Естественно, я чертовски возбудился, особенно когда они начали облизывать моё сладкое местечко. Мне было сложно думать, а тем более говорить, но каким-то образом я смог произнести:

— Мин, кажется, тебе нравится смотреть на их крепкие, ебабельные тела ещё больше, чем мне!

— О да! Но это потому что тебя отвлекают два языка, а меня нет. Я полностью сосредоточена на их превосходных телах. Но ребятки, притормозите коней, ладно? Мы должны серьёзно поговорить, а вы отвлекаете отца сильнее, чем надо. Кроме того, я не хочу перекрикивать ваши сочные причмокивания. У меня из-за них слюна выделяется.

Они разочарованно промычали, но уступили. Руби начала полизывать мои яйца, оставляя член в распоряжении Мишель. Мне по-прежнему было очень приятно, но теперь я мог не волноваться, что вот-вот кончу.

Я спросил жену:

— Перед тем, как ты ответишь на мой вопрос, мне любопытно. Не хочу хвастаться, но я удивлён собственной выносливостью в последнее время. Мне казалось, я должен был кончить задолго до прихода Руби, но нет. За последние годы я сделал большой прогресс. Мин, ты специально тренировала меня, зная, что со мной произойдёт?

Моя жена ответила на удивление прямо. Вероятно, она была слишком возбуждена, чтобы придумывать хитрые уловки.

— Так и есть. Я понимала, что тебе нужно прокачать выносливость, чтобы справиться с этими двумя, ведь они способны играть с твоим членом днями напролёт. Не говоря о других любовницах, которых тебе нужно удовлетворять. Поэтому я научила тебя трюку с ПС мышцей и тренировала тебя каждый раз, когда мы занимались сексом.

Она заключила:

— И это того стоило! Ты превзошел все мои ожидания. Каждый новый день ты кончаешь больше, чем в предыдущий. Это действительно вдохновляет меня! Я знаю, ты скромный, но ты совершенно точно супермен-красавчик от мира секса! Ты сам заметил, какой ты выносливый!

Я подумал: "Это многое объясняет". Она снова провела меня! Но стоит ли жаловаться? Ведь я остаюсь в выигрыше. Взять, например, конкретную ситуацию. Боооооже! Всё замечательно!

Я решил прибегнуть к трюку, которому она меня обучила. Я исполнил дыхательное упражнение и упражнение на концентрацию внимания одновременно, чтобы успокоиться. Через несколько минут я смог говорить спокойно.

Я сказала Мин:

— Посмотри, попка Руби прямо возле тебя, почти касается твоей ноги. Почему бы тебе не погладить её?

Минди мило занервничала. Она притворилась, будто ей не интересно.

— Неееет. Я должна сконцентрироваться. Девочки стоят на четвереньках, я хочу смотреть на это. И если я не буду держать твой член, то кто будет?

— У тебя две руки.

Она шутливо посмотрела на свободную руку.

— Хммм. Кажется, ты прав... Как ЭТО случилось?!

Я рассмеялся.

— У тебя всегда было две руки.

— Правда? Почему ты сказал только сейчас? Я потратила 38 лет жизни впустую!

Я снова сдержанно засмеялся.

— Оууу, прекрати. Мы все хорошо справляемся с двумя делами одновременно. И ты тоже.

Она томно посмотрела на круглую попку Руби.

— Эх... Ты не против?

— Почему я должен быть против?

— Ну, они твои секс-питомцы.

Она слегка надрачивала мне, пальцами почти касаясь язычков девочек. Как будто я был недостаточно возбуждён!

Я сказал:

— Правда, но всё моё – твоё. В конце концов, ты родила одну из них и приложила руку к воспитанию второй. Ты заслуживаешь поиграть с их сексуальными телами.

Она пошутила:

— Приложила руку? То есть, у меня есть третья рука?! Но где же она? Эти две я точно не прикладывала!

Я посмеялся и сказал:

— Не уходи от вопроса.

Она ускользнула от того, чтобы признаться, что ей действительно этого хочется.

— Я чувствую себя странно из-за того, что ты упомянул, что я родила Мишель, и всё такое.

— Ну, тогда поиграй с Руби. Я хочу этого. Ради меня.

Я наклонился и клюнул её в ухо.

Она вздохнула, будто вынуждена подчиниться, хотя она умышленно отрицала свои настоящие желания.

— Если ты настаиваешь.

Она продолжила держать мой член, немного подрачивая его. Другой рукой она потянулась к заду Руби. Вскоре она наклонилась и погладила попку Руби.

Руби явно не возражала. Она даже задорно завиляла попкой, показывая, что хочет ещё.

Теперь, когда мы все вошли в колею наслаждения, я сказал:

— Ладно. Вернёмся к тому, почему же испугались другие девушки. Я не понимаю.

Минди сказала:

— Наконец-то, дорогой, я могу это объяснить. Не забывай про свой сандвич, кстати.

Он лежал на тарелке возле моего бедра, на кушетке.

Я до сих пор не притронулся к нему. Я был слишком занят двумя язычками на моём члене, чтобы думать о еде.

Она продолжила:

— Итак, на чём мы остановились? Ах, да. Я говорила о том, как эти девушки боготворят тебя. Мишель и Руби обожают своего папочку, но не так, как Лиза, Анджали, Нина и другие девушки. Дорогой, они вознесли тебя на высокий пьедестал. Ты типа местный Бред Питт. Они мечтают о тебе по ночам, но появись у них реальный шанс поговорить с тобой, они занервничают.

— Это не так, – запротестовал я. – Я часто с ними разговариваю. Особенно с Лизой.

— Да, немного, – заметила Минди, поглаживая спину Руби. – Но говорил ли ты с любой из них по душам хоть раз? Ваши разговоры типа "как дела?", или "как школа?", и всё такое. Говорил ли ты с ними, например, о пост-модернистской теории или экзистенциальной философии Жана-Поля Сартра?