Я мог просто расслабиться и даже не думать, не фантазировать о том, какая Синди, должно быть, в постели. Пока я болтал с Минди и Синди, моя эрекция обмякла, хотя они обе были шикарно одетыми красотками. Ни та, ни другая не стеснялись носить глубокие декольте, так что я был окружен женской красотой. Но я любовался ими без мысли вроде: "О боже мой, я хочу их трахнуть!" А ведь такая мысль частенько посещала меня в последнее время, ведь Мишель и (или) Рубит постоянно крутились под ногами.

Синди была препятствием на пути к моим сексуальным радостям. Мне нужно было обсудить с ней некоторые рисковые моменты. Если не сейчас, то в скором будущем. Например, как объяснить ей то, что я каким-то образом стал отцом Руби? Как разъяснить свои намерения? Она знает, что я позволил Руби называть меня папочкой, но с тех пор, как мы вступили в интимную связь, ситуация стала намного серьёзнее. И как о таком говорить?

И что случится, если Синди узнает о наших с Руби сексуальных шалостях? Я не видел выхода, кроме как держать всё в тайне от Синди, возможно, навсегда, особенно если она лично признает меня отцом Руби. Минди говорила, что у неё есть некоторые соображения, как вежливо преподнести ей эту новость, но я не думал, что такое возможно. К сожалению, мы не успели подробно обсудить это до прихода Синди.

Я думал об этом, когда Руби спустилась к нам. И она действительно спустилась: она выглядела, как королева бала! Это бросалось в глаза, ведь на ней был наряд в стиле южных красавиц; такой, который открывает прекрасный вид на грудь и зону декольте, и даже немного обнажает ореолы. Её соски были на грани того, чтобы быть напоказ. И да, такие наряды считаются шикарными, а не порнографическими.

Это было блестящее, атласное платье глубокого синего цвета. Она могла бы надеть его на выпускной вечер или на какой-нибудь бал. Синий был нетипичным цветом для неё, ведь обычно она носит оттенки красного, но синий ей очень идёт. Её лицо было идеально накрашено, а её украшения, блестящая подвеска и серьги, делали её образ завораживающим.

Синди встала.

— Богинюшка! И это моя дочь? Что происходит? Ты ослепляешь нас своей красотой! Сегодня какой-то особенный день?

Руби засияла.

— Нет, ничего особенного.

— Да ладно! – не верила Синди. – Ты не наряжаешься так на каждый ужин у Куперов. Мы ужинаем с ними почти каждую неделю, и ты ещё никогда так не одевалась.

— Ладно. Я признаюсь. В моей жизни появился новый мужчина. Я оделась так, знаешь, из-за предвосхищения.

— Новый парень? – вскрикнула Синди. – О БОГИНЮШКА! Какая отличная новость! Какое облегчение. Я ТАК волновалась! Посмотрите на неё! Ей восемнадцать, она неописуемая красавица, и ни разу ни с кем не встречалась. Кто этот счастливчик?

Моё сердце пропустило удар. Руби посмотрела прямо на меня! Он вот-вот раскроет нашу тайну!

Всё ещё глядя прямо на меня, Руби сказала:

— Я не могу рассказать. Не сейчас. Возможно, чуть позже этим вечером. Но сначала я хочу узнать мнение мужчины. Дэн, что ты думаешь? Как я выгляжу?

Я попытался отделаться от шока и сказать что-то вразумительное.

— Руби, у меня... нет слов! Честно, нет слов! Ты олицетворение идеальности!

— Правда? Ты так считаешь?

Она покрутилась. Если до этого она сияла, то сейчас засветилась, как солнце. Стоя в двух футах от меня, она внезапно наклонилась, отчего её груди чуть не вывалились из платья.

Она открыла рот и прошептала мне на ухо:

— Я оделась так для тебя, и только для тебя. Рабыня твоего члена хочет угодить господину!

Заем она так же внезапно сделала шаг назад и захихикала. Минди и Синди увидели это, но, к счастью, ничего не услышали. Синди, должно быть, решила, что Руби сказала мне какую-то шутку.

Я пытался сохранять спокойствие и рассмеялся вместе с ней, как будто она и впрямь пошутила. А вот мой член начал не на шутку набухать, хотя я всеми силами пытался усмирить его. Мой член жаждал ласк, так как я не кончил из-за прихода Синди.

С горящими глазами Руби взяла свою подвеску и показала её мне.

— Тебе нравится моя подвеска? Она новая! Это настоящий жемчуг, представляешь, – её голос стал хриплым. – А ты бы хотел украсить меня своим жемчугом?

Я чуть не задохнулся, настолько меня поразила эта откровенная аллюзия. Это была очень странная фраза, ведь она уже носила жемчужную подвеску. Я посмотрел на Минди, которая улыбалась своей характерной хитрой улыбкой. А вот Синди, к счастью, совсем не поняла намёка.

Я быстро ответил:

— Ты выглядишь шикарно в ней. Абсолютно шикарно!

Но этот хитрый рыжик не остановился.

— Правда? Тебе правда нравится? Папа подарил мне её много лет назад, ещё до того, как бросил нас. Прежде я никогда не надевала её. А сейчас она мне немного мала. Также я не люблю её, потому что это подарок отца. Я бы хотела, чтобы кто-нибудь хороший подарил мне жемчуг. Дэн, я хочу, чтобы ты подарил мне его. Дэн, я мечтаю о том, чтобы ты украсил меня ожерельем из крупного жемчуга! Может быть, сегодня ты дашь мне его?!

Очевидно, что Руби имела в виду моё обещание трахнуть её сиськи позже. Черт побери!

Синди удивлённо посмотрела на меня, потом на Минди, так что она не заметила, как Руби подмигнула мне.

К счастью, Синди не поняла сексуальных отсылок. Зато её поразил тот факт, что её дочь так нагло выпрашивает дорогие подарки. Она быстро сказала:

— Эй, Руби, в самом деле! Ты не должна просить Дэна о таком. Он любит тебя, я уверена, но подобная вещь стоит тысячи долларов. Если ты так хочешь новую подвеску, то я приму это к сведению, когда буду выбирать тебе подарок на Рождество. Но возможно, нам просто следует немного переделать эту. Ты сказала, что никогда прежде её не надевала. Ты правда так ненавидишь Рекса?

Так звали бывшего мужа Синди.

— Давай не будем говорить о нём, – ослепительная улыбка Руби увяла, когда она услышала это имя. – Но я правда хочу большое жемчужное ожерелье от Дэна, очень хочу! – она снова посмотрела на меня. – Не важно, пусть оно будет самым дешевым. Главное, чтобы оно было от него.

Она посмотрела мне в глаза таким сладострастным взглядом, что я удивляюсь тому, что Синди ничего не поняла и не вскочила с места с криком: "Дэн, убери свои грязные руки от моей дочери!"

Синди была более чем озадачена этим разговором о жемчужном ожерелье. Она сказала:

— Это так не работает. Ты не можешь указывать людям, какие подарки они должны тебе дарить.

К счастью, этот разговор закончился, и мы переключились на тему нового возлюбленного Руби.

Руби села рядом с нами. Она избегала деталей, хотя она настойчиво использовала слово "мужчина" каждый раз, в то время как Синди называла его "парень".

Я чувствовал, что проблемы начинаются. Руби была такой же своенравной и неконтролируемой, как и Мишель, и у неё на уме был только секс со мной. Как скоро Синди обо всём догадается, учитывая двусмысленные намёки Руби и её похотливые взгляды в мою сторону?