Часть 1

Это воскресенье было особенным.

— Вот, Индекс. Потрать их с умом.

Парень по имени Камидзё Тома вложил ей в руки конверт с купюрами.

— Эти деньги — твоя награда за решённые на том сайте головоломки. Ты настолько много их сделала и за такой малый срок, используя мой аккаунт, что я немного опасаюсь внимания со стороны людей из контрразведки. Но эти деньги принадлежат тебе целиком и полностью. Можешь тратить их как тебе угодно и никто не заставит тебя покупать то, чего ты сама не хочешь. Хорошенько подумай: отложить их или потратить — и поступай так, чтобы потом не жалеть о своем решении.

После чего...

— Ва-а-а-а! С ними я смогу съесть рамен, темпуру, панкейки, якинику, суши, карри, стейк «Солсбери», гюдон, шабу-шабу, китайские пельмени, утку по-пекински, сукияки, ростбиф, жареную курицу и оден...!

— Ты меня не слушала...!?

Индекс проскользнула мимо колючеволосого парня, которому внезапно поплохело, и вместе с трёхцветным котом выбежала из студенческого общежития.

Впрочем, она отправилась на улицу вовсе не ради того, чтобы поесть такояки или чего-то в этом роде.

— Я собираюсь купить Томе подарок. Что бы мне выбрать, Сфинкс?

Индекс производила впечатление человека, который запросто может заблудиться в трёх соснах, однако эта девушка обладала идеальной памятью. Пока она не поддавалась мешающей доступу к воспоминаниям панике, ей не составляло никакого труда дойти до расположенного у станции метро торгового квартала.

Но тут…

— ?

Она внезапно остановилась.

Две девушки в зимней форме средней школы Токивадай вышли из магазина, который нельзя было однозначно назвать ни книжной лавкой, ни магазином CD-дисков, ни пунктом проката, ни магазином видеоигр — всего понемногу.

— Странно. Куроко, разве сюда раньше не завозили новинки по понедельникам и на день раньше срока?

— Продавать товар раньше назначенной даты запрещено правилами, так что, должно быть, им за это влетело.

Мисака Микото и Ширай Куроко.

Стоило этой настоящей леди из высшего общества появиться в зоне видимости и Индекс пришлось прикладывать усилия, чтобы удержать завертевшегося у неё в руках кота. Вероятно, он почувствовал «побочный эффект» её электрической способности.

Индекс тоже не осталась в стороне:

— Э-эти деньги мне очень нужны, так что я их не отдам!

— Чего!? Почему ты сходу относишься ко мне как к какому-то бандиту!?

Микото была готова буквально закипеть от возмущения из-за столь неожиданного, несправедливого обвинения, но в глазах медленно и с опаской отступающей от неё Индекс по-прежнему читалось недоверие.

— Тома говорил, что существует жуткая система, позволяющая плохим девчонкам забирать у тебя деньги при зрительном контакте.

— Не знаю, при чём тут этот идиот, но получается, я могу сходить и врезать ему, верно?

— А хулиганка, которая постоянно проявляет агрессию и швыряется молниями в подворотнях — это наверняка и есть плохая девчонка! Так что мне стоит поостеречься.

— … Онээ-сама.

— Хаа? Ты мне совсем не веришь? Не понимаю, откуда появился этот взгляд представителя Джаджмента.

Внезапно мимо девушек проехал большой грузовик. Было воскресное утро, но, судя по всему, служба доставки продолжала активно работать. Судя по логотипу на борту, машина перевозила продукты для ресторанов.

В воздух взметнулась пыль — её поднял порыв ветра, подхватив с земли мелкие частицы.

А это означало кое-что ещё.

Индекс наблюдала, как ветер задирает юбки обеим девушкам.

На какое-то время воцарилась тишина.

Индекс изо всех сил старалась хранить молчание, пока ткань поднималась, парила в воздухе, а затем, опускалась обратно под действием гравитации.

Кот в её руках тихо замяукал.

Затем Индекс нерешительно протянула конверт — идеально гладкий, словно все складки на нём были тщательно разглажены.

— Прости.

— Что такое!? Я тебя настолько сильно испугала? К тому же я ношу шорты, поэтому порыв ветра мне не навредит. А предлагая мне деньги, ты выставляешь меня злодеем!

— Тома сказал, что нужно платить тому, кому ты приносишь неприятности.

— Меня дико бесит, когда ты каждый раз приплетаешь этого идиота!!

Часть 2

Несмотря на недавние проблемы, из Индекс ключом била энергия.

Микото и Ширай отказались от денег, так что конверт остался в целости и сохранности.

— Честно говоря, Академия-Сити сегодня похож на какой-то лабиринт! Придется изрядно потрудиться, чтобы разобраться с моей миссией!

— А-а... ха-ха. В любом случае, хорошо, что тебе удалось всё уладить без серьёзных проблем.

Идущая рядом с Индекс девушка горько усмехнулась и потыкала пальцем в подушечки на передних лапах кота.

Её звали Казакири Хёка. Длинные чёрные волосы девушки имели лёгкий коричневатый оттенок, а самыми примечательными чертами внешности были очки, которые практически полностью формировали восприятие её лица другими людьми, а также пышная грудь, подчеркивавшая мягкую, спокойную энергетику девушки. Кроме того, она носила тёмно-синий блейзер женской академии Киригаока, в некотором смысле довольно известного учебного заведения.

Если не обращать внимания на помехи, пробегавшие по контуру её фигуры при каждом сильном порыве ветра или громком гудке автомобиля, она выглядела как самая обычная старшеклассница.

Впрочем, подруги Индекс, вроде Казакири Хёки или Мейго Арисы, явно не попадали в разряд «обычных».

— И что же ты собираешься подарить Камидзё-куну?

— То, что его обрадует!

— Полагаю, ты вообще об этом не думала.

Индекс застыла.

Сбитая с толку Казакири проследила за взглядом подруги и заметила фургончик, переделанный в лавку по продаже тайяки.

На нём даже висел рекламный плакат с надписью: «При заказе пяти или более штук — одно тайяки в подарок».

— То... что обрадует Тому... Да, это должно ему понравиться. Уверена, так и будет.

— Н-нельзя, Индекс-чан! У меня чувство, что этот выбор потом выйдет тебе боком!

Казакири схватила Индекс за руку и потянула в сторону, пытаясь не позволить ей подменить стремление осчастливить другого своими личными желаниями, но они всё равно продолжили медленно продвигаться к прилавку. Вероятно, все уже забыли, но Индекс имела весьма высокий базовый потенциал. Вот только условия для его активаций были крайне специфическими: срабатывание системы безопасности библиотеки гримуаров, экстренный поиск еды, необходимость наказать Камидзё Тому и тому подобное.

— Паста из красных бобов... сыр... и даже заварной крем! Но если я куплю всего по одной штуке, мы начнем из-за них драться, так что нужно брать как минимум по две!!

— Нельзя, нельзя, нельзя, Индекс-чан! Ты ведь всё равно в итоге сама их слопаешь!

— Тогда я куплю по три штуки и поделюсь с тобой- вйааа!

Резкий, пронзительный звук заставил их прекратить спор.

Причиной громкого, больно ударившего по ушам треска послужило разбившееся стекло. Обернувшись, они увидели уронившую с подноса небольшую бутылку официантку. Это произошло когда она проходила между столиками расположившегося около киоска с тайяки летнего кафе.

— Кьяя! П-простите. Я сейчас же принесу замену.

Тем временем со всех сторон к месту происшествия подъехали похожие на бочонки роботы-уборщики и быстро собрали осколки.

Индекс с опаской покосилась на этих «работников».

— Э-э… Академия-Сити сегодня и впрямь напоминает лабиринт. Мне повсюду мерещатся зловещие вещи.

— Н-не волнуйся, Индекс-чан. Они просто убирают мусор и не станут кусаться.

Часть 3

— А потом я прямо и громко заявила: «Ты и вправду думаешь, что сможешь прожить на одних пищевых добавках!?»

Девушкой, которая с гордостью вещала перед Индекс, была Цучимикадо Майка.

Она училась в школе горничных Рёран и, проще говоря, проходила стажировку. Майка носила форму горничной даже в выходные, а в данный момент почему-то восседала на роботе-уборщике цилиндрической формы.

Индекс заговорила, переводя взгляд с робота на горничную и обратно:

— Т-ты более могущественный призыватель, чем я слышала. Тебе подвластны силы, превосходящие возможности человека.

— Хм? Разве ты не встречала в городе таких же роботов?

Майка мило склонила голову набок, но ответа не получила.

Пока Индекс дрожала от страха, робот, формой напоминавший барабан, раскачивался из стороны в сторону, пытаясь счистить с земли упрямое пятно. Ситуация казалась катастрофической — в прилипшей к асфальту жвачке, которая и сама по себе была той ещё проблемой, застряли куски лопнувшего воздушного шарика.

К слову, Хёка Казакири растворилась в воздухе в тот самый миг, когда Майка Цучимикадо окликнула Индекс. Для этой подруги подобное было делом привычным.

— Камидзё Тома упоминал, что хочет паровую печь.

— Паровую?

— Они удобные и позволяют совершенно по-новому взглянуть на приготовление блюд. Наверное, он хотел угостить своего соседа по комнате чем-то вкусным.

— …

Разговор о готовке, похоже, её взволновал — в голосе Майки прозвучали напряжённые нотки.

По просьбе Индекс она проводила монашку в белом в отдел кухонной техники (прихватив с собой робота-уборщика).

— Ты уверена, что хочешь купить именно её? Это не самый соблазнительный подарок.

— Ничего страшного. Если Тома обрадуется, остальное не важно.

Коробка оказалась большой и тяжёлой, поэтому пришлось оформить доставку. Однако, Индекс не знала ни точного названия общежития, ни его адреса, хотя сама в нём жила. Этот неприятный сюрприз вынудил её снова обратиться за помощью к Майке.

На этом захватывающее воскресенье Индекс подошло к концу.

Она выполнила свою миссию.

— Надеюсь, Томе понравится.

Она шла домой, держа на руках трёхцветного кота.

Завтра наступит новый день.

— Надеюсь, наш подарок заставит его улыбнуться. Верно, Сфинкс?

…

…

…

Часть 4

Конечно, на этом всё не закончилось.

Именно здесь всё по-настоящему начинается. Ты согласна, Индекс-чан?

Часть 5

Расставшись с Цучимикадо Майкой (и барабаном, на котором та разъезжала), Индекс поспешила обратно в общежитие. Но по пути она свернула с главной улицы в переулок. И вышла на прямоугольную, со всех сторон окружённую зданиями площадку. Это место было слишком мрачным, чтобы назвать его площадью; скорее всего, оно образовалось после сноса небольшого строения, на месте которого так ничего и не возвели.

Трёхцветный кот, которого Индекс прижимала к своей груди, тихонько мяукнул.

Больше не раздалось ни звука, и вокруг не было ни души.

— Бастет.

И всё же девушка по имени Индекс произносила эти слова с уверенностью.

— Богиня из египетской мифологии. Она олицетворяла благословение Нила и покровительствовала земледелию; часто эту богиню изображали с телом женщины и головой кошки. Кроме того, её почитатели стремились угодить кошкам-посланницам, считали их священными животными и использовали в качестве посредников для связи между людьми и божеством.

Она говорила не сама с собой.

Девушка обращалась к кому-то конкретному.

В глазах хранительницы 103000 гримуаров появился враждебный блеск.

И эта враждебность была направлена на трёхцветного кота в её руках.

— Может, выйдешь уже? Я хочу вернуть своего Сфинкса.

Единственным ответом ей стала слабая боль на тыльной стороне ладони.

Обычно послушный кот оцарапал девушку. Она ослабила хватку — скорее от неожиданности, чем от боли, — и котёнок по имени Сфинкс выскользнул из её рук.

Он ловко приземлился на грязную землю, отступил назад и развернулся.

И из его маленькой пасти вырвались слова:

— Тч. Значит, мне не удалось его украсть.

Нет.

Порыв ветра прошёл перед котом, и он обернулась девушкой, внешне не слишком отличавшейся от Индекс.

Смуглокожая волшебница с длинными тёмными волосами.

— Я планировала заглянуть тебе в голову с помощью кошки — ведь они считаются «животными, несущими слова богов», — но и это не удалось. Впрочем, ты сама виновата: зачем дала коту такое имя? Разве услышав его, могла я устоять и не воспользоваться этим шансом?

Она была одета в розовое платье-комбинацию, длинной почти до самых щиколоток, но сшитое из настолько тонкой ткани, что практически всё её тело было открыто на всеобщее обозрение. Данный факт сам по себе производил неизгладимое впечатление, но для неё подобное всего лишь начало. Самая примечательная деталь облика волшебницы — это полностью скрывавший фигуру девушки чёрный плащ с капюшоном.

Странные вертикальные зрачки и кошачьи ушки на капюшоне, вероятно, указывали на связь с богиней, служительницей которой она являлась.

Она — египетский маг.

Девушка в белом посмотрела на кошачью жрицу и обратилась к этой загадочной чёрной кошке:

— Чего ты хочешь?

— Да брось. Я ведь уже сказала: хочу заглянуть тебе в голову — ведь мы обе знаем, что в ней хранится 103000 гримуаров. Этого мне наверняка хватит, чтобы разобраться.

— Я не об этом. Зачем тебе понадобилось формировать новый гримуар в моей голове?

— …

Ей потребовалась всего секунда, чтобы всё понять.

Жрица Бастет на мгновение замерла, а Индекс не останавливалась — она словно вклинивала тонкое лезвие между шестернями механизма:

— Когда я разговаривала с Коротковолосой, огромный грузовик поднял в воздух облако пыли. В нём содержалось описание, связанное с Нилом. Правда, различимый текст просуществовал всего двадцатую долю секунды и обычный человек вряд ли бы смог его прочесть.

Именно поэтому Индекс и предложила им деньги. Она поняла, что, возможно, втянула их в какие-то связанные с магией проблемы.

— Когда мы с Хёкой наблюдали за ларьком с тайяки, официантка уронила и разбила маленькую бутылку. Изначально, на ней были начертаны едва различимые иероглифы. Всего получилось 152 осколка, если считать тех, что меньше миллиметра. Мысленно сложив их воедино, я смогла прочесть оригинальный текст.

Вот поэтому Индекс говорила, что город похож на лабиринт. Вид иероглифов из египетских мифов на фоне твёрдых поверхностей из асфальта и бетона почему-то напомнил ей о пирамидах и мегалитах.

— Когда я разговаривала с Майкой, мне на глаза попался лопнувший воздушный шарик. На нём тоже были надписи. Представив, как его остатки расширяются и вновь складываются в целый надутый шар, я смогла в уме восстановить исходные строки.

Именно поэтому она упомянула призывателя. Иероглифы, которые она то и дело замечала вокруг себя, воплощали образы древних богов, и это навело её на мысль о соответствующем термине.

Индекс пристально посмотрела на кошачью жрицу и произнесла:

— Ты воспользовалась историей о крадущих информацию кошках и разместила фрагменты текста так, чтобы я не смогла их заметить. Тебе бы удалось собрать книгу у меня в голове, а затем украсть её содержимое из моей памяти, и я бы ничего не заподозрила. Полагаю, в этом и заключался твой замысел, но ради чего ты так старалась? Чтобы подобным образом разбить информацию и превратить её в бесчисленное множество подобных намёков, ты уже должна была обладать оригиналом книги. Не понимаю, зачем тебе нужно, чтобы я восстановила исходник.

— Ясно. Этого и следовало ожидать от библиотеки гримуаров.

Девушка, служившая кошачьей богине Бастет, потеребила треугольные ушки на своём капюшоне.

— Кстати, полагаю, ты уже знаешь, какой именно гримуар я пытаюсь сформировать в твоей голове.

— Мне не известен способ с помощью которого можно заставить человека собрать пазл так, чтобы он при этом не увидел всю картину, — ответила Индекс приятным, но резким голосом. — «Книга Мёртвых». Написанный на папирусе гримуар. Его оставляли в пирамидах вместе с мумиями, чтобы однажды душа фараона вернулась в этот мир.

— Довольно.

На лице девушки появилась хищная улыбка.

Её улыбка пугала так же, как и оскал огромной кошки, носившей титул царя зверей.

— Я хотела лишь убедиться, что в твоей голове он собрался должным образом. С котом не вышло, но у меня имеются и другие способы. Я могу вскрыть тебе череп и извлечь всю необходимую информацию.

— …

— Ты назвала меня Бастет и за это мне придётся снять тебе пару баллов. Не совсем мимо, но и не то чтобы не правда. Видимо, даже библиотека гримуаров способна ошибаться.

Закончив фразу, кошачья жрица поднесла указательный палец ко рту и слегка укусила его за кончик.

— Я жрица Сехмет. Я служу богине пролитой крови и кровавой бойни, чей символ — львица. Её порой отождествляют с Бастет, богиней плодородия и изобилия.

Мгновение спустя из окровавленного кончика её пальца вырвался похожий на нож звериный коготь.

Часть 6

Сехмет — богиня, которую часто изображали с телом женщины и головой львицы. Супруга Птаха, верховного бога египетской мифологии, и невероятно могущественная богиня войны. Используя львиную мощь, она безжалостно разрывала на куски неверных и отступников, погружаясь в состояние чистого экстаза, когда её омывал кровавый ливень, вызванный устроенной ею же резнёй.

Подобно Дурге из индийской мифологии или Фригг из скандинавской, она олицетворяла женскую жестокость и ярость — качества, которые обычно принято скрывать.

Эта богиня, вобрала в себя квинтэссенцию всех самых пугающих женских черт.

И жрице, служившей этой богине, требовалась та же самая сила.

А значит…

— Ха-ха.

Погрузившись в транс, она изменила своё психологическое состояние.

Она обрела великую львиную силу — пусть даже ценой временной трансформации собственного тела.

Соединив их воедино, она возвысилась, став существом, которое сочетало в себе испепеляющие когти и звериные клыки с мудрым разумом богини.

— А-ха-ха. А-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!

Вытянувшимися из пальцев звериными когтями она принялась терзать свою скрытую под плащом грудь. Это ритуал Сехмет — богини пролитой крови и кровавой бойни. Разрывая на части вероотступников и купаясь в их крови, она одновременно пьянела от хлещущих из её собственных ран потоков. Нанося себе увечья, жрица могла в более полной степени высвободить свою звериную сущность. Это не тот лев, что встречается в зоологических справочниках; а легендарный зверь, рождённый одним человеческим воображением — и она черпала его мощь, дабы затем по своему желанию пользоваться ею.

Она должна была исполнять свою роль служительницы Сехмет.

Она должна была получать силу, убивая вероотступников и купаясь в их крови.

Ей не требовалось развивать какой-либо крупномасштабный мистицизм или же тайные искусства. Ей просто необходимо совершенствовать методы убийства.

И эта необходимость привела её к звериной силе: когтям и клыкам.

(Давай закончим с этим.)

Небольшим напряжением пальцев она заставила всё своё тело издать громкий треск. И звук был настолько высоким, что у обычного человека лопнули бы барабанные перепонки.

(Неважно, что с ней станет, лишь бы уцелела голова. Если я вскрою череп и за пятнадцать минут извлеку из него информацию, то получу абсолютно целую Книгу Мёртвых!!)

Расстояние в несколько метров больше не имело значения.

Даже если бы всё это пространство было заполнено толстым слоем бетона, она бы смогла одним взмахом руки пробить насквозь стройное тело монахини.

Итак...

Всё же…

— А, вот оно что.

За ту двадцатую долю секунды, что ушла у неё на горизонтальный взмах рукой, жрице Сехмет почудилось, будто она услышала слова.

Это не голос. Звук не распространялся в воздухе настолько быстро, чтобы достичь её.

Подобной техникой пользовалась некая разновидность магов, когда им требовалось зачитывать высокоскоростные заклинания. Индекс применила её и передала свои мысли жрице Сехмет не голосом, а одним движением губ.

Девушка непринуждённо вторглась в сферу сверхбыстрых движений, которая, казалось, была подвластна лишь жрице.

Девушка, известная как Индекс, в данный момент пребывала в той же сфере.

(Нет.)

Жрица Сехмет наконец ощутила пробежавшие по спине мурашки.

Но слишком поздно. Она уже начала горизонтальный взмах. И у неё не получилось бы остановить это движение.

(Она находится в сфере скоростей, превосходящей мой уровень!?)

И вдобавок...

(Она заметила мои когти, но не пытается уклониться. Даже не моргает!? Что же она припасла в рукаве, находясь в этом измерении сверхбыстрых движений!?)

Часть 7

К слову, этот разговор происходил в комнате общежития Камидзё Томы — и был совершенно обыденным.

— Тома, Тома! «Мэджикал Паверед Канамин» сегодня опять на высоте!!

— Ага, уверен, актёрам озвучки приятно, что ты так радуешься, даже если это повтор.

— Но меня раздражает, что количество украшений у неё на поясе то и дело меняется. Почему так происходит? Здесь нет логики и нет связи с какой-то таинственной магией — вот почему это меня бесит!

— Ха? Кто-то забыл их дорисовать? Но на связанных с сериалом сайтах я не находил комментариев фанатов об их проколе.

— Верно. В боевых сценах кажется, что тв-картинка идёт плавно, но если присмотреться, её украшения то появляются, то исчезают!

— Зачем ты занимаешься такими безумными вещами? Ты запоминаешь тридцать кадров в секунду и мгновенно их анализируешь?

Часть 8

Каким бы совершенным ни был дар идеальной памяти Индекс, кроме него она ничем не владела. Даже если она способна анализировать картинку с частотой 30 или 60 кадров в секунду, она не могла за одну тридцатую долю секунды переместиться так, чтобы увернуться от атаки царя зверей.

Всё, что ей оставалось — это разобравшись в ситуации и пользуясь движением губ, применить метод сверхбыстрого чтения заклинаний. С его помощью она передала короткий текст перемещающейся со звериной скоростью жрице Сехмет.

Впрочем, этого оказалось достаточно.

Ведь она была ходячей библиотекой, хранившей 103000 гримуаров.

Она была специалистом, способным мгновенно находить способы противодействия любым видам магии и атак.

(Мне нужно просто застать её врасплох.)

К данному ответу девушку подвела та её часть, которая поражала пугающим интеллектом.

Она была способна только пошевелить губами.

Дело было не в том, что она не моргала; она просто не могла моргнуть.

И всё же этого оказалось достаточно, чтобы сбить с толку жрицу Сехмет.

Подобные мелочи, накапливаясь, мало-помалу вносили в её разум губительное смятение.

(Хитроумная уловка создаёт мгновенный разрыв в процессе мышления противника, но для тебя эта секундная задержка может оказаться фатальной. Ведь в этот же момент твоё тело продолжает движение.)

Десять секунд для велосипеда и десять секунд для автомобиля — это совершенно разные вещи.

То же самое можно сказать об обычной машине на шоссе и гоночном болиде на треке.

Разница ещё более заметна, если привести в качестве примера гоночный автомобиль и сверхзвуковой истребитель, движущиеся с максимальной скоростью.

Секундное замешательство или же мгновенный провал в мышлении при движении на достаточно высокой скорости могли привести к серьёзным последствиям.

— Гаа.

Совсем рядом с ней раздался крик девушки.

Поскольку Индекс двигалась с обычной скоростью, из-за эффекта Доплера звук до неё дошёл в искажённом виде.

— AaaAAAAAaaaa!aaaaaaAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA!?

На самом деле Индекс не отбросила её физически.

Из-за внезапной остановки процесса мышления жрица Сехмет утратила контроль над собственным телом: она оступилась, потеряла равновесие и повернулась, словно поскользнувшись.

Когти, которые должны были вонзиться в Индекс, рассекли воздух всего в нескольких миллиметрах от её носа.

И это всё, чего она достигла.

Тело жрицы Сехмет, вращаясь, пролетело по воздуху. Она не просто споткнулась — она совершила в воздухе как минимум два кувырка и рухнула вниз, сильно ударившись спиной о твёрдую поверхность.

Это не приём из айкидо, основанный на применении правила рычага или смещения центра тяжести. Движение больше было похоже на странную технику цигун или финальный бросок в «духовном сумо» — разновидности ритуального танца, в котором мастер джиу-джитсу выходил на арену и изображал, как его бросает невидимое божество.

Спустя пару секунд раздался отчётливый звук.

У жрицы Сехмет возникли трудности с дыханием. Сама Индекс свысока смотрела на скрывавшую голову под чёрным плащом львицу.

— Ты не богиня-львица Сехмет.

— Кх.

Её слова вполне могли стать фатальным ударом по психике.

— Будь ты ею, ты бы с самого начала не стала красть информацию маскируясь под моего кота. А значит, ты — Бастет, богиня плодородия и изобилия. Ты жрица кошачьей богини, а не богини-львицы.

— … А... Кха...!!

Девушка, которую назвали именем Бастет, попыталась возразить, но у неё не получилось набрать воздуха из-за проблем с дыханием.

А монахиня продолжила озвучивать свои выводы.

— И Сехмет сейчас и вправду в моей голове. Тебе удалось сформировать в ней Книгу Мёртвых. Этот гримуар захоранивают вместе с мумиями фараонов, но, в отличие от «Книги Закона» или «Золотой Ветви», у него нет единого, строго фиксированного формата. Чтобы фараон мог вернуться из загробного мира, каждый экземпляр книги создавался индивидуально, с учётом деяний и грехов конкретного правителя. Поэтому всякий раз, когда умирал новый человек, им приходилось изготавливать новую книгу.

— Мо...лчать!!

— Что ты собиралась делать со своей Книгой Мёртвых? — спросила Индекс. — Зачем тебе понадобилось читать о деяниях и грехах покойницы по имени Сехмет?

Часть 9

Была та, на кого девушка равнялась.

Образ этого человека остался в её памяти в виде строгой старшей сестры.

Она отказывалась брать учеников, поэтому девушке приходилось изучать её техники лишь посредством наблюдения, а не через прямое обучение. И всё же теперь она могла с уверенностью сказать, что именно этот человек повлиял на её становление.

Но этот человек ушёл из мира живых.

Смерть всегда несправедлива, и как бы вы ни пытались избавиться от сожалений, невозможно вернуть ушедших.

Было кое-что, что девушка осознала лишь после того, как потеряла человека, на которого равнялась: она ровным счётом ничего о ней не знала. Ей хотелось поведать о ней миру, но она никак не могла удостовериться в точности имевшейся у неё информации.

Вот поэтому она хотела узнать.

Вот поэтому она желала прочитать об этом.

Она хотела выяснить, какой была жизнь той женщины, и понять, каких наград или наказаний она удостоилась. Та волшебница никогда и никому не открывала своего прошлого, из-за этого девушка стремилась прочесть Книгу Мёртвых, написанную этим человеком при жизни.

Она не помышляла о чём-то грандиозном, вроде возвращения души той персоны или вечной консервации её тела. Она просто хотела поведать о ней миру и рассказать, каким человеком та была. Уж это-то наверняка возможно.

Та женщина ушла в могилу, не издав ни единой жалобы и не рассказав о своём жизненном пути; возможно, она вовсе не хотела, чтобы о ней говорили. Быть может, ей всё это было и вовсе не нужно.

Однако, девушка желала понять её несмотря ни на что.

В конце концов, в архивных записях ту женщину называли невероятно жестокой и беспощадной, богиней кровопролития и резни.

Люди привыкли видеть её именно такой, а девушка хотела лишь поведать о простых вещах: например, о её любви к сладкому или как она могла броситься в самую гущу битвы, стоило ей услышать плач ребенка — даже если этот бой был ей безразличен.

Именно…

По этой причине...

Обеспокоенную всем вышеперечисленным девушку охватил страх из-за того, что она могла на самом деле и не знать человека, на которого равнялась.

Чем она лучше той невежественной толпы? И что ей самой известно об этом человеке?

Часть 10

— Эти... схемы...

Лежащая на земле жрица Сехмет практически задыхалась.

Она сверлила взглядом Индекс — человека, одолевшего зверя при помощи своего разума.

— У меня была её Книга Мёртвых… но она была неполной. Схемы… отсутствовали… из-за расхитителей гробниц. Мне требовались… эти схемы… поэтому…

— А, так вот в чём дело, — пробормотала Индекс.

Гримуары способны переходить от одного владельца к другому. Оригинал оставался в единственном экземпляре, но с него можно было снять копию.

При переписывании больше всего хлопот доставляли иллюстрации и схемы.

В последующих изданиях — даже в тех, что описывали ритуалы Золотой кабалы магов, — вносились изменения в изображения магических кругов, символа розы и прочих элементов, которым требовалась визуализации для понимания их сути (чаще всего это делалось ради того, чтобы придать им более изысканный и впечатляющий вид). Для гримуара одного лишь текста недостаточно. Без сочетания верного текста и точных схем невозможно достичь истинной мудрости. Человеческое невежество и тщеславие скрывали ключ.

Жрица Бастет в исступлении пыталась его найти.

Она хранила неполный текст в своём сердце и искала утраченные иллюстрации и схемы.

В рассыпанных частях пазла недоставало элементов, поэтому, чтобы восполнить пробелы, она использовала голову Индекс.

Даже если оригинал неполон, с помощью её 103000 гримуаров можно было бы восстановить его недостающие части, изучив с бесчисленных ракурсов те самые пробелы.

Похитив информацию из её головы, жрица Бастет получила бы полную версию Книги Мёртвых — со всеми текстами и схемами.

В её распоряжении оказались бы полные сведения о жизни, деяниях, наградах и наказаниях некоего человека.

Она хотела бы узнать истинный, а не фальшивый облик того человека.

— Я дотянусь до неё.

Она не могла собраться с силами.

Она знала это лучше, чем кто-либо другой.

Всё ещё лёжа на земле, жрица Бастет протянула дрожащую руку прямо вверх — словно пытаясь схватить солнце. По другую сторону её руки стояла наизусть заучившая и управлявшая великим множеством гримуаров девушка.

— Бастет дотянется до Сехмет… Я обязана. Я верну… те схемы… и узнаю её настоящую. И ради этого… я должна… должна…!!

— …

Выслушав её, монахиня в белом по имени Индекс тихонько вздохнула.

И…

— "Так будет лучше, Лип. Тебе стоит стать свободным магом, а не оставаться скованной моей тенью. Это и есть единственно верное решение."

Пары десятков слов хватило, чтобы жрица Бастет полностью потеряла связь с реальностью.

— Что за?

Звук её голоса был как у милашки.

Однако темп речи, акцент, дыхание — всё это выдавало человека, которого она прекрасно знала.

Она снизошла к ней.

— "Честно говоря, меня смущало, что ты так сильно меня превозносила. Я была совсем другим человеком и не соответствовала твоим представлениям, но в то же время мне нравилось подобное отношение. Именно поэтому я отказалась взять тебя в ученики, но всё же продолжала отчасти идти тебе навстречу. Мне следовало сразу и твёрдо отказать, но я боялась тебя потерять. Прости."

(Нет.)

Совершенно растерявшись, чёрная кошка задумалась.

(Я не знаю никого, кто обладал бы таким добрым взглядом.)

Долго размышляя, жрица Бастет наконец поняла, в чём дело. Она сама раздобыла и прочла Книгу Мёртвых. В ней приводилось описание всех добрых и дурных поступков той женщины, но ни слова не говорилось о том, каким человеком она была.

Об этом в тексте не упоминалось.

Индекс не произносила записанную речь львицы, она, можно сказать, читала «между строк».

Окончательная версия сложилась в её голове после объединения текста и схем. Этот написанный на заказ гримуар доработали так, чтобы спасти душу некоего человека, описав его деяния и грехи. Именно благодаря этому гримуару Индекс всё узнала.

Они не вели разговор.

Со стороны могло показаться иначе, но, технически, это не было беседой.

Она будто бы читала в дневнике сделанную давным-давно запись. Этот человек долго скрывал в своём сердце свои сокровенные чувства. Тем не менее она хотела однажды их выразить, поговорив с той недогадливой и малопонимающей персоной.

Всё равно что объяснять истинный смысл книги тому, кто прочёл лишь аннотацию и тут же её закрыл.

— "Я была по-настоящему счастлива, когда ты пошла по пути к Бастет, а не к Сехмет. Стань тем, кто осыпает людей благословениями, а не тем, кто заливает их кровью — такой, как я. Хотя ты доставила мне больше всего проблем, я возлагала на тебя свои величайшие надежды. Понимаешь, Лип? Даже восхищаясь мной, как маг, ты уже ушла далеко вперёд."

Её слова стали последним ударом.

Неотвратимым.

Физическая боль терзала её разум столь нещадно, что лишь ложные убеждения и страстное желание поддерживали сознание девушки, однако сама основа её существа в итоге сломалась.

Услышав слетевшие с губ Индекс слова, она едва заметно улыбнулась и не смогла сдержать поток слёз.

А затем благоговейно взиравшая на львицу чёрная кошка окончательно отпустила своё сознание.

Часть 11

Индекс вернулась в студенческое общежитие, к ждущему её Камидзё Томе.

— Бхаах! Я умираю с голоду, Тома!

— Эй, ну как всё прошло? Хороший денёк выдался?

— Это твой день скоро станет хорошим, Тома! Твой «пар» уже на подходе!

— ?

Камидзё нахмурился, однако Индекс его проигнорировала и обратилась к трёхцветному коту в своих руках.

— Это было чудесное воскресенье, правда, Сфинкс?