Йен быстро оценил атмосферу в комнате.

"Вот бы свалить отсюда."

Битва с Эваном, поведение во время попытки убийства, использование магии, подозрительно смахивающей на черную — все эти вопросы были заданы Папой.

На все вопросы были даны должные ответы.

Объяснений такого уровня должно хватить, чтобы у понтифика больше не было вопросов.

Честно говоря, даже то внимание, которое сейчас получал Йен, казалось ему чрезмерным.

В конце концов, сколько людей получают такое внимание от Папы?

"Что-то мне нехорошо."

Внимание высших чинов часто стоит на одном ряду с кризисом или разрушением.

В конце концов, Йен предпочёл бы тихую жизнь.

С такими мыслями его взгляд незаметно переместился в сторону выхода.

Место, где собираются Император и Папа, по своей сути опасно во многих отношениях. В идеале, они бы быстренько выставили его, чтобы обсудить важные вопросы.

Однако по какой-то причине Йен остался внутри. Возможно, его считали не более чем животным, подслушивающим человеческие разговоры.

"Может, мне просто открыть дверь и выйти?"

– Спасибо вам за вашу усердную работу по организации этой встречи! Я надеюсь, что вы продолжите трудиться на благо людей!

Когда Йен тихонько подкрался к двери, тишину нарушил голос понтифика:

– Ты.

Его тон, хотя и оставался по-прежнему добрым, стал заметно серьёзнее.

Его взгляд, в котором когда-то была теплота, теперь стал более пристальным.

– Я подумал, что ты, возможно, связан с лидером культа Кровавого камня.

Лидер культа Кровавого камня.

Внезапно в разговоре прозвучало название.

Если бы Йен не был готов, то, возможно, был бы застигнут врасплох. К счастью, его голос прозвучал совершенно спокойно:

– Лидером культа Кровавого камня?

– Да.

– Я не имею к нему никакого отношения. Я даже никогда не слышал его имени.

Папа внимательно посмотрел на парня, как бы оценивая правдивость его слов.

Император, однако, тихо пробормотал:

– Он очень скрытный.

На мгновение лицо Императора показалось усталым.

Даже если он тень себя прошлого, он — тот, кто когда-то держал весь мир под ногами.

Усталость, которую он демонстрировал, напоминала усталость престарелого льва, столкнувшегося лицом к лицу с трудным врагом. Своего рода беспомощность, когда ты просто надеешься, что всё обойдется без сражения.

Хотя хрупкость исчезла с его лица так же быстро, как и появилась, это многое говорило о лидере культа.

Даже Император, казалось, на мгновение испугался этого человека.

Таким образом, следующие слова Папы имели ещё больший вес.

Говоря это, он пристально смотрел на Йена:

– Твоя аура, твой талант, твои способности — всё это напоминает о нём.

Утверждение, что Йен похож на лидера культа Кровавого камня.

Хотя Йен не мог до конца понять смысл слов, но:

– ...Всё?

– Нет. Я сам никогда его не видел, поэтому не могу быть уверен. Однако я видел его душу.

Папа замолчал.

Неужели он побывал с своих чертогах разума?

Его взгляд устремился куда-то вдаль, прежде чем вновь сфокусироваться.

Как он смог увидеть душу лидера культа Кровавого камня?

Метод неизвестен, но, вероятно, это было не самое приятное воспоминание.

Слегка сжатый кулак Папы это подтверждал.

– Твоя аура похожа на его. Спокойствие, даже взгляд — словно ты видишь всё насквозь.

– Я не...

– Не отрицай этого. Я думаю, большая часть твоей уверенности проистекает отсюда.

Папа решительно прервал Йена и продолжил говорить:

– Конечно, я видел лишь фрагменты ваших душ. И сходство может быть просто случайным. Но всё же.

– …

– Ты похож на лидера культа Кровавого камня.

В решительном тоне понтифика не было места для возражений. Чувствовалось, что его уверенность больше основана на опыте и здравом смысле, чем на сверхъестественных способностях. Должно быть, он почувствовал в Йене что-то важное, что придавало ему уверенности.

Странное ощущение.

Конечно, лидер культа Кровавого камня — последний злодей и главный босс этого мира.

Учитывая, что сам Папа упомянул о сходстве с ним, трудно не почувствовать смущение или что-то глубоко значимое в этом замечании.

– Ха-ха, вот и всё. Твоя душа чиста. Моё суждение может быть не совсем точным. Кроме того, поскольку ты во всём признался, я вряд ли могу казнить тебя без причины, не так ли?

Он бросил быстрый взгляд на Императора.

– К тому же я не могу произвольно распоряжаться судьбами граждан Империи. Похоже, сегодняшний день знаменует начало большего взаимного уважения между нами.

Это прозвучало как предложение мира.

Император молча кивнул в знак согласия.

– Итак, нам предстоит ещё кое-что обсудить. А ты можешь идти.

Когда Йен потянулся к дверной ручке, Папа одарил его добродушной улыбкой:

– Ты первый человек, который вышел из суда над ведьмами на своих двоих.

На этом арка была пройдена

---

– Фух.

Выйдя из комнаты, где сидели два самых влиятельных человека, Йен глубоко вздохнул.

У него было такое чувство, словно он только что выбрался из длинного, гнетущего туннеля.

Слева — Император Империи.

Справа — Папа из церкви Деуса.

Это было испытание, которое не хотелось повторять.

"По крайней мере, будет мир."

Говоря что-то подобное, Йен чувствовал себя своего рода апостолом мира. Но более того, ясно, что все это было основой для будущих сценариев.

По крайней мере, ему удалось пресечь некоторые операции культа Кровавого камня.

– Хотя приведёт ли это к прояснению ситуации — это другой вопрос.

А пока он просто подготовится к ним, как сможет.

Йен рассеянно последовал за паладином, который проводил его к выходу.

Атмосфера Ватикана казалась более священной, чем в императорском дворце, но в то же время более строгой.

Это отражали даже точные движения святых рыцарей.

Казалось, что все они были связаны какой-то невидимой нитью и выполняли свои обязанности совершенно синхронно.

"Так вот как выглядят люди, объединившиеся под властью абсолютного божества".

Они служили Папе, но, в конечном счете, они служили Богу.

Непоколебимый моральный дух духовенства — это то с чем нельзя обращаться легкомысленно.

– По крайней мере, мне не пришлось прибегать к плану “Б”, "экстренному побегу".

Вскоре раздался голос, который Йен никогда больше не хотел слышать.

– Йен.

Чистый, смеющийся голос.

– Оскар.

Йен коротко ответил и повернулся на голос.

Там стоял Оскар, как всегда, улыбаясь.

– Ты хорошо выглядишь.

– В чём дело? По тебе трудно сказать наверняка, потому что выражение твоего лица всегда одно и то же.

– Ха-ха-ха!

Оскар рассмеялся так, словно только что услышал самую смешную шутку.

Но почему она казалась такой напряжённой?

Его смех был немного натянутым— почти искусственным.

Прежде чем Йен смог полностью осознать охватившее его беспокойство, Оскар снова заговорил:

– Тебе нужно сходить со мной кое-куда.

– Сходить с тобой?

– Да. Есть ещё кое-что, что я хотел бы услышать.

Всё ещё улыбаясь, он подошел на шаг ближе. Йен хотел отступить, но это был Ватикан — вотчина инквизиторов.

– Я уже всё решил с понтификом..

Оскар не ответил. Вместо этого он обратился к святому рыцарю, который вёл Йена.

– Сэр Камель, вы усердно трудились. Теперь Йена буду сопровождать я.

– Понятно.

...Эй, паладин? Вот так вот просто?

Он серьёзно так просто отдал Йена?

Разве не сам Папа поручил ему сопровождать Йена?

– Оскар, оставляю его вам.

Вежливо попрощавшись, святой рыцарь удалился.

Единственным человеком, стоявшим перед Йеном, был Оскар.

Он резко развернулся и шагнул за спину.

– Я не знаком с планировкой Ватикана, но почти уверен, что мне туда не надо.

– Двигайся.

К талии прижалось что-то холодное.

Несомненно, это был скальпель.

– Неужели в священном Ватикане возможны подобные угрозы? Моя кровь запятнает эти безупречно чистые полы.

– Если это кровь еретика, то это жертвоприношение.

Йен не мог обернуться. Единственное, на что он мог положиться — это голос.

Но обычного смеха Оскара слышно не было.

– Йен, у тебя есть два варианта. Либо закричать о помощи, либо следовать за мной.

– Кажется, твоё лезвие находится совсем рядом с моим лёгким.

– Ты же умный. Если будешь кричать, то раздастся только хрип.

– А третий вариант...

– Ты действительно думаешь, что сможешь меня победить?

Йен пожал плечами.

Даже если и получиться победить Оскара, проблема будет в последствиях.

После недолгих колебаний, Йен решил послушно пойти за Оскаром.

В голосе последнего, который теперь снова звучал весело, послышались нотки удивления.

– Неожиданно. Я думал, ты будешь сопротивляться.

– Ты всё равно ничего не сможешь мне сделать.

– И почему же это так?

– Моя жизнь связана с миром, которого мы добились. Если я умру здесь, в Ватикане, Император не будет просто сидеть сложа руки. Так что ты не можешь убить меня. На самом деле ты хочешь меня испытать, верно? Если ты сможешь найти что-то стоящее, то за это ухватишься. Так какое меня ждёт испытание?

У Оскара на мгновение перехватило дыхание.

Сделав несколько осторожных шагов, он наконец заговорил:

– ...Ты умный, как и всегда.

– Спасибо за комплимент.

– Знаешь что?

Они остановились перед маленькой дверью без таблички.

Там Оскар повернулся к Йену лицом.

– В нашем мире есть те, кто пришёл из другого мира. Их обычно двое.

Оскар улыбнулся так лучезарно, как никогда раньше.

– Они тоже считаются за ведьм.