Синди продолжала стыдливо прикрывать соски, когда я вошел в дом.

Когда я открыл стеклянную дверь, я услышал слова Минди:

— Ну разве мой муж не Адонис?

Затем я закрыл дверь позади себя и пошел вглубь дома. Но другая дверь, ведущая во двор, всё ещё была открыта, и я притаился, чтобы услышать ответ Синди.

Синди выпалила:

— Ещё какой! Он словно греческий бог! Ты такая счастливая!

— Да-да. А ты заметила, что у него в плавках?

— Как я могла не заметить? О богинюшка! Я и раньше замечала его, ведь у него постоянно эрекция, но я впервые смогла рассмотреть его так хорошо! Это самый большой член, какой я видела!

Минди гордо сказала:

— Я так и называю его, большой член. Я не могу назвать его просто членом, ведь нельзя же льва называть котом. Это совершенно разные животные. Должно быть специальное слово для таких больших членов, тебе не кажется?

— О богинюшка! – снова воскликнула Синди. – Меня лихорадит! Он такой красавчик! И как же ты справляешься с его монстром?

Минди рассмеялась.

— Это непросто. Поэтому мне нужна помощь!

Это была последняя фраза, которую я услышал. Я не мог стоять на месте долго, не вызывая подозрений. Я был уверен, что Минди предпримет очередную попытку убедить Синди в том, что та должна переспать со мной. Я знал, как работает её дьявольский ум.

Мне было приятно услышать похвалу из их уст не только в адрес моего члена, но и в адрес моего тела. Я ведь не Адонис на самом деле. А кто Адонис? Но я горжусь тем, что я в хорошей форме. Мне повезло с генетикой. Люди часто говорят, что я красивый, и что я похож на Шона Бина.

В одних плавках я направился в спальню, чтобы переодеться. Мне было интересно, чем заняты дьяволицы. Неужели они действительно просто общаются в комнате Мишель и не планирует никаких проделок? А возможно, они как раз таки планируют грандиозную сексуальную шалость? Я решил заглянуть в комнату Мишель, чтобы узнать это.

Обе девочки, абсолютно голые, сидели на кровати и просто болтали. Но когда они увидели, что я к ним заглянул, они вскочили на ноги.

— Папочка! – сказала Руби. – Классно! Теперь нам не нужно тебя искать!

Через секунду в моих руках уже была сочная плоть Руби.

Мишель сказала:

— Папочка, на тебе слишком много одежды!

Пока Руби пихала свои сиськи прямо мне в руки, Мишель быстро стянула с меня плавки. Вскоре они уже лежали в стороне, всеми забытые.

Руби не видела, что Мишель делала, поэтому спросила:

— Он твёрдый?

— Угууууууууу! – ответила Мишель, заскользив губами по головке моего члена.

Я громко застонал, отдаваясь удовольствию. Меня словно окатили ледяной водой.

— Унгнгх! Аааааах!

Руби весело захихикала.

— Прелесть! Обожаю слышать, как наш хозяин стонет от удовольствия! – она дотянулась рукой до блондинистой макушки Мишель и погладила её волосы. – Вот так! Раскрой рот шире и хорошенько отсоси ему! Плотно сожми его член губами! Облизывай его язычком! Пусть он стонет ещё громче!

Не было необходимости напоминать Мишель об этих простых вещах. Она уже делала это, и не только это. Я действительно застонал громче. Я крепко зажмурил глаза и сжал зубы, отдаваясь волнам удовольствия, одной за другой.

Через минуту я вернулся с небес на землю и, к своему восторгу, обнаружил, что до сих пор держался за большие груди Руби. Мои пальцы проникли глубоко в её плоть. Я ослабил хватку и начал ласкать её сиськи деликатнее.

Руби это понравилось. Она подняла руки над головой и тоже отдалась удовольствию. Она промурлыкала:

— О да! Папочка играет с моими сиськами, пока я слушаю сексуальные стоны снизу. Ради таких моментов и живёт рабыня члена!

Кое-как собравшись мыслями, я сказал:

— Эй, вы двое запланировали это заранее, да? Ты отвлекала меня, пока Мишель меня раздевала.

— Да! – радостно призналась Руби. – И не только это. Тебе понравилась моя артистичная истерика?

— Артистичная?

— А то! Ну, я собиралась настоять на том, чтобы остаться голой, но сделать это мягче. Мы спланировали эту ситуацию так, чтобы Синди осталась топлес. Один маленький шажок к её становлению твоей рабыней члена!

Я вздохнул, опустил руку на блондинистую голову Мишель и погладил её длинные волосы. Она отсасывала мне очень ритмично, от чего я испытывал неимоверное удовольствие.

— Мне не нужна ещё одна рабыня члена. У меня на руках вы две, не говоря уже о Минди, моей ЖЕНЕ!

— Нет! – воскликнула Руби. Она схватила мою руку, которой я гладил Мишель, и положила её на свои сиськи. – Вот теперь мы у тебя на руках!

Она рассмеялась.

Мишель, отсасывая мне, пробормотала:

— Ага! Он признал это!

Не имея возможности много говорить (ведь её рот был занят моим членом) она пальцем показала на Руби, затем на себя, а затем сказала:

— Рабыня члена!

Руби исправила её на "ещё одна рабыня члена". Я понял, что должен быть очень внимательным к тому, что говорю им. Я попытался сменить тему.

— Погодите-ка. МЫ работали, как команда? Вы говорите о заговоре Руби-Шелли-Минди против Дэна?

Руби ответила за двоих.

— Да!

Черт бы их побрал, они очень гордились собой! Я не знаю, как у Мишель получалось улыбаться, пока она заглатывала мой толстый член, но каким-то образом у неё это получалось. Причем, её улыбка выглядела очаровательно.

Я покачал головой.

— Тогда впору ставить свечку в церкви за благополучие Синди! А что Шелли делает со мной сейчас? Я имею право вмешиваться в процесс?

Мишель исполняла потрясающие приёмы минета, в основном губами обрабатывая мою уздечку.

Руби сказала:

— Конечно имеешь, папочка. Если ты хочешь, чтобы она остановилась, твой член должен обмякнуть. В таком случае она поймёт намёк.

Оказалось, что Мишель умела не только улыбаться, делая минет, но и заливисто хохотать.