На лице Ники отразилось огромное облегчение. Она подошла ближе к веб-камере и села обратно, но её стул был дальше, чем раньше, так что большая часть её верхней части торса была видна.

- Совершенно верно! Для меня это тоже очень странно. Большое спасибо, что сказал это, папа. Но сперва о выборе бикини. Мама, ты даже не представляешь, как тяжело мне было сегодня надеть даже это бикини на публику! Я чувствовала себя совершенно голой перед совершенно незнакомыми людьми! Мне было тааак стыдно. И не очень, если ты понимаешь, о чем я.

- Понимаю, - ответила Минди.

Мне было интересно, что, черт возьми, эти двое имели в виду, но у меня не было возможности спросить. Когда моя жена тайно дрочила мне, мой мозг едва соображал.

Минди сказала Ники:

- Помни, ты не сможешь преодолеть свою застенчивость, если не выйдешь за пределы своей зоны комфорта. Агорафоб, который никогда не выходит из дома, никогда не излечится. Кроме того, ты выразила желание заработать хороший загар по всему телу без каких-либо явных линий загара. Как ты собираешься получить его, находясь в бикини, тем более в таком?

- МаааААААаааам! - проворчала Ники. - Не смей говорить о таких вещах в присутствии папы! - её румянец померк, но вернулся с удвоенной силой. Она даже скрестила руки на своей огромной груди в бессознательном защитном жесте.

Пока она украдкой дрочила мне, Минди сказала:

- Папа или нет, это всё ещё вопрос, на который нужно ответить.

Ники подошла ещё ближе к веб-камере, так что её тело было видно от головы до Е-чашечек. Она вздохнула:

- Если так хочешь знать, Кара, Кендалл и я уже всё обдумали. Начиная с завтрашнего дня, мы собираемся попробовать позагорать голышом на моем балконе.

Минди ухмыльнулась-улыбнулась:

- Правда?! Вау! Ты, должно быть, быстро подружилась с ними, раз тебе это удобно.

- Это совсем другое, - сказала Ники. – Мы ещё не делали этого, но я уверена, что так будет намного проще для меня, чем носить это бикини у бассейна отеля. Они не чужие, они подруги. Это очень важно. И они - женщины. Это ещё важнее. Я предпочитаю свой балкон. Ненавижу, когда все на меня пялятся!

- Когда ты говоришь «загорать голышом», ты имеешь в виду топлесс и всё такое?

Это ещё больше шокировало Ники:

- Арх! К чему все эти странные, личные вопросы?! Но если ты действительно хочешь знать, мы сперва попробуем топлесс. И если это сработает, мы попробуем... остальное, - она отвернула покрасневшее лицо.

Боже, как же здесь жарко! Не знаю почему, но вид смущенной Ники возбуждает меня больше всего на свете! Должно быть, я ненормальный, как и говорит Соня. Черт возьми, я знаю, что это так! Это совершенно неправильно и порочно, когда моя жена дрочит, разговаривая с моей совершенно невинной и невежественной дочерью, но это то, что происходит. Это так неправильно! Но так чертовски возбуждающе!

По какой-то странной причине, хотя я был не в состоянии убрать руку Минди с моей промежности, иногда мне казалось, что я всё ещё могу выказать Ники родительскую ответственность. Я знал, что должен сменить тему:

- Извините, что вмешиваюсь, но хватит уже этих странных, личных вопросов. Посмотрите, как смущена Ники. У неё красное лицо.

- Спасибо, папа! - она вздохнула с облегчением и опустила руки. Таким образом, она создала Мишель-экс сиськотрясение, что даже её старомодное бикини не сильно помешало.

Господи, помилуй! Почему она должна быть настолько одарена?!

Стараясь говорить как нормальный отец, а не как похотливый извращенец, я спросил её:

- Итак, каковы планы на остаток сегодняшнего и завтрашнего дня?

- Ну, здесь уже больше трех часов, - ответила Ники. - Не стоит забывать о разнице часовых поясов. Я вернулась в отель пораньше, потому что стараюсь быть осторожной, чтобы не пробыть слишком долго под солнцем. Кендалл и Кара живут в той же башне, что и я, и это очень здорово. Вы, наверное, видели на фотографиях, что у отеля есть две высокие башни. В любом случае, они знают, что я хотела пообщаться через видеочат. Раньше меня не было рядом с компьютером, чтобы написать вам по электронной почте, поэтому я решила, что лучшее время, чтобы поймать вас, было сразу после того, как мама вернется домой. Австралийцы знают о том, что сейчас я общаюсь с вами, но я собираюсь встретиться с ними снова через некоторое время. И затем... кто знает? Столько всего нужно сделать! Может быть, мы отправимся кататься на байдарках перед ужином, потому что мы говорили об этом.

Разговор продолжался в более обычной манере, Ники больше не говорила о том, чтобы показать своё невероятное тело или позагорать голышом. Тем не менее, Минди продолжала тонко, но эффективно тереть моё сладкое местечко, и я продолжал позволять ей это! И моя сладострастная дочь всё ещё занимала большую часть экрана компьютера, с её круглыми, дрожащими грудями, буквально бОльшими, чем жизнь!

Её бикини действительно имело консервативный покрой, но это в основном касалось необычно больших плавок бикини. Она всё ещё демонстрировала такое же глубокое декольте, как и большинство обычных бикини, и я поймал себя на том, что смотрю на её грудь так же, как и на её лицо. Не то чтобы взгляд на её лицо помог мне успокоиться, ведь оно у неё было такое красивое. Я был «проклят», чтобы быть чрезвычайно возбужденным независимо от того, куда я смотрел.

Мы продолжали говорить на безопасные темы ещё минут двадцать или около того, и всё это время мне дрочили. Одним из больших преимуществ веб-камеры было то, что нам не нужно было беспокоиться о ограничении по времени, как при междугороднем телефонном звонке, поэтому не было необходимости спешить. Кроме того, поскольку Мишель и Руби не вернутся домой раньше восьми, мы не собирались ужинать до позднего вечера, и у нас действительно не было никаких других дел до тех пор.

Более того, я подозревал, что Минди получала такое огромное удовольствие, тайно дроча мне, что она намеренно затягивала разговор лишь для того, чтобы продолжать это делать. На самом деле, мало-помалу, стало более точным называть то, что она делала, поглаживанием, а не дрочкой. Её рука и мой член стали влажными от моей предварительной спермы, позволяя её пальцам легко скользить по всему моему стояку. Со временем, понимая, что я никак не могу её прервать, она стала очень наглой, но всё ещё старалась быть осторожной, чтобы не сделать резких движений.