На следующий день после того, как Сакуто начал помогать газетному клубу, н после уроков снова пришел помогать клубу.

Суть работы заключалась в следующем: Матори и Сакуто разделялись, чтобы запечатлеть на камеру ход подготовки к спортивному фестивалю в разных уголках школы, а оставшиеся в клубной комнате участники писали статьи на основе этих снимков.

— Извините, мы из газетного клуба. Можно вас сфотографировать?

— Да! Конечно!

— Е-е-ей! — с улыбкой показали знак «V» второгодки.

прим: «peace sign» чаще всего называют именно жест пальцами в виде буквы V. Он активно используется во всем мире для выражения мира, дружбы.

Члены исполнительного комитета и другие ученики, занимавшиеся после уроков подготовкой к объединенному спортивному фестивалю, охотно шли навстречу. Стоило навести на них камеру, как они тут же начинали улыбаться и позировать, а сквозь объектив так и передавалась эта светлая, веселая атмосфера.

Когда Сакуто поднялся на этаж третьекурсников, к нему обратился дружелюбный старшеклассник:

— Сделай классную фотку, ладно? Вдруг её потом в выпускной альбом вставят!

— Понял. Сделаю побольше снимков.

Пока Сакуто смотрел в видоискатель, ему удавалось не думать о вчерашнем разговоре с Юдзуки.

Однако стоило ему взглянуть на дисплей камеры, чтобы проверить получившиеся улыбки старшеклассников, как в голове невольно всплыли холодный тон и слова Юдзуки...

«Чикаге и Хикари-тян... кто из них для тебя на первом месте?»

«И зачем она вдруг сейчас спросила об этом с таким серьезным лицом?..»

«Вот как... ну и ладно, проехали».

Её раздражение и то, как она старалась его избегать — Сакуто никак не мог понять причин такого поведения.

Случайно бросив взгляд на вход в спортзал, он издали заметил школьную форму академии Юки. Он знал, что они пришли готовиться к совместному спортивному фестивалю, но Юдзуки среди них не было.

И всё же Юдзуки тоже должна была прийти как член исполнительного комитета.

Стоило об этом подумать, как глаза сами начали искать её в толпе. В груди нарастало беспокойство. С одной стороны, ему не хотелось с ней сталкиваться, но с другой — какая-то часть его души всё же желала поговорить хотя бы ещё раз.

— Извините, мы из газетного клуба. Можно вас сфотографировать...

Сакуто помотал головой и снова поднял камеру.

Он продолжал фотографировать, изо всех сил стараясь не думать о Юдзуки.

＊ ＊ ＊

После окончания собрания газетного клуба Сакуто и Хикари ждали у школьных ворот, когда Чикаге освободится в исполнительном комитете.

Легкий вечерний ветерок нежно обдувал их, а свет, льющийся из окон школьного здания, вытягивал их длинные тени по земле.

— Что-то Чикаге задерживается.

— Она говорила, что сегодня у них встреча с академией Юки, так что, наверное, это надолго.

— Лишь бы она не перенапрягалась от лишнего рвения...

— Зная Чи-тян, она наверняка перенапрягается. Она ведь у нас такая ответственная.

— В этом, конечно, её сильная сторона, но всё же...

Сакуто горько усмехнулся, как вдруг Хикари легонько ткнулась головой ему в плечо.

— Мы наконец-то остались наедине, а ты всё это время только о Чи-тян и говоришь...

У Сакуто ёкнуло сердце.

— ...Ревнуешь?

— Немного. Ты вообще понимаешь, что сейчас наедине со своей девушкой?

— Но Чикаге ведь тоже моя девушка...

Хикари тихо усмехнулась.

— Конечно, Чи-тян тоже твоя девушка, но мне бы хотелось, чтобы иногда ты переживал и обо мне.

— Я переживаю. Просто, если сравнивать, сейчас Чикаге вызывает больше беспокойства.

— Если ты будешь ко всему подходить так рационально, разве ты не перестанешь замечать чужие чувства?

— Всё в порядке. Вы обе всегда прямо говорите о том, что чувствуете. Это всё упрощает и помогает мне поддерживать баланс.

— И то верно, — со смешком согласилась Хикари, а затем её щеки слегка порозовели. — Знаешь... вот за это я тебя и люблю, Сакуто.

Голос Хикари прозвучал тихо, словно шелест ветра, но эти слова отчетливо достигли цели.

Они коснулись слуха Сакуто, заставив сердце вздрогнуть, и проникли в самую глубину души. Этот шепот звучал как тайное признание, предназначенное лишь для теней у школьных ворот.

— Стоит мне сделать шаг вперед, как ты отступаешь на шаг назад, а когда я бросаюсь вдогонку, ты словно ждешь, пока я тебя догоню... Признайся, тебе ведь нравится меня так дразнить?

— Неужели у меня настолько скверный характер?

— Хм-м... Как по мне — идеальный.

— Всё как раз наоборот: это ты постоянно обводишь меня вокруг пальца... — покачав головой, с улыбкой ответил Сакуто.

Хикари была мастером внезапных атак.

Она всегда давала именно то, что было нужно, именно тогда, когда это требовалось, да ещё и с бонусом.

Именно поэтому её слова каждый раз затрагивали струны его души. Сакуто снова и снова осознавал, что нужен этой девушке так же сильно, как и она нужна ему.

«...Странно. Ещё минуту назад мы же просто нормально разговаривали...»

С гулко бьющимся сердцем Сакуто краем глаза взглянул на Хикари.

— Мне вдруг так сильно захотелось тебя обнять или поцеловать... А тебе, Сакуто?

Сердце Сакуто забилось ещё быстрее. Хикари и сама, судя по всему, жутко смущалась.

— Скажи... хоть что-нибудь...

— Эм... давай потом...

Окончательно смутившись, они оба отвернулись друг от друга.

Повисло молчание. Мимо проходили ученики, возвращавшиеся после клубных занятий. Сакуто и Хикари стояли плечом к плечу и провожали их взглядами.

Тайком соприкасаясь указательными пальцами...

С каждым порывом ветра, с каждым прошедшим мимо человеком смущение становилось лишь сильнее.

Время в ожидании Чикаге тянулось в этом непередаваемом томительном волнении.

＊ ＊ ＊

Спустя некоторое время со стороны школьного входа появилась невысокая фигурка Чикаге, словно волочащая за собой вечерние тени. Заметив Сакуто и Хикари, её лицо тут же озарилось радостной улыбкой.

— Простите, что заставила ждать! — бодро прозвучал голос Чикаге.

Хикари в ответ высоко подняла руку и помахала ей.

— С возвращением, Чи-тян!

Сакуто же, словно пораженный громом, широко распахнул глаза и выдал глухое: «Э?».

Причина была очевидна — он заметил двоих людей, идущих рядом с Чикаге.

— Кусанаги Юдзуки и Мацукодзи Хаято.

Присутствие Юдзуки его не особо удивило.

Проблема была в Мацукодзи.

«Неужели Мацукодзи тоже стал членом исполнительного комитета?..»

Сам Мацукодзи с недовольной миной шел чуть позади, словно сопровождая Юдзуки и Чикаге.

Увидеть эту троицу вместе было для Сакуто полной неожиданностью, и в душе постепенно нарастало изумление.

Стараясь говорить как можно спокойнее, Сакуто тихо спросил у Чикаге:

— Хорошо потрудилась, Чикаге. Слушай... а Мацукодзи, случайно, не?..

— Да, он тоже в исполнительном комитете.

— Вот как...

Сакуто слегка неловко улыбнулся Чикаге. На её лице тоже застыла неловкая усмешка.

Сакуто перевел взгляд на Юдзуки. Она по-прежнему держалась отстраненно, словно выстроив невидимую стену, и даже не пыталась встретиться с ним глазами.

Сакуто слегка нахмурился, но решил пока не придавать этому значения.

Тем временем Хикари уже непринужденно обратилась к Мацукодзи:

— Давно не виделись, Мацукодзи-кун.

— Опять эта бесячая девчонка...

Даже такой грубый ответ нисколько не смутил Хикари. Напротив, она лишь мило улыбнулась:

— Ой? У тебя есть зеркало? Если нет, могу одолжить?

— Обойдусь, безэмоциональная кукла!..

— Не совсем понимаю, что ты имеешь в виду. Не мог бы ты объяснить поподробнее?

Начался обмен колкостями.

Их перепалка выглядела точь-в-точь как тогда, во время июньского фестиваля гортензий.

С каждой новой порцией ледяных саркастических реплик воздух вокруг становился всё напряженнее.

— Так, вы оба, хватит, — мягко вмешался Сакуто, слегка помахав рукой. — Давно не виделись, Мацукодзи.

Когда Сакуто дружелюбно улыбнулся ему, Мацукодзи цыкнул языком и скривился:

— Я слышал от Юдзуки... Ты что, видеть меня не желаешь?

— Ну, я действительно так сказал, но...

— Это ещё почему?!

— Потому что вообще не видел необходимости в нашей встрече.

— Кх...

Слова Мацукодзи звучали резко, но ответ Сакуто оказался куда острее.

Мацукодзи на мгновение потерял дар речи, но тут же попытался возразить:

— Да ты слишком уж прямолинеен! А я, между прочим...

Однако в этот момент его резко оборвала Юдзуки:

— Хаято!

Её окрик прозвучал властно и напряженно.

Мацукодзи замолк и, снова цыкнув, отвел взгляд.

«Э?» — мысленно удивился Сакуто.

Раньше Юдзуки, как правило, во всем подстраивалась под Мацукодзи.

Но судя по происходящему, расстановка сил между ними изменилась.

— ...Я устала, пойдем скорее домой.

— Тц... понял я, понял...

Стоило Юдзуки сказать это, как Мацукодзи нехотя поплелся следом за ней.

Уходящие фигуры этих двоих постепенно отдалялись, словно их поглощали лучи заходящего солнца.

Сакуто и сестры Усами со смешанными чувствами молча провожали их взглядом.

＊ ＊ ＊

— Сегодняшнее собрание прошло куда продуктивнее, чем я ожидала. Когда я рассказала об идее Хи-тян насчет сотрудничества с радиоклубом, все сразу решили, что стоит попробовать это в самых разных областях...

По дороге домой звонко раздавался радостный голос Чикаге.

Сакуто слушал ее, а сам мысленно возвращался к недавнему поведению Юдзуки.

— Сакуто, что случилось? — заметив его задумчивость, обратилась к нему Хикари.

— Да так... кое-что не дает мне покоя.

— Не дает покоя... И что же это? — удивленно склонила голову Чикаге.

Решив ничего не скрывать от этих двоих, Сакуто заговорил о том, что в последнее время происходит с Юдзуки.

— Поведение Юдзуки... вам не показалось, что она сегодня вела себя как-то странно?

Чикаге, видимо, припомнив что-то, задумалась:

— На собрании и до него все было как обычно. Но стоило ей увидеть Сакуто-куна, как она, кажется, и правда вдруг стала какой-то холодной...

— Может, это потому, что рядом был Мацукодзи-кун? Вы же с Мацукодзи-куном на ножах.

— Ну, не то чтобы прямо на ножах... Хм, думаешь, дело в этом?..

Если слова Чикаге верны, то Юдзуки действительно ведет себя с ним холодно, подумал Сакуто.

— Вообще-то, во время летних каникул мы как-то пересеклись недалеко от дома. Тогда мне показалось, что она меня избегает, но она вроде торопилась на подработку, и я решил, что ошибся... Но вчера, после того как мы с вами попрощались, мы снова столкнулись в поезде, и она опять была какой-то холодной... или, скорее, раздраженной...

«Значит, она все-таки меня избегала», — пришел к выводу Сакуто.

— Я несколько раз виделась с Юдзуки на летних каникулах, но она совсем не говорила о Сакуто-куне ничего плохого.

— И ничего странного за ней не замечала?

— Нет, ничего особенного...

Судя по всему, с Чикаге она общалась как обычно.

От этого все становилось еще непонятнее. После работы в пляжном домике они с Юдзуки даже не списывались... Так почему же она вдруг начала его избегать? Это не давало ему покоя.

Хикари задумчиво протянула: «Хм-м...», а затем спросила у Сакуто:

— А у тебя самого нет никаких догадок?

— Нет. Мы ведь вообще не виделись...

— Тогда... может, она избегает тебя, потому что ты ей нравишься?

— Исключено! — в один голос ответили Сакуто и Чикаге.

Хикари с усмешкой склонила голову:

— Ну-у, не знаю... Юдзуки-тян бывает трудно понять, правда? Так что вполне возможно, что на самом деле она к тебе неровно дышит и поэтому невольно избегает.

— Если бы это было так, я бы заметил куда раньше... — со вздохом ответил Сакуто.

— Но знаешь, девушки иногда не могут быть честными именно потому, что влюблены. Да что там, у Чи-тян ведь тоже был период, когда она относилась к тебе холодно, разве нет?

— Вовсе нет, я с самого начала была по уши влюблена в Сакуто-куна!

Сакуто и Хикари изумленно протянули: «Э-э-э...».

— Н-ну, вообще-то да... Думаю, она меня не избегала... хотя и злилась часто...

Стоило Сакуто поддержать ее, как Чикаге тут же повернулась к Хикари: «Вот видишь?».

— Ладно, оставим Чи-тян в покое... Но Юдзуки-тян и правда может быть к тебе неравнодушна.

— Да нет же, говорю вам... — снова стал отрицать Сакуто, но на его лице отразилось замешательство.

В поведении Юдзуки действительно было что-то странное. Однако вероятность того, что она избегает его из-за влюбленности, казалась Сакуто абсолютно нереалистичной.

Тут Чикаге с серьезным видом произнесла:

— Сакуто-кун... возможно, с этим как-то связан Мацукодзи-кун?

— Мацукодзи? С чего бы это?

— Кажется, во время летних каникул они с Юдзуки несколько раз виделись. Да и сегодня показалось, будто именно Мацукодзи-кун искал ее общества...

— Вот как... — Сакуто ненадолго задумался.

Стоило услышать имя Мацукодзи, как ситуация показалась еще более запутанной. Действительно, Мацукодзи с давних пор соперничал с Сакуто. Поэтому не исключено, что он пытается вставить палки в колеса в их с Юдзуки отношениях.

— Но ты думаешь, что это Мацукодзи подговорил ее избегать меня? Не слишком ли это притянуто за уши?

— Я тоже не думаю, что все настолько сложно... Но вдруг Юдзуки и Мацукодзи-кун начали встречаться, и поэтому он хочет держать тебя от нее подальше?..

Когда Чикаге растерянно озвучила свое предположение, Хикари лучезарно улыбнулась и сказала:

— Раз уж тебя это так беспокоит, почему бы не спросить у Юдзуки-тян напрямую?

— Напрямую, значит...

— Вы же друзья детства. Если появится шанс поговорить по душам... Это ведь по твоей части, Сакуто, разве нет?

— Да нет, как раз наоборот, я в этом не силен...

К тому же слабо верилось, что Юдзуки честно во всем признается.

— Тогда, может, мне у нее спросить? — предложила Чикаге, но Сакуто покачал головой:

— Нет. Вы только-только с ней подружились, и я не хочу, чтобы между вами возникла неловкость из-за меня...

— Но...

— Чикаге, просто веди себя с ней как обычно, ладно? — Сакуто пожал плечами с горькой усмешкой.

И все же Хикари права: чем ломать голову в неведении, лучше спросить напрямую. Однако от одной мысли о том, чтобы задать такой вопрос Юдзуки, на душе становилось тяжело.

— Ну, если представится случай... — Сакуто улыбнулся, отделавшись привычной дежурной фразой, но сестер Усами это явно не убедило.

＊ ＊ ＊

Этой ночью, лежа в постели и глядя в полутемный потолок, Сакуто прокручивал в голове события, произошедшие после уроков.

На землю опустилась тихая ночь, а перед глазами на потолке все стояло холодное лицо Юдзуки...

«Ей не впервые вот так внезапно становиться холодной...»

Сакуто медленно закрыл глаза.

В этой лишенной света и звуков тьме он открыл шкатулку своей памяти и осторожно извлек из нее воспоминание из прошлого.

...Это случилось, когда они учились в третьем классе средней школы. Как раз перед последним турниром, после которого Юдзуки должна была уйти из клуба софт-тенниса.

После уроков, собираясь домой, Сакуто случайно проходил мимо их корта. Пока все остальные участники клуба с энтузиазмом готовились к финальным соревнованиям, Юдзуки стояла в стороне в полном одиночестве, глядя на все холодным, отстраненным взглядом.

Заметив выражение ее лица, Сакуто дождался момента, когда рядом с ней никого не будет, и подошел:

— Как думаешь, получится выиграть на этом турнире?

Юдзуки в теннисной форме тихо обернулась. В ее глазах читалась обреченность.

— ...Бесполезно. Во втором раунде соперники — участники национального чемпионата.

Эти слова прозвучали так, словно она пыталась убедить в этом саму себя.

Сакуто без каких-либо особых эмоций механически ответил:

— Вот как.

Но этот простой ответ, судя по всему, задел Юдзуки за живое. Она нахмурилась и, едва сдерживая раздражение, бросила:

— ...И все? Даже не скажешь «постарайся» или еще что-нибудь в утешение?

Сохраняя невозмутимый вид, Сакуто спокойно ответил:

— Я не хочу говорить пустые слова утешения.

— Слушай, тогда зачем ты вообще ко мне подошел?

— ...Не знаю. Просто ты выглядела такой одинокой.

— Кх!.. — Юдзуки резко отвернулась и, словно пытаясь сдержать эмоции, повысила голос: — Что за бред! Никакая я не одинокая!

— Вот как. Извини, — все так же невозмутимо и хладнокровно отозвался Сакуто.

— Хоть бы капельку эмоций вложил! Вот поэтому тебя все и зовут робо... — она запнулась на полуслове и резко замолчала. — ...Забудь.

Сакуто непонимающе склонил голову, глядя на нее. Юдзуки тяжело вздохнула и тихо произнесла:

— Понимаешь, Сакуто, есть вещи, которые не изменить, сколько бы ты ни старался. У каждого есть стена, которую невозможно преодолеть...

— Непреодолимая стена?

— Да. У тебя, может, такой стены и нет, а вот у меня есть. Что бы ты ни делал, как бы ни старался, наступает момент, когда понимаешь: это невозможно. Есть вещи, которые просто не в нашей власти...

Ее голос звучал тихо и холодно, словно она пыталась вразумить его, но при этом в нем слышалась глубокая печаль.

— Прости, что сорвалась на тебя... Мне правда было приятно, что ты подошел. Но если ты не научишься подбирать слова получше, то популярностью у девушек пользоваться не будешь, знаешь ли.

— Я и не стремлюсь к популярности. — Сакуто задумался, а затем добавил: — Но... оставить тебя в покое я все равно не могу. Ты ведь моя дорогая подруга детства.

— Кх!..

Так и не взглянув на Сакуто, Юдзуки ушла...

...Сакуто открыл глаза. И в темноте комнаты тяжело вздохнул.

«Может, тогда я сболтнул лишнего?..»

Сколько бы он ни прокручивал это в голове, он так и не мог понять, где именно совершил ошибку.

В душе оставался лишь легкий осадок сожаления. Неужели он не мог подобрать слова получше? Если бы он тогда просто сказал ей: «Постарайся!», все сложилось бы иначе?

В то время, когда он вел себя как робот, для него всегда были в приоритете рациональные решения, а чужим чувствам он не уделял должного внимания. Возможно, именно эта механическая отстраненность и отдалила его от Юдзуки? ...Впрочем, думать об этом было уже поздно.

Внезапно экран смартфона загорелся. Время уже перевалило за полночь, когда пришло уведомление от LIME. На экране высветилось сообщение от Чикаге: «Ты еще не спишь?».

Сакуто слегка улыбнулся и набрал ответ.

После короткой переписки она позвонила ему по LIME.

— Прости, пожалуйста, что звоню так поздно...

— Ничего страшного. Я все равно лежал и думал кое о чем.

— Думал? А... О Юдзуки?

На другом конце провода послышался слегка обеспокоенный голос Чикаге.

— Знаешь... может, это и прозвучит навязчиво, но давай я все-таки сама с ней...

Сакуто усмехнулся, словно качая головой в знак отрицания:

— Нет, пустяки. Ты лучше скажи, что случилось?

Чикаге по ту сторону экрана смутилась и замялась:

— Ну-у... В последнее время мы с тобой так мало проводим времени вместе, и мне стало как-то одиноко...

— А?

— И сегодня в обеденный перерыв у нас сразу началась встреча... В общем, мне не хватает Сакуто-куна...

От этих слов на душе у Сакуто стало чуточку теплее. Голос Чикаге, звучавший из динамика, удивительным образом дарил спокойствие и умиротворение.

— Поэтому, эм... если ты не против... я бы хотела поговорить с тобой, пока мы не уснем... Нельзя, да?

Чикаге продолжала говорить с легким беспокойством в голосе, но Сакуто с мягкой улыбкой ответил:

— Конечно можно. Я как раз хотел еще немного полежать в тишине.

— Правда?! Ура! ...А, но если я вдруг сразу усну, ты уж прости, пожалуйста...

— Да ничего, я ведь и сам могу быстро отрубиться, так что будем в расчете.

После этого они продолжили неторопливо переговариваться. Пока Чикаге рассказывала о том, что сегодня произошло в исполнительном комитете, ее голос становился все более сонным.

— Твой голос, Сакуто-кун... он так успокаивает...

Услышав это, Сакуто мягко улыбнулся:

— Твой голос меня тоже успокаивает, Чикаге.

— Э-хе-хе... Я так люблю тебя, Сакуто-кун...

Стоило этим словам затихнуть, как в трубке послышалось лишь ее умиротворенное, тихое сопение.

Сакуто, не отнимая смартфон от уха, прислушался к ее ровному дыханию и спокойно закрыл глаза.

«Чикаге прикладывает столько усилий, чтобы быть рядом со мной. Ее самоотверженность уже не раз спасала мое сердце. Хикари со стороны кажется легкомысленной, но втайне она тоже усердно старается. Она изо всех сил пытается быть веселой и жизнерадостной, чтобы лучше понять меня, и всегда заботится о нас с Чикаге.

Я парень этих двоих, а значит, должен стараться куда сильнее. Нельзя вечно зацикливаться на собственных переживаниях...»

С этими мыслями Сакуто и сам не заметил, как погрузился в сон.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

---

В телеграмме информация по выходу глав. Также если есть ошибки, пиши ( желательно под одной веткой комментов) .

Телеграмм канал : t.me/NBF_TEAM

Поддержать монетой : pay.cloudtips.ru/p/79fc85b6