Мои руки сами по себе начали гладить акры и акры её сисек.

— Мммм! – промурлыкала она, закрыв глаза, чтобы лучше почувствовать тактильные ощущение. – Я так люблю, когда ты делаешь это, папочка! Контролируешь свою дочь... Мммм... Я могу кончить от этого...

Увидев, что мои руки справляются и без посторонней помощи, она схватила мой член и потянула его вверх, а свою грудь опустила вниз.

Но до того, как они соприкоснулись, я попытался отстраниться.

— Подожди! Подумай, Шелли. Разве ты не хочешь, чтобы секс с твоими сиськами стал событием века? У нас в запасе лишь несколько минут. Это нехорошо.

Она простонала:

— Но, папочка... Я думала об этом весь день! Думала о твоём твёрдом члене во рту, между моих сисек, в моей киске, в моей попке, в моих руках – везде! Я хочу, чтобы твой член покорил моё тело! Он нужен мне, нужен сейчас! Мне плевать. Мне плевать на то, что происходит внизу. Пусть подождут!

Она держала мой член двумя руками. Казалось, она забыла о том, что хотела поместить его между своих сисек. Вместо этого она начала активно работать руками.

Я понял, что должен воспользоваться её соревновательной жилкой.

— Ты просто позволишь Руби быть звездой шоу там, внизу? Хочешь, чтобы все думали, что она самая красивая девушка в городе?

Она задумалась. Я видел, что она хмурится. Внезапно она запрыгнула на меня, и моё лицо оказалось в её молодых сиськах.

— Я знаю, ты сосал соски Руби сегодня! Пожалуйста, пососи мои! Это моя сладкая фантазия! Мы можем выделить на это пару минут, правда? Если ты заставишь меня хорошенько кончить, то этого будет достаточно на данный момент.

Итак, прежде, чем я успел сосчитать до трёх, моё лицо утонула в её сиськах. Но я не жалуюсь. Я был рад пососать твёрдые сосочки Мишель. Честно говоря, это была и моя фантазия уже довольно долгое время. И очевидно, что не я один получал от процесса удовольствие.

Не стоило этому удивляться, но как только я начал сосать соски моей дочери, я ощутил, что всё делаю правильно. Как будто это было тем делом, которое не только стоило сделать давным давно, но и которое нужно продолжать делать регулярно с этого самого момента. Да, она моя биологическая дочь, ну и что, черт побери?! Это так приятно! Ей невозможно отказать! В конце концов, зачем нужны такие роскошные груди и твёрдые соски, если не для любовных ласк?

Но моей возбуждённой дочери этого было мало. Её руки были везде, снимая с меня пиджак и рубашку (каким-то образом ей это удалось). Она пыталась ласкать моими пальцами свою киску (я сопротивлялся), или хотя бы попку (тут я быстро сдался).

Вскоре единственной одетой частью моего тела были икры на ногах, на которых болтались стянутые трусы. Либо её сосок был у меня во рту, либо, когда мне требовался перерыв, она тёрлась об меня всем телом, как будто я был полировочной доской.

Но в основном я сосал её соски и гладил попку, пока она одной рукой толкала мне в лицо свои сиськи, а другой активно дрочила.

Это было круто. Это было очень круто. Я мог наслаждаться без риска быстро кончить, как это было раньше.

И всё время она говорила:

— Папочка, папочка, ты не представляешь, как одиноко я себя чувствовала сегодня! Работая на этой тупой работе, пока Руби дрочила и сосала тебе весь день напролет – блииииин! Я ещё никогда так не грустила! А когда она позвонила мне и рассказала всё то, что ты делал со Сью Эллен в ресторане! Ах! Пожалуйста! В следующий раз просто сжалься и убей меня!

Но затем её тон изменился:

— Но, папочка, я впечатлена! Ты заимел новую рабыню члена за два дня! Руби говорит, она того стоит. Такими темпами скоро нас будет дюжина, или больше! Мой папочка самый сексуально активный в мире! Мне нравится, каким наглым ты был в ресторане. Не могу дождаться, когда в следующий раз мы пойдём в ресторан, и я отсосу тебе под столом!

Её голос стал ещё более похотливым и возбуждённым.

— Представляешь это? Дюжина грудастых молодых рабынь члена! Все по очереди ублажают тебя! Я знаю, что это слишком много, и я надеюсь, что ты не заимеешь так много рабынь, но представлять подобное очень весело!

Странно, но она правда верила в то, что я могу заиметь так много "рабынь", как только захочу. Это неправда! Конечно, Сью Эллен прекрасна, но она была чистой удачей. Верно?

С одной рукой на моём члене, а другой на своём клиторе, она довела себя до оргазма. После этого она немного успокоилась. Постепенно она выплеснула большую часть своей бешеной энергии (в основном путём бешеной мастурбации мне), и она начала таять. Вместо того, чтобы активно тереться об меня, она начала меня обнимать. Я по прежнему ласкал её попку, сосочки, а она – мой член. Но по крайней мере остальные части наших тел замедлили движение, и моё сердце больше не выпрыгивало из груди.

Она ворковала:

— Ааааах. Я чувствую себя лучше. Мне нужна папочкина любовь. Я хочу принадлежать своему большому, сильному папочке! Я должна быть в твоих объятиях, а твой член – в моих руках или в моих дырочках. Ты не представляешь, как это приятно: возвращаться домой с работы, чтобы ощутить Короля в своих руках и во рту. Ради этого стоит мучится восемь часов. Я мечтала об этом годами. ГОДАМИ! Это даже лучше, чем в моих мечтах! Ты же любишь свою рабыню-дочь? Разве ты не хочешь забрать мою девственность своим огромным членом? Папочка, я очень этого хочу! Я мастурбирую свою киску каждый день, каждую ночь!

Я не мог ответить ей, ведь мой рот был занят её сосками. Хорошо, что я мог дышать, ведь моё лицо было покрыто её сиськами. Я начал понимать разницу в несколько размеров груди: больший объём и вес (и больший потенциал для ласк).

Затем я услышал голос (я не мог ничего увидеть из-за того, что моё лицо было скрыто в сиськах):

— Оууу... Разве это не милая сцена?

Я не запаниковал, так как я хорошо знал этот голос и этот умилённый тон. Он принадлежал моей жене. Я немного занервничал, когда подумал, что могла бы сделать со мной Синди, если бы увидела меня со спущенными до лодыжек трусами, и со стоячим членом в руках дочери – не говоря уже о том, что мой рот исследовал каждый дюйм её шестого размера. Но к счастью, это была лишь мысль, которая заставила меня вздрогнуть.

Я оторвался от соска, чтобы спросить мою милую жену:

— Как долго ты здесь стоишь? Разве дверь не закрыта?

— Достаточно долго. Но не волнуйся, Синди не собирается подниматься вверх. Хотя, если бы она поднялась, разве это не было бы интересно?

Я почти слышал, как похотливые мыслишки вертятся в её голове.

В этот момент любая нормальная жена начала бы кричать, что здесь происходит, или просто ударила бы меня сковородкой по голове. Даже жена, которая одобряет открытый брак, жаловалась бы, что я игнорирую её просьбы, и что я невежлив по отношению к гостям, которые ждут нас внизу.

Но что сказала Минди?

— Дорогой, я слышала, что говорила тебе наша дочь, и я думаю, что ты должен прислушаться к её словам. Если она нуждается в том, чтобы ты проникал в её киску каждый день и каждую ночь, как заботливый и любящий родитель, разве ты не сделаешь этого, чтобы осчастливить её? Почему ты не хочешь лишить её девственности и стать единственным мужчиной, кто будет иметь счастье трахать её? Если она хочет полностью отдаться и покориться папочкиному необузданному члену, то кто такие мы с тобой, чтобы запрещать ей это?

Минди не говорила ничего такого, чего я не слышал раньше от неё или Мишель. Но её похотливые речи и пальчики Мишель на моем сладком месте казались очень убедительными. Мне было так хорошо, что я был готов согласиться на что-угодно.

Всё, что я мог сказать, это:

— Давай поговорим об этом позже?! Синди! Внизу! Ужин!

Мою жену это совершенно не смутило.

— Не волнуйся, я шепнула Руби, что здесь происходит, и она собирается тянуть для нас время. Кроме того, Мишель хочет выбрать платье, которое превзойдёт наряд Руби, и под этим предлогом вы можете сполна наслаждаться друг другом здесь. Мишель, это такая вкусняшка, правда? Я уверена, твои соски чувствуют себя превосходно.

Мишель пребывала в эротической нирване, поглаживая мой член, и ластясь ко мне всем телом.

— О, мама! Он такоооой вкусный! А мои соски просто горят! Многие девушки ласкали мои соски, но это... совершенно иначе! Это как... электрический взрыв! Прямо в мой клитор!

Я удивлённо повёл бровью при фразе "много девушек". В моей голове возникли интересные картинки. А вот моя жена нисколько не удивилась.