«Как на вкус?» спросил Крейге, откусывая кусочек рыбы. Он не только поймал целую кучу рыбы, но и сам её приготовил.

Кана, сидевшая рядом и понемногу поедающая рыбу, одарила Крейге лучезарной улыбкой и сказала. «Очень вкусно. Крейг, как долго ты здесь пробудёшь?»

«Я не задержусь надолго. Я знаю, что это место предназначено для твоих тренировок и повышения уровня. Если я останусь, я не смогу удержаться от убийства всего, что проявит хоть малейшую агрессию по отношению к тебе. Но когда твоё время пребывания здесь закончится, я приду к тебе с несколькими комплектами новой брони, которая будет трансформироваться, подстраиваясь под твоё тело при смене элементов». Крейг не хотел уходить, но ему нужно было это сделать, чтобы его маленькая жена могла повзрослеть.

Кана слегка надула губы, зная, что Крейг её покинет. Ей нравилось, что он рядом. Она чувствовала себя в безопасности рядом с ним. Но она также понимала, что он имеет в виду. «Останешься со мной ещё на одну ночь и уйдёшь утром?»

«Ммм… Если ты так хочешь.» Крейг кивнул головой. Если его жена этого желает, он выполнит её просьбу.

«Хочу!» — улыбнулась Кана, встала с места, где сидела, протиснулась между ног Крейг и села, прижавшись затылком к его груди. «Крейг, ты не злишься на меня за то, что я изначально заставила тебя выйти за меня замуж? То есть, изначально я понятия не имела, что делаю, но в итоге всё равно заставила тебя выйти за меня замуж против твоей воли».

«Разве ты уже не спрашивал меня об этом?» — спросил Крейг.

«Мгм… Но в прошлый раз ты как-то умолчал об этом», — ответила Кана, слегка опустив голову

«Вначале я был немного расстроен. Но, узнав тебя лучше, я понял, что быть с тобой не так уж и плохо. Ты бываешь временами по-детски наивной, а временами серьезной. Застенчивой и смелой. Все эти качества составляют твою сущность. Постепенно, увидев все эти стороны твоей личности, я полностью принял тебя и полюбил такой, какая ты есть. Ты моя маленькая, но проблемная жена, которую я буду лелеять, любить и защищать до конца своих дней.» сказал Крейг, обнимая Кану. Он склонил голову и поцеловал ее в макушку. «Так что тебе не нужно постоянно спрашивать меня, злюсь ли я или сожалею ли.»

Щеки Каны покраснели, когда она обняла руки объвившиеся вокруг неë. Она нежно поглаживала его мускулистую руку пальцами, прикусывая нижнюю губу. Она пыталась сдержать слезы, которые грозили вот-вот хлынуть из глаз. «Крейг, знаешь… Когда я проснулась в этом мире, все было таким фантастическим и новым. Хотя кое-что было опасным и пугающим, я все же нашла это место намного лучше, чем то, откуда я родом. Ты можешь мне не поверить, но когда-то я жила в мире, где не было магии или других разумных существ, кроме людей. Этот мир назывался Землей».

Кана сделала паузу и глубоко вздохнула, продолжая: «В юности, в начале моей жизни, у меня было относительно нормальное воспитание. У меня была мать, отца не было… Моя мать не знала, кто мой отец. Я была зачата нечестным путем… Но даже несмотря на это, моя мать очень любила меня и делала все, что могла, чтобы вырастить меня…»

Когда Кана только начала что-то помнить, ей было три года, и она жила в маленькой однокомнатной квартире. Там было место для готовки и едва работающий туалет, но не было ни ванны, ни душа. Каждое утро и вечер её мать использовала ведро с тёплой водой, нагретой на плите, чтобы вытереть себя и Кану. Еда состояла из риса и одного гарнира. В то время Кана не понимала, но её мать съедала лишь несколько кусочков, оставляя остальное для Каны.

Кана понятия не имела, насколько бедны они были на самом деле. Для неё мать была всем миром, и она очень любила её. Мать занималась рукоделием дома, и когда у неё набиралось достаточное количество изделий, она упаковывала их в коробки, одевала Кану в тёплую одежду, а сама оставалась в тонкой одежде, и брала коробку с Каной на уличный рынок. Там они открывали лавку, где мать Каны изо всех сил старалась продавать платки и другие мелкие безделушки, которые она делала.

В те времена Кана никогда не устраивала скандалов. Она сидела на коленях у матери и играла с куклой, которую та ей купила. Кана помнила, как некоторые бабушки хвалили её за хорошее поведение, и это заставляло Кану хотеть вести себя ещё лучше, чтобы получать больше похвалы.

То что Кана не смогла заметить было то, что её мать, которая делала всё возможное, чтобы обеспечить любимую дочь, постепенно начала худеть. Щёки матери начали впадать, а цвет её кожи стал болезненным. К сожалению, даже если бы она знала об этом, Кана ничего бы не смогла сделать. Она была слишком мала в то время, чтобы понять, что происходит.

Шли годы, и мама Каны начала учить её читать и писать. Только в шесть лет Кана наконец почувствовала, что что-то не так. В тот день мама Каны была потрясена, когда Кана спросила: «Мама, почему ты постоянно кашляешь красной жидкостью?»

Несмотря на боль и понимание того, что ей осталось жить недолго, мама Каны улыбнулась и ответила, как ни в чём не бывало: «Дорогая, мама в порядке. Я просто немного приболела. Через несколько дней всё пройдёт».

Кана, ничего не зная, могла лишь поверить матери на слово. Так продолжалось до тех пор, пока год спустя Кана однажды утром не опустилась на колени рядом с матерью, пытаясь разбудить её, а из её глаз текли слёзы… «Мама?! Мама, пожалуйста, проснись!»