Если взглянуть наеёвозраст иуровень силы— она может ивполне заслуживает звания «тысячелетней дьяволицы», однако, чтоже касается других сфер жизни— она настоящий профан. Врядли сможет быть лучше какой-нибудь обычной совсем зелёной девчонки, атоидаже хуже… Тем неменее, она имеет особенную жизненную историю, исэтим уже ничего неподелаешь! Небез труда дождавшись, когда этот грязнуля, наконец, домоет свои телеса, она услышала, что онвышел наберег. Подождав ещё немного, Цяо Инпредположила, что онуже оделся, итолько потом повернула голову. Однако еёпредположения оказались далеки отправды. Ейснова посчастливилось наблюдать обнажённого Цзюня Мосе. Насей раз онвальяжно стоял наберегу исмотрел наодинокую луну. Под лунным светом его тело смотрелось весьма мужественно… «Да, почемуже этот негодник всё никак неоденется?» Задовольно короткий промежуток времени, ейаждва раза удалось наблюдать Цзюня Мосе без штанов. Казалось, после такого его тело больше небыло для неё тайной… Барышня Цяо была так рассержена, что унеё едва пар изушей невалил… «Этот подлец такой бесстыжий! Или, может, онпросто эксгибиционист?» Еслибы даже она испросила обэтом, Мосе, конечноже, несталбы тянуть сответом: «Ачто вэтом такого? Нуиспачкался, что ужтеперь, ипомыться нельзя? Нупомылся, что иголым постоять под запретом? Раз помылся, следует просушить тело как следует, разве нетак? Аиначе, как по-другому одеваться? Надворе ночь, вокруг глушь итишина, постоял чуток голым, ичто сэтого? Ктобы мог предположить, что среди безлюдных гор, глубокой ночью затобой после ванны может поглядывать какая-нибудь красотка? Икто изнас, вконце концов, после этого бесстыжий? Молодой господин? Тыуверена?» Какбы тонибыло, учитывая характер Цзюня Мосе, даже еслибы онзнал, что поблизости есть молодая особа, которая тайком наблюдает затем, как онпринимает холодные ванны, онбы, наверняка даже обрадовался. Что тут такого, впрочем, особенно, когда есть что показать… Даже самому приятно, неправда ли… Намеренно или непреднамеренно, носитуация складывалась именно таким образом. Тихий берег реки, содной стороны стоит мужчина, сдругой женщина, они растерянно смотрят друг надруга, невсилах вымолвить ислова. Цзюнь Мосе продумывал пути отхода. Его удивительная техника инь-ян, вконце концов, потерпела поражение. Если онприбегнет кварианту сбашней, тоунего взапасе останется нетак много запасных козырей. Цяо Инже думала отом, какже ейсхватить этого мальчишку, как заставить его признать свою вину, ведь унеё самой, ивсамом деле нет доказательств… Облачившись вштаны, онпо-прежнему оставался обнажённым наполовину. Размышления Цзюня Мосе резко перетекли вдругое русло. Теперь ондумал отом, что Четырнадцатый Шао, оказывается, постоянно следовал заним попятам, при этом непредпринимая никаких действий… Такого расклада ондаже инемог себе представить. Его заботило, имеетли это влияние для его последующих действий? Думая обэтом, онпребывал взамешательстве. Онсовершенно незнал, как кэтому относиться, и, тем более, как кэтому относится ЧетырнадцатыйШао. Ведь онприложил столько усилий, неоднократное количество раз пользовался именем Четырнадцатый Шао, небрезговал никакими способами для разжигания этого происшествия… Исейчас онвдруг узнаёт, что тип, накоторого онсбольшим удовольствием навлекал разного рода неприятности, оказывается, всё это время был заего спиной, иабсолютно отчётливо видел каждый его шаг… Как это вообще называется? Четырнадцатый Шао настолько уверен всвоём могуществе, что ондаже нестал обращать внимание наэто! Однако то, что ему было абсолютно всё равно— это одно, ачто Мосе намеренно надоедал человеку— это совершенно другое. Вроде, спервого взгляда эти две вещи неособо различаются, насамомже деле, разница, действительно, существенная. Если вдальнейшем Четырнадцатый Шао вдруг решит отомстить Мосе, учитывая его нынешний уровень силы, ему придётся неочень-то сладко… Смотреть неначто будет… Цзюнь Мосе даже неудержался исдосадой усмехнулся, думая про себя, что вего второй жизни ему, действительно, очень везёт. Онтак себя переоценил… Этой ночью ему казалось, что унего всё под контролем, фактическиже, онсовершил целых три огромных упущения… Во-первых, спровоцированная имдрака между шенхуанами потерпела поражение. Онрассчитывал, что ушенхуанов изтрёх священных земель небудет возможности спастись бегством. Туманный призрачный дворец далеко превосходил ихпосилам иколичеству, однако реальность оказалась очень далека отего предположений! Во-вторых, оказалось, что варсенале утрёх священных земель имеется такая легендарная личность, как знаменитая «провидица» Цяо Ин, которая смогла разоблачить его удивительную, ещё ниразу недававшую промахов технику инь-ян! Ипоследний, самый большой промах заключался втом, что всё это время, когда ониспользовал имя Четырнадцатого Шао всоздании этого представления, владелец имени стоял заего спиной испокойно наблюдал заэтим. Исамое страшное, что еслибы Четырнадцатого Шао небыло рядом, его план ужебы давно потерпел крах! Свиду идеально распланированное преступление, насамом деле, трещало пошвам, какая потеря! Раздумывая обэтом, вдруг взгляд Цзюня Мосе снова остановился наЦяоИн. Она так неестественно стояла, еёброви были сильно нахмурены, она была погружена враздумья, ибыло очень трудно понять, очём она думает. Наеёлице время отвремени возникало замешательство, подавленность, иногда возмущение игнев, сожаление итревога… Всё это говорило отом, что всвоих мыслях сейчас она блуждала где-то очень далеко отэтого места, словно еёдуша рассталась стелом— эта пожилая воительница погрузилась вглубокие размышления… Обнаружив это, изначально довольно подавленный Цзюнь Мосе растерялся, оннезнал, плакать ему или смеяться! Всвоей жизни онвидел немало пожилых людей, однако настолько растерянного… похоже, впервые. —Эм… барышня, если вам больше нечего сказать, я, пожалуй, должен откланяться,— Цзюнь Мосе немного покашлял. Онвсё равно немог обращаться кстоящей перед ним молодой девушке, как кпожилой старухе… —А? Как откланяться? Тынеможешь уйти! —слова Цзюня Мосе немного отрезвили пребывавшую врастерянности изамешательстве Цяо Ин, иона немедленно среагировала. Она заметила, что эти раздумья несколько выбили еёизсебя, она раскраснелась, потом резко закашлялась, пытаясь замаскировать свою слабость, и, снова приняв холодный иотстранённый вид, равнодушно произнесла: —Хочешь уйти… Однако тынеможешь этого сделать. Ятак инеполучила оттебя удовлетворительного ответа, так что скакой стати ятак просто отпущу тебя? Налице Цзюня Мосе появился испуганный вид, обе его руки невольно стали раскачиваться встороны: —Девушка, я, правда, нивчём невиноват! Явам даже ничего несделал, счего вдруг ядолжен нести заэто ответственность? —Тыобязан ответить заэто! Это твоих рук дело, неужто тынедолжен ответить зато, что тысделал? —Цяо Иннезаметила потайного подтекста всловах Цзюня Мосе, и, увидев его испуганный вид, стала ещё увереннее. Цзюнь Мосе поднял глаза кнебу, надрывным голосом напевая: —Да, язнаю… Да, это так, нельзя быть насвете красивым таким… Небеса, земля… Неужто это моя вина, что яродился таким красивым? Зачто это всёмне! Я, правда, невыбирал этого! Явовсе нехотел быть таким! Почему ядолжен отвечать каждый раз, когда женщины влюбляются вменя? Сказать, что Цяо Инохренела, значит ничего несказать! Вмиг она вся покраснела. Вот сучий потрох! Цзюнь Мосе сострадальческим видом посмотрел нанеё, и, почти плача, сказал: —Сестра… Ядаже ипредставить немог, что девушка невиданной красоты, как ты, вконце концов, тоже станет обвинять меня, будет тайком подглядывать замной, вовремя того, как ябуду принимать ванны… Ох, изачемже тывлюбилась вменя… Небеса издеваются надо мной! Какая ирония судьбы… я… яправда очень тронут тем, что выполюбили меня… Ноя, правда, немогу принять ваши чувства… Язнаю наверняка, яговорю очень открыто, прямо влоб, мои слова могут ранить ваше сердце… нояобязан как можно раньше донести это довас, выже знаете какие люди сплетники внаше время… —Да, ты! Ах, тыподлец! Что забред тыболтаешь? Кто тут ждал тебя изванны… —сначала Цяо Инпыталась сохранять спокойствие, однако очень скоро она потеряла контроль. Она была так зла, что дрожала всеми фибрами, ивот-вот должна была почернеть отзлости… —Барышня, яправда вас необманываю! Я, действительно, женатый человек, ктомуже уменя даже неодна жена, анесколько! Яуверен, вам совершенно плевать наэто, однако, имбудет врядли плевать! Они очень ревнивы, иотних мне неизбавиться, авы, янадеюсь, проявите мудрость иобрубите всё накорню! —внезапно торжественным тоном сказал Цзюнь Мосе, очень правдоподобно выжимая изсебя слёзы. После этого его выражение лица изменилось, онсловно хотел заплакать, ноему было настолько горько, что ондаже немог выдавить слезинки изглаз: —Барышня, вкакую часть меня вывлюбились? Если яизменюсь, выисчезнете? Яправда буду усердно стараться измениться, тогда выотречётесь отсвоих чувств комне? —Поменяй себе мозги, болван! —Цяо Инказалось, что ещё немного иеёгрудная клетка лопнет отярости. Еётело сверкнуло, иона резко вознеслась внебо; вмгновение она достигла Цзюня Мосе. Обе еёнежные ихрупкие руки отвесили яростные пощечины пофизиономии Цзюня Мосе. Еслибы она неударила поего отвратительному рту, она несмогла себе такое простить! —Ай-яй! —Цзюнь Мосе, словно пёрышко, вмиг отлетел надесять чжан, всё ещё крича:— Барышня, язнаю, что это только моя вина, что янемогу принять ваши чувства! Выпроявили комне уважение ибыли искренни сомной, мне страшно повезло! Однако, яправда немогу подарить вам надежду! Какже нам быть… Ятоже знаю, что если бьёт, значит, любит… Вы— необычайная красавица, пусть вэтом мире очень трудно найти трёхногую лягушку (китайский аналог «иголки встоге сена»), однако двуногих мужиков здесь пруд пруди… Зачемже выобрушили свои чувства нанесвободного человека? Это неправильно, очень неправильно, просто попробуйте непринимать это всерьёз… Цяо Инплотно сжала губы, инесказала нислова. Она боялась, что, если откроет рот, тонесможет себя контролировать, иотматерит его такими словами, которые она никогда вжизни непроизносила… Свистел неистовый ветер, покрывая собой небо иземлю. Цзюнь Мосе был словно рыба, которую хотели поймать. Онскользил вправо ивлево, уворачиваясь; наудивление оннечувствовал ималейшего давления, унего появились сомнения, что эта пожилая воительница хоть начто-то способна… Тем неменее каждое движение этой женщины сопровождалось свистом неистового дикого ветра, словно грандиозная волна возмущения игнева! Ктомуже еёсила была настолько всеобъемлющей, что листья деревьев вдесяти чжан отнеё колыхались ответра! Похоже, еёсила далеко превышала силу любого шенхуана, идаже Четырнадцатый Шао был ейнеровня… Однако почемуже при такой поразительной Суань, еёметкость была такой низкой? Цзюнь Мосе смог увернуться, ивтоже время был очень удивлён этим. Вглазах Цяо Инпоявилось удовлетворение: «Давай выведем тебя из-под контроля… Просто подожди, пока моё „сплошное кольцо окружения“ опутает тебя, итогда, даже еслибы утебя ибыли крылья, уверена, тыбы врядли смог улететь!»