— Простите, что вчера доставила столько хлопот.

Во второй половине третьего дня поездки, только появившись в пляжном домике «Karen», Чикаге с забинтованной ногой низко поклонилась Матори и Юдзуки.

Поскольку во вчерашний переполох оказались втянуты местные жители, ответственная Чикаге обошла весь город, кланяясь всем причастным.

Она собиралась зайти еще в несколько мест. Сакуто и Хикари, разумеется, сопровождали ее, но в глубине души очень переживали. Хоть Чикаге и отделалась лишь ушибами, это все же были травмы.

Поэтому не было нужды так скрупулезно всех обходить, — но, несмотря на такие мысли друзей, сама Чикаге считала, что подобные вещи нужно делать на совесть, и не относилась к тому типу людей, которые могут спокойно отлеживаться в постели.

— Да ладно, брось! Главное, что ты цела, — с широкой улыбкой ответила Матори.

— Но все равно, хорошо, что обошлось лишь шишкой и парой царапин. Ведь если бы удар пришелся неудачно...

Чикаге горько усмехнулась.

— Юдзуки, ты вчера тоже... — начала было Чикаге, но Юдзуки со слезами на глазах бросилась ей на шею.

— Чикаге!

— А-ха-ха, все уже хорошо...

— Прости, это я во всем виновата...

— Я ведь еще вчера тебе сказала, да? Если ты будешь винить себя, мне тоже станет больно...

На самом деле вчера Юдзуки вместе с Матори приезжали в больницу. Им сообщили о тяжести травм и результатах обследования, но Юдзуки горько расплакалась, и в итоге Матори увела ее домой, поддерживая за плечи.

— Так что, если ты просто порадуешься тому, что я цела... Нет, это я заставила вас так волноваться, правда, простите меня.

Сакуто стоял чуть поодаль, наблюдая за обнимающимися девушками, а стоявшая рядом Хикари тихо заговорила:

— Юдзуки-тян сейчас чем-то похожа на прежнюю Чи-тян...

— А?

— Винит себя в том, в чем нет ее вины, и словно не знает другого выхода, кроме как направлять всю злость и грусть на саму себя...

Вчера Сакуто узнал об этом от Хикари...

«Его звали Масиро, Чи-тян сама дала ему имя. Но где-то через три месяца после того, как мы его взяли... он сбежал из комнаты Чи-тян и пропал с концами...»

«Вот как...»

«Чи-тян во всем винила себя, но я так не считаю... Конечно, я понимаю ее чувство ответственности как хозяйки, но...»

Хикари опустила взгляд.

«Я ведь тоже тогда думала, что будь я рядом, то смогла бы что-то сделать... Словно я взвалила все бремя на Чи-тян, и от этого мне как-то... больно...»

Она нежно сжала руку Сакуто. Это не было похоже на их обычные прикосновения; она держалась за него так, словно искала душевную опору.

«Знаешь, Чи-тян после этого стала такой же строгой и холодной, как сейчас. Может, я слишком много об этом думаю, но мне кажется, что ее неумение общаться с людьми — это все из-за одиночества после потери Масиро».

Тут Хикари улыбнулась.

«Но встретив тебя, Сакуто, она сильно смягчилась и стала такой же теплой, как сейчас. Поэтому я тебе очень благодарна. Спасибо за Чи-тян, Сакуто. И, заодно, позаботься обо мне и дальше, ладно?»

Наверное, он не сделал ничего такого, за что стоило бы благодарить. Скорее, он всегда считал, что слова благодарности должен произносить он сам.

Сакуто снова посмотрел на ласково улыбающуюся Чикаге, которая гладила Юдзуки по голове со словами утешения. Ее полный нежности взгляд казался ему более взрослым, чем когда-либо.

— Слушай, Сакуто.

— Мм?

— Когда это они успели так сдружиться? Чи-тян даже перестала говорить с ней на «вы».

— Кто знает...

Для Сакуто это тоже стало неожиданностью, и он был немного удивлен. Впрочем, допуская, что они могли бы найти общий язык, на душе у него было как-то смешанно. Он был рад, безусловно рад, но как выразить эти чувства — он не знал. Не находя слов, он лишь испытывал какую-то неловкость.

— Ой-ой? А ничего страшного? С тобой-то она до сих пор на «вы» общается. Кажется, Юдзуки-тян обошла тебя на шаг?

— Чего?!

Хикари ехидно ухмылялась, а Сакуто выглядел озадаченным. Они постепенно возвращались к своей привычной атмосфере.

Тем временем Чикаге с удивленным возгласом посмотрела на вход в «Karen».

— Одного не хватает...

Услышав это, Сакуто с остальными тоже посмотрели в сторону входа. Озадаченная Матори заговорила первой:

— А? Да вроде все на месте?

— Но тот белый...

Все переглянулись в замешательстве.

— Я с самого начала не видела никакого белого... — неуверенно произнесла Юдзуки, и Матори кивнула в знак согласия.

— Рыжий, полосатый, трехцветная и черный... Там всегда крутятся только эти четверо.

— А? Но... Сакуто-кун, позавчера, когда мы приходили, ведь здесь был белый котенок, верно?

Сакуто закрыл глаза и попытался восстановить в памяти события позавчерашнего дня. А заодно и снимки-полароиды внутри «Karen» — он пытался вспомнить, была ли на них белая кошка...

— ...Нет, не было. Хикари, ты не помнишь?

— Не-а, я белого тоже не видела. Я вообще ни одной белой кошки не встречала с тех пор, как мы приехали в этот город.

— Вот как...

Чикаге выглядела сбитой с толку.

— Значит, это снова мои фантазии... Простите, что опять наделала шуму.

Чикаге криво улыбнулась, на что Матори со смехом ответила: «Да брось ты!»

«Белая кошка...»

Только Сакуто снова попытался вспомнить, как раздался голос:

— Как у вас тут живенько~.

Внезапно появилась та самая старушка, имеющая привычку бесследно исчезать, заставив Хикари и Чикаге вздрогнуть. Сакуто же виделся с ней вчера, поэтому спросил без особого удивления:

— Бабушка... что вы здесь делаете?

— Как что? Пришла на подмогу.

— На подмогу?..

— Как-никак, этот пляжный домик принадлежит мне.

— Э-э-э?! — Сакуто и сестры-близняшки были поражены до глубины души.

— Управляет им моя внучка, но... гляньте на вывеску. «Karen» — это мое имя. Косака Карен, вот как меня зовут. Звучит модно, а?

— Э-э-э-э?!

— Кстати, доска для серфинга на вывеске тоже моя. Я какое-то время жила на Гавайях и тогда ловила волны каждый день, но теперь раз в неделю — мой предел. Эх, не хочется стареть...

— ...

Сакуто и девушки стояли с отвисшими челюстями. Слишком уж складно для шутки — но куда большим шоком стало осознание одного факта.

— Постойте... Косака-сан, это значит...

— Бабуля-я-я! — раздался голос на пару тонов выше обычного, и Матори, подбежав к бабушке Карен, радостно дала ей «пять» с криком: «Е-е-ей!».

— Ты пришла мне помочь?!

— Подумала, что сегодня у вас будет завал. К тому же, баловать правнучку — привилегия стариков.

— Как здорово! Спасибо, бабуля!

Оставив в стороне внезапную смену имиджа Матори, Сакуто и остальные были просто ошеломлены этой бурей обрушившихся на них фактов.

«Но, оно и понятно... Мне все казалось, что она кого-то напоминает...»

Тут Сакуто вспомнил о другом своем вопросе:

— Откуда вы узнали имя Чикаге, что она младшая сестра, имя Хикари и их фамилию?

— Я всегда в курсе того, что происходит в школе моей правнучки. Смотри... — Бабушка Карен открыла на своем смартфоне YouTube, и на экране высветился канал радиоклуба академии Арисуяма — 【АриГаку Ch】. Она даже была на него подписана.

— Понятно... «Спецвыпуск перед летними каникулами: пранк с обменом близняшек»...

— Именно так.

«Вот оно что», — с тяжелым вздохом подумал Сакуто.

— Кстати, ты уже выбрал?

— Выбрал... что?

Бабушка Карен понизила голос.

— Кого из сестер-близняшек ты предпочтешь...

— Никого я... Я...

Ему нравились обе, и выбрать кого-то одного он не мог. Более того, они обе уже были его девушками. Об этом он не сказал бы ни под какими пытками, особенно при Матори...

— Мы втроем разрушили эту легенду.

— ...Вот как, вот как.

Бабушка Карен мягко рассмеялась, и лишь Матори не понимала, о чем идет речь, с недоумением поглядывая на довольно улыбающуюся прабабушку.

— Точно. Я хотел вас кое о чем спросить, — вспомнил Сакуто.

— О чем же?

— Ваше внезапное исчезновение на горе Имоко... Если это не фокус, то как вы это сделали?

— Это... секрет. У настоящей леди должно быть много тайн.

— Ой! Карен-тян такая милая~♡

Глядя на Матори и думая, насколько же раздражающей может быть эта правнучка, Сакуто кое-как подавил свое недовольство и задал следующий вопрос.

— Тогда... какого окраса была кошка из легенды города Футаго? И раз уж на то пошло, если вы знаете, где родились близнецы из легенды, скажите, пожалуйста.

Бабушка Карен глубокомысленно кивнула.

— Белая кошка. А дом близнецов... вон, тот магазин кимоно со скамейкой.

И в этот момент...

«А?!»

Внезапное чувство диссонанса нахлынуло на Сакуто, и он схватился за виски.

«Странно... Почему... Ведь до этого момента всё было нормально!..»

Сакуто с трудом выдавил: «Спасибо», — но лицо его было бледным как полотно.

＊ ＊ ＊

Бабушка Карен решила угостить всех напитками, но Сакуто остался на пляже.

Связав воедино воспоминания за эти три дня, он обнаружил в них одну огромную прореху.

Белая кошка.

Магазин кимоно, спальня на вилле, остров Анеко... Он видел ее несколько раз и даже прикасался. Однако, сколько бы он ни копался в памяти, образа этой белой кошки там не было.

Впервые они встретились у магазина кимоно. Он сидел на скамейке и гладил ее, но в его памяти не было самой кошки. Казалось, там изначально ничего не было, и он помнил лишь, как гладил пустоту.

Второй раз — в спальне на вилле. Прямо перед этим ему приснилось цветочное поле, но это... впрочем, сейчас не до этого.

Третий раз — на острове Анеко. Он увидел белую кошку, прибрался у святилища, к которому она его привела, и помолился. И тем не менее... облик белой кошки, с которой он встречался трижды, бесследно исчез из его памяти. Он даже не мог вспомнить ее голос.

Или ее изначально не было в его памяти? Может, он что-то напутал? Что же он видел и слышал на самом деле?

Погрузившись в это странное чувство, он вспомнил недавние слова Чикаге:

«Но тот белый...»

Нет, неужели... такое вообще возможно?

Одержимый этой безумной мыслью, Сакуто повернулся к пляжному домику «Karen» и сделал шаг в сторону. Туда, куда вернулся кот, оказавшись на том самом пляже, где его подобрали...

Сакуто встал так, чтобы центр треугольника горы Имоко оказался на одной прямой с пьедесталом, где собирались кошки, которых Матори называла божествами-хранителями.

Когда они идеально совпали, сквозь деревья на горе показались те самые алые тории. Это место находилось как раз между горой и морем — точка, на которую взирали горное и морское божества.

Он развернулся на 180 градусов. И точно — впереди находился центр треугольника острова Анеко. И там тоже, сквозь деревья на острове, виднелись алые тории.

А еще, на этой самой прямой между горой и морем располагалась вилла, где они ночевали.

Случайность ли это?

Возможно, это уже граничило с паранойей, но разрозненные осколки воспоминаний сливались воедино, порождая все новые образы и вопросы, пока он окончательно не оказался во власти своих догадок.

Почему... Почему горный и морской боги выдвинули условие превратить кошку именно в гальку?

Среди старых сказок полно историй с жестоким концом или таких, где животные во что-то превращаются. Но все-таки, почему галька? Ведь затерявшись в песке, ее уже никто не найдет.

Не заметив окаменевшую кошку, они в слезах бродили по пляжу в ее поисках...

Неужели этот печальный финал был оставлен лишь для того, чтобы передать потомкам урок: «За двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь»?

Этот вопрос не давал ему покоя.

Скорее, он в глубине души надеялся, что это не так. Ведь ситуация, в которой он оказался, так напоминала историю о белой кошке, рассказанную старушкой.

Но, возможно, слова Чикаге станут тем самым ключом к надежде.

Сакуто достал телефон и открыл приложение с картами. Переключившись на спутниковые снимки города Футаго, он начал увеличивать масштаб, все ближе и ближе, пока у него не вырвалось: «Ах...»

Взглянув в голубое небо, он почему-то почувствовал себя одураченным. Была ли это загадка, придуманная творцами легенды из прошлого, или же просто шалость великих богов.

Смартфон выскользнул из рук Сакуто и упал экраном вверх на белый песок.

На дисплее отображался вид города Футаго с огромной высоты. Если смотреть прямо сверху, виднелись две абсолютно одинаковые круглые горы — остров Анеко и гора Имоко. А в самом их центре располагался «Пляж Коиси», и площадь этого белого песка была такой же огромной, как и сами горы. Как он мог не замечать этого раньше?

Очертания белоснежного пляжа в точности повторяли форму невинно прыгающей белой кошки с длинным хвостом.

Постамент возле пляжного домика, где сидели кошки, находился как раз в районе ее сердца.

Выходит, все это время они находились в объятиях гигантской белой кошки.

А что, если легенда дошла до наших дней в искаженном виде, и на самом деле все было иначе?

Кошку превратили в гальку. Но лишь по меркам богов, а не в ту крошечную гальку, какую представляют себе люди. Весь этот пляж, весь этот песок и галька образовывали силуэт белой кошки.

Если так, то простые люди были слишком малы, чтобы стоять рядом с ней на равных. Сестры-близняшки сами отправились к морю и горе, чтобы сравняться с белой кошкой. Чтобы они втроем могли вечно и счастливо жить на этой земле.

В виде гор, вечно смотрящих на белую кошку...

«Белая кошка, которую видел я — это та самая из легенды города... А белая кошка, которую видела Чикаге — это повзрослевший Масиро... Нет, но...»

Сакуто прокручивал эти мысли так и эдак, но связать воедино белую кошку, которую Чикаге видела на этом пляже, Масиро, которого она встретила на горе Имоко, и ту кошку, с которой он сам столкнулся трижды — с легендой города Футаго и Масиро, ему так и не удалось.

Но об одном он мог сказать наверняка:

«Возможно, наш приезд в этот город был предначертан судьбой с самого начала...»

Только Сакуто криво усмехнулся, как на мгновение ему показалось, будто откуда-то издалека донеслось кошачье «мяу».

— Сакуто-кун, что-то случилось? — подошла позвать его Чикаге, прервав полет его фантазий.

— Как странно...

— ?.. Что именно?

— Я-то думал, что безумные фантазии — это твоя монополия, Чикаге...

— !.. И ты туда же, Сакуто-кун, ну хватит! Не фантазирую я ни о чем пошлом!

«С чего она вообще взяла, что речь о пошлом?» — подумал Сакуто и невольно рассмеялся.

— Кстати, а это что за малыш...

Чикаге держала в руках котенка. Совсем еще крошечного голубоглазого тайского котенка с полосками.

— Я нашла его за домиком. Похоже, он остался без родителей, так что Юдзуки заберет его к себе. Надо будет как-нибудь зайти к ней в гости...

С улыбкой произнесла Чикаге, поглаживая котенка по загривку. Глядя на нее, Сакуто искренне, с облегчением улыбнулся в ответ.

— Насчет того, что было вчера... Как ты и говорил, Сакуто-кун, я действительно встретила в тех горах Масиро.

Чикаге смущенно улыбнулась и с нежностью посмотрела на котенка.

— Может, это лишь мои выдумки, но мне хочется верить... что тогда ко мне на помощь пришел повзрослевший Масиро...

Сакуто с улыбкой ответил: «Вот как».

— Поговорив с тобой, я кое-что понял. На самом деле это я ни на что не гожусь. Вы с Хикари постоянно меня спасаете.

— Нет, что ты...

— Я правда так думаю. Благодаря тебе каждый мой день наполнен радостью и новыми впечатлениями... Я так тебе благодарен. И я восхищаюсь твоим упорством. Поэтому... я бы хотел и дальше всегда быть с тобой, Чикаге, и во всем брать с тебя пример...

Лицо Чикаге мгновенно вспыхнуло от жара. От переполнявшего ее счастья она едва не впала в режим своих бурных фантазий, но заставила себя замотать головой, прогоняя наваждение.

— Конечно! Я буду стараться изо всех сил! Пожалуйста, позволь мне остаться рядом с тобой, Сакуто-кун, навсегда-навсегда! — выпалила она и широко, сияюще улыбнулась.

＊ ＊ ＊

— Первая игра без Pocky начинается-я-я!

— Ура-а-а!

— Эм... может, сыграем хотя бы с Pocky?

В поезде на обратном пути сестры-близняшки были странно возбуждены, а Сакуто выглядел уставшим. Но в то же время он испытывал облегчение. Это была их привычная атмосфера, когда они втроем.

— А суть этой игры, барабанная дробь... поцелуи!

— Да, ага... я уже смутно догадывался...

И зачем Хикари так подробно объясняла столь очевидные вещи?

— Но что, если мы потерпим неудачу...

— А, ну... думаю, все обойдется? Мы ведь начнем по кратчайшему пути, с того момента, как губы соприкоснутся...

Сакуто совершенно не понимал, почему у Чикаге такое тревожное лицо.

— К слову, тогда это будет игра, которая просто заканчивается поцелуем... У меня возникают серьезные сомнения в том, есть ли смысл вообще превращать это в игру.

— Ну, тогда я начну!

— Постой!.. Хикари...

Первый раунд завершен. В самый последний момент перед поцелуем Сакуто засмущался, поэтому победа досталась Хикари.

— Второй раунд мой, верно? Чмок...

Второй раунд завершен. На этот раз оба покраснели, так что ничья.

— Да что это вообще за игра такая?!

— Что ж, третий раунд играем мы с Чи-тян!

— У-у... вот этого я и хотела избежать...

— Тогда не нужно заставлять себя, Чикаге... И вообще, Хикари, может, ты меня выслушаешь?

Сидя по обе стороны от Сакуто, близняшки положили друг другу руки на плечи. Наблюдая за тем, как одна милашка и вторая милашка краснеют прямо у него на глазах, Сакуто лишь думал о том, какие же они милые.

— Ну, я начинаю, Чи-тян...

— Угу... Давай, Хи-тян...

Тук-тук... тук-тук...

— Так, стоп!

Сакуто просунул правую руку между лицами сестер-близняшек.

— Э-э?!

— Нет, это я тут удивляться должен... Не объясните, почему вы сейчас смущаетесь сильнее, чем когда целуетесь со мной?

— Ну так...

— Это ведь наш первый раз...

Сакуто глубоко вздохнул, глядя на пунцовых близняшек.

И вот...

Эта трехдневная поездка, полная небывалых волнений, восторгов и трепета, навсегда останется в памяти их троих.

Не любившая кошек Чикаге преодолела свой страх и обрела подругу по имени Кусанаги Юдзуки. В каком-то смысле, на этот раз Чикаге сорвала куш.

Что ждет в будущем этих троих, связанных крепкими узами, — об этом мы пока умолчим. К тому же лето только началось. Впереди еще столько счастливых моментов...

— Когда вернемся, давайте больше времени проводить втроем как влюбленные? Сходим в бассейн или на фестиваль фейерверков!

— Согласна! Сакуто-кун, ты ведь не против? В следующий раз мы точно не заблудимся!

В ответ на просьбы милых близняшек Сакуто смущенно кивнул: «Угу».

＊ ＊ ＊

— Ого, ты завела кошку?

— Ну да...

Шла первая декада августа, спустя неделю после поездки Сакуто и остальных. Юдзуки, по приглашению своего одноклассника Мацукодзи Хаято, встретилась с ним в кафе.

— ...Такашики все еще встречается с теми близняшками?

— Угу, ну да...

Юдзуки ответила равнодушно, не отрываясь от переписки в LIME. Писала она Чикаге.

С тех пор они частенько переписывались. Юдзуки беспокоилась о травмах Чикаге, но, кажется, с ней уже все было в порядке. Недавно от нее пришло сообщение, что она хочет прийти посмотреть на котенка, так что, вернувшись домой, нужно будет прибраться в комнате.

Но самое удивительное — они с Чикаге действительно нашли общий язык. Обе негласно избегали разговоров о Сакуто, и это тонкое понимание границ делало их общение в LIME таким комфортным.

«Если доверить Сакуто Чикаге, с ним все будет хорошо... Надеюсь, у них все сложится».

Она решила доверить Сакуто Чикаге. «И чья бы корова мычала», — мысленно усмехнулась над собой Юдзуки.

Глядя на лицо Юдзуки, Хаято нахмурился и тяжело заговорил.

— Слушай... А ты не собираешься рассказать Такашики о том, что случилось в средней школе?

— ...Не собираюсь.

— Расскажи.

— Зачем?

— Если он узнает правду, то и Такашики тоже...

— Не скажу, — резко оборвала его Юдзуки.

— ...Прости, мне уже пора идти.

Она встала и направилась к выходу, но Хаято схватил ее за руку.

— Почему?

— Да так... это уже в прошлом.

— ...Ясно. Тогда почему...

— Какой же ты прилипчивый!

Юдзуки вырвала свою руку и на этот раз окончательно вышла из кафе.

Оставшись один, Хаято откинулся на спинку стула и посмотрел в потолок.

— ...Почему. Почему у тебя вечно такое унылое лицо...

Слова, сорвавшиеся с губ Хаято, так и не достигнув потолка, растворились в пустоте.

Послесловие

Здравствуйте, это Сираи Муку. Начну с радостных новостей.

Сериализация манги по нашей серии «Футагома» наконец-то началась!

Она выходит в веб-лейбле «Alive+» на площадках Kadocomi и Nico Nico Seiga. За иллюстрации отвечает Амеиро Мисо-сэнсэй, и у него получилась замечательная работа, вобравшая в себя всё очарование персонажей и трепетные моменты, поэтому я очень надеюсь, что вы её прочтёте.

Что касается третьего тома «Футагомы», то его действие разворачивается в кошачьем городке «Футанеко», и сюжет получился чуточку мистическим, переплетаясь с легендой о близнецах и кошке.

Можно сказать, что это арка Чикаге. Думаю, в этом томе связи между персонажами стали ещё крепче.

Для Чикаге это касается не только отношений с Сакуто и Хикари, но и новой связи с Кусанаги Юдзуки. То, как будут развиваться отношения этой парочки в дальнейшем, тоже вызывает интерес. А говоря о Юдзуки, в самом-самом конце...

Я планирую и дальше писать продолжение этой интригующей истории, поэтому, пожалуйста, продолжайте поддерживать серию «Футагома».

А теперь слова благодарности.

Благодаря поддержке и помощи множества людей в этот раз свет увидел третий том.

Моему ответственному редактору, Такэбаяси Кэй-сама, с которым мы работаем еще со времен серии «Дзицуимо»: спасибо вам за то, что наши совещания всегда проходят так весело. Также я выражаю глубокую признательность редакции Fantasia Bunko, всем представителям издательской индустрии, книжным магазинам и всем причастным к созданию книги. Искренне надеюсь на ваше дальнейшее покровительство.

Иллюстратору Чигуса Минори-сэнсэю: в этот раз вы снова нарисовали прекрасные арты в купальниках и иллюстрации продавщиц с кошачьими ушками. Большое спасибо за ваши неизменно милые и чудесные работы. Надеюсь на наше сотрудничество и в будущем.

Спасибо Юки Канон-сама, которая всегда меня поддерживает, а также всей моей семье. Ваша поддержка всегда придаёт мне сил, поэтому Сираи и впредь будет изо всех сил стараться ради вас всех.

В заключение я хочу выразить искреннюю благодарность всем читателям, поддерживающим эту серию, и от всего сердца пожелать счастья всем, кто принимал участие в её создании. На этом я позволю себе закончить это скромное послесловие.

С любовью из города Кока префектуры Сига.

Сираи Муку