества! Главное — как именно воскресили Эванджелин Рохансон!
И кто призвал демона!
Только один Донау смог понять причину.
Мать Эванджелин Рохансон была из герцогского дома Хосакин. Граф Рохансон под предлогом слабого здоровья Эванджелин с детства получал от герцогского дома огромные суммы на лечение.
Донау, убираясь в кабинете графа, стал свидетелем той головокружительной вереницы цифр. Благодаря тому, что его избили за подглядывание в документах, воспоминания были еще яркие.
Если бы Эванджелин умерла окончательно, деньги перестали бы приходить. Значит, граф заключил сделку с демоном, чтобы вернуть себе дочь.
Проклятый граф! Каким бы добряком он ни притворялся, он всё равно жалкий аристократ, жаждущий денег! Донау уже давно догадывался о его грязной сущности. И он, по собственному мнению, станет куда более подходящим аристократом, чем этот жалкий старик!
[Способ призыва демона]
[Ты, стоящая на краю,
Оскверни землю кровью невинного мученика.
Своей окровавленной рукой начерти круг.
В моление взывай о спасении.
Пусть на терновнике нальются виноградные гроздья,
Пусть на чертополохе завяжутся плоды инжира,
С благоговением и поклонением
Обойди кругом и встреть нисходящего на землю ангела света.] [1]
Всё готово.
Он схватил на улице девчонку, которая крутилась неподалёку от его дома. На полу, собственной кровью, он вывел огромный призывной узор. Всё тело ныло: руки, плечи, пальцы были изрезаны мелкими порезами.
Оставалось дождаться, пока солнце сядет окончательно, и отдать жизнь девочки в уплату за вызов демона.
Донау несколько раз повторил про себя процедуру, а затем разорвал бумагу на мелкие кусочки и проглотил их. Жёсткая бумага казалась сладкой, словно спелый плод.
Нельзя позволить всякому сброду увидеть такую особую информацию. Возможность стать особенным должна быть только у него.
— Наконец-то!
Солнце исчезло окончательно.
Донау чиркнул спичкой, зажёг несколько толстых свечей и взял со стола хорошо наточенный нож. Под сиплое, прерывистое дыхание девушки он начал кружиться по комнате..
Взяв со стола остро заточенный нож, Донау заплясал под аккомпанемент тяжелого дыхания. Это был вальс, подобающий джентльмену. Пламя свечи колыхалось в такт его движениям, а тени на стене плясали.
Донау танцевал с собственной тенью, и в каждой фигуре, в каждом повороте видел будущее: не эту тесную, пахнущую сыростью лачугу, а зал под ослепительным сиянием хрустальной люстры.
[1] Пусть на терновнике нальются виноградные гроздья,
Пусть на чертополохе завяжутся плоды инжира
Это почти дословная цитата из Евангелия от Луки (6:44), где Иисус говорит:
«Ибо всякое дерево познается по плоду своему, потому что не собирают смокв с терновника и не снимают винограда с куста терновника».
(В других Евангелиях используются аналогичные образы).
1. "Пусть на терновнике нальются виноградные гроздья" — Терновник, колючий и дикий кустарник, символ греха, проклятия и бесплодия (терновый венец). Виноград — один из главных библейских символов благодати, изобилия, радости и богоугодной жизни (Христос говорит: "Я есмь виноградная лоза").
2. "Пусть на чертополохе завяжутся плоды инжира" — Чертополох (репейник) — ещё один символ сорняка, бесполезного и враждебного растения, которое захватывает пашню. Смоква (инжир) — как и виноград, символ мира, благосостояния и сладких плодов праведности.
Вместе эти две строки усиливают друг друга, создавая единый образ:
Это не просьба о благодати, а требование силы. Не надежда на преображение свыше, а попытка силой магии и союза с духом тьмы заставить реальность принести неестественные, запретные плоды.
Метафора искупления и новой жизни.
Как если бы Эдемский сад вновь расцвёл на месте пустыни греха.
Здесь строки становятся не молитвой к Богу, а вызовом Ему. Ритуал буквально говорит: «Пусть божественные законы мироздания будут отменены. Пусть то, что Ты назвал невозможным и противоестественным, станет реальностью — но по моей воле, не по Твоей».
"Терновник" и "чертополох" — символизируют жизнь, сущность или душу призывающего (колючую, бесплодную, греховную).
"Виноград" и "инжир" — символизируют те "плоды", которые демон обещает дать: невероятный успех, знания, власть, наслаждения — всё, чего человек не мог достичь естественным, "богоугодным" путём.
Таким образом, призыв означает: «Пусть из моей тёмной, греховной натуры (терновника) произрастут невиданные, сладкие плоды (богатство, сила), которые ты, демон, можешь дать». Это просьба о сверхъестественном обогащении и преображении через связь с тёмными силами.
В христианской демонологии (особенно у апостола Павла во 2-м послании к Коринфянам, 11:14) говорится: «И неудивительно: потому что сам сатана принимает вид Ангела света».
Таким образом, текст не просто «связан» с Библией — он питается её символами, чтобы их опровергнуть, и строится на её законах, чтобы их нарушить. Это демонстрация того, как высшие духовные истины могут быть использованы как инструмент для призыва их прямого противника.
В библейской системе это — руководство по вступлению в союз с тем, кто «лжец и отец лжи» (Евангелие от Иоанна 8 стих 44).
Комментарии к главе
Пока нет комментариев к этой главе. Будьте первым!