Утро нового года выдалось солнечным и мягким, а воздух был наполнен первозданной чистотой.

Сакуто шел по тихим улочкам жилого квартала. Он направлялся к дому Усами. Парень пообещал сестрам вместе сходить на первое в этом году посещение храма, и теперь шел за ними.

И вот, когда он проходил мимо того самого парка, где однажды познакомился с У-саном — из-за угла неспешным шагом показался он сам.

— А? У-сан.

— Ба, да это же Така-тян. С Новым годом.

Он приветливо помахал рукой, озарив лицо мягкой, добродушной улыбкой. Слегка опешив от такого непринужденного приветствия, Сакуто почтительно поклонился.

— А, с Новым годом…

Раз они и раньше виделись в этом парке, значит, он наверняка живет где-то поблизости.

— Куда путь держишь?

— Да вот, собираюсь на первое в этом году посещение храма. А сейчас иду за своей девушкой.

— Вот как, вот как. Вы все так же близки, это хорошо.

Они рассмеялись.

Между ними не было ни неловкости, ни стеснения — по какой-то странной причине они находились на одной волне.

— А вы куда, У-сан?

— Решил немного прогуляться, размять кости. Да и подышать свежим новогодним воздухом не помешает. …Хотя, по правде говоря, жена постоянно пилит меня за нехватку физической активности, так что я прямо с начала года решил взяться за ум.

От этого шутливого тона на лице Сакуто сама собой появилась улыбка.

— Но ведь она наверняка… просто беспокоится о вас. Хочет, чтобы вы были здоровы. Думаю, она говорит это именно потому, что вы ей небезразличны. Вы же семья…

Сакуто обронил эти слова как бы невзначай. Наверное, это оттого, что он часто видел, как Чикаге делает замечания Хикари, искренне переживая за нее.

— …Может, ты и прав.

Лицо У-сана смягчилось. Это была не попытка скрыть смущение и не показная бравада, а самая искренняя улыбка.

— А ты молодец, Така-тян. Хоть и молод, а зришь в самый корень.

Сакуто смущенно рассмеялся и почесал затылок.

— Да нет, мне еще учиться и учиться… Просто у меня тоже есть дорогие мне люди, вот я и смотрю на вещи под таким углом.

У-сан на мгновение замолчал, пристально глядя на Сакуто. В глубине его спокойного взгляда читалось немое оценивание и… явный оттенок доверия.

— Извини, что задержал. Ступай. И береги свою девушку.

— Да. Обязательно.

Сакуто слегка поклонился и пошел дальше, а У-сан еще долго смотрел ему вслед.

Спустя несколько минут после разговора с У-саном Сакуто уже стоял перед воротами дома Усами. Раздался звук открывающейся двери, и следом послышался звонкий голос:

— Сакуто, спасибки, что зашел за нами~♪

— Прости, что заставили тебя прийти. И спасибо, что ждал на холоде.

Сакуто поднял взгляд и увидел сестер Усами в нарядных праздничных кимоно. Он невольно замер от восхищения.

На Хикари было фурисоде в нежно-розовых тонах, усыпанное пышными красными и белыми цветами. Ее плечи мягко укутывала белая шаль, а красный пояс туго перехватывал талию. В собранных волосах покачивались украшения в виде мелких красных цветочков и бабочек, идеально дополняя ее природную жизнерадостность и очарование.

Чикаге же выбрала кимоно бледно-зеленого оттенка с легким голубоватым отливом и точно такой же пояс, как у Хикари. Сдержанный классический узор придавал ей элегантности — она казалась живым воплощением скромности и чистоты. Единственная простая заколка-кандзаси мягко поблескивала в волосах, а крупный бант гармонично завершал образ.

— Ого… Вам обеим безумно идет.

Искренние слова сорвались с губ сами собой.

Хикари покружилась на месте, взмахнув подолом. Раздался легкий звон бубенцов.

— Эхе-хе-хе♪ Мы точно не прогадали с выбором, Чи-тян♪

— Угу. — Чикаге слегка смутилась и тихо улыбнулась. — Я рада, что тебе понравилось, Сакуто-кун.

— В этом году тоже рассчитываю на вас.

— И мы на тебя, Сакуто-кун.

— Давай сделаем этот год веселым♪

После этого они втроем неспешно пошли рядом. Их целью был расположенный неподалеку великий храм Юки.

Их белое дыхание растворялось в морозном воздухе. Вскоре Хикари хихикнула и произнесла:

— Наше первое свидание в новом году, да?

— …И то верно.

Сакуто слегка смутился, но отрицать не стал и просто кивнул.

Дорога, ведущая к храму Юки, была окутана оживленной новогодней суетой. По обеим сторонам широкой, вымощенной камнем аллеи выстроились пестрые палатки с едой. Ароматы сладкого амадзакэ и соуса от свежеиспеченного окономияки добавляли легкую нотку тепла в холодный зимний воздух.

Большую часть прихожан составляла молодежь, и среди толпы то тут, то там мелькали нарядные кимоно и хаори.

Сакуто шел по аллее, зажатый между Хикари и Чикаге.

Было заметно, как взгляды прохожих то и дело останавливаются на сестрах Усами. Еще бы, такие красавицы-близняшки. Их притягательное очарование выделялось из толпы даже в эти праздничные дни.

— Людей и правда много… — пробормотал Сакуто.

Хикари, разглядывая палатки, радостно отозвалась:

— А мне даже нравится эта атмосфера. Это не та сумасшедшая энергетика, как на летних фестивалях, здесь чувствуется что-то священное, скажи?

Вдруг Хикари остановилась и указала пальцем на один из ларьков.

— О! Тут есть уголок «Юикана-тян»!

Сакуто присмотрелся и увидел огромный плакат с милой нарисованной девочкой в наряде мико.

К слову, «Юикана-тян» — это маскот, созданный известным иллюстратором на основе богини любви Юиноканахиме-но-микото, которой и был посвящен храм Юки.

Очаровательный образ среброволосой девочки в облачении жрицы мгновенно стал вирусным, и теперь она пользовалась невероятной популярностью среди молодежи как божество, приносящее удачу в любви.

По задумке, официальный маскот города Юки — «Канон-тян» — это на самом деле та же самая «Юикана-тян», только спустившаяся в мир людей.

Более того, ходили даже городские легенды, будто она иногда появляется на улицах города Юки в облике красивой девушки с серебряными волосами. Верить в это или нет — личное дело каждого.

На прилавке были в ряд выставлены самые разные товары с изображением «Юикана-тян»: акриловые стенды, таблички эма, мягкие игрушки и брелоки.

— Изначально ее придумали просто для пиара, а теперь этот храм превратился в место паломничества отаку.

— Понятно, почему здесь так много парочек и супругов, — Чикаге коротко кивнула, выслушав объяснения Хикари.

И впрямь, на аллее тут и там попадались на глаза молодые люди с мерчом «Юиканы» в руках.

— Ах… Какая прелесть! Смотрите!

Проследив за взглядом Чикаге, Сакуто и Хикари посмотрели на главное здание храма, возвышающееся на вершине каменной лестницы.

Перед покрытым красным лаком святилищем выстроилась длинная очередь, а в самом ее начале стояла картонная фигура «Юикана-тян» в полный рост. Судя по всему, это была фотозона, где можно было сфотографироваться с самой богиней. Поскольку наступил год Кролика, «Юикана-тян» тоже примерила на себя заячий наряд.

— Больше похоже на парк аттракционов, чем на храм, — невольно усмехнулся Сакуто, на что Хикари с улыбкой ответила:

— Богам наверняка тоже по душе, когда вокруг шумно и весело! Наверное!

Сфотографировавшись с «Юикана-тян», троица пристроилась в самый конец очереди к святилищу.

Несмотря на мороз, люди потирали озябшие руки и обменивались теплыми поздравлениями.

Через какое-то время с противоположной стороны аллеи послышались шумные голоса.

— О, это же Хикари! И Чикаге-тян с Такашики-куном здесь!

Обладательницей голоса оказалась знакомая девушка с двумя хвостиками — Хигасино Вакана из газетного клуба.

Однако сегодня она была одета в наряд мико, а на груди у нее висел бейдж работницы храма.

— Э-э?! Вакана?! — удивленно воскликнула Хикари.

В ответ Вакана изящно взмахнула рукавами и слегка поклонилась.

— Удивлены? Я на эти новогодние праздники подрабатываю здесь жрицей.

— Ого, круто! Я бы тоже хотела попробовать!

— И наряд тебе очень идет! — восхищенно добавили сестры.

И лишь Сакуто нахмурился и с довольно сложным выражением лица пробормотал:

— Думаю, в этом году все парочки, пришедшие сюда помолиться, расстанутся… а супруги разведутся…

— …Такашики-кун, и что же это значит?

— Да так, мысли вслух…

Вакана свирепо зыркнула на Сакуто, не переставая улыбаться.

— Я потом помолюсь, чтобы на тебя обрушилась божественная кара.

— Это уже не молитва, а проклятие.

Сакуто пожалел, что ляпнул слишком прямолинейно, но… ничего уже было не поделать.

И тут… Со стороны входа на аллею показались еще двое знакомых.

— Вау, Вакана, ты и правда здесь! О, и Хикари с ребятами тут!

— Матори-тян, подождите!.. Я же сейчас потеряюсь!..

Приветливо помахивая рукой, к ним подошли заместитель главы газетного клуба Косака Матори и глава клуба, Уэхара Аяка.

— Приветик! С Новым годом!

— Всех с Новым годом.

Сакуто и сестры ответили на поздравления.

— Ничего себе, Хикари, Чикаге, какие на вас кимоно! Вам безумно идет!

— И правда. Вы выглядите такими взрослыми и милыми.

Пока Матори и Аяка болтали с сестрами Усами, Вакана тихонько обратилась к Сакуто:

— С самого начала года пошел в храм вместе с сестрами Усами. Вы все-таки очень близки, да?

— Ну да.

— В этом году, наконец, определишься?

— ? Ты о чем?

Вакана хитро ухмыльнулась.

— О том, с кем из них ты начнешь встречаться.

— А-а… об этом…

Сакуто лишь криво усмехнулся, ничего не ответив.

Ни Вакана, ни Матори, ни Аяка еще не знали, что они уже встречаются втроем.

«Наверное, пора бы уже им рассказать…»

Ситуация была спорной, но пока что он решил сохранить это в тайне.

— Ну так что? С кем из них ты хочешь встречаться? — не унималась Вакана.

— С кем… О, очередь продвинулась!

— Перевел тему! Как нечестно!

Нечестно так нечестно — Сакуто просто подтолкнул сестер Усами вперед и так и не ответил на вопрос Ваканы.

Попрощавшись с Матори и остальными, Сакуто и девушки, наконец, добрались до главного святилища.

Даже посреди характерной для Нового года суеты здесь царила какая-то особая, заставляющая выпрямить спину тишина. Молитвы синтоистских священников эхом разносились в воздухе, словно растворяясь в зимней прохладе.

Втроем они встали в ряд, бросили монетки в ящик для пожертвований и позвонили в колокол.

Два поклона, два хлопка, один поклон.

В мыслях Сакуто крутилось лишь одно желание.

«Пожалуйста, присматривайте за нами, чтобы мы и дальше всегда были вместе, втроем…»

Закончив молитву, они подошли к стенду для табличек эма, установленному в углу храмового двора.

Сакуто записал на деревянной дощечке то же самое желание, о котором только что просил: «Пусть мы и дальше всегда будем вместе втроем».

— М-м? Сакуто, что там у тебя?.. — Хикари придвинулась чуть сзади и заглянула в его табличку.

В следующее мгновение ее губы расплылись в довольной улыбке.

— Ого~? Значит, с богами ты честен, Сакуто~?

— А? В каком смысле?..

— Такие вещи мог бы говорить нам прямо в лицо♪

— Это понятно, но загадать желание тоже не помешает. А ты что написала, Хикари?

— А я…

Хикари показала свою табличку эма. На ней был написан практически тот же самый текст, что и у Сакуто: «Пусть и в будущем мы всегда будем вместе втроем».

— Выходит, у нас одинаковые желания♪ Мы с тобой на одной волне, — Хикари довольно улыбнулась.

Тут робко подала голос Чикаге.

— Эм, по правде говоря, у меня тоже…

Она аккуратно подняла свою табличку. На ней тоже красовалась похожая фраза: «Пусть дни, которые мы проводим втроем, длятся и дальше».

— Выходит, мы все загадали одно и то же. Фу-фу, даже как-то радостно, — Чикаге слегка смущенно, но искренне улыбнулась.

Три висящие в ряд деревянные таблички были совсем небольшими, но казалось, что вместе они способны исполнить абсолютно любую мечту.

Если боги и вправду существуют, пожалуйста, услышьте эту мольбу… Казалось, эти чувства тихо поднимаются высоко в зимнее небо.

Повесив таблички, троица направилась к уголку с предсказаниями омикудзи.

— И-и, раз! — по команде Хикари все трое одновременно развернули свои бумажки.

— О, большая удача! — Сакуто удивленно моргнул и рассмеялся.

Стоящая рядом Хикари надула щеки и протянула:

— Э-э, а у меня средняя удача. Да и само предсказание какое-то сомнительное…

Чикаге, аккуратно демонстрируя свое омикудзи, тихо пробормотала:

— У меня тоже средняя удача. Вроде бы ничего плохого, но почему я чувствую себя проигравшей?..

— Наверное, мы с Чи-тян просто поделили удачу пополам? — в шутку произнесла Хикари, видимо, полагая, что большая удача делится на две средние удачи.

Внезапно Чикаге положила руку на плечо Хикари и сосредоточенно закрыла глаза.

— Чи-тян? Ты что делаешь?

— Тс-с… Я сейчас высасываю удачу из Хи-тян, так что тихо…

— Какое там тихо?! Прекрати! Не воруй мою удачу!

— А-а… Пошло, пошло… Удача течет ко мне…

— Хватит! Я и правда чувствую, как она меня покидает!

Наблюдая за этой перепалкой, Сакуто не выдержал и покатился со смеху.

— Не думаю, что это работает именно так, — пробормотал он.

Но в следующее мгновение сестры Усами потянули руки уже к нему.

— Сакуто-кун, поделись-ка с нами крупицей своей большой удачи.

— В двойном объеме: за Чи-тян и за меня, понял?

— Э?! Эй… Вы обе?!

Девушки медленно надвигались на него. Их глаза подозрительно блестели. Они явно не шутили.

— По логике Хикари, моя удача тогда упадет до малой удачи или удачи напоследок… Да и вообще, удачу нельзя поделить чисто физически… И к тому же, вы слишком напористые, мне аж страшно!

Сакуто оставалось лишь медленно пятиться, отводя взгляд.

— Парень, который делится удачей с любимыми девушками, был бы просто нарасхват~

— А я слышала, что многим парням нравятся напористые девушки.

— А ну завязывайте с этой командной работой! Это уже какая-то психологическая атака!

Возмутился опешивший Сакуто, но Хикари сделала еще один шаг вперед.

— Ну тогда, если мы и в этом году сможем съездить куда-нибудь втроем, будем считать это эффектом твоей большой удачи♪

— Мне кажется… или вы только что переложили всю ответственность за нашу удачу на меня?

— Но ведь это счастливая ответственность, правда? — мягко улыбнулась Чикаге.

Сакуто обреченно опустил плечи.

— …Конечно, я хочу, чтобы в этом году мы снова куда-нибудь поехали. Может, на весенних каникулах?

— Ура-а♪

— Я так рада, Сакуто-кун!

Хикари и Чикаге в один голос радостно вскрикнули, легонько дали друг другу «пять» и расцвели в лучезарных улыбках.

«Какие же они все-таки наглые», — подумал Сакуто, но, увидев их счастливые лица, решил, что, возможно, он и вытянул бумажку с большой удачей лишь для того, чтобы разделить ее с этими двумя.

— Сакуто, Чи-тян, сюда, сюда! Ух ты, какой красивый вид!

Закончив с молитвами, Сакуто и Чикаге позволили Хикари утянуть их на небольшую возвышенность за храмом, где располагалась смотровая площадка. В отличие от шумного храмового двора, здесь стояла поразительная тишина.

Сакуто подошел к ограждению и прищурился, глядя на раскинувшийся внизу пейзаж. Далекие горы кутались в белую дымку, а бледные лучи зимнего солнца мягко освещали городские улицы.

— Людей и правда была тьма. Не думал, что сюда приходит столько народу.

Шум толпы, чужие взгляды, пестрые кимоно и украшения ларьков, запахи, тактильные ощущения…

Обычно подобные места выматывали Сакуто: каждая деталь бессознательно врезалась в память, перегружая мозг огромным потоком информации.

Однако сегодня на душе почему-то было спокойно.

Похоже, на этот раз весь этот необъятный объем информации воспринимался не как «раздражающий шум», а как «праздничное оживление».

Проводя время с сестрами Усами, Сакуто постепенно привыкал к столь перегруженной информацией среде. Возможно, позже у него и разболится голова, но сейчас ему было настолько весело, что он об этом даже не думал.

Внезапно осознав свой личностный рост, Сакуто обрел еще чуточку уверенности в себе.

— И воздух такой чистый. Прямо чувствуется, как спина распрямляется, — Чикаге тихонько шмыгнула носом, глядя вдаль.

И тут… Позади послышался торопливый топот ног.

— Э-э-эй!

Ребята обернулись и увидели слегка запыхавшихся Матори, Аяку и Вакану.

— Слушайте, давайте напоследок сделаем памятное фото! — предложила Матори, и все тут же с радостью согласились.

Матори ловко закрепила телефон на селфи-палке и включила фронтальную камеру.

— Так, все улыбаемся! Снимаю-у-у!

Звук затвора звонко разнесся в зимнем воздухе.

На фотографии, которую Матори тут же скинула в групповой чат в LIME, все искренне улыбались.

— …Как-то это… здорово, — невольно сорвалось с губ Сакуто, и Матори тихо рассмеялась.

— Нужно нафоткаться впрок, пока есть возможность. В следующем году нам уже вряд ли удастся так собраться.

— Все-таки экзамены, выбор жизненного пути… — Аяка, слушавшая их разговор, коротко кивнула. На ее лице появилась легкая грустная улыбка.

— Вы уже решили, куда будете поступать? — поинтересовался Сакуто, на что Матори лишь пожала плечами.

— Я пока только в общих чертах. Но понимаю, что пора бы уже взяться за голову и подумать серьезно.

— Разве вы не планируете стать журналисткой?

— Скажешь тоже! — со смехом ответила Матори. — Но фотографировать я не брошу. Не обязательно становиться профи, пусть это останется просто хобби.

— Здорово звучит.

— Правда? — Матори широко улыбнулась и повернулась к Аяке. — А ты, Аяка? Что решила?

— Я хочу работать устным или письменным переводчиком, поэтому планирую поступать куда-нибудь на факультет международных отношений.

Пять пар глаз в шоке уставились на Аяку.

— Э-э?! Я сказала что-то не то?..

После секундной паузы Матори произнесла:

— Не-ет, просто неожиданно… Ты правда хочешь работать в этой сфере?

— Да. Я с детства не умела толком выражать свои мысли. Меня часто понимали неправильно или я не могла донести то, что хотела… — Аяка лучезарно улыбнулась. — Но в последнее время я стала увереннее в себе. Я же правда научилась говорить лучше, чем раньше, верно? Вот я и подумала: было бы здорово помогать людям, связывая их через слова.

Она смущенно засмеялась: — Эхе-хе.

Вакану эти слова растрогали до глубины души. Она тут же метнула на Матори острый взгляд.

— …Матори-сэмпай, вам бы стоило взять с Аяки-сэмпай пример.

— А? Это еще почему?

— Вы живете исключительно ради удовлетворения собственных желаний. Может, иногда стоит подумать и о других людях?

— Больно резко сказано! И вообще, я всегда думаю о других!

— Что-то сомневаюсь…

Матори надулась.

— Так, Вакана, выйдем! Я тебе сейчас мигом закрою твой дерзкий рот!

— Мы и так на улице! Куда уж дальше выходить! И вообще, нарывайся!

Так началась первая в новом году стычка между «кланом конского хвоста» и «кланом двух хвостиков».

Тем временем Чикаге повернулась к Сакуто.

— …А что насчет тебя, Сакуто-кун? Чем бы ты хотел заниматься в будущем?

Услышав вопрос, Сакуто слегка опустил взгляд. Ветер мягко всколыхнул его волосы.

Он еще не определился со своим будущим, но…

— …Пока что я просто хочу дорожить временем, которое провожу с вами. И только когда я научусь делать это по-настоящему, тогда уже подумаю о себе.

В ответ на его слова Хикари мягко улыбнулась, а Чикаге тихонько кивнула.

— Я полностью за! Я хочу проводить с вами как можно больше времени.

— Я тоже. Хочу ценить каждый прожитый вместе день.

Аяка, слушавшая их разговор, ласково улыбнулась.

— Ценить настоящее и одновременно искать себя — это самый лучший путь. Если оглянуться на себя в прошлом и сравнить с собой нынешним, обязательно поймешь, чего на самом деле хочешь. Надеюсь, ты сможешь найти то, чем захочешь заниматься.

Сакуто и сестры Усами в один голос бодро ответили:

— Да!

Тем временем, по соседству…

— В честь года Змеи… Фирменный “кобра-твист” от великой сэмпай-й-й!

— Гья-а-а-а?! В этом году вообще-то год Кролика-а-а-а!

С самого начала нового года, на территории храма, приносящего удачу в любви, совершалось настоящее богохульство — кто-то проводил рестлерский прием на девушке, подрабатывающей мико.

Впрочем, Сакуто решил воздержаться от комментария: «Вот поэтому у вас и нет парня».

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

---

В телеграмме информация по выходу глав. Также если есть ошибки, пиши ( желательно под одной веткой комментов).

Телеграмм канал : t.me/NBF_TEAM
Телеграмм канал : https://t.me/venty0103