Я сказал:

— Я должен кое в чём тебе признаться. Я поступил плохо.

Она навострила уши и замедлила движения, но не остановилась полностью.

— На днях я нарушил ваше с Мишель личное пространство. Помнишь, как вы двое словили меня у парадной двери, ты разделась и стянула с меня шорты, а потом тёрлась своей шелковой кожей о мой член?

— Какой именно раз?

Я осознал, что таких случаев уже успело произойти несколько.

— Самый первый.

— Оу! Помню!

Её руки ускорили движение, потому что эти воспоминания её возбудили.

Я не знал, получится ли у меня закончить этот разговор, не излив порцию спермы на её шелковую кожу.

— Ну, в тот раз я подслушал ваш разговор. Вы сказали, что вам нужно обсудить кое-что важное в джакузи. И я пошёл в прачечную, чтобы подслушать вашу беседу.

— Оуу, и это твоё признание? – сказала она умилённым тоном. – Оуу, ну разве не милашка?

— Прости меня. Я нарушил вашу с Шелли приватность. Перед ней я извинюсь позже, а сейчас хочу признаться тебе.

— Оуу, это мило. Ты правда переживаешь из-за этого?

— Конечно! Я не ожидал от тебя такой реакции, Руби. Ты говоришь так, будто это не имеет значения, или ты уже знаешь... Ой-ой. Не говори мне, что ты уже знаешь.

— Упс. Мишель меня убьёт.

Но казалось, на самом деле её это не сильно волновало. Она улыбалась.

— Вы знали?! Вы знали, что я подслушивал?! Откуда вы знали?!

— Папочка, ты слишком громко дышишь. Ты охал и вздыхал, как старый паровоз. Мы даже поняли, когда ты был близок к оргазму. Ты не представляешь, как тяжело было на это не реагировать. Мы буквально сдерживали друг друга, чтобы не броситься к тебе и не съесть твою вкусную фигню, пока ты её не спрятал куда-нибудь.

— О боже. Я чувствую себя дерьмом. Быть пойманным на мастурбации, наблюдающим за голыми дочерьми. Как это низко!

— Папочка! Ничего страшного! Присоединяйся к клубу! Кто в доме Куперов не подглядывает?

— Что?!

— Упс! Я сказала это вслух? Теперь Мишель действительно меня убьёт!

— Что?! Кто за кем следит?!

Я начал отстраняться от неё, ошарашенный этой новостью.

Но она обвила меня руками, прижимая к себе.

Она убрала руки с моего члена, и тот лежал прямо на её половых губах. Я даже чувствовал её маленький клитор под головкой члена.

— Ой. ПАПОЧКА! – хрипло прошептала она. – Кажется, Король готов к новым завоеваниям!

Каким-то образом, хоть я и был сверху, ей удавалось немного скользить свои телом вверх и вниз. Я чувствовал, как её горячая влажная киска скользила по моему стояку.

Соблазн просто всунуть свой член в неё был невероятно огромным. И Минди не возражала бы против этого. Но так же сильно, как я хотел дать себе свободу и насладиться невероятными ощущениями, я не мог себе этого позволить. Хотя бы потому что это означало отдать ей контроль над ситуацией, что неизменно привело бы к катастрофе.

— Нет, он не готов! Прекрати это! – горячо возразил я. – Это слишком сексуально! Не могу поверить, что говорю это, но лучше подрочи мне. И ответь на вопрос! Ты, Мишель, и даже Минди долгое время что-то планировали за моей спиной. Если ты правда меня любишь, то должна быть честна со мной!

— Очень хорошо, – сказала она, когда я слегка отстранился и позволил ей взять мой стояк в руки. Когда она начала его ласкать, то сказала: – Мммм! Он такой пульсирующий и горячий! Действительно очень горячий! И влажный! Мне нравится скользить по твоей смазке. Хотя... Может быть, мне лучше отсосать тебе?

Я проворчал:

— Ответь на вопрос!

— Очень хорошо, – она потёрла моё сладкое местечко. – Мы с Мишель занимались всякими грязными делишками, когда готовились сломить твоё сопротивление, и заставить тебя сорвать наши вишенки и поработить наши попки. Пожалуйста, не заставляй меня говорить слишком много сейчас, потому что Мишель правда меня убьёт, по-настоящему. Но всё-таки я скажу, что мы обнаружили секретный способ подсматривать за твоей спальней. Когда вы с Минди там уединяетесь, то мы любим за вами наблюдать.

— Боже мой! И как долго вы этим занимаетесь?!

Это меня очень обеспокоило, хотя мой стояк оставался твёрдым. На самом деле, я лишь больше возбудился.

— Пожалуйста, не заставляй меня говорить. Лучше спроси у Мишель.

— Я выпорю её задницу очень жестко сегодня, – прорычал я.

Руби пробормотала:

— Повезёт же сучке.

Я понял, что мне нужно переосмыслить значение порки. Я спросил:

— Кто ещё знает об этом секрете? И как вы подсматриваете? Мне придётся лишить вас этой возможности.

— О нет! О боже, я очень сильно облажалась!

Она попыталась отвлечь меня тем, что начала активнее мне мастурбировать, но это не сработало. Конечно, это помогало мне получать фантастическое наслаждение, но я не собирался прекращать свой допрос.

— Руби, ты меня любишь, или нет? Ты ведь хочешь, чтобы я доминировал?

Несмотря на то, что я лежал сверху неё, а она активно мне дрочила, ей каким-то образом удалось меня крепко обнять.

— Как бы я хотела, чтобы ты понял, как сильно я тебя люблю! И конечно же, я хочу, чтобы ты доминировал надо мной! У меня в ушах всё время звучат слова "рабыня члена", от чего всё мое тело дрожит.

Он заглянула мне в глаза снизу вверх и искренне сказала:

— Пожалуйста, сделай меня рабыней своего члена! Я принадлежу тебе, голая и лежащая под тобой, мой господин!

Я сам задрожал, когда услышал эти слова. А когда она назвала меня господином, то я чуть не кончил на неё. Но я старался оставаться спокойным, чтобы разузнать об их подглядывании больше.

— Если ты хочешь подчиняться мне, то должна подчиниться и сейчас. Ты должна ответить на мои вопросы. Кто ещё знает об этом глазке, или как вы подсматриваете?

— Ну, на самом деле, много кто. Мы не можем подсматривать всё время, нужны определённые условия. И когда они присутствуют, то Мишель, ну, позволяет другим людям смотреть.

— Другим людям?! Кому?!

— Хм, ну, иногда? На пижамных вечеринках? – она говорила нерешительно, поэтому казалось, что она задаёт сама себе вопросы. – Мы, ну, типа смотрели по очереди? Но не все! Только наши близкие друзья. Знаешь: Нина, Рокси, Лиза, Анджали, Ники, Диана...

Моё сердце чуть не остановилось.

— Ники?! Ты сказала Ники?! Моя дочь Ники?! Наша Ники?!

— Ну, да, – она прикрыла глаза и перестала мне мастурбировать. – Боже, быть честной так сложно.

Я спрыгнул с неё и отвернулся, прикрыв свой пах. Я не хотел, чтобы она заметила, что упоминание Ники не только не избавило меня от эрекции, но и подвело меня опасно близко к оргазму. Я боролся с легионом внутренних демонов, чтобы не представлять мою ещё одну прекрасную дочь, подсматривающую в глазок, голую, трогающую свою киску, наблюдая за тем, как её родители занимаются сексом. Вау!

Черт, я прежде никогда не думал о ней в таком ключе, и я не хотел начинать сейчас! Хотя, я лукавлю, и порой контролировать свои фантазии очень сложно, но, хотя бы, я не часто думал о ней в таком ключе. Я твёрдо сказал себе: "Ники чистый и невинный ангелочек, и она всегда будет такой! Она вне нашего безумия!"