Когда я оказался в кабинете с Минди, погрязший в размышлениях о том, что только что услышал, я закрыл за собой дверь и сказал:

— Итак, жена! Расскажи мне, что происходит! Многоженство?! Синди?! И вишенка на торте: ты хочешь, чтобы я оплодотворил свою дочь?! Ты реально сумасшедшая?!

Она начала защищаться.

— Эй! Погоди-ка! Позволь мне объяснить. Да, меня унесло немного не туда. Но разве ты не видишь, чего я хочу, чего добиваюсь? Весь мой монолог это ложь! Я была в шоке... В шоке! От того, что Руби призналась в чувствах к тебе прямо перед мамой. Я этого НЕ планировала.

— Ну, не планировала, – допускал я, – но что насчет их мастурбации? Ты видела всё с самого начала. И что случилось с зеркалом на стене? Ты ведь всё спланировала! Это было безумие! Ты специально нас так рассадила!

Я ткнул указательным пальцем в неё.

Она захихикала.

— Разве это не было весело?! Я не планировала всё наверняка, но я подумала, что без зеркала девочки смогут немного потрогать тебя тут и там, и это будет прикольно, учитывая то, что Синди сидела напротив. Я не думала, что ты достигнешь такого яркого... оргазма. Извини. Правда.

— Да, ладно. Это было так же весело, как сердечный приступ. Серьёзно, это был стресс. И я знаю, ты бы легко повторила это со мной снова, ты дьявольская женщина! Но давай не будем отходить от темы. Мы вытащили из пруда очень опасную рыбу.

Она уперла руки в бока и притворилась раздраженной.

— Даниэль, я хочу серьёзно с тобой поговорить, а ты думаешь о рыбалке? Ты совсем не умеешь расставлять приоритеты.

Я рассмеялся. Что, черт возьми, я могу сделать, если она постоянно вынуждает меня смеяться. Это одна из причин, по которым я её люблю.

Но она переключилась на более серьёзный тон.

— Позволь мне объяснить всё это безумие с Синди, ладно? Начнём так. Синди чуть с ума не сошла из-за объявления Руби. Руби для неё всё. Ради своей дочери она готова на всё. У них больше нет родственников. Всё, что она делает, она делает для Руби. Так что наше разоблачение стало для неё ударом.

Я начал говорить, но она жестом остановила меня.

— Но! Я подумала, что клин стоит вышибать клином. Я попыталась выбить почву у неё из-под ног, озадачить её, сконцентрировать её внимание на чём-то другом, чтобы она напрочь забыла о ситуации с Руби. Но как я могла её отвлечь? Я решила так: тобой! Синди интересуется тобой с очень давних пор.

— Мной?! Почему мной?! Она никогда и никак этого не показывала. Она даже не пыталась со мной флиртовать. Думаю, ты ошибаешься.

— Она милашка. Конечно, она не стала бы флиртовать с тобой, потому что я твоя жена, и я действительно уверена в том, что она никогда не станет уводить тебя из семьи. А ещё она переживает, что если она начнёт флиртовать с тобой, то это может ей понравится, и она может потерять контроль над собой, а она не может допустить этого из-за нашей дружбы. Поэтому она очень старается не флиртовать с тобой, хотя она всегда одевается сексуально, если знает, что ты будешь присутствовать.

Я мог только нахмуриться и недоверчиво скрестить руки на груди.

— Доктор Фрейд, я думаю, твой психоанализ здесь не сработает.

Но Минди ничуть не смутилась.

— Это не психоанализ. Дорогой, она сама говорила мне это неоднократно. В любом случае, я поняла: лучший способ заставить её принять твои с Руби сексуальные отношения – это поставить её в такое же положение, как и её дочь. Люди, которые живут в стеклянном доме, не могут бросаться камнями. Если Синди подсядет на твой член, то как она сможет винить Руби за то же самое?

Я схватился руками за голову и простонал:

— Аааааа! Мой мозг взрывается! Миииииндиииии!

Она лишь рассмеялась:

— Просто послушай меня. Ты должен признать, что это гениально. Она уже забыла о Руби! Она сфокусировалась на своей собственной дилемме, и она уже понемногу начинает принимать то, что Руби рабыня твоего члена. Ты заметил, что я откровенно назвала Руби твоей секс-игрушкой? И она едва моргнула глазом. Ты должен признать, что я заслуживаю особую премию за то, что с лихвой перевыполнила обычный супружеский долг.

Я спросил:

— Но зачем всё это?! Я не думаю, что ты всё время врала. Ты ведь хочешь, чтобы я занялся сексом с Синди, не так ли? Хотя это и нарушение твоего правила возраста и зрелости. Разве это не чертовски опасно? А что насчет многоженства? Что это за фигня?!

К сожалению для меня, моя жена осталась спокойной и в бодром настроении.

— Да, ты прав, мой ты секс-террорист. Да, я хочу, чтобы ты занялся сексом с Синди! Как я и сказала, она исключение из этого правила, именно по той причине, которую я озвучила. Это всё правда. Я полностью ей доверяю. И если ты приручишь её своим членом, ты замкнёшь круг. Я знаю, она сабмиссив, как и я, как и все девушки.

— Нет! Она никогда не увлекалась сабмиссивными сексуальными играми. После всех тех ужасных вещей, которые с ней делала Рекс...

— Каких ужасных вещей?

— Ну, избиений, пьянства, насилия. Всего этого.

Минди обеспокоилась.

— ЧТО?! Кто сказал тебе это? Я такого никогда не говорила.

— Ну, ты никогда не говорила напрямую, но я составил картинку из намёков. О таких вещах люди обычно не разговаривают.

— Здесь ты ошибаешься. Конечно, он был уродом и пьяницей, но Синди тоже не размазня! Подумай: если Синди и Рекс начнут драться, то кто победит?

Честно говоря, я об этом никогда не думал.

— Наверное, она надерёт ему зад, – неуверенно ответил я.

— Именно так! Он никогда не смел поднимать на неё руку. Когда она впервые словила его на измене, она очень разозлилась, но простила ему. Но когда она словила его во второй раз, вся любовь в ней угасла. В результате он начал изменять ещё больше, из-за чего она избегала его члена, как опасную заразу. С того момента всё покатилось по наклонной, и они оставались подобием семьи лишь ради Руби. У них годами не было секса, прежде чем он от неё ушел. Он не насиловал её, не бил. Ты думаешь, я бы позволила ему так себя вести с моей подругой и не обратилась бы в полицию? Да ладно! Дэн, у тебя жопа вместо головы. Ха! Хотела бы я нарисовать тебя так. Я бы точно выиграла приз.

— Ну, блин... Я не знал этого. А откуда ты знаешь, что она любит подчиняться? Разве Рекс вёл себя с ней так, когда у них всё было хорошо?

— Рекс? Единственная хорошая вещь в нём – это его кошелёк. Я уверена, он бы даже под угрозой смерти не смог нормально трахнуть женщину. Нет, она никогда не испытывала счастье порки и доминирования, но я знаю, что ей понравится. Откуда я знаю? Просто знаю! Я знаю о ней всё. Я знаю, кто её любимый участник Битлз, какое масло она любит и, черт побери, я даже знаю о её тёмных мыслишках, о которых она сама не знает! Так что не сомневайся в моих словах о Синди!

Она легонько толкнула меня в грудь.