Она улыбнулась.

— Да, думаю, если ты остановишься сейчас, то просто будешь развлекаться с, по меньшей мере, четырьмя женщинами, которые хотят ублажать тебя. Или около того.

— Точно.

Я обратил внимание на то, что она посчитала Сью Эллен, хотя на её счёт не было определённости.

Она улыбнулась шире.

— Главное слово: "около того".

— Ай-ай! Беги, Форрест, беги!

К счастью, моя жена стала серьёзнее.

— Ладно, я и без этого проживу. Это похоже на то, как я отказала тебе в сексе в офисе. Нам нужно соблюдать границы. Это грустно, конечно, ведь вчера в "У Мамы Мии" мы провели самый классный вечер в жизни!

Она наклонилась ко мне, и в её глазах снова загорелся огонёк похоти.

— Помнишь, как ты заставил меня снять трусики и положить их на стол? А помнишь, как ты заставил Сью Эллен снять трусики?! Ну же! Как ты можешь не хотеть больше такого веселья?!

Когда я вспоминал эти эпизоды, то снова возбуждался. Но я осторожно сказал:

— Эй, я не говорю, что мы больше никогда не будем совершать таких поступков. Я говорю, что давай немного свыкнемся с тем, что происходит сейчас, пока мы окончательно не слетели с катушек и не упали в пропасть безумия. Ты же понимаешь, что я просто теряю голову. Я имею в виду то, что случилось в парке...

Я возбудился сильнее, когда вспомнил, как трахал "Мишель". Мой пенис оставался мягким, но лишь потому, что этот парень был полностью истощен.

— Я не собираюсь винить тебя за это, даже за телефонный звонок, потому что ты, должно быть, тоже потеряла голову в тот момент. Думаю, мы оба на время сошли с ума! Были сладострастными безумцами! Черт, я был готов заняться сексом с сама знаешь кем, – я выставил руки в двух футах от себя, намекая на огромные груди Мишель. – Прямо посреди улицы, если бы представился случай. Ну, почти. Но я не хочу снова терять над собой контроль. Это страшно. Всё что угодно может случиться!

— Я знаю. Ты прав. Наверное, нам стоит сделать паузу, пока мы всё не обдумаем. Я думаю, именно поэтому ты до сих пор не приказал мне снять трусики. Облом.

Я приподнял бровь и посмотрел на неё, как на Капитана Очевидность.

— Да. Не стоит и говорить. Больше никаких шпили-вили ближайшие... Восемь лет!

Она рассмеялась.

— Правильно. Дело в том, что раз уж ты пристрастился к таким развлечениям, то ты будешь хотеть большего. Восемь лет? Ставлю на то, что ты и восьми часов не продержишься. Ты в фазе возбуждающих открытий, как ребёнок, которому разрешили побегать по магазину игрушек. И я такая же. Я возбуждена круглые сутки, и это длится уже продолжительное время, с тех пор, как мы впервые обсудили "грани дозволенного". Я не преувеличиваю. Ты знаешь, что на мне сейчас две пары плотных трусов? Я надела их на работу, не зная, что увижусь с тобой. А почему? Потому что одна мысль о том, что происходит у нас дома, заставляет меня течь.

Я уныло кивнул.

— Да, опасности не избежать. Я не могу поверить, что ты обнаглела настолько, что позвонила ей по телефону. А потом эта ролевая игра! Боже мой! Так порочно! Разве возможно в мире что-то более порочное, чем это?! Но я не собираюсь на этом заострять внимание, потому что в этом есть и моя вина, ведь я не остановил тебя. В любом случае, сейчас мне нужно серьёзно с тобой поговорить.

Она кивнула.

— Хорошо. Давай поговорим. Серьёзно. Без шуток.

Я собрал свои мысли в кучу.

— Боже мой! Всё так безумно, что я не знаю, с чего начать. Ну, давай начнём с событий сегодняшнего утра. Я не хочу пересказывать тебе всё в деталях, потому что мы записали видео, и ты сможешь своими глазами увидеть это действо. К тому же, я не хочу, чтобы мы с тобой снова возбудились, пока я ещё не отошёл от событий в парке. Но... Я обеспокоен. Дево... Давай называть их двл, ладно?

Моя жена кивнула, поняв отсылку к дьяволицам. Я понял, что говорить о сексе с "девочками" на людях может быть опасно. Люди могут подумать, что я педофил, и так далее.

Я продолжил.

— Двл настолько поглощены идеей сексуального взаимодействия со мной, и... службой мне... что я просто забываю, как дышать. Честно говоря, это меня пугает. Я месяцами боролся с соблазном, и тут – бабах! Стена рухнула. Вот их рты уже прикреплены к моему... Королю. И я типа... охренел!

— Твой хрен тоже охренел, – пошутила Минди, развратно улыбаясь уголками губ.

— Правда. Но всё ли с нами будет в порядке? А наши отношения с ними? Я же не просто сблизился с ними; они хотят быть моими рабынями!

Я осмотрелся по сторонам, поздно осознав, что сказал последнее слово слишком громко. К счастью, никто нас не услышал. Я тихонько добавил:

— Ну, серьёзно! Кажется, они реально помешались на этой ерунде. Чем больше покорности и похоти, тем лучше. Например, это прозвище, "рабыни члена".

Минди ответила:

— Милый, почему бы тебе просто не признать их "рабство" в пределах разумного? Это то, чего они по-настоящему хотят. Поверь мне, они долгое время об этом фантазировали. Это не минутный каприз. Это происходит и со мной, и со Сью Эллен. Я имею в виду, мы не будем заходить слишком далеко; в конце концов, мы все знаем, за кем последнее слово.

Она подмигнула мне.

Как во многих браках, в этой шутке была доля правды. Правда заключалась в том, что в нашем браке мы оба были "у руля", как в финансовых, так и в других вопросах, и распределение ответственности между нами было равное. Поэтому я не возражал против таких шуток.

Она продолжила:

— Правда, я люблю нового доминантного тебя. Мне нравится смотреть на твой секс с другими женщинами. Не знаю, куда это нас приведёт, но я хочу насладиться этим. С тобой.

Она взяла мою руку и сжала её.

— Я тоже, – признал я. – Но я напуган. Тот факт, что я так сильно это люблю, пугает меня. Это было лучшее время в моей жизни! Это опьяняет и вызывает зависимость, и я чувствую, что это лишь начало. Мы освободили очень мощные сексуальные силы, дорогая, и я не хочу, чтобы кто-то обжегся, пока мы играем с огнём. Вот почему я отклонил предложение о групповом сексе в прошлом году. Я боялся, что мы откроем ящик Пандоры.

Я разрывался между похотью и беспокойством. Я осмотрел ресторан, пытаясь оставаться спокойным.

— Но мы открыли этот ящик. Я чувствую, будто мы ветки, которые бросает из стороны в сторону ураган сексуальных страстей, и мы даже не осознаём этого. Например, этим утром я решил: "Ладно, пусть двл мастурбируют мне. Остановимся на этом на время". Где-то через пятнадцать минут они уже облизывали моего Джонсона со всех сторон, а затем и их губы приступили к работе. Вот так сила воли! Я даже пальцем не пошевелил, чтобы возразить им. На самом деле, я пообещал главной двл, что трахну её сиськи и выпорю её сегодня вечером.

Минди наклонилась вперёд, показывая мне свою зону декольте, обрамлённую деловыми костюмом. Она сказала хриплым голосом:

— Мы ступили на опасно возбуждающую территорию. На территорию, где двух пар плотных трусиков недостаточно. Если так и продолжится, то у меня возникнут проблемы с гидрацией!

— Извини, но ты понимаешь, о чём я говорю? Эти силы невозможно контролировать. Я беспокоюсь. Например, что случится, если я позвоню тебе на работу и расскажу о своих невероятно возбуждающих проделках с двл, и оставлю тебя изнывать от страсти в твоём кабинете? А потом, сразу после моего звонка, какой-нибудь мужчина войдёт в твой кабинет, увидит тебя на грани оргазма и воспользуется этим? Сможешь ли ты устоять?