Она улыбнулась шире и продолжила:

— Но знаешь, эту силу нужно использовать, чтобы она не потеряла своё влияние. Ты не можешь просто заявлять о своей мужской силе и держать её под замком, не делясь нею с той, которую ты обожаешь больше всего. Это значит, что ты тоже должен "делиться членом", как мы, твои наложницы, любим выражаться... Ведь чем больше ты будешь делиться, тем лучше они будут себя вести.

Я уточнил:

— Погоди-ка. Что ты от меня ждешь? Что я войду в спальню Мишель, проверю, как хорошо она заправила постель, а затем выну свой член и дам ей отсосать в качестве награды?

У жены заблестели глаза.

— Именно! Ты всё правильно понял. Но я бы добавила, что сперва она должна упасть на колени и попросить тебя сделать это. Ей так понравится! Затем она выразит свою покорность Королю, поработав язычком. А если она особенно хорошо постарается, то получит вознаграждение в виде папочкиной спермы.

Она соблазнительно выгнула спину.

— Ооо, это так сексуально!

Мой пенис дрогнул, когда я подумал об этом. В какой безумной вселенной минет – награда для женщины, а не для мужчины? Особенно для женщины, точнее, девушки, такой горячей и сексуальной, как моя белокурая дочь!

Мой пенис снова вздрогнул.

— Может быть, но как это отразится на нас с тобой? Я не хочу доминировать над тобой. Может быть, в постели, но не по жизни. В жизни я хочу Минди, такую, какая ты есть. Мы команда, равноценные партнеры, и я люблю тебя.

Прежде чем ответить, Минди наклонилась и с любовью поцеловала мою грудь.

— Не волнуйся. Да, я поражена Королем. Хотя я давно знакома с ним и с тобой, недавно я увидела тебя в новом свете, и ты вызывал во мне ещё большее восхищение тем, как другие женщины любят и хотят тебя. И я думаю: "Да уж, я не отпущу этого мужчину! Он идеален!"

Я ответил:

— Я думаю точно так же о тебе. Ты хочешь делиться мной? Это же так круто! Каждый раз, как я смотрю на тебя, я думаю: "Да, у меня самая классная, раскованная и понимающая жена на планете!"

Она рассмеялась и поцеловала меня в щеку, а затем пошутила:

— Точно самая раскованная?

Я легонько пихнул её руку, а затем заскользил ладонью по её обнаженному бедру, любовно поглаживая его. Я ответила:

— Самая-самая. Даже через чур.

— Ой-ой! А сейчас ты договоришься! Никаких чужих кисок для тебя следующие пол часа!

Она заливисто рассмеялась.

Затем она сказала серьёзнее:

— Ну, знаешь, мне понравится, если ты назовешь меня свой секс-игрушкой. Такие ролевые игры вставляют мне, и надеюсь, ты это сделаешь. Я заметила, что со мной ты в этом сдерживаешься. Но в моменты, когда мы не очень возбуждены...

Я перебил:

— Очень редкие моменты. У нас вообще ещё будут такие?

Она ухмыльнулась.

— Может быть, парочка в неделю, – она захихикала. – Короче, в эти моменты. Я всё ещё твоя жена. Знаешь, есть одна фишка в женах, в женщинах. Мужчины изначально были пещерными людьми с дубинками и действовали очень прямолинейно. А мы, женщины, добиваемся своего изощреннее, пользуясь нашей женской хитростью и очарованием. Действительно умные женщины могут не только получить то, чего хотят, но и заставить мужа думать, что это он принимает все решения.

Я шутливо фыркнул.

— Да! В последнее время я часто такое замечаю! А вообще, пожалуй, ты водила меня вокруг пальца весь наш брак.

— Скоро ты заметишь ещё больше. Чем больше рабынь члена у тебя будет, тем сильнее мы сплотимся, чтобы получить то, чего хотим. Честно, у тебя нет шанса!

Она рассмеялась, как злодей из кинофильма.

Она продолжила:

— Так что, у тебя есть точка силы, но есть и слабости. Мне интересно, как оно всё сложится. Но главное, что наш брак крепок, он переживёт любые проблемы и потрясения. Я бы не подсовывала под тебя всех этих женщин, если бы они как-то угрожали нашему браку. Никакая эротика не стоит такого риска.

Её рука всё ещё поглаживала мою голую грудь.

— Думаешь? Надеюсь, ты права. Но я волнуюсь. Как и со Сью Эллен. Пока я принимал душ с ней, я понял, что обычно я принимаю душ с тобой, но вот ты принимаешь душ отдельно в это же время. Так что, чем больше в моей жизни Сью Эллен, тем меньше Минди. И мне это не нравится.

— Может быть, ты прав, но меня это не волнует. Дело в том, что большую часть времени мы принимаем душ по отдельности. Так что если вместе с тобой в душе будет сексуальная молодая грудастая красотка, посасывающая Короля, пока ты моешься, это ничего не изменит.

— Действительно, – согласился я, – но есть определённая динамика. Наши жизни стремительно меняются, и я волнуюсь.

— Я не считаю, что теряю тебя, пока ты со Сью Эллен, я лишь приобретаю нового члена семьи. Это больше, чем я и ты. У нас теперь своё племя, или гарем, называй как хочешь. Всё по-настоящему.

Я поежился.

— Нам обязательно нужно использовать это слово?

— Да! Это так и называется, нравится тебе или нет. Наш брак это главная связь, но начали образовываться и новые связи, и от этого все связи крепнут. Вскоре мы будем чем-то вроде сложной молекулы. Может быть, мы с тобой будем меньше времени проводить вместе, но я буду проводить больше времени с девушками, как и ты. К тому же, у нас будет Синди. Наша жизнь заполнится любовью. Сексом. Дружбой. Всего станет больше!

— Итак, ты правда стремишься создать гарем, да? Если честно, я в смятении.

— Ничего страшного, но не сходи с ума. Ничего кардинально не поменяется. У нас останется наша семья... но её станет больше. Те же семейные узы, но со множеством минетов и секса. Близких людей станет больше. Руби и так всегда была будто частью нашей семьи, и Синди очень близка нам. Мы просто подвинем их ещё ближе, укрепим уже существующие между нами связи. Только Сью Эллен новичок, но, может, наши отношения станут по-настоящему крепкими, и она станет твоей долгосрочной партнершей. Мы должны дать ей шанс.

Считайте меня ненасытным, но я представил голую Сью Эллен на коленях рядом с дьяволицами. Все они по очереди ублажали мой член. Блин, да я мог бы жить так годами! Если мой католический священник чем-то недоволен, пусть гуляет!

Она продолжила:

— Но я согласна, что мы не должны дать этому слишком разрастись. Я также согласна, что это не совсем традиционный гарем, вроде того, что в твоём романе. Мы просто очень сексуально раскованная семья. Хорошо, что у нас в семье только один мужчина, поэтому нет всяких липких сложностей, зато есть другие липкие вещи...

Она лизнула мое ухо и погладила мой вялый член, но не пытаясь его оживить.

Я положил одну руку ей на грудь. Что за одержимость сиськами? Кажется, я никогда не устану ими играться. Мне особенно нравится заставлять Минди громко дышать, стонать и извиваться от наслаждения, в зависимости от того, что я делаю.

Я не мог достать до её сосков, так как они вжимались в мой бок, но я знал другие чувствительный зоны её сисек, например, снизу.

Она добавила:

— Мы семья, которая сплотилась вокруг члена, чтобы возбудить и удовлетворить его. В награду мы получим серию мощных оргазмов, будем постоянно влажными и возбуждёнными. А это больше, о чём многие женщины могут мечтать, не говоря уже о регулярности. Это просто и легко. Только четыре правила. Мы не облажаемся, зато знатно повеселимся!

Моя мораль окончательно пала, и мне начали нравится эти правила. Но я сказал:

— Кстати о семье и липких проблемах, что насчет Ники? Это точно проблема.

Моя жена прикусила губу, и я обеспокоился. Блин. Зря я так сказал. Надеюсь, она не думает о моей липкой штуке в Ники! Я почувствовал, как мой член вздрогнул. Черт! Теперь я тоже думаю об этом. А что, если она такая же, как её сестра, и хочет лишь... НЕТ! Я этого не вынесу!

Очистив голову от табуированных мыслей, я сказал:

— Я всё время забываю, что она будет дома через неделю или около того. Когда она вернётся со своей поездки на озеро, нам нужно будет найти причину, чтобы задержать её ещё на неделю, если так можно.

Минди кивнула:

— Хорошая идея. Но одной недели недостаточно. У нас тут большие дела, и нам нужно всё успеть.

Я сказал:

— Помнишь, ты говорила, что мы можем скрыть всё от неё, и мы правда можем, но в перспективе? Это не просто тайна, которая съест меня заживо, ведь я привык быть честным с семьей. Это о наших связях. Наша "сексуально раскованная семья" пойдёт одним путём, а Ники - другим. Она отдалится от нас. И я этого не хочу.

Минди посерьёзнела. Она перестала ласкать меня, хотя её твёрдые соски продолжали впиваться мне в грудь.

— Хммм. ХМММ! А что с этим делать? Ты знаешь, о чём я почти подумала? – она сделала паузу, а потом горячо зашептала: – Я подумала, что тебе придётся и её трахнуть!

— ЧТО?! НЕТ!

Она сказала это! Мораль моралью, но это слишком! Слишком слишком!

— Да ладно! Почему нет? Ты знаешь, она горячая, грудастая и сексуальная тоже, хотя и не показывает это так, как младшая сестра. У нас в семье хорошие гены!

Я яростно замотал головой.

— Нет, нет, нет, тысячу раз нет!

Она упорствовала:

— Ты видел, как развилось её тело, когда она приезжала к нам на Рождество? Наверное, нет, ведь она скромно одевается, но поверь мне, она прибавила именно в тех местах, в которых надо!

Я почувствовал себя невероятно возбужденным и озадаченным в одно и то же время. Мой член не знал, что делать.

— И что?! Ты хоть понимаешь, как неправильно то, что ты мне предлагаешь?! Мишель, ладно. Я сделаю исключение для неё, ведь она одержима мной на протяжении многих лет и сделала многое, чтобы соблазнить меня. В случае с ней я смирился с неизбежным. Хорошо? Я это признаю. Но Ники? Она ведь совершенно нормальная! У неё хорошая, здоровая жизнь в колледже, она счастлива со своим бойфрендом Стивом. Ни в коем случае! Я не испорчу её. Мы не испортим! Я даже думать об это не хочу. И ты не смей!

Я надеялся, что мой предательский член меня не подведёт. Я аккуратно подвинулся, чтобы убедиться, что она не заметит, если он начнет шевелиться.

Я опустил взгляд вниз, на свою красавицу жену, которая нежилась у меня на руках, и ткнул её в плечо.

— Никаких схем! Никаких планов! Никакой конспирации! Поняла? Не пытайся втащить в наши игры Ники! Я хочу, чтобы ты ясно это озвучила.

Она разочарованно пробормотала:

— Ладно, ладно. Я не буду ничего говорить или делать, чтобы Ники вступила с тобой в интимную связь. Как тебе такое? Я просто обдумывала, в любом случае, просто выдвинула идею. Хотя я думаю, ты был бы поражен тем, насколько сексуально её тело, если бы увидел её голой, или хотя бы в белье, как я. Боже мой! Она сразу превращается в богиню с обложки журнала!

— Не факт, – возразил я. Я всё ещё молился, чтобы мой член не встал.

— Я видела её! Веришь ли ты, её сиськи почти как у Мишель? И она в прекрасной форме. Ты знаешь, она любит спорт...

Я слишком возбуждался, представляя мою невинную дочь голой, но я не собирался сдавать позиции в этом вопросе, не важно, как она выглядит. Я перебил жену:

— Не факт. Опять, Минди. Серьёзно, прекрати.

— Ладно. Но подумай об этом: может, ей лучше знать о том, чем мы занимаемся. Если она будет в курсе, отпадёт необходимость постоянно врать и притворяться, что ты так ненавидишь. Ей не нужно ВИДЕТЬ всё своими глазами; ей достаточно просто знать в общих чертах. Так мы перестанем постоянно бояться её разоблачения и осуждения.

Я серьёзно задумался над этим не таким уж бессмысленным предложением.

— Хмм. Вау. Это вызов... С одной стороны, я бы не хотел брать на себя бремя этого секрета на года, что оттолкнёт её от нас. Но с другой стороны, признаться ей – это так бесстыже, это разобьет мне сердце. Я не горжусь тем, что я делаю с Мишель. Может, она взбесится и вообще не захочет никогда видеть нас.

— Ой, брось. Не будет такого. Вероятно, она удивится гораздо меньше, чем ты думаешь. Я уверена, она в курсе тех чувств, что Руби и Мишель испытывают к тебе. Она же мудрая старшая сестра. Черт, да все, кроме тебя, знали о плане дьяволиц залезть тебе в трусы. Ты можешь просто намекнуть ей и посмотреть, как она отреагирует.

— Да... Возможно... Может, я немного посвящу её, когда она вернётся...

Я посмотрел жене в глаза. Она покусывала губу, пытаясь не ляпнуть чего лишнего. Наконец-то я понял.

— Эй! Даже не начинай! Даже не рассказывай мне, что фантазии обо мне и невинной киске Ники заводят тебя!

Она виновато отвела взгляд.

— Нет, дело в другом... Ладно, не буду тебе врать. В этом тоже.