Затем Лэ Яо Яо наклонилась и подула на грудь Короля Ада.

В этот момент, Лэ Яо Яо полностью забыла, что человек перед ней был всемогущим Королем Ада. Она только знала, что в глубине души она заботилась и жалела его.

Когда она падала в детстве, ее отец всегда мягко говорил ей: "Моя хорошая дочурка. Тебе очень больно? Папа подует на ранку, и она больше не будет болеть!"

Хотя она знала, что слова отца были несбыточны, для нее это было утешением. Так что после того, как ее отец дул на ее раны, она чувствовала меньше боли.

Поэтому, не задумываясь, Лэ Яо Яо предприняла этот нелепый шаг перед всеми…

Их же реакция –

"Э…" Лэн Цзюнь Юй онемел.

*Пу* Наньгун Цзюнь Си выплюнул свой чай.

*Чи* Дунфан Бай хихикнул.

Лэ Яо Яо поняла, что она сотворила, и мгновенно почувствовала, как ее щеки стали гореть. У нее из ушей чуть не пошел пар.

'О Небеса!? Я идиотка?!

Я наверное сошла с ума, раз сделала что-то подобное.

Как я могла сказать что-то столь нелепое Королю Ада?

ААА! Я не хочу больше жить!'

Лэ Яо Яо ввзвыла в душе. Ее щеки так сильно покраснели, что она была похожа на сваренного лобстера.

"Хахахаха! О небеса. Так смешно! Старший брат, ты слышал, что только что сказал слуга? Он сказал, что больше не будет больно, если подуть на рану... хахахаха. Он думает, что ты ребенок!!"

"Э.…" Лэ Яо Яо была так смущена, что опустила голову как можно ниже. Если бы она могла, она бы нашла дыру, чтобы спрятаться в ней.

Кроме того, Наньгун Цзюнь Си смеялся все громче и громче. Он фактически упал со своего стула и вытер уголки глаз, что прослезились.

Увидев это, уста Лэ Яо Яо дернулись.

'Какого черта?! Тебе действительно надо смеяться настолько сильно, что аж прослезился?'

Лэ Яо Яо захотелось стать невидимкой.

Когда она подняла голову, она заметила, что у Дунфан Бая была нежная улыбка на лице, а его плечи то поднимались, то опускались. Он явно пытался подавить смех.

Лэ Яо Яо не хотела смотреть на Лэн Цзюнь Юя, но в итоге, она не смогла удержаться и тайком взглянула. Удивительно, но у Короля Ада тоже была улыбка на лице.

'Что? Он улыбается? Он считает меня смешной?'

Лэ Яо Яо больше не могла оставаться в одной с ними комнате. Она быстро повернулась и побежала за дверь.

По ее лицу можно было понять, что она сгорала от смущения! 'ААА!!!'

"Мм... я думаю, что уже не так больно!"

*Бах* Казалось, что Лэ Яо Яо споткнулась…

—–

Поскольку Король Ада был ранен, Император позволил ему отдохнуть в резиденции. Ему не нужно было присутствовать при императорском дворе. О новостях ему будет доложено позже.

Сегодня, Я Фэн Гэ был явно гораздо более оживленным, чем раньше.

В прошлом, кроме Короля Ада, Мэй и Сина, больше никого не было.

Но потом, Лэ Яо Яо въехала. Вскоре после этого прибыл Седьмой Принц, а теперь и Дунфан Бай.

После того, что случилось этим утром, казалось, что Наньгун Цзюнь Си не думал о том, что Лэ Яо Яо потеряла достаточно лица. Он повторял и напоминал Лэ Яо Яо о том, что произошло.

Лэ Яо Яо была в ярости: 'Если бы я могла, я бы сняла башмак, сняла бы свой вонючий носок и сунула его в рот Наньгуна Цзюнь Си.

Ведь все уже знают, что произошло. Тем не менее, он все продолжает поднимать этот вопрос. Черт бы побрал этого Седьмого Принца! Неужели он не остановится, пока весь мир не узнает о моем неловком поведении?

Неужели он никогда не будет удовлетворен, если не будет мучить меня?

Возможно ли, что я была ему чем-то обязана в прошлой жизни? Поэтому в этой жизни мы стали заклятыми врагами?'

Чем больше Лэ Яо Яо размышляла об этом, тем большее отвращение она чувствовала к Наньгуну Цзюнь Си. Ей захотелось пнуть его по заднице, чтобы он улетел к небу.

'Смеешься, смеешься, смеешься! Надеюсь, у тебя из-за этого появятся внутренние повреждения!'

Лэ Яо Яо выругалась в душе.

Настало время обеда.

Король Ада и двое его друзей уселись вместе, чтобы поесть.

Поскольку Лэ Яо Яо была слугой, она могла только стоять и смотреть.

В плане прислуживания другим во время еды, Лэ Яо Яо уже привыкла к этому.

Но почему-то в последние дни она очень быстро начинала чувстовать голод.

Этим утром она съела четыре огромных паровых булочки и чашу каши. Сяо Му Цзы был в шоке. Но почему-то казалось, что булочки сделаны из воздуха. Спустя два часа ее желудок был уже пуст.

Лэ Яо Яо чувствовала себя безнадежно, быстро встав в сторонке и коснувшись своего плоского животика. Она с жадностью уставилась на еду перед собой.

'Может, я и не смогу все это поесть, но хотя бы посмотрю!'

Сначала Лэ Яо Яо подумала, что никто не заметит ее пронырливый взгляд. Но она и не подозревала, что все его заметили.

"Брат Яо, если ты голоден, присядь и поешь с нами. Мы не настолько сдержанны." Предложил Дунфан Бай.

"Э?" Услышав слова Дунфан Бая, лицо Лэ Яо Яо съежилось, и она поняла, что из-за своих действий выглядела скверно.

'Проклятье. Я слишком голодна.'

У нее заурчал живот: 'В прошлом, я не была такой. Как так получилось, что я могу есть так много в последние дни и все еще все время ощущаю голод? Так странно!'

Пока Лэ Яо Яо размышляла, Дунфан Бай протянул руку и похлопал по сиденью рядом с собой, указывая, что Лэ Яо Яо может присесть.

"Ммм... все в порядке…"

'Хотя Дунфан Бай был тем, кто предложил это, мы в Я Фэн Гэ! И Король Ада здесь... так что...

Я умираю с голоду, но должна сдерживаться и держать себя в руках.'

Внезапно ледяной голос Короля Ада проник в ее уши.

"Раз Бай уже предложил, присаживайся."

"А?!"

Удивление мелькнуло в глазах Лэ Яо Яо.

'Ну, раз босс так сказал, я должна соблюдать его правила, верно?

К тому же, еда здесь намного лучше, чем в столовой! У них есть ласточкино гнездо, акульи плавники и множество других вещей!'

Подумав об этом, Лэ Яо Яо решила перестать плохо обращаться со своим желудком. Она улыбнулась и, поблагодарив, взяла чашу и пару палочек для еды, а затем присела.