Руби сказала Мишель:

— Не могу дождаться, когда ты встретишься со Сью Эллен. Она такая клёвая! Она невероятная, понимаешь? Ну, помнишь, сколько времени понадобилось для того, чтобы мы стали рабынями члена. А с ней этой было как БУМ! Как будто переключатель щелкнул! Она полностью признала папочку своим абсолютным хозяином. Для неё это уже неоспоримый факт!

— Очень круто! – воскликнула Мишель. – Значит, она всё делает правильно. Я уже люблю её!

Минди сказала:

— Девочки, позвольте вмешаться. Прежде, чем вы смените тему, я знаю, что наш супер-красавчик внимательно нас слушает. Дорогой, что ТЫ думаешь по этому поводу?

Я широко распахнул глаза:

— Я думаю, я рискую раздуть своё эго. Безумно то, что вы говорите обо мне. Как будто я действительно могу трахать дюжину женщин! Есть разумные лимиты, народ! Лимиты. Мне сложно справиться с вами, девочки, скачущими вокруг и заявляющими, что вы мои секс-игрушки и секс-рабыни. Черт, даже Минди относится ко мне по-королевски!

Жена шутливо потрепала мои волосы.

— Да что ты говоришь?! Я всегда относилась к тебе по-королевски!

Она захихикала.

Я ухмыльнулся.

— Я ни на секунду не забываю о том, насколько же мне повезло. И, несмотря на ваши слова, я не супер-красавчик. Честно. Я обычный мужик, женатый, с двумя очаровательными дочками, почему-то одержимыми моим членом. Мне комфортно в этой роли. Я по натуре простой, добрый парень. И мне сложно справиться с вашей внезапной похвалой и вниманием.

Мишель фыркнула.

— Руби, ты слышала это?! Он сказал, что мы "почему-то одержимы его членом"? Черт, как же ему объяснить, почему мы им одержимы?! Рррр!

— Действительно! – сказала мне Руби. – Я знаю, прежде я не была официальной частью семьи, и стала такой лишь недавно, но я провела с тобой больше времени, чем со всеми моими подружками вместе взятыми! Папочка, я знаю, что ты простой и добрый человек. Так что даже если ты войдёшь в режим Короля Кинг-Конга, и будешь круглосуточно пользоваться моей киской, как личным хранилищем для спермы, всё будет в порядке, ведь я знаю, что в глубине души ты простой и добрый парень, который никогда меня не обидит. Я люблю тебя, а ты любишь меня.

Она улыбнулась мне, влюблённо глядя в глаза.

— Не стоит опасаться моего члена, – сказал я. – Я ведь лишь однажды вошел в режим Короля Кинг-Конга.

— Пока что, – ответила Руби, а её глаза заблестели. – Пока что. Думаю, скоро Кинг-Конг будет без устали насиловать всех нас, хотя технически это будет не изнасилование, ведь мы на всё добровольно согласны.

Она томно отвела взгляд, должно быть, предвкушая эти времена.

Затем она сказала:

— В любом случае, не позволяй этим испуганным курицам остановить тебя. Думаю, у меня тоже не хватило бы смелости соблазнять тебя в одиночку. Ты старше меня, к тому же, ты женат! Женат! На великолепной женщине! К счастью для меня, Мишель была абсолютно уверена в том, что мы станем твоими секс-игрушками, и она поселила во мне эту надежду, и я поверила, что всё возможно. Я благодарна ей за всё, от души. Если бы не она, я бы не была здесь сейчас, уткнувшаяся носом в твои лобковые волосы.

В тот момент её нос не был в моих лобковых волосах, но её руки ласкали мою мошонку.

Я посмотрел на Мишель, которая "чистила" мой член языком. Она также слегка тыкала пальцем в мой анус, хотя ей было сложно это делать, ведь я сидел. Но она просунула руку под мои ягодицы, видимо, не ощущая дискомфорта от такого положения.

Мишель сказала:

— Я знаю, о чём ты думаешь. Почему я не испугалась? Временами я действительно боялась. Но я оставалась храброй ради Руби, хотя иногда я пугалась не на шутку. Я боялась посеять смуту, расстроить твой счастливый брак. Тогда и ты, и мама возненавидели бы меня. Но моя любовь настолько велика, что она помогла мне пройти через все трудности.

Она радостно посмотрела на меня.

В тот момент я полностью ощутил огромную любовь моей дочери. Вот почему секс между нами невозможно предотвратить – потому что наша любовь слишком велика.

Я сильно устал. Все мы устали. Но я был доволен, тем не менее. Я мог только мечтать о таком количестве удовольствия за один день. Удовольствия было так много, что я даже не мог осознать его в полной мере.