Цзюнь Мосе тяжело вздохнул. Онбыл так раздосадован… Вдруг вего глазах промелькнула надежда, ионпоспешил задать вопрос: —Господа, ачто если эти вещи просто некоторое время побудут здесь… аяспущусь сгоры, исразуже отправлю людей заними? Так пойдёт, как выдумаете? —Разумеется, нет! Мыдолжны чётко выполнять инструкции старейшины! Ктомуже тыможешь взять только то, что сам сможешь унести, без посторонней помощи. Тем более, что наша гора— это святое место, верно? Разве здесь разрешено появляться обычным людям? Разве это непрямое нарушение наших традиций? —все вместе покачали головами ирассмеялись. «Ну, тыконечно, придумал! Хитрый такой, хочешь, чтобы отнашей горы осталось пустое место?» Цзюнь Мосе выглядел раздражённым, его глаза покраснели, ионприкрикнул: —Так нельзя, иэдак нельзя, неужто мне просто остаётся смотреть? Яхотел взять понемногу откаждого, оставил для этого одухотворённойЦи… Господа, если выспециально меня злите, ненадо потом винить меня, что все эти вещи яразом заберу без остатка, хорошо? Один старик усмехнулся исказал: —Цзюнь Мосе, если утебя есть такие способности— забирай, что хочешь! Мынестанем останавливать тебя! Что унести неможешь, ибудешь придумывать отговорки? —Эти слова неясказал, атысам, верно? Если язаберу все эти вещи, вынестанете возникать, итем более небудете искать повод, чтобы покушаться намою семью или друзей? —прикрикнул Мосе. —Ха-ха-ха! —все десять человек рассмеялись:— Закого тынас принимаешь? Тысчитаешь, что мысвоё слово сдержать несможем? —Хорошо! —Цзюнь Мосе решил поставить всё накарту:— Хотя этот приём нанесёт большую травму моей изначальной Ци, новысами меня вынудили! Если янезаберу это всё, выстанете презирать меня! —Если есть способности— топожалуйста. Цзюнь Мосе, мынапомним тебе— тыдолжен действовать один, без чьей-то помощи! —все посмотрели нараскрасневшегося Цзюня Мосе, испрезрением отнестись кего болтовне. Цзюнь Мосе очень сильно разозлился, протянул руки кбольшому дереву около него, ичто есть мочи громко прокричал: —Комне! Как только его слова прозвучали, раздался небольшой грохот, идерево внезапно пропало изполя зрения! Все ошарашено выпучили глаза! «Как такое огромное дерево так резко смогло исчезнуть? Это так странно!» Цзюнь Мосе уселся прямо наземлю, струдом переводя дыхание. Было заметно, что онпотратил немало своей изначальнойЦи. Однако вего глазах был блеск, похоже, оннисколько непожалел обэтом! Несомненно, этот приём расходует много жизненной силы! Иначебы отчего уМосе был такойвид? Онзабрал только один предмет, абыло ощущение, что онвот-вот коньки отбросит… Очевидно, что сейчас вопрос был невтом, сможет онзабрать эти вещи или нет, дело было вего самолюбии! Разумеется, онпридавал большое внимание своей персоне! Исейчас ондолжен был даже рисковать своей жизнью, нозабрать ссобой все эти волшебные штучки! Забрав себе одно дерево, онуже выглядел неважно. Чтоже будет, если онзаберёт всё, что онприглядел… Неумретли онотизнеможения? Вмгновение все пристыдились: «Неужто мывынудили его прибегнуть ккрайностям?» Отдышавшись, Мосе продолжил свои манипуляции, иещё одно большое дерево пропало извиду… Наэтот раз всё лицо Мосе залилось красной краской, однако оннестал делать передышку, и, сделав два неуверенных шага, подошёл кследующему дереву. Все три дерева исчезли, раздался грохот, хижина рухнула. Мосе охрипшим голосом снова что-то прокричал, ицелебный вьюн, который окружал доэтого хижину, тоже исчез… —Это… это… это… —вся толпа была шокирована происходящим. Цзюнь Мосе, словно пьяный, качнулся, апотом рухнул наземлю, помахал рукой, истрого сказал: —Идаже несмейте меня уговаривать! Сегодня яобязательно… должен всё забрать ссобой! Бесполезно мне что-то говорить! Меня ещё неразу вжизни так непрезирали инедооценивали! Все просто молчали: «Кто станет тебя уговаривать? Просто сдохни отизнеможения, ивсе будут рады! Абольше ивариантов нет…» Мосе шёл неровной походкой отдерева кдереву, после каждого ствола онвыглядел значительно хуже, чем раньше… казалось, ещё немного ионпросто свалится наземлю, однако, всёже, оннепадал! Вся толпа тупо смотрела нанего. Есть дерево, нет дерева… Есть хижина, нет хижины… Вся священная гора покрылась клубами пыли… Цзюнь Мосе струдом продолжал двигаться, исмеялся вовсе горло: онбыл так доволен собой! «Ябогач, ха-ха-ха! Одно дерево… три дерева… Семьдесят деревьев… Девяносто деревьев… ха-ха-ха!» Как Цзюнь Мосе мог незнать, что онперегибает палку? Все эти сокровища были накоплены священным дворцом замногие тысячилет! Пусть УШаньюнь идал ему обещание, однако, всёже, это негарантия! Вслучае, если онподнимет всеобщий гнев, тогда его онпотерпит неудачу напороге успеха! Ведь эти вещи— это часть ихжилища… как можно было ихзабрать совершенно незаметно… это невероятно сложная задача! Ктому же… если забрать ихвсе, нет гарантии, что они нестанут мстить заэто! Цзюнь Мосе иМэй Сюэ Янь, возможно, инебоятся ихмести, однако, что насчёт других? Поэтому Мосе затеял это представление нетолько, чтобы поиздеваться над ними… Во-первых, онхотел заставить спокойно смотреть нато, что онделает, еслибы они даже остановили его напол пути… Онуже заберёт половину; имостается только невыносимо страдать! Во-вторых, онждал, когда они попадутся наего удочку… Онзаранее разъяснил, что сводить счёты нельзя! Адля таких честолюбивых людей это много значит, иони нестанут убивать невиновных… Они могут свести счёты только сним, инетронут его близких! Навсякий случай онпросто может спрятаться вбашне, идаже провидица несможет увидеть этого! Наэтот раз ему удалось здорово поживиться. Онзабрал уних более девяноста процентов всех ихчудодейственных лекарств! Ктому же… учитывая состояние одухотворенной Цивпагоде, ихскорость увеличится вдесятки раз, ииз-за этого ихможно будет использовать без остановки! Такая потеря— большой стыд дляних. Однако… уМосе небыло времени думать обэтом! Наконец, все мастера священной горы, невыдержали: «Блядь! Этот сосунок разрушил более половины наших хижин, многолетние чудодейственные травы почти исчезли… Аэтот пацан втакомже состоянии, что ибыл раньше! Это, это… неужто ониздевается над нами?» —Прекрати! —один седой старик громко закричал:— Цзюнь Мосе, тыиздеваешься над нами спомощью своей удивительной способности? Тыдумаешь, это смешно? Мыстолько лет хранили эти лекарства, чтобы тыпотом пришёл изабрал ихвсе? Немедленно остановись, ивозвращай всё, что тызабрал! Его слова пробудили недоумевающую толпу. Все разом злобно уставились нанего. —Возвращать? —Цзюнь Мосе был вярости:— Ребята, высмеётесь надо мной, чтоли? Разве невымне обещали, что ямогу забрать хоть всю священную гору целиком, ивынестанете возражать? Что, значит, насловах одно, анаделе другое? Небудьте такими бесстыжими! Все лекарства уже были унего, аони вдруг спохватились. Мосе так рассердился, что даже назвал старейшин «ребятами»… Все старики покраснели. Сказано-то было сказано, нокто знал, что этот негодник окажется настоящим демоном? Кто знал, что можно таким образом забирать вещи? Твоюж мать, это мерзавец такой коварный… —Эм, мыобещали тебе только часть, кто говорил, что всё полностью? Это была шутка, никто неговорил взаправду! —старик был взволнован, ипродолжал бессмысленный спор:— Мыпросто говорили гипотетически, аневсамом деле! —Аясмог сделать это! —Цзюнь Мосе скривил лицо:— Выготовы публично признать, что выпотеряли стыл исовесть? Ядумал, что только три священные земли лицемеры илгуны, оказывается, ивытудаже! —Цзюнь Мосе, ненадо острить. Тысчитаешь, что сможешь так просто уйти? —старик вздохнул:— Оставь вещи. Мыненавредим тебе… тыможешь забрать какую-то часть, ноневсё полностью! —Тэн Чунцзе, так непойдёт! —Цяо Ин, нахмурившись, сказала:— Цзюнь Мосе своим поступком может разрушить привычную жизнь священной горы. Ятоже очень возмущена ирасстроена, однако… вконце концов, это обещание, которое дали все мы, разве противоречить самим себе— это небесславно? Что будет срепутацией священного дворца? —Это неимеет никакого отношения ксвященному дворцу, яготов сам разорвать это обещание… —налице устарика появились нервные судороги. —Если онзаберёт ссобой всё, изначальная Цисвященной горы несможет восстановиться даже занесколько тысячелетий! Янесмогу принять насебя такую ответственность, итытоже!