Так как они собирались пойти в публичный дом, Лэ Яо Яо не была заинтересована. Она решила вернуться в свою комнату.

‘Все же я сейчас “евнух”. В чем смысл мне идти туда? Как говорится, “с глаз долой, из сердца вон”.

И хотя я проспала почти весь день, я все равно чувствую себя сильно уставшей.

По какой-то странной причине в последние дни я действительно наслаждаюсь сном…’

В то время как Лэ Яо Яо посещали такие мысли, внезапно она услышала голос Лэн Цзюнь Юя.

“Сяо Ту Цзы, почему ты все еще стоишь там? Быстрее переодевайся, и пойдем с нами!”

“Что? Принц Жуй, Лэ Цзы должен сопровождать вас и Седьмого Принца. Разве есть необходимость в слуге?!”

‘Все же они собираются развлекаться с женщинами. Они могут быть счастливы сами по себе. Зачем им нужен евнух в качестве сопровождения? Это просто странно…’

Но хотя таковыми были мысли Лэ Яо Яо, она не посмела отказаться, когда Король Ада посмотрел на нее предупреждающим взглядом. Поэтому она покорно извинилась и переоделась.

—–

Первоначально, Лэ Яо Яо выглядела крайне нежелающей и несчастной, сидя с людьми благородного происхождения в карете. Но когда они прибыли к реке, потрясающий вид почти захватил ее дыхание. Ее волнение и любопытство взяли верх над ней.

Все-таки, это было впервые, когда она покинула резиденцию ночью.

В это время на берегу реки были великолепные фонари и звуки медленных традиционных китайских инструментов, играющих на заднем плане. Там была украшенная, словно услада для глаз, плавающая лодка, и повсюду пахло чем-то сладким. Ночь была яркой, словно день, и довольно шумной.

С обеих сторон были публичные дома с множеством красивых женщин, размахивающих платками, они сладкозвучно смеялись своими женственными голосами, чтобы привлечь бесчисленное количество мужчин.

В конечном счете, многие не могли справиться с их поддразниванием и бросались в их объятия.

‘Это должно быть любимое место мужчин!

Тем более, что эти женщины обнажают... их сиськи похожи на ревущее море. Пока они ходят, одна из них поднимается большой волной за другой.’

Лэ Яо Яо посмотрела на свою плоскую грудь, которая была такой же плоской, как аэродром. Она сильно позавидовала!

‘***!

Все мы женщины, но почему такая большая разница? Чем они там питаются? Как их сиськи могут быть такими большими!?’

Но внезапно взгляд Лэ Яо Яо сосредоточился на другом месте. Она была так шокирована, что у нее чуть глаза не выпали.

Она заметила, что есть еще один женский публичный дом. Снаружи был ряд горячих, красивых мужчин.

‘Ух ты! Мужчины тоже могут конкурировать с женщинами!

Они такие обнаженные. О небеса! Они действительно одеты? Почему у меня такое ощущение, что на них москитные сетки?

Все они либо показывают свою мужественную грудь со своими милыми двумя изюминками, либо обнажают свои длинные мускулистые ноги.

Некоторые даже обнажают свою птицу, которая болтается у них между ног!’ (п.п.: Пока это переводил, тянуло блевать… Какого хрена у меня довольно живое воображение… бррр.)

Видя это, глаза и рот Лэ Яо Яо были широко открыты в форме буквы О.

‘Кто сказал, что древние времена были консервативным периодом? Почему я чувствую, что все в этот период более открытые для таких вещей, чем я?

Разве я могу конкурировать с древними людьми? Я слишком целомудренная?’

Лэ Яо Яо была сбита с толку. Она не понимала, что пока она осматривала мужчин, за ней наблюдали еще двое парней.

Они оба выглядели недовольными, сморщив свои брови и нахмурившись.

Но Лэн Цзюнь Юй быстро оправился и поджал губы. Затем он приподнял свой халат и поспешно спрыгнул с кареты.

Вскоре последовал Наньгун Цзюнь Си.

Увидев это, Лэ Яо Яо выскочила со своего места и тоже поспешила покинуть карету.

Они были в самом известном и лучшем публичном доме столицы. Один только вход был оформлен чрезвычайно роскошно.

Кроме того, леди, что стояли снаружи, были определенно гораздо более высокого качества, чем те, что были из других публичных домов.

Несмотря на это, Лэ Яо Яо не могла чувствовать себя счастливой.

В тот момент, когда они оказались снаружи, леди роились вокруг них, словно пчелы. Как будто они были цветами с пыльцой. Те полетели к ним, принеся с собой сильный аромат румян.

Лишь раз вдохнув, милый нос Лэ Яо Яо поморщился.

‘Уух.’ Но это было еще не все. В тот момент, когда она услышала их плаксивые голоса, она почувствовала мурашки по коже.

‘О небеса! Я не могу перестать дрожать!

Почему мужчинам нравятся такие женщины? Они такие притворные!’

Пока Лэ Яо Яо предавалась размышлениям, она заметила проплывающую мимо женщину в красном.

Пленительная красотка мягко оказалась в объятиях Короля Ада.

‘Она ведет себя как слизь без костей.

И Король Ада... на самом деле ухватился за нее?!’

Видя это, Лэ Яо Яо чувствовала, что это было чрезвычайно оскорбительно для ее глаз.

Особенно, когда леди в красном пихала грудь в руку Короля Ада.

‘И что если у тебя большие сиськи? Маленькие вырастут в будущем!

Это неприемлемо. Завтра я должна придумать, как купить побольше папайи!’

Пока Лэ Яо Яо размышляла, Наньгун Цзюнь Си был окружен несколькими леди.

Хотя это не было неожиданностью. Эти двое были очень привлекательны и роскошно одеты. С одного взгляда можно было сказать, что они были при деньгах.

У леди из публичных домов были проницательные глаза. Одним взглядом они могли определить, кто дракон, а кто червь.

Но Лэ Яо Яо подумала, что это забавно, насколько неловко себя вел Наньгун Цзюнь Си.

‘Пфф, притворяется непорочным?!

Хмпф! Седьмой Принц такой извращенец. Даже если бы меня избивали до смерти, я бы не поверила, что он непорочен!

Все же в древние времена любая богатая семья обеспечивала своих сыновей девушками, когда им исполнялось тринадцать или четырнадцать лет. Кроме того, Наньгун Цзюнь Си является Седьмым Принцем!

Должно быть, в прошлом у него были женщины. Или иначе, почему он так спешит заполучить одну?’

Итак, Лэ Яо Яо была уверена, что Наньгун Цзюнь Си притворялся: ‘В действительности, у него, должно быть, были сотни женщин...’

Если бы Наньгун Цзюнь Си узнал, о чем думает Лэ Яо Яо, его бы определенно вырвало кровью и он бы умер.

Хотя это правда, что его Отец-Император предоставил ему много красоток, когда он был моложе, он не знал, что с ними делать. Поэтому он ни к одной из них не прикоснулся.

На этот раз причина, по которой он был так решительно настроен прийти в публичный дом, заключалась в том, что он был обеспокоен своей ориентацией. Ему было уже семнадцать лет. Тем не менее, он все еще был девственником. Кроме того, с тех пор, как он встретил маленького евнуха, он чувствовал, что становится все более и более ненормальным. Так что он думал, что, возможно, после того, как он переспит с девушкой, у него больше не будет беспорядочных мыслей.

Но на самом деле, сейчас ему было очень неудобно. Стоя у входа, ему хотелось повернуться и убежать.

Однако, когда он увидел маленького милого евнуха позади себя, он... решил сдержаться!

‘Хотя этих женщин довольно трудно выносить, я должен вернуться к нормальности!

Нормальные мужчины желают женщин!’

Таким образом, Наньгун Цзюнь Си сменил свое застывшее выражение лица на уверенное, затем он ухватил по женщине каждой рукой и вошел в публичный дом, словно сутенер.

Вероятно, это то, что видела Лэ Яо Яо на берегу реки.